Глава 13

Ректор внимательно смотрел на склянку, в которой переливалось всеми цветами радуги зелье. – Это зелье зрящего зеркала? – он не скрывал удивления. Я кивнула. – И кого ты хочешь увидеть? – Магистр Линера сказала, – начала я. – С помощью этого зелья можно увидеть не только живых, но и тех, кто в пограничье. И я подумала… – Что мы можем увидеть Илиару, – догадался Раннар. – Да, чтобы убедиться, что мы не ошиблись, и именно её дух заточён в этом амулете. Что в амулете вообще есть хоть чей-то дух. – Дафна, ты знаешь, что чувствует человек, на которого смотрят через такое зеркало? – спросил ректор. – Нет. Что-то неприятное? – Крайне, – Раннар поморщился, и я догадалась, что он это испытал на себе. Кто-то осмелился следить за королевским наследником? – Сначала чувство, что рядом кто-то есть. Оно усиливается, пока не превращается в необузданный панический страх. Если вовремя не прервать контакт, человек просто сойдёт с ума. Такой вот милый побочный эффект, – он кисло ухмыльнулся. – Господин Рошад… – Дафна, пожалуйста, – ректор устало потер лоб. – Раннар. – Раннар, – вздохнула я. – Ты считаешь, что в моём амулете уже обезумевший дух? – Я ничего не считаю, просто призываю тебя быть осторожной. Я не знаю, как к тебе попал амулет, и что за силы ты приобрела вместе с ним. Одно очевидно – между вами есть крепкая магическая связь. Иными словами, готова ли ты рискнуть, возможно ты тоже почувствуешь отголосок зеркала. – А я могла бы поговорить с ней? – С помощью этого зелья – нет, только смотреть. Я и на это с трудом соглашаюсь. – Это не вам решать, господин ректор, – гневно заметила я. – Я согласилась вам помочь, но не подчиниться. Раннар не ответил, лишь поджал губы и дёрнул головой. Вспоминая слова магистра Линеры, я вылила зелье прямо на стол ректора. По глянцевой зеркальной поверхности пробежала рябь. Теперь заклинание. – Арашшар зореус Илиара! – позвала я, старательно рисуя пальцем магический знак прямо на зеркальной поверхности. На ощупь зелье было приятным, чуть прохладным. Стоило мне дорисовать знак, он вспыхнул, зеркало снова подернулось рябью. Я всматривалась в стол, силясь рассмотреть хоть что-то, кроме темноты. Стараясь удержать равновесие в неудобной позе, я коснулась второй рукой стола. А дальше… Словно вихрем меня втянуло прямо в зеркальное зелье, и я с ужасом поняла, что стою в той самой тьме, которую только что разглядывала. По ту сторону зеркала.Разве зеркальное зелье так действует? Магистр Линера говорила лишь о том, что я смогу видеть, но не о том, что меня куда-то утянет! – Дафна, – тихий голос слышен сразу отовсюду. – Кто ты? – крикнула я, оглядываясь. Вокруг – никого, лишь густая тьма. – Покажись! Где ты?! Сказки это всё, что ведьмы темноты не боятся. Коли ночь наступила – одно, а уж если колдовство вокруг, тут и самая смелая ведьма страха не сдержит. Вот и я не сдержала, тряслась, точно лист на ветру, даже голос дрожал. – Кто ты?! – Илиара, – прошелестел голос. – Разве не меня ты искала? Ты меня не увидишь, Дафна. – Почему? – Я не желаю, – просто ответила Илиара. – И проклятье снимать не желаю. – Раннар не виноват! Его род довольно страдал, Илиара! – срывающимся голосом попросила я. – Скажи мне, как снять проклятье! – Они не достойны! – гневно крикнула Илиара. – Истинный наследник королевского рода высокомерен и глуп, он по-прежнему ценит лишь власть и богатства. Проклятье пало бы само, стоило бы наследнику пойти за своим сердцем, а не за похотью или выгодой. Но ни один из них этого не сделал. Скажи мне, лесная ведьма, неужели тебя приняли с почтением? Неужели лесные ведьмы больше не прячутся в крохотных деревушках в самой глубокой чаще? – Я… Я не… – То-то и оно, – фыркнула Илиара. – Истинного наследника королевского рода спасёт лишь любовь, светлая и чистая, которую примет он и признаёт, ради которой будет готов отдать жизнь. А иначе – быть в Вольноземье новому королю. А теперь уходи! Больше мне нечего сказать. Ведьма