Глава 27
ДАНТЕ
Когда мы возвращаемся домой, и я вижу наведённый Ангелом бардак: разбросанные вещи, собранные сумки и раскрытые чемоданы, наполненные её вещами, меня вновь охватывает дикая ярость.
Понимаю, что сам виноват в её порыве немедленно уйти. Я давно утратил бесценное качество как терпение. В гневе я похож на чудовище. Немудрено, что моя девочка испугалась.
Если уж матёрые мужики стараются держаться от меня подальше, когда я не в себе, то, что тогда говорить о юном и невинном создании?
Хорошо, что она рассказала о сборах.
Титаническим усилием воли беру себя в руки и смотрю на Ангела.
Её глаза цвета моря широко распахиваются, зрачки расширяются. Она видит, что я вновь впадаю в безумство, замирает, делает шаг назад и упирается спиной в стену. Она словно загнанный в угол зверёк, перед которым застыл в прыжке опасный хищник.
Мы долго смотрим друг на друга. Напряжение между нами потрескивает и вот-вот вспыхнет, как костёр, в который плеснут добрую порцию керосина.
– Денис… Я же рассказала тебе, что хотела уйти… – пытается она снова объясниться. Голос дрожит, в глазах я вижу страх.
Проклятье!
Она пытается убежать, но оказывается в моих объятиях в мгновение ока.
Она даже ахнуть не успевает, как накрываю её губы своими разбитыми и всё ещё с привкусом крови губами.
Запускаю одну руку в её волосы, другой надавливаю на поясницу, заставляя девушку теснее прижаться к моему уже поднявшемуся члену.
Целую её, словно умру без её губ, без её сладкого и желанного дыхания, без её тепла и мягкости. Так долго мы были в разлуке, что у меня срывает тормоза.
Она хватается за мою футболку и отвечает на поцелуй.
О, да-а-а…
Моя. Только моя. Желанная. Единственная. Родная.
Я настоящий мудак, что напугал её. Как конченый придурок и урод разозлился на её маленький обман. Да и обман ли это был? Нет. Она защищала себя. И правильно сделала. Без драм, истерик. Всё правильно, родная моя. Это я болван.
И я пью её, пью из неё, ласкаю языком её податливые губы и так крепко, сильно и яростно целую, что обоим трудно дышать, воздуха не хватает.
– Ты не должна меня бояться, Ангел, – шепчу ей в губы, оторвавшись на миг. Мы оба глубоко дышим. – Я никогда не причиню тебя вреда. И я прощу тебе всё, родная… И эти чёртовы таблетки… Это ты прости меня. Это я виноват. Из-за меня всё, Ангел. Прости, любимая… Прости, если сможешь.
Она улыбается, в глазах за линзами очков больше нет страха и ужаса, лишь желание.
Её нежные пальцы касаются моих волос, гладят мою шею, спускаются и ложатся на плечи. Трогает меня почти маниакально, словно тоже не может насытиться ощущениями.
– Спасибо, – шепчет она в ответ с огромным облегчением.
И я целую её снова. Вновь оторвавшись всего на миг от сладких губ, произношу, словно клятву:
– Я очень люблю тебя, мой Ангел.
Мгновение она с лёгким замешательством смотрит в мои глаза, затем за волосы тянет мою голову вниз и уже сама целует.
– И я тебя… – вдруг слышу её очень тихие слова.
Я рычу, и яростно врываюсь в её вкусный рот, срывая и вкушая свою личную победу с её языка.
– Я давно не был внутри тебя, сладкая… – произношу тяжело дыша.
Она кивает, и я любуюсь её румяным от смущения и одновременно от желания прекрасным лицом.
Снимаю с неё очки и практически хватаю её за мягкую попку, будто дикарь. Она обвивает меня ногами, и я буквально мчусь в спальню.
Практически бросаю её на кровать и она, как и я начинает быстро раздеваться.
Одежда летит на пол. Никакого романтического стриптиза. Есть лишь голод.
Бесстыдно разводит ноги, и я не могу оторвать взгляда от моей прекрасной женщины.
Лицо Ангела сильнее раскраснелось. Она смущена, но сексуальный голод её терзает не меньше меня.
И я наваливаюсь на неё, как маньяк, нашедший свою идеальную жертву, вцепляюсь в неё точно последний безумец.
Во мне растёт яростная потребность прямо сейчас завладеть каждой клеткой её прекрасного тела. Просочиться к ней под кожу, навсегда поселиться в её мыслях. Стать для неё всем.
