Глава 9

При виде пирожков Мурз заметно ожил и повеселел. Однако это не помешало ему возмущённо фыркнуть, когда я отправила его есть на пол. – Сама-то на полу не ешь! – укоризненно сказал кот. – Так я и печёные яблоки по постели не разбрасываю! И усы об подушку не вытираю! – засмеялась я. – Это потому что вытирать нечего, – заметил Мурз, облизываясь. Я не выдержала, подхватила пушистого ворчуна и стиснула в объятиях, по пути чмокнув в макушку. Что бы я делала без моего упрямого фамильяра? – Любопытно, – мурлыкнул кот, довольно жмурясь, – ты же помнишь, что тискаешь сэра фон Линдена? – Мм? – Кажется, я раздумал быть человеком, – засмеялся он. – Никаких привилегий: ни пирогов тебе, ни почесать за ушком! – А долго тебе ещё?.. Ну.. – До Зимнего бала, – грустно вздохнул Мурз. – А потом – Диана, семейные узы и всё такое… – Да что же это! – в сердцах воскликнула я. – Отчего же всё происходит именно в день Зимнего праздника?! – А что ещё? – Проклятье, – напомнила я. Мурз спрыгнул с моих колен и, был бы он человеком, я бы сказала, что он от души почесал затылок, будто раздумывая. Потом с надеждой покосился на свёрток, в котором ещё недавно лежали румяные яблочные пироги и тяжело вздохнул. – И не надейся, обжора! – фыркнула я, глядя на его живот, который по толщине сравнялся уже с моим котелком. – Ты мне лучше скажи, что делать? – Спать! – недовольно буркнул он. – Или ты хочешь завтра на лекции магистра Линеры уснуть? Она такого не прощает! Как ни крути, а Мурз прав. Завтрашний день лёгким быть не обещал, да и вообще про спокойную жизнь а Академии можно забыть. С одной стороны – разгневанный стихийник, с другой – ректор с его проклятьем, с третьей – Киара с её тайнами. А кроме них ещё кот, который не кот и дюжина рыжих ведьм, мечтающих о мести. Пожалуй, лучше явиться пред очи магистра Линеры бодрой и полной сил. Мурз уже сонно умывал мордочку на кресле, которое ректор приказал принести взамен испорченного. И когда только успел? Я наскоро помылась, радуясь тёплой воде и ароматному маслу, которое я прихватила из дома, переоделась в ночную рубашку и провалилась в сон. Утром меня разбудили отнюдь не солнечные лучи. Кто-то настойчиво бил кулаком в дверь. Мурз нехотя потянулся, проворчал что-то вроде: "Кого там нелёгкая принесла? " А потом поудобнее свернулся калачиком и снова уснул. Вот бы и мне так! Все-таки хорошо быть в кошачьей шкуре: хочешь – спишь, хочешь – ешь, подставил ухо – почесали, помурчал, так и вовсе погладили. Красота! Стук повторился. Вот неугомонный! Пришлось встать с кровати и, приоткрыв один глаз на ощупь двинуться к двери, проклиная незваного гостя на чем свет стоит. Тихонько так проклиная, про себя, а то вдруг там магистр Агнесса или ещё того похуже. Хотя кто может быть хуже? Отчего-то вежливая и холодная, как ледышка магистр внушала мне незнакомое чувство, будто я не на своём месте. – Дафна, открой, я слышу твои шаги, – донеслось из-за двери. Вот олух, этак он весь этаж перебудит! Я распахнула дверь и уставилась на разъярённого Иллара. – И чего ты тут забыл? – фыркнула я. – Гостеприимно, – ехидно заметил он, разглядывая мою ночную рубашку. Ох, я же и не подумала! Завизжала так, что теперь уж точно проснулись даже те, кого стихийник не разбудил, ловким зайцем прыгнула в кровать и накрылась с головой одеялом. Снаружи послышался хохот. – Вылезай, – веселился Иллар. – Зря прячешься, ты очень даже ничего! – Уходи! – пискнула я, краснея от смущения. Но вместо того, чтобы послушать моего совета, стихийник нагло уселся прямо на мою кровать. Я разозлилась и наобум пихнула его ногой. – А вот этого не надо, – остановил меня Иллар, хватая за щиколотку. – Я, между прочим, извиниться пришёл. Я осторожно высунула голову из под одеяла. – Извиниться? Ты?! – удивилась я. – Мне показалось, я вчера повёл себя… – Показалось?! – возмутилась я. – Дафна, нормальные девушки принимают извинения молча и с почтением! А мои так и вовсе никто в стенах Академии не слышал! – кажется, Иллар начал злиться. Вот только не на ту напал! – Значит, я не нормальная! И вообще, свои извинения прибереги для тех, кто захочет их услышать. Они от сердца идти должны! – Да я!… Да ты!