МАША. 9 глава
Когда крышка люка вновь захлопывается, я обессиленно падаю на ближайший тюк.
Господи!
Неужели одну из нас все-таки отпустили?!
Вот только я… я все еще здесь. И, судя по словам Дамира, ничего хорошего меня не ждет.
Ну что же, по крайней мере, ад для меня наступит не прямо сейчас.
Как же повезло, что бандиты оказались туповаты и даже не стали проверять мое горло! Видимо, вид кашляющей и шмыгающей соплями соседки по общаге был достаточно убедителен…
На самом деле, я не простыла… пока что. Потому что, если останусь в этом подвале надолго, заработаю не только простуду, но и пневмонию!
Но на Маринку я, конечно, очень зла.
Она так обрадовалась, узнав, что ее отпустят, что про меня даже не спросила! Даже не попыталась попросить за меня! Сама спаслась — и ладно! А что с подругой будет, ее, видимо, не очень интересует. Вот тебе и дружба!
В тревожном ожидании своей судьбы я нахожусь недолго: где-то через полчаса незнакомый подчиненный Дамира выводит меня из подвала и ведет на второй этаж. Видимо, до них дошло, что оставлять болеющего человека в мокром холодном подвале не стоит.
Меня запирают в спальне их главаря, где я уже недавно побывала. Видимо, причина в том, что это единственная комната с собственным санузлом.
Здесь уже успели прибраться. На столе стоят графин с водой и еда, которую я жадно глотаю, не обращая внимания на то, что она давно остыла. Покончив с ней, я аккуратно присаживаюсь на край гигантской кровати и задумываюсь.
Похоже, Ярик действительно обратился к своему отцу за помощью, как я и предполагала. Дамир сказал об этом практически прямым текстом. А вот откуда об этом узнал сам бандит…
«Да какая разница!» — обрываю сама себя.
Главное, что это заставило его осторожничать.
Не знаю, почему.
В конце концов, кто мы с Маринкой для Дорогина-старшего? Так, две тусивших с его сыном молодые студентки, которых в нашем городе навалом. Без влиятельных родителей, без каких-то редких и ценных умений…
Проще говоря — никто.
Поэтому можно даже не надеяться, что обо мне как-то позаботятся. Нет, это разборки Дамира и Ярослава. Я лишь разменная монета, оставленная главарем кавказцев для шантажа противника-мажора.
Да и сам Ярик, подозреваю, не видит во мне особой ценности. Сколько у него было таких, как я?! И сколько еще будет?! Мы ведь даже не встречались полноценно…
Время опять тянется мучительно медленно.
Мама там, наверно, с ума сходит. А папа уже обзванивает все больницы и морги.
Я представляю, как там сейчас мечутся в панике мои родители. Они наверняка пытаются выяснить, куда я пропала и что со мной. Безуспешно…
В какой-то момент на меня накатывает очередная волна отчаяния, и я начинаю рыдать, громко, надрывно, и рыдаю ровно до тех пор, пока из-за двери не раздается грозный рык кого-то из бандитов:
— А ну заткнулась, сука!
Испугавшись, я замираю на месте и замолкаю.
Напряженно жду, что ко мне сейчас ворвутся, но ничего не происходит. Наоборот, слышны удаляющиеся шаги.
Теперь я впадаю в тупое оцепенение.
Я жду.
И жду.
И опять жду.
Успеваю поспать и проголодаться.
Судя по небу за окном, уже наступили следующие сутки…
А затем в спальню вваливается окровавленный Дамир.