Пожираю её сладкий рот, кусаю, чуть ли не до крови её полные и податливые губы. Сливаюсь языком с её жаром.
Одну руку кладу на её горло, чуть сжимаю, чтобы ощущать, «слышать» её бешено бьющийся пульс.
Другая моя рука хозяйничает у неё меж раздвинутых бёдер. Моя Ангел очень мокрая. Ещё сильнее она увлажняется для меня, её соки покрывают мои пальцы и ладонь. Она сама трётся о мою руку, желая ощутить меня внутри.
Погружаю в неё два пальца и медленно ласкаю свою девочку, наслаждаясь её хриплым дыханием, диким стоном, отзывчивостью её тела.
– Денис! Хочу тебя! – умоляет она. Её глаза темнеют и сверкают от желания, словно звёздное небо.
Продолжаю сжимать её тонкое горло и отклонился назад, с жадностью наблюдая, как моя любимая извивается на моих пальцах. Разрывается на миллионы частиц, как сильно желает меня.
Шире раскрываю её ноги и беру губами розовый клитор и яростно ласкаю языком. Сам издаю рычащий стон от изысканного вкуса её соков.
Ангел дрожит, выгибается, выдыхает моё имя как молитву.
Её стоны разрывают меня самого, бьют по нервам разрядом не меньше десяти тысячи вольт.
Отрываюсь от её сладкого, сочного, розового и набухшего, словно запретный плод лона и с хрипом сжимаю член в кулаке, чтобы не кончить прямо сейчас.
Приставляю головку члена к её входу и хрипло предупреждаю:
– Я так сильно соскучился, Ангел, что не смогу сдержаться. Я буду тебя трахать, маленькая. Сильно и жёстко.
– Да-а-а… – выдыхает она с предвкушением.
Её глаза и губы полуприкрыты.
Не в силах больше держать себя в узде, резко вхожу в её маленькое, тугое, узкое лоно до упора.
Она выгибается и вскрикивает от наслаждения.
Я задаю просто сумасшедший и безумный темп. Тугие мышцы её влагалища сокращаются, лаская мой член.
Сердце бешено стучит, дыхание срывается, в ушах гудит. Жадным взглядом смотрю на её прыгающие груди, запрокинутое назад лицо, на котором появляются красивые гримасы страсти и яркого наслаждения. С её губ срываются уже не стоны, а крики.
Склоняюсь к её тонкой шее и впиваюсь зубами в нежную и ароматную кожу, оставляю огромный засос, метку.
Сердце моего Ангела бьётся в такт со мной.
Мои яйца сжимаются почти до боли, каждый мускул в теле гудит, по позвоночнику пробегает покалывающая волна.
– О-ох… Денис, кончи в меня, наполни меня! – умоляет Ангелина, подмахивая бёдрами.
– Бля-а-ть! – рычу я, и всё моё тело простреливает от макушки до пят.
И я кончаю, извергаясь в неё.
– Ангел… Девочка моя любимая… – со стоном выдыхаю, пока изливаю в неё всю свою сперму.
Она пяточками прижимает меня к себе ещё ближе. Наваливаюсь на любимую всем весом. Не в силах держаться даже на локтях после невероятного оргазма, который буквально досуха меня выжал.
Ангел зарывается пальчиками в мои волосы и целует мой нос, подбитую скулу.
Очень сладко, хорошо. В теле разливается истома.
– Я тоже скучала по тебе, – произносит она немного застенчиво.
Я приподнимаюсь на локтях, чтобы посмотреть в её лицо. Распалённая страстью, удовольствием и любовью, с обнажённым не только телом, но и душой, я касаюсь её губ, обвожу их идеальный контур и ощущаю невообразимую, глубокую, бесконечную любовь и нежность к этой прекрасной маленькой женщине.
– Ангел… – выдыхаю её имя и вкладываю в одно слово всю свою любовь.
Она улыбается, проводит ладошками по моим плечам, а затем к себе тянет меня за уши и мягко, очень нежно целует мои разбитые губы.
– Я псих, Ангел. Наверное, это уже неизлечимо, – говорю после короткого поцелуя.
– Я знаю, – вздыхает она.
Я совсем неидеальный, далеко неидеальный. И моя грубость, неровность, ярость прекрасно сочетаются с нежность и мягкостью Ангела.
Думается мне именно поэтому мы идеальная пара.
И мы лежим в объятиях друг друга, слушаем сердца, что начинают биться ровно, а не в бешеном ритме. Дыхание становится медленным.