… – стихийник хватал ртом воздух, будто рыба, выброшенная на берег. А потом вскочил, уронив свёрток, лежавший у него на коленях. Не обращая внимания на то, что там что-то разбилось, разгневанный Иллар стрелой вылетел из моей комнаты, не забыв от души ударить дверью. – Ушёл? – хитро мурлыкнул Мурз, поднимая голову. – Ушёл, – вздохнула я. – А он, между прочим, тебе завтрак принёс… – протянул кот. – Чую аромат пирогов и ещё чего-то вкусного! Я улыбнулась и потянулась к лежащему на полу свертку. Судя по "щедрому" дару стихийника, лесные ведьмы на завтрак едят почти что ползернышка. Мурз долго хохотал над листьями неведомой травы, которые нужно было жевать прямо так, заедая черствыми зерновыми хлебцами. Ещё в свертке было два крохотных яйца, по словам кота – перепелиных и какой-то пресный зелёный овощ. А мне ещё голодного фамильяра кормить. Правда, Мурз себя расстроенным не чувствовал, хохотал, смахивая с усов слезы. – И что это за диковины такие? – хмуро спросила я. – Ох, Дафна! – веселится кот. – Любая придворная дама за такой завтрак отдалась бы прямо в ту же минуту, а ты нос воротишь! – Вся отдалась?! – возмутилась я. – За траву и хлебец?! – Ох, не знаешь ты наших модниц! То, что ты травой назвала, растёт только в одном уголке диких земель и стоит… Ну примерно как небольшая избушка. Я охнула и бережно расправила скомканный лист, подув на него, чтобы смахнуть крошки. – Только не говори мне, что тут всё стоит как избушки! – фыркнула я. – Ну примерно, – согласился Мурз. – Мальчик хотел тебя удивить. – Да было бы чем, – вздохнула я. – Зачем это есть, невкусно же? – Ну… Новая мода, считается, что эти продукты для… хм… похудения, – кот хихикнул и оценивающе посмотрел на меня. – Но, боюсь, если ты похудеешь, то просто испаришься! – Так это он, – я вспыхнула от гнева, – это он на что надеялся?! – Да ладно, не обижайся, – вдруг мурлыкнул кот. – Ну не учёл, что ты не местная. Я вздохнула, от нечего делать сгрызла хлебец, собралась и отправилась на урок по "Сглазу". Удивительно, что этому пытаются научить, это ж от рождения или дано, или нет. А коли не дано, то хоть шепчи, хоть желай – а даже блоху сглазить не выйдет. В этот раз пришлось долго спускаться по гулким ступеням в подземелье. Откуда-то тянуло сыростью, пахло тиной. Хорошо хоть лесные ведьмы не мёрзнут, сквозняки тут гуляли крайне мерзкие. Когда я наконец добралась до крошечной каморки, там уже собрались все двенадцать рыжих ведьм. Ну как, собрались. С таким же удобством, как огурцы в кадушке бабки Нарафьи. Плотненько так и по размеру. Сегодняшним магистром была бойкая пышнотелая ведьма преклонных лет. Звали её Наира. Вот так просто, без всяких "леди", " магистров" и "госпожей". Наира мне сразу понравилась, было в ней что-то живое, близкое. На ней было простое чёрное льняное платье, седые волосы неряшливым облаком лежали на плечах. – Её, наверное, сегодня утром уже сглазили, – фыркнула Шерра. Правда негромко, чтобы Наира не услышала. – Кто? – хихикнула Ранния. – Дух неряшливости, конечно, – уверенно сообщила Шерра. Стоящие рядом ведьмы прыснули от смеха, а мне вдруг стало ужасно обидно за Ниару. Быть может, с возрастом её слух потерял остроту, но я-то совесть не теряла. А старая ведьма добродушно улыбалась, мирно раскачиваясь на кресле-качалке. Удивительно, но вокруг неё даже было место, куда никто из рыжих ведьм не решался подойти. – Да чтобы этот дух вас самих сглазил! – в сердцах буркнула я. Что тут началось! Перья-самописцы от души сажали кляксы на ученические мантии ведьм, шнурки сами собой развязывались, пуговицы со счастливым хрустом отрывались ровно через одну. Из сумок повылетали карминовые палочки, тотчас бросившиеся раскрашивать визжащим девицам щеки, а щётки для волос соорудили такие причёски, что после них, похоже, пришлось бы сбривать волосы. Ведьмы с криками ринулись к узкой двери, толкаясь и вяло проклиная друг друга они все-таки вывалились из комнаты и убежали. Интересно, куда? В наступившей тишине я отчётливо услышала заливистый смех. Смеялась Наира. – А ты, девка, не промах! – похвалила она. – Из лесных будешь? – Из лесных, – вздохнула я. – Вы уж меня простите, я ж случайно… – Да ты что! – удивлённо воскликнула Наира. – У меня такой ученицы уж почитай полсотни лет не было. А когда-то и я была молодая, да черноволосая. Она хитро подмигнула и приложила палец к губам. Магистр – лесная ведьма! Да я чуть не бросилась её обнимать, так счастлива была встретить в этом безумном месте хоть одного нормального человека. Нет, Мурз, конечно, тоже, но он же кот. А тут – целая лесная ведьма. – Ты вот что, – вздохнула Наира. – Ступай к ректору, уж лучше сама, чем эти налетят. А ко мне просто так заходи, порадуй старуху. Я поблагодарила Наиру и с тяжёлым сердцем побрела в кабинет ректора.