39

Дина

— Ты не отвечаешь на мои звонки. Дин, я же с ума схожу. Без тебя, — Давид смотрит на меня в упор. Хочет подойти, прикоснуться, но… Вижу, сдерживается. — Почему так поздно?

Указывает на пакет с продуктами. Хмурится. Я нервно сжимаю ручки того самого пакета и пытаюсь делать вид, что внутри сплошное спокойствие, равнодушие. Не получается. Слишком много эмоций за один вечер.

Запах мужского одеколона кружит голову. В сердце отзываются струны. То ли плачут, то ли мне просто плохо. Как переступить через себя? Как наплевать на гордость?

— Молчишь, — произносит с грустью, с отчаянием. — Ну скажи мне хоть что-то!

— Привет, — вымученно улыбаясь.

— Привет.

Давид не сдерживается. Делает в мою сторону шаг. Сокращает дистанцию, наплевав на всё. Распахивает объятия. Обнимает за плечи. Крепко-крепко. Прикрываю глаза. Закусываю губы. Не реагировать на него! Не надо.

— Ангелочек. Любимая. Прости, — шепчет, целует в макушку, гладит затылок ладонью.

По телу проносятся импульсы. Пронизывают насквозь, задевают за живое. Чёрт… Ещё не забыла. Помню. Скучаю. А так хочется забыть, стереть из памяти эти руки, дарящие тепло; этот запах, кружащий голову; этот голос, вызывающий мурашки на моей спине.

Обманываю. Его. Себя. Вру, а как иначе?! Простить. Нельзя. Уйти.

— Давид, — с моих губ срывается тихий всхлип.

Чёрт. Всё-таки растрогал. Зацепил и не по касательной. Проник глубоко, кажется, в самое сердце.

— Диночка, Дина. Конфетка, — трогает скулы, скользя подушечками больших пальцев сверху вниз. — Не отпущу. Буду ждать, когда простишь.

Неожиданно. Целует. Страстно впивается в рот. Раздвигает мои губы языком, проникая внутрь. У меня сносит крышу. Окончательно. Роняю пакет на землю. Руки сами тянутся к нему. Обвивают за шею, сжимая в тугое кольцо. Горячее дыхание сводит с ума. Его вкус на моих губах — афродизиак. Возбуждает. Голову туманит желание быть с ним. Слишком долго мы не были вместе. Внизу живота затягивается плотный узел. Скручивает. Тянет… А не должен!

— Хватит, — прерываю поцелуй.

Отстраняюсь. Дышу трудно, поверхностно. Хлопаю ресницами, смотря на него туманным взглядом.

Ну почему он такой притягательный? Почему необходимый?

Он прижимается лбом к моему лбу. Обнимает за талию, притягивая к своему телу вплотную.

— Мы справимся. Вместе, — дышит трудно, как и я. — Люблю. Тебя. Сильно.

— Не. Надо. Любить, — шепчу охрипшим голосом.

Стоим в причудливой позе минуту. В голове роятся мысли. Разные. Диаметрально противоположные. Хочется и колется. Любить и страдать? Опять?

Нет. Не хочу.

— Извини, мне пора, — разжимаю на талии его пальцы. Поднимаю пакет. — Спокойной ночи.

— Можно я проведу тебя до квартиры?

Я удивленно выгибаю бровь.

— Хочу поздороваться с мамой. Хочу увидеть Сашу, — улыбается.

— Нет, — отрицательно киваю головой. — Не сегодня. Пока.

Круто разворачиваюсь и ухожу.

Пока набираю на домофоне нужные цифры, ощущаю пронзительный взгляд. Знаю, Давид не сводит глаз. Смотрит. Ждёт, а я…Захожу в подъезд, не оборачиваясь. Сегодня и так наделала глупостей.

Уже дома. Разбираю пакет. Раскладываю всё по полкам. Мама готовит ужин, а Санька бегает вокруг меня, наматывая круги. Заглядывает в пакет, помогает доставать продукты. Помогает — громко сказано. На самом деле его интересуют только конфеты, которые я не купила.

Раздается стук в дверь. Отвлекаюсь. Иду в коридор. Даже не задумываюсь посмотреть в глазок. Внутренний голос молчит, сердце бьётся ровно. Ничего не предвещает сюрприза. Открываю замок, распахиваю дверь. Не успеваю поднять взгляд, как слышится низкий баритон:

— Ты забыла в машине.