Хорошо как…
Чувствую, как член снова наливается силой, тяжелеет, твердеет.
Сообщаю любимой с хитрой улыбкой:
– Ангел мой, сегодня всю ночь я буду восполнять одинокие без тебя дни и ночи.
Она тихо смеётся и раздвигает ноги, позволяя мне вновь войти в её прекрасную дырочку, наполненную моей спермой.
В голову приходит жаркая мысль кончить ей на живот и груди…
* * *
АНГЕЛИНА
Мы засыпаем в объятиях друг друга. Мне кажется, именно в этот миг я обретаю покой, умиротворение и чувствую себя безмерно счастливой, любимой, необходимой. Это потрясающее ощущение. Оно окрыляет.
Денис. Противоречивый, иногда странный, иногда пугающий, но всегда заботливый (порой даже чересчур), и любящий.
И самое главное, я хочу быть рядом с ним. Всегда.
Эта уверенность обретает крепость именно сегодня. Словно мы переходим на новый этап отношений, а на тех качелях, раздумьях и сомнениях я ставлю жирную точку. Всё, конец.
Теперь окончательно понимаю, что мне нужен Денис.
Сплю крепко, сладко и просыпаюсь от звонка будильника.
Сладко потягиваюсь, отмечая, что совсем не хочу идти ни на какую работу. Но ответственность гонит меня прочь из мягкой, тёплой постели.
Дениса рядом нет. Зато отчётливо слышу, что он на кухне гремит кастрюлями и сковородками.
Ммм… Что-то готовит.
Улыбаюсь, но тут же зеваю и сонная бреду в ванную. Между ног немного побаливает.
Денис вчера устроил мне настоящий секс-марафон.
Невольно краснею, вспомнив жаркую ночь и включаю воду попрохладней.
После бодрящего душа подхожу к запотевшему зеркалу и ладонью провожу по холодной глади.
Когда вижу своё отражение, на миг замираю.
Губы распухли от бесконечных поцелуев.
Глаза сверкают счастьем.
А на шее «расцвёл» гигантский засос.
Блеск!
На работе только слепой не увидит, чем я занималась всю ночь напролёт.
Но мне становится смешно и всё равно, что подумают обо мне коллеги.
Мне хорошо, я чувствую себя окрылённой. Разве это плохо?
Сушу феном волосы. Затем тональником пытаюсь хоть немного замаскировать метку Дениса, но выходит так себе. В итоге стираю тональный крем и решаю надеть блузку с высоким воротом и бантом, который идеально скроет следы «преступления».
Одеваюсь быстро. Блузка, юбка-карандаш, жакет, чулки. Туфли ждут в прихожей. Потом наношу лёгкий макияж. Очки как всегда «садятся» на нос. Брызгаю чуть-чуть духов. В сумочку бросаю телефон, зарядку и с улыбкой выхожу из спальни.
Денис в одних домашних шортах уже сервирует стол.
По квартире плывёт одуряюще вкусный аромат выпечки, омлета с беконом, свежесваренного кофе. Боже, пусть кто-то только скажет, что Денис не идеал, сама от души стукну того хама.
– Доброе утро, самый лучший мужчина! – приветствую его.
Денис оборачивается с улыбкой, но тут же застывает и улыбка сползает с его лица.
Его взгляд пробегает по моей офисной одежде. Глаза вмиг темнеют и становятся грозовыми. Он бросает вафельное полотенце на стул и полностью ко мне поворачивается. Складывает руки на груди и недовольным тоном спрашивает:
– И куда это ты собралась?
Теперь я застываю в полном недоумении и «теряю» улыбку.
– В смысле «куда»? На работу, конечно.
Денис почти минуту молчит, а потом едко спрашивает:
– Это тот холдинг, что оставлял заявку в универе на твою персону?
– Он самый, – отвечаю ему и робко улыбаюсь.
Но Денис вдруг категорично заявляет:
– Нет. В этой клоаке ты работать не будешь. Раздевайся и иди есть.
Что?!
Сначала в мгновение ока злюсь, но тут же беру себя в руки и вспоминаю бабушкину мудрость, что женщина должна быть гибкой, хитрой, а не переть на мужчину танком.
Бросаю сумку на диван, сама подхожу к мужчине и кладу руки Денису на грудь. Привстаю на носочки и очень ласково целую.
Денис тут же хватает меня за зад и прижимает к себе, вжимает в себя. Носом зарывается в мои идеально уложенные волосы.
– Ангел… – хрипло выдыхает он.
