Глава 15

В столовой было ожидаемо многолюдно, приближалось время обеда, и самые расторопные адепты уже успели сдать задания магистрам и отправиться в вотчину ильфов. Где-то вдалеке грохотали кастрюли да половники, в воздухе витали потрясающие ароматы выпечки и жаркого. И чего меня сюда зелье привело? Я медленно осмотрелась, вроде ничего странного, столовая как столовая. Ильфы летают, силой магии толкая перед собой посуду, особенно не терпеливые адепты снуют туда-сюда с подносами и покрикивают на тех, кто зазевался. Я хихикнула, заметив, как по груди бархатного сюртука одного из стихийников расползается ярко-алое пятно клюквенного варенья. Обидчик, не мешкая, задумчиво кивнул, а потом скрутил блинчик, который нёс, в трубочку и ловким движением подцепил варенье прямо с сюртука, а после – споро отправил блин в рот и блаженно прищурился. – Я в этом сюртуке, между прочим, вчера яды варил, – хмыкнул стихийник. – А я-то думаю, что за привкус, – пожал плечами второй. Махнул рукой и ушёл за новой тарелкой блинов. Забавно, но ведь зелье меня явно не на шутки адептов смотреть привело? Так зачем? Я снова осмотрелась и, наконец, заметила. В дальнем тёмном углу, почти слившись с бардовой шторой за столиком роняла слезы Киара. Не к ней ли мне нужно? А зелье уже толкало меня к рыжей ведьме. Коли не сама варила бы, поостереглась за силой зелья следовать. Но тут сомнений не было, никто к моему зелью не прикасался, стало быть нужно идти. – Светлого дня, – тихо сказала я, разглядывая Киару. Сейчас она была совсем не похожа на ту изящную городскую ведьму, какой казалась при встрече в Академии. Косы растрепались, глаза покраснели и опухли, мантия наброшена кое-как. Неужто ректор так с ней и не объяснился? – Светлого? – ехидно переспросила ведьма. – Кому как. Говорят, ты провела ночь у ректора в постели. Она не спрашивала, утверждала. А в моей душе закипала злость на ректора, который точно глупая кура спрятался в курятнике, да ждёт, пока само рассосётся. Да и Киара хороша, каждому слову верит. – О, это было прекрасно! – не выдержала я. – Я, господин Рошад и лучший лекарь Вольноземья. А какие у него снадобья, прямо ух! Дух захватывает! – Подожди, – уже другим голосом попросила ведьма. – А лекарь откуда там взялся? Неужели Раннар был настолько груб?! Теперь она смотрела на меня с сочувствием. Как бы горько не было это признавать, да прав Раннар: умных ведьм в Академии не сыскать. Срам один на уме. – Да причём тут ректор вообще? – фыркнула я. – Наколдовала я не того, а он лишь лекаря позвал. А ночь я и вовсе в своей постели провела. Только учти, первый и последний раз оправдываюсь, коли считаешь меня продажной девкой, что на любом худо-бедно богатом мужике виснет, в глаза скажи, на том и порешим. Нечего в углу сопли на кулак мотать, да грязные сплетни слушать. – Так вы не?.. – не верила своему счастью Киара. – Тьфу на тебя, – я прикрыла глаза, чувствуя, как проходит магия зелья. Последний отголосок, который я ухватила, толкнул меня задать ведьме один важный вопрос. Странный, коли посмотреть, как она тут убивается, но отчего-то крайне важный. – Ты любишь ректора? Киара вздрогнула и уставилась на меня. Вроде и вопрос проще некуда, так отчего молчит? – А разве кто его не любит? – наконец ответила рыжая ведьма. – Красив, обходителен, почти король… – Не любишь, сталбыть, – кивнула я. – Так чего страдаешь? Может, судьба у тебя иная, а Раннар ещё встретит ту… – Ты мне своей судьбой не тыкай, – прошипела Киара. – Я своего ректора не упущу и уж тем более не отдам никаким лесным пигалицам! – И проклятье снимешь? – спокойно уточнила я. Не снимет, и мы обе это знаем. Ни силенок не хватит, ни любви. – А ты? – охнула ведьма. – А что я? – я пожала плечами. – Я его тоже не люблю, так и сгинет проклятым, бедняга. Оставив Киару в раздумьях, я поспешила в кабинет того самого проклятого. По пути прикидывала, то ли проклясть, хотя куда уж хуже, то ли в страуса превратить. Слыхала я птицы есть такие заморские, которые чуть опасность чуют, тотчас голову в песок прячут, прямо как Раннар. Да только чтоб превратить, надо представить то самое, в кого превращать, а я этих страусов отродясь не видела. Путь к ректору мне неожиданно преградила госпожа Диана. Встала у двери, распахнув руки, и зашептала: – Нельзя к нему, Дафна, он там не один… – Ну и нравы у вас, – вздохнула я. – Прямо средь бела дня бесстыдничать. – Да он не… – А у меня дело срочное, – отрезала я, между тем нашептывая заклинание истинной сущности. Вот обернётся сейчас очередная зазноба ректорская в змеюку или жабу какую, глядишь, и освободится сразу. Госпожа Диана отчего-то решила, что спорить я с ней не собираюсь, успокоилась, и вернулась за свой стол. Там красивое самописное перо уже седьмой раз рисовало цветочек на каком-то важном документе. Клянусь, вот тут я точно ни при чем, просто перу скучно стало. – Дафна! – рык ректора