Глава 18. Приготовления

Я даже утра дожидаться не стала — прямо среди ночи и заявилась в избу к старосте. Тем более, время уже давно играет не на нашей стороне. Зато именно то, что старик был ещё сонным, помогло нам избежать истерики — он просто не успел оценить масштаб бедствия до того, как я предъявила дракона.

Оладушек уже с трудом умещался на моих руках и всё также умильно пытался облизнуть мои пальцы языком. Но наконец и глава деревни осознал, что упустили и он, и «старик», и вообще все, а именно — принадлежность дракончика к древнейшему роду.

— Так и что делать-то теперь, госпожа ведьма? — осипшим голосом уточнил староста, вытирая потные ладони о домашнюю рубаху. — Разве ж господин Елисей станет нас слушать?

— Не станет, — подтверждаю догадки мужчины. — Даже подходить к деревне не рискнёт, а стрелы с огнём пустит с расстояния.

Всю эту информацию я также получила от своего товарища по несчастью. Бесплатно и в довесок к примерному плану действий.

— И именно поэтому я встречу отряд заранее, примерно получасе ходьбы от Барашек. Но мы ведь не можем стоять там на стрёме дни напролёт, верно?

Мужик кивает и бросает ещё один взгляд на Оладушка. Намекнуть ему, что ли, что малыш опять проголодался?..

— Мы знаем, что отряд к нам придёт с юга, а оттуда дорога у нас одна. Голубиной почтой пользуетесь? — вопрос риторический, и без того знаю, что да. Барашкинцы, конечно, в подавляющем большинстве безграмотны. Были, до начала моей образовательной деятельности. Но для заезжих гостей у корчмаря и старосты просто обязаны быть такие вот летучие посланники, которых в моём мире иначе как пернатыми крысами и не именуют. — Отправь прямо сейчас кого-то надёжного в соседнюю деревню, а ещё одного — чуть дальше по пути. Как только увидят Елисея, пусть сразу же сигналят нам, и тогда мы с драконом двинемся в путь.

— Понял, госпожа, — кивает староста. — С утречка пораньше и отправим. Проньку можно, а еще…

— Не с утра, а прямо сейчас, — не соглашаюсь, перебивая собеседника. — У нас счёт уже давно идёт на часы, так что буди кого там собирался, всовывай им голубей за пазуху, а потом начнём приготовления.

— Приготовления?..

Киваю, но пока не даю ответа: пусть разберётся хотя бы с первой частью задания. Но я намерена подготовить Барашки к приезду дорогих и очень уж важных гостей по полной, превратив деревню в место поклонения древнейшему существу.

Несмотря на мои опасения, заветный голубок прилетел в Барашки не наутро, и даже не к вечеру, а только на следующий календарный день. Всё это время я пробыла дома у кузнеца, оттуда руководя всеми приготовлениями. А когда получила весточку от старосты, не сдержалась и отправила Серафиму с детьми в домик ведьмы. Не то, чтобы я не была уверена в успехе, однако бережёного, как говорится… Отправила бы и остальных, но, если начну сеять в рядах панику, ни за что не смогу отыграть свою партию как надо. Хватит, и без того наворотила делов.

Нам с Оладушком предоставили телегу, но как только мы прибыли на место, я отправила возницу назад. Ничто не должно отвлекать гостей от главного зрелища, тем более дракончик словно подготовился к нему ещё сильнее. От прежнего тусклого окраса не осталось и следа, старая кожа полностью сменилась на новую, а вязь на крыльях немного отдавала золотом.

— Ну что, друг мой прожорливый? — спрашиваю у питомца, наклоняясь и подавая ему пирожок с капустой и шкварками. Понятия не имею, можно ли кормить таким драконов, но Оладушек очень их уважает. — Готов производить впечатление?

Думаю, малыш с огромным удовольствием произвёл бы впечатление на саму меня, чтобы заполучить ещё еды, но в это время из-за поворота показывается отряд.

Дюжина всадников на тяжёлых лошадях, а в центре на самом мощном коне движется огромная жабоподобная туша в одежде тёмно-зелёных оттенков. Почему-то в голову тут же лезут дурацкие мысли: к примеру, какой краситель они используют для тканей. Потому как хотя нам и очень нужна была синяя экстерьерная краска для граффити, пришлось использовать самую обычную сажу и молиться отсутствующим в этом мире богам, чтобы не пошёл дождь.