Ну вот, теперь он как пластилиновый.
– Денис, скажи, а тебе нравится, когда я улыбаюсь и когда счастлива? – спрашиваю очень мягким и ласкающим голосом.
– Твоё счастье и твоя улыбка – для меня как наивысшая награда, малышка, – отвечает он и тут же поднимает моё лицо за подбородок и говорит с улыбкой: – И я вижу твою попытку манипулировать мной, хитрюга. Решила сыграть на моих инстинктах к тебе? Ах, Ангел, Ангел.
– Мне важна эта работа, – говорю на полном серьёзе. – Я очень хочу там работать.
Денис на мгновение прикрывает глаза, кривит в недовольстве губы, сжимает мою задницу с такой силой, что боюсь, останутся синяки. Он явно сейчас борется сам с собой. Когда снова смотрит на меня, вижу, что он сильно не рад собственному решению.
Он говорит:
– Эта компания занимается и ведёт очень дурные дела. Думаешь для чего они скупают и поглощают маленькие и обанкротившиеся компании? Не отвечай, я знаю, что ты скажешь. Ты не знаешь правды, Ангел. Это лишь прикрытие, моя родная. Этот холдинг торгует оружием, является главным поставщиком наркотиков в нашу страну. Торговля людьми, секретными данными… И это только вершина айсберга. Я не хочу, чтобы ты, моя женщина работала на этих людей.
Я хмурюсь и не верю услышанному.
– Откуда ты знаешь? – спрашиваю с явным недоверием.
Он криво усмехается и отвечает:
– Они наши клиенты, Ангел. Мы для них отмываем их грязные и кровавые деньги.
Я молчу, переваривая услышанное, а Денис философски произносит:
– Правда – уродливая дама.
Мне хочется ударить его, накричать на него и заявить: «Не верю! Ты лжёшь!»
Но понимаю, что Денис не лжёт.
Сглатываю и сжимаю руки в кулаки.
Обхожу стол по кругу, Денис наблюдает за мной, но молчит.
Я взмахиваю руками и горько спрашиваю:
– И что ты предлагаешь? Остаться здесь с тобой? Сидеть на твоей шее и ничего не делать? Я, будучи ещё подростком, задала себе план на жизнь и шла к намеченной цели. И вот практически финиш! Я почти достигла того чего хотела! У меня красный диплом! Меня пригласили в крупную компанию, где я могу сделать головокружительную карьеру и наконец, забыть о безденежье! Ни от кого не зависеть! И ты вдруг заявляешь, что они плохие и не пристало мне работать на плохих дядей!
– Так вот чего ты боишься, – вздыхает Денис и кладёт руки мне на плечи. Я дёргаюсь, пытаясь сбросить их, но он лишь сильнее сжимает. – Ты боишься зависеть от кого-то. Даже от меня. Ты боишься доверять и довериться.
В его голосе звучит горечь.
– Эх, глупенькая моя девочка, – произносит он с печальной улыбкой. И добавляет, заглядывая в мои глаза: – А как же боулинг? Я перед отъездом оформил его на тебя.
– Что? – широко раскрываю глаза и в полнейшем шоке смотрю на Дениса.
Он хмыкает, кивает и говорит:
– Мне доложили, что тебя взяли в эту компанию. Но я надеялся, что после моего приезда ты решишь… посвятить себя семье. Но так как сильно сомневался, что ты сразу согласишься, решил оставить тебе игрушку.
Теперь хмыкаю я.
– Ты чересчур эгоистичен. Я готова посвятить себя семье, но прежде надеюсь реализовать весь свой потенциал. Я хороший специалист, Денис. Даже больше, чем «хороший». Я не просто прекрасно владею несколькими языками, я знаю культуру этих стран, их обычаи, деловой этикет. В универе меня хорошо обучили. Грех зарывать свой талант в бытовухе.
Денис задумчиво на меня смотрит, прищуривается, а потом с подозрительно довольной улыбкой вдруг произносит:
– Почему бы тебе не открыть свой международный лингвистический центр, в котором ты обучала бы не только языку, но и всему тому важному: этикету, обычаям? Что скажешь? Стартовый капитал я тебе обеспечу. Почти безвозмездно.
– Почти? Почему «почти»? – переспрашиваю хрипло, обескураженная заявлением и предложением Дениса.
– Ну-у-у… Потому что я всё равно хочу иметь дивиденды от твоего предприятия. Причём большие.
И глаза его наливаются синевой. Дыхание у него становится прерывистым.