замолчала, а я осталась в темноте и тишине, сжираемая страхом. Теперь я чувствовала, словно из каждого угла на меня кто-то смотрит, кто-то, добра мне не желающий. От ужаса я металась по тьме, кричала, звала и горько плакала, водила руками, стараясь ухватить хоть что-то, но вокруг меня была лишь пустота. Я почти лишилась рассудка, потеряла счёт времени. Казалось, я провела всю ночь в метаниях. Усталая, я легла прямо на землю, свернулась калачиком и, обхватив руками колени, уснула. Всё, что мне оставалось, лишь верить, что утро вечера мудренее. Откуда-то издалека раздался укоризненный голос: – Выгорела почти полностью, как же вы так неосторожно, господин ректор. – Она придёт в себя? – Раннар. Взволнован. – Организм молодой… Но прогнозы я пока делать поостерегусь. В любом случае, девочке следует остаться здесь, под присмотром… – Исключено, – отрезал ректор. – Магистр, я гарантирую, что Дафна будет под моим неусыпным контролем. – Это-то меня и пугает… – пробормотал таинственный собеседник Раннара перед тем, как я снова провалилась в сон. Очнулась снова я в незнакомой комнате. Успокаивало лишь одно, на подушке рядом со мной виднелся знакомый кошачий зад. – Мурзенька! – обрадовалась я. Кот фыркнул. – Ты чего это? – Я?! – зашипел Мурз. – Сама меня упрекала, а ничуть не лучше! Я всего-то конфету съел, а ты! Зла на тебя нет! Одна, влезла непойми куда! – Я была не одна, – возразила я. – С ректором. – Кстати о нём, – хитро прищурился Мурз. – Раннар просил сообщить ему, когда ты придёшь в себя, но я думаю, тебе потребуется пара минут. Не хватало ещё, чтобы он снова увидел тебя в таком виде. – В каком? – удивилась я. Кот многозначительно кашлянул. Дьявол! Я приподняла одеяло и покраснела до кончиков пальцев, посылая мысленное проклятие щекотки кончика носа мэтру Киосси. На мне было лишь исподнее из веранского кружева. Новое. И без его эльфийских ушей тут явно не обошлось. – Боюсь спросить, чьих рук это дело? – вздохнула я. – Тебя переодевали портные, эльфийки, – успокоил Мурз. И хитро добавил. – Под контролем искренне переживающего ректора. – Дьявол! – зарычала я. – Дафна, рад,что ты пришла в себя! – послышался голос этого самого золотоволосого дьявола. Он появился в дверях, сверкая широкой улыбкой. Мурз прищурился, подмигнул мне и спрыгнул с кровати. Покачивая черным хвостом, кот отправился прочь из комнаты, по пути мурлыкнув что-то про надоедливых мышей и симпатичную рыжую кошечку. Ничего, с пушистым пройдохой я еще разберусь, а сейчас… – Господин Рошад! – гневно закричала я, прижимая одеяло к груди. – Какого дьявола я делаю в вашей постели в таком непотребном виде?! – Отчего же непотребном, – улыбнулся Раннар. – Вид у тебя очень даже… – Прокляну! – взвыла я. Ректор хмыкнул, уселся на край кровати и примирительно выставил руки перед собой. – Рад, что из тебя не выбило твой прекрасный характер, – с улыбкой сказал он. – Что до твоей одежды… Когда мне удалось вызволить тебя из зеркала, а это, признаться было непросто, я увидел, что одежда на тебе обгорела. Чудо, что ни одного ожога на тебе не оказалось… – Сам проверил? – уточнила я. – Дафна, – вздохнул ректор. – Я испугался за тебя. И да, сам проверил, сам вызвал лекаря и мэтра Киосси. Кажется, эльф питает к тебе особые чувства. Я не припомню, чтобы он так переживал за форму адепток! А уж веранское кружево… – Тоже сам проверил? – ехидно спросила я. – С тобой невозможно разговаривать! – вдруг разозлился ректор. – Ты всерьез полагаешь, что я заглядываю под юбки каждой адептке?! – Вот не знаю… – Дафна, – зарычал Раннар. – Я подписываю заявительные бланки для ткацких мастерских! И когда в прошлый раз увидел в них кружево стоимостью с добротную избу, не мог не спросить. Поверь, я ни коим образом не хотел нанести урон твоей чести. Меня волновало лишь твое здоровье. – Мое здоровье, – протянула я. – Объясни, что значили слова лекаря о выжженном резерве? Раннар как-то мигом погрустнел и уставился в пол.