Глава 38

Влада

Слезы накатывают сами собой. Мне не хочется быть слабой, но по-другому не выходит. Все наваливается как-то сразу и не щадит меня. Душу выворачивает.

За дверью в ванную слышится шум воды. Дамир даже не сказал мне ничего. Ни слова. Просто бросил тут одну, попользовавшись. Утолил похоть и оставил. А если бы я не была ему так нужна в политических играх, вышвырнул бы на улицу, как ненужную попорченную игрушку?

Да, конечно, я осознавала все риски своего поступка, я понимала, что этот человек не церемонится с женщинами, и они для него даже не люди, но мне все равно обидно и горько.

Горечь я буквально чувствую на языке. И от этого лишь сильнее сжимаю челюсти.

Поджав к груди ноги, я даже не хочу думать о том, что бандит кончил в меня. Выпустил семя. Если и об этом запариваться начну – пережить уже не получится.

Айдаров выходит из ванной комнаты довольно скоро. Я стараюсь не всхлипывать при нем, чтобы не показывать, как сильно переживаю.

– Можешь жалеть себя сколько угодно, но это ничего не изменит, – говорит он спокойно и ровно. Безразлично даже. Конечно, какое этому уроду дело до того, что я чувствую?!

«Ничего не изменит». Звучит как приговор. Кара. Вот только за что она мне? Где я так сильно провинилась? Почему вынуждена терпеть такое?

– Запомни, принцесса, я вранье за версту чую. Думаешь, повелся на твою дешевую игру? И впредь не пытайся меня провести. Пока ты на особом положении, но это может измениться в любой момент. Другой на твоем месте уже бы гнил в земле за предательство. Цени мое отношение.

Ценить? Серьезно? Я все же не могу сдержаться оттого, чтобы вновь не признаться в лютой ненависти.

– Как же я тебя ненавижу! – выкрикиваю, подскакивая на постели. – Только попробуй еще раз тронуть меня! Только прикоснись! Клянусь, я зубами перегрызу твою глотку!

На лице Дамира появляется улыбка. Его забавит моя бравада. Даже не забавит, а откровенно смешит.

– Где была твоя ненависть, когда кончала подо мной?! – спрашивает.

И я могу ответить на этот вопрос лишь тяжелым шумным дыханием, потому что понимаю, что мерзавец прав. Я ничего не смогла сделать. Не противостояла. Сдалась. И уж точно не испытывала ненависти в тот момент, когда его громадный член беспощадно растягивал меня.

Я хочу еще спросить, зачем он кончил в меня. Ведь обещал, что отвезет к врачу. А теперь что? Передумал? Решил ребенка мне заделать? Но оставляю этот вопрос при себе. Теперь ничего нельзя поменять. Поздно пить «Боржоми», если почки уже отказали.

– Прими душ, – бандит окидывает меня оценивающим взглядом. – А потом спускайся на кухню. Тебе нужно как следует поесть. Вечером приедет врач, чтобы снова осмотреть тебя.

Изнутри рвется усмешка. Я едва сдерживаю ее. Забота? Это, блин, забота что ли? После того, как накинулся на меня диким зверем, решил в джентльмена поиграть?

Айдаров не ждет моего согласия. Наверное, ему плевать на то, как я поступлю. Стану ли смывать с себя грязь после падения и пот с выделениями и спермой после секса, решу ли принять пищу, ведь это все не мешает ему пользоваться мной.

Или Дамир просто приготовил новое наказание, и теперь выжидает, пока я вновь оступлюсь. Чтобы зажать в тиски своей похоти еще сильнее.

В душ я все-таки иду. И на обед тоже. Силы мне все же нужны, ведь я чувствую себя неважно. Скорее всего, мне кололи что-то для их поддержания, пока я была в отключке, но этого все равно недостаточно.

На большом столе разложена одноразовая посуда. В ней под крышками много разной еды. Понимаю, что все это привезено из ресторана. Получается, у Айдарова в доме нет прислуги, повара или хоть кого-то, кто не имеет отношения к его бандитским делам.

А, вообще, без разницы. Какое мне дело?

Радуюсь, что Дамир не присутствует на моей трапезе. На ней никто не присутствует. Есть возможность обдумать все, хотя думать особо не о чем. Безысходность очевидна, боль в груди сильна, а между ног саднит так сильно, что я ни на секунду не могу забыть о том, как чудовище подмяло меня под себя.

Уныло ковыряю вилкой по дну одноразового контейнера. Вспоминаю о том, что папы больше нет, и меня захлестывает волной скорби. В глазах образуются крупные слезы.

Бандит верно подметил. Я жалею себя. Жалею так сильно, как никогда в жизни. Но эта жалость она ведь не придает сил, а лишь разрушает. Рвет изнутри. В ней нет никакого смысла, даже если я не планирую прогибаться под Айдарова. В конце-концов эта эмоция просто выпотрошит меня, оставив безвольной, опустошенной тенью самой себя.

Пища становится ледяной, пока я размышляю. Но спешить все равно некуда.

Голос Дамира, который слышится со стороны гостиной, напрягает меня. Во век бы не видела его рожу! Красивую рожу, надо сказать, но и уродливую из-за его поступков и образа жизни. Нельзя таким ублюдкам быть настолько привлекательными. Бандиты должны отталкивать от себя. Вводить ужас кривыми зубами и шрамами в пол лица. А этот как с обложки сошел. Чертов Бог! Повелитель мира! И за это я ненавижу мерзавца еще больше. Еще яростнее.

Айдаров приближается к кухне ни один. Рядом с ним цокает каблуками какая-то женщина. Надеюсь, он не вызвал сюда ту стерву, что подсыпала мне что-то в бокал. Вряд ли. Интересно, что он вообще сделал с ней? Такие как Дамир, не спускают с рук предательства. Сам говорил, да и это дураку ясно.

Меня вдруг осеняет, что я могла подставить того парня, водителя, которого уговорила вывезти меня за пределы дома. Айдаров бы убил за такое. Точно. Осознание пускает по спине ледяные мурашки. Они мчатся очень быстро и корни пускают глубоко. Наводят жути оттого, что я могла стать причиной смерти другого человека.

Но мне просто некогда больше об этом думать. Я оборачиваюсь в сторону выхода, чтобы посмотреть, какого гостя привел ко мне бандит.