разорвал тишину, и я невольно вздрогнула. Это какая ж там сущность, что он так свирепствует? Заслышав шаги, вскинула голову и изо всех сил старалась сохранить серьёзный вид. Удивительно, но распахнувший дверь ректор был одет. То ли я рано пришла, то ли не того надумала. – Так и знал, что без тебя не обошлось, – вздохнул он. – Нормальные люди стучат! – Я бы и постучала, – фыркнула я. – Госпожа Диана не пустила. Ректор зыркнул на секретаря, которая вжималась в кресло так, словно хочет стать с ним одним целым. – Господин ректор, она не колдовала, я бы услышала… – Она вообще не должна колдовать, – прорычал ректор в упор глядя на меня. – Ведьмы с выжженным резервом не колдуют, Дафна. Но ты, видимо, к их числу не относишься, – он задумчиво потер переносицу и распахнул передо мной дверь, приглашая войти. – Я несказанно рад, что магия к тебе вернулась, хотя для меня загадка, как ты это сделала. Вот познакомься, госпожа Альвания, лучший целитель Вольноземья, специализируется как раз на магическом резерве. Он указал на грациозную рыжую кошечку, восседавшую прямо на его рабочем столе. Ох, неужто я целительницу… – Верни, пожалуйста, всё как было, – строго попросил Раннар. – А после мы оба хотели бы узнать, как так вышло, что твой резерв восстановился меньше чем за сутки. – Я бы тоже не прочь, – вздохнула я, возвращая госпоже Альвании прежний облик. Целительница мне понравилась. Строгая дама средних лет в старомодном платье. Волосы её были собраны в тугой узел, красиво переливающийся всеми оттенками рыжего: от огненного до медного. И хоть выражение её лица оставалось суровым, глаза смотрели тепло. – Это и есть та самая Дафна? – поинтересовалась госпожа Альвания. – Светлого дня, – улыбнулась я. – Любопытно, – протянула целительница. – Раннар говорил, ты едва ли не при смерти. И судя по тому, что он не склонен к истерикам, ты действительно недавно была в таком состоянии. Но, кажется, тебе уже лучше? – Кажется, ей уже совсем хорошо, – сердито буркнул ректор. – Я же не знала, что это целительница, я думала… – Продолжай, – рыкнул господин Рошад. – Раннар, у меня мало времени, – мягко прервала нас госпожа Альвания. – Вы с этой милой девочкой ещё успеете выяснить отношения, давай сосредоточимся на резерве. Ректор кивнул, а я поняла, что разговор с ним ещё не окончен. Вот проводит он целительницу… – Скажи-ка, Дафна, когда ты почувствовала, что сила вернулась? – спросила госпожа Альвания. – Да вот только что, перед тем как… – Перед тем, как превратить меня в кошку, – улыбнулась целительница, а я смутилась. – У вас очень красивая сущность, – я пожала плечами. – Дафна, – закатил глаза Раннар, – ты невыносима. – Так не выносите, господин Рошад! – вспылила я. – Я же говорила, что в лесу мне будет лучше! И Академия целей. – А я говорил!.. – Раннар! – неожиданно крикнула госпожа Альвания. Ректор махнул рукой и совсем не изящно плюхнулся в кресло. А целительница вернулась к своим вопросам. – Так значит, ты почувствовала силу, когда подошла к кабинету? Просто так? Может, ты испытывала волнение или какие-то другие эмоции? – Например, ревность? – фыркнул Раннар, а госпожа Альвания понимающе улыбнулась. – Злость, – буркнула я, чувствуя, как щеки краснеют от смущения. Того и гляди, всю душу наружу вывернут. – Злость?! – не понял ректор. – Ага, – я дёрнула плечом. – Пока вы тут… В общем, пока вы тут, вся Академия жужжит, точно разбуженный улей. И знаете, что слышно? Как одна дикая лесная ведьма провела ночь в постели ректора. Ночь! В постели! Ректора! – Дафна, я даже не думал… Я искал способ вернуть тебе силы, чувствовал себя виноватым, что допустил… – растерянно забормотал Раннар. Я лишь вздохнула. Не думал он. Его-то чести ничего не грозит, разве кто посмеет осуждать ректора, да ещё и королевского наследника? – И все-таки, – уже сурово напомнила о себе госпожа Альвания. – Ты почувствовала злость, а после? – Тепло, вот здесь, в груди. – Там, где?.. – ректор подскочил, а я застыла, оглушенная догадкой. – Госпожа Альвания, благодарю вас. Кажется, я понял, что помогло Дафне. Целительница внимательно посмотрела в глаза ректора, едва заметно кивнула и тихо сказала: – Надеюсь, ты знаешь, что делаешь, Раннар. Если понадобится моя помощь, ты знаешь, я всегда рядом. Женщина погладила ректора по плечу, и я вдруг ощутила особую связь между ними. Такую, какая бывает у матери и сына, только тоньше. Госпожа Альвания была отнюдь не случайным человеком для Раннара, она любила его и берегла, а он отвечал ей тем же. От этого знания мне стало тепло, я почувствовала, как греется мой амулет и тонкой струйкой из него движется сила. Раннар привычно начертал портал, душевно попрощался с госпожой Альванией и повернулся ко мне. Взгляд его не сулил ничего хорошего. – А теперь ответь мне, Дафна, кого ты представила в моём кабинете так отчётливо, что аж такого энергозатратного проклятия не пожалела?!