Что он задумал?
– Насколько большие? – спрашиваю едва слышно и отступаю от него.
– Ммм… Минет по любому моему требованию, – самодовольно произносит он.
Мои брови ползут вверх.
– Минет? – переспрашиваю в полнейшем шоке. – Да я… Да я же никогда… И не знаю, как… А вдруг тебе не понравится, как я сделаю? Или…
Чувствую, как лицо заливает краска смущения.
– Ох, любовь моя, не переживай. В твоём исполнении мне всё что угодно понравится. Тем более, я расскажу тебе, как мне сделать приятно, – чуть ли не мурлыкает Денис и кажется, его прямо прёт и распирает от собственной идеи.
– Почему ты не предлагаешь мне работать у твоего Шведа?
Мой вопрос самовольно срывается с языка.
Денис тут же мрачнеет и категорично заявляет:
– Нет, Ангел. Никакого криминала.
– Но ты ведь связан с криминалом, – пожимаю плечами. – Значит, ты не можешь на все сто процентов избавить меня от него.
– Я сказал: нет, – чеканя каждое слово, повторяет Денис.
У-у-у, тиран.
Облизываю губы и понимаю, что его предложение о собственном лингвистическом центре звучит очень заманчиво. Мне не придётся работать на кого-то. Я смогу реализовать себя в полной мере, и смогу помочь людям усовершенствовать свои знания.
Боже… У меня перед глазами тут же появляется картинка красивого офиса, приятных сотрудников…
– А-а-а… Э-э-эм… – издаю глубокомысленные звуки. Потом трясу головой и спрашиваю: – Я могу подумать?
– Конечно, Ангел, – с улыбкой произносит Денис.
– Благодарю. Но на работу я всё равно поеду.
И прежде чем он раскроет рот и начнёт возмущаться, быстро добавляю:
– Я ответственный человек, Денис! Я обязана сообщить руководству и своей наставнице о своём уходе. Хоть я и стажёр, но я обязана передать дела! И не смей мне в этом отказывать!
Денис закрывает рот, смотрит хмуро, но интересуется:
– И сколько времени тебе понадобится, чтобы закончить с этой работой?
Чешу кончик носа и отвечаю:
– Думаю, за неделю управлюсь. Заодно подумаю над твоим предложением. Если конечно, оно не было шуткой.
– Никаких шуток, Ангел. Я готов инвестировать в тебя хоть все свои деньги. Кстати, про боулинг клуб не забудь. Если он тебе не нужен, то давай продадим.
– Боулинг пусть будет. А это… А много у тебя денег? – интересуюсь как бы между прочим.
Денис самодовольно хмыкает, подходит ко мне, обнимает, водит руками по спине, спускается ниже поясницы, мнёт мою попу и говорит проникновенно:
– С лихвой хватит нам с тобой. Нашим детям, которых у нас будет не меньше пяти. Их детям, то есть нашим внукам… Ну-у-у, может и правнукам что-то останется.
– Ого, – выдыхаю в полном шоке. – Да ты прямо олигарх!
Он кривится.
– Нет, просто обеспеченный человек.
– Я тебя услышала, – произношу слегка деревянным голосом.
Нет, я догадывалась, что Денис богат. Но чтобы настолько!
Но радости не испытываю. Деньги ведь кровавые, незаконные.
Чёрт.
Лучше бы он завязал с незаконной деятельностью и занялся легальным делом. У него ведь много предприятий. Вот и боулинг прикупил… Хотя, на меня переоформил.
В голове пока не укладывается новая информация. И пока не могу принять и поверить, что Денис реально переписал на меня боулинг! И что более нереально, предложил мне открыть собственный лингвистический центр! Он готов вложиться в меня!
Боже, дай мне собрать все мысли воедино и не спятить.
Денис, тем временем, пока я думаю, одной рукой уже расстёгивает пуговки на моей блузке, другой поглаживает мою грудь в лифчике, чуть сжимает её… Выскальзываю из его рук и говорю:
– Я не хочу опоздать! Поэтому либо ты меня кормишь, и я быстренько бегу на работу. Либо я прямо сейчас бегу на работу и по пути что-то ем.
– Никаких «по пути», – заявляет он и отодвигает для меня стул. – Садись и ешь. Я сам отвезу тебя в это логово мрака.
Я закатываю глаза и смеюсь.
– Денис! Что за сравнение?
– Так и есть, – хмыкает он и садится напротив.
И мы завтракаем. И даже никто не пострадал этим утром.