Отряд остановился где-то в десяти шагах от меня, и во взгляде Елисея я чётко вижу узнавание.

— Здравствуйте, дорогие путники! — говорю громко, и улыбаюсь вполне дружелюбно. — Какими судьбами снова в наших краях?

— Ты знаешь, ведьма, какими, — спокойно отвечает главный инквизитор. — Надеюсь, не планировала нам мешать? Потому что если ещё с четверть часа назад мы думали обойти твою избушку стороной, то сейчас можем и переменить решение.

Угроза, притом неприкрытая. С другой стороны, где я и где они. А мой «туз в рукаве» опять копошиться в содержимом заплечного мешка с провизией.

— Мешать — это громко сказано. Уверена, вы и сами не захотите расстраивать того, кто уже привязался к жителям этой деревни.

Ответом мне служит обречённый вздох и еле слышные перешёптывания солдат. Помеха явно им поднадоела.

— Как-то ты слишком много на себя берёшь, ведьма. Вперёд, — это уже не мне, а конвою. — А если не отойдёт, то просто затопчите.

— Оладушек, ко мне!

Еда едой, а свою хранительницу малыш по-прежнему любит намного больше. Дракон высовывает морду из мешка и усаживается передо мной на задние лапки, как его от нечего делать научила Дуся. И так и не дошедшие до меня воины застывают на месте.

В какой-то момент мне начинает казаться, что вся эта затея — чистой воды фарс. «Старик» ведь мог и ошибиться, а главе Барашков и вовсе неоткуда знать, как выглядят Высшие драконы. Ещё секунда или две, и Елисей поднимет меня на смех, а после всё же выжжет деревню. Но он молчит, молчит, молчит.

Главный инквизитор продолжает смотреть на Оладушка, а у меня бешено стучит сердце. Ну же, выдай хоть какую-то реакцию! И Елисей наконец-то отмирает, спрыгивая с лошади с такой грацией, которой ни за что не ожидаешь от настолько грузного субъекта.

— Быть того не может… — шепчет мужчина, делая несколько шагов к рептилии. — Дракон… Они не появлялись в наших краях уже несколько сотен лет. Отдай! — теперь взгляд на меня, и в нём царит только решительность. — Отдай, и будешь купаться в золоте.

— Ты знаешь правила, — качаю головой. — Отдавать малыша нельзя. Он может перейти к другому владельцу только после моей смерти, но мы оба в курсе, что по своей воле я с жизнью прощаться не стану. А моего убийцу, пускай и косвенного, Высший дракон не примет.

Правила есть правила, и только благодаря такой верности драконов я могу сейчас торговаться. И Елисей тоже это понимает.

— Ладно, — кивает инквизитор. — Чего ты хочешь?

— Барашки очень нравятся Высшему дракону, а сам он полюбился жителям. Что я хочу? — делаю вид, что раздумываю. — Чтобы деревня стала обителью древнейшего существа.

— Ведьма, я не могу отменить указ короля, — сквозь зубы цедит Елисей, но я только качаю головой.

— Во-первых, можешь. А во-вторых, к чему эти безумные правила, от которых нет толку? Архаизмы чистой воды. Оладушку нравится смотреть на свои портреты, и он не считает, что те, кто нарисовал их, стали заклинателями душ. Давай мы просто сменим название на «иллюстраторов», а раз отсутствует состав преступления, то нет и наказания.

Мужчина опускает голову, и потирает лоб. Понятное дело, что у него выдались не самые приятные дни: заклинатель с юга пропал без вести за день до появления отряда, а тут ещё и мы со своими требованиями.

— Хочешь сказать, что называешь дракона из древнейшего рода Оладушком? — утоняет наконец инквизитор, а я готова фыркнуть — и чего они все так привязались к кличке! — Серьёзно?

— Почему нет, — пожимаю плечами. — Кстати, Оладушек очень любит поесть, а мы как раз подготовили чудесный праздник. И, будучи радушными хозяевами, приглашаем вас присоединиться.

Солдаты, что весь разговор боялись даже лишний раз дыхнуть, начинают переглядываться.

— С отменным квасом, только что зажаренными на костре поросятами, обилием овощей и свежими лепёшками, которые так любит древнейший дракон, — «добиваю» отряд я. — Так что? Согласитесь присоединиться к нашему пиршеству?

Елисей смотрит на меня едва ли не со злобой и выдаёт только одно слово — «ведьма». Но в этот раз я сомневаюсь, что оно ругательное.