Глава 46

Влада

Ответ Мансура кажется чем-то жутким. Несколько дней наедине с ним. Несколько дней полного неведения и страха. Но я решаю, наконец, сложить лапки. Позволить более сильному решать за меня. Сил на сопротивление просто не остается.

Бандит приносит мне чистую футболку из своей машины. Говорит, что всегда возит с собой сменные комплекты. На всякий случай. А я даже знать не хочу, что за случаи такие!

Сначала сомневаюсь, стоит ли переодеваться, потому что чувствую себя неуютно, а потом все же скидываю перепачканный кровью брючный костюм и туфли.

Мы довольно неплохо проводим время, если, конечно, можно так сказать. Мансур немногословен и хмур. По-моему, мое общество раздражает головореза. Видно, как его раздутые кулаки жаждут мясорубки, а на деле приходится в няньках ходить.

Но ведь и я не выбирала такое соседство, так что мы оба заперты в этой клетке против собственного желания.

Я не видела, чтобы Мансур звонил Дамиру или что-то писал в сообщениях. Он пользовался мобильным исключительно для того, чтобы посмотреть время. Любимым занятие верзилы было – покручивание в ладони небольшого ножика. И он управлялся с ним мастерски. Потом точил. Затем метал в сооруженную из подручных средств мишень.

Меня тоже заинтересовала эта игра. Но потребовалось несколько часов, чтобы мужчина все же позволил мне просто попробовать. Один раз я даже почти попала в самую середину мишени, за что суровый мужик похвалил меня кивком бородатой головы.

– Почему ты не позвонишь ему? – спрашиваю на третий день за завтраком.

– Кому? – уточняет, хотя мы оба прекрасно знаем, бандит понял все.

– Дамиру.

– Сама подумай.

– Боишься, что сигнал перехватят? Узнают, что мы здесь?

– Бинго!

Я не оставляю попыток докопаться до правды. Айдаров втянул меня в криминальные разборки, и я просто обязана понимать, с чем имею дело.

– А что, если Дамир уже умер, и мы ждем его здесь напрасно? – с горечью в голосе спрашиваю.

Мысли о лютом бандите каждый раз отдаются у меня внутри клокочущим волнением. Не знаю, почему это чувствую. Должна испытывать облегчение, но на деле все совсем не так.

– Опять за свое?! – хмурится. Иногда мне кажется, Мансур не прочь зарядить мне по голове чем-нибудь тяжелым.

– Просто расскажи! И мои домогательства закончатся.

– Нельзя, я же сказал! Меньше знаешь – меньше болтаешь, меньше болтаешь – здоровее будешь. Враги не дремлют, – произносит серьезно. Кажется, вновь грустит об опущенном времени, которое приходится проводить со мной.

– У меня нет врагов! – парирую. – Да, кому вообще я нужна?!

– Ты баба Айдарова. Это все знают. Дамир постарался. Лакомый кусок. И тебя в оборот проще простого будет взять – уши свои развесишь и всех с потрохами сдашь. Как фисташка расколешься.

Из его ответа отбрасываю все лишнее. Оставляю только главную для себя мысль. Баба Айдарова. Звучит грубо, жутко, но почему-то задевает струны моей души. Самые глубокие. Самые чувственные. И я ненавижу себя за то, что позволяю этому случаться.

От Дамира нечего ждать кроме грязи, унижений и жестокости. И я должна это понимать сейчас, как никогда. Но его поступок, его искреннее желание защитить, которое в стрессовой ситуации раскрылось во всей своей красе, заставляет по-другому посмотреть на происходящее. Иным образом воспринять слова мамы. Найти в порывах Айдарова взять меня в жены что-то более приземленное, чем жажда стать мэром города. Симпатия?! Любовь?!

Даже думать о таком смешно. Если кто-то начнет уверять меня, что эта зверюга неотесанная умеет любить, я ему в лицо рассмеюсь. Расхохочусь во все горло.

А что до меня? Я четко уверена лишь в одном, что смерть Дамира станет для меня настоящим ударом. Если он погибнет…

Украдкой смахиваю горячую слезу со щеки. Неведение убивает. Не понимаю, как Мансур может быть таким спокойным. Уму не постижимо.

Мне кажется, эти три дня стали для меня затянувшимся сеансом самокопания, познания внутренних желаний и целей. Я будто наизнанку выворачивала все нутро для себя самой, чтобы разобраться, вычленить важное, главное, чтобы не дать пустым страхам и тревогам забить меня до смерти.

День клонился к закату, когда Мансур решил выйти покурить на веранду. Она расположена в стороне внутреннего двора, и это единственное место, где все эти дни позволялось дышать воздухом.

Недолго думая, я тоже решаю выйти. Сидеть в четырех стенах невыносимо. Еще чуть-чуть, и меня начнут атаковать новые вспышки истерики.

Мужчина облокачивается о перекладину, глубоко затягиваясь. Я останавливаюсь рядом с ним и тоже опираюсь на локти.

– Отошла бы, – холодно реагирует на это Мансур. – Табаком провоняешь.

– Почему я не нравлюсь тебе? – после его слов разворачиваюсь, чтобы лучше видеть, ставшее за эти дни слишком знакомым лицо.

Он снова затягивается и явно не хочет отвечать. Вновь заставляет умолять о разговоре. Как же достало!

– Потому что ты делаешь его слабым, – вдруг произносит мужчина, выпустив дым из легких. – Дамир, которого я знал, давно бы стер Абашева в порошок. А он осторожничает, боится, как гребаная целка!

Сглатываю скопившееся в горле напряжение. Сердечный ритм учащается.

– Какая связь? Я не понимаю!

– Не понимаешь, блядь?! – теперь уже и он разворачивается ко мне лицом. – Если начнется бойня – ты сдохнешь первой!

Страх мигом окутывает сознание. Не в силах даже воздуха глотнуть, я делаю шаг назад и оступаюсь, неудачно подворачиваю ногу. Взвываю, но больше от обиды. Чем я заслужила такую жизнь?!

– Сука! – вновь нецензурно выражается бандит, бросает сигарету и тянется ко мне.

Пытаюсь одернуться в сторону.

– Дай посмотреть! – приказывает.

И я, собрав волю в кулак, слегка приподнимаю ногу. Мансур усаживается на корточки рядом со мной и хватается за лодыжку. Несмотря на огромный размер, его ладони нежно удерживают меня. Мужчина ощупывает ногу, пытаясь понять, стоит ли волноваться.

А я как раз в этот момент поднимаю голову, чтобы отвлечься. И мое сердце ухает куда-то вниз. Я вижу Дамира. Очень разъяренного Дамира.