Глава 14
Прежде чем я успеваю сделать вдох, вода смыкается над головой, и будто миллиарды острых ножей впиваются в незащищенные одеждой участки кожи. Но и теплые слои ткани сдерживают холод буквально несколько секунд, а затем быстро набухают, повисая на мне тянущим на дно грузом.
Очень резко, нестерпимо захотелось вдруг сделать вдох. Легкие сдавливает спазмом, но первый шок проходит, и в голове остается лишь одна четкая мысль: выжить.
Стараясь не паниковать, стягиваю с себя всё, что тянет вниз, а затем, широко распахнув глаза, вскидываю голову вверх и ищу место провала или другие, более светлые участки треснувшего льда. Но непонятно откуда взявшееся течение уже протащило меня вперед, и прямо надо мной виднеются только толстые, темные куски льда. А до светлого участка хоть и недалеко, но в холодной воде, без воздуха, в намокшей одежде путь кажется почти бесконечным.
Однако я не сдаюсь, резко дергаю руками и ногами, но те двигаются неохотно, заторможенно, да и в голове всё нарастает и нарастает гулкий звон…
Ну уж нет, у меня Бруно!
Злость разгоняет кровь, и холод внезапно отступает, а к рукам и ногам приливают силы. Освещение в воде меняется, и если сначала я решаю, что всё светлеет потому, что я теряю сознание, то спустя пару секунд становится понятно, что дело не в моем зрении, а в том, что… лед с поверхности озера начал исчезать.
Рвусь вверх, сжав зубы, но тяжесть тела и остатков одежды кажется неподъемной, а легкие начинают гореть огнем.
И вдруг рывок!
Неизвестная сила подхватывает меня где-то под грудью и тянет вверх так неумолимо, что будь надо мной все еще лед, я пробила бы его головой. Но льда нет, и я выныриваю на поверхность, тут же делая судорожный вдох. Легкие сдавливает еще одним, самым сильным спазмом, и я закашливаюсь, сосредоточившись только на том, чтобы вспомнить, как дышать, не замечая, что буквально повисла в воздухе.
Сила, вытащившая меня из воды, на миг ослабнув, снова жестко опоясала талию и на бешеной скорости потянула к берегу, где меня, мокрую, дрожащую, надсадно кашляющую поймали чьи-то крепкие руки.
- Гретэль! – голос графа где-то сбоку. – Гретэль, ты как?!
- Пошел вон, - раздается холодное и яростное над головой прежде, чем я в принципе успеваю подумать над ответом, - и чтобы уже через час тебя на территории замка не было.
Бадлмер, а это был конечно же он, поудобнее перехватил меня и быстрым шагом направился вверх по склону.
- Кристиан, ты неправ сейчас, - голос Айрона позади непривычно серьезен, - во-первых, отдай мне Гретэль, ты сейчас вместе с ней прямо тут упадешь. Во-вторых, я уж никак не могу быть виноват в том, что в твоей гостье так невовремя проснулись способности.
- Я предупреждал тебя не приближаться к ней и на шаг, - рычит совершенно не похожий на падающего, - я предупреждал, что Гретэль опасно покидать замок, опасно оказываться в условиях, где может проявиться ее дар! Ты всё это знал, но при этом полностью пренебрег ее жизнью в угоду желанию посмотреть на настоящую фею и то, как будут открываться ее способности! Айрон, я повторять не буду: пошел вон!
- Ты неправ, - тихое и упрямое, - если бы не я, ее способности бы не открылись. И ты прекрасно знаешь, что раз они связаны со мной, покинуть в ближайшее время Гретэль я не смогу.
Вместо ответа лорд Бадлмер только крепче прижимает меня к груди, но хриплое, тяжелое дыхание и некоторая неуверенность походки тревожат.
Приоткрываю глаза.
- Как вы себя чувствуете? – спрашивают меня тут же.
- Жарко, - шепчу, не слишком соображая, что происходит.
- Это проснулась ваша сила, нужно немного потерпеть, - выговорить хозяин замка эти несколько слов смог только дважды прервавшись.
- Кристиан, да отдай же ее мне, ты едва на ногах стоишь! Сколько часов ты до этого был у Грани?!
- Айрон, сделай одолжение самому себе: проваливай.
- Нет! Ее способности связаны со мной! Я нужен Гретэль!
Лорд снова не отвечает, что наталкивает меня на мысль, что идти ему гораздо тяжелее, чем кажется. Пошире приоткрыв глаза, исподтишка изучаю и еще большую, чем обычно, бледность лица, и глубокие, почти черные тени под глазами, и крепко стиснутые зубы.
Непонятное острое чувство пронзает насквозь, и с губ срывается:
- Вам тяжело.
- Нет, - непримиримое.
- Но… - мысли в голове путаются, тело всё сильнее охватывает жар, в этот раз совсем не похожий на болезненную лихорадку. Что я хотела сказать? - Я хочу к Айрону, - выдавливаю наконец основную мысль, и Бадлмер запинается.
- Вы уверены? – звучит ледяное.
- Да, - с трудом вспоминаю нужное слово.
- Вот видишь, сейчас я нужен Гретэль гораздо больше, чем ты, - тут же звучит собственническое, и руки, несущие меня, меняются, но почувствовать это я уже была не в силах.
Разум окончательно заволокло туманом. Кажется, меня куда-то несли, кажется, куда-то положили, кажется, я снова слышала какой-то спор. Но всё это доносилось откуда-то извне, где-то за пределами образовавшегося вокруг меня узкого кокона, а потому совершенно не волновало.
- Опиши, что вы делали, - доносится до меня по прерывистым волнам. – Что вызвало у нее такие сильные эмоции?
- Не знаю. Мы просто катались на коньках.
- Айрон, перестань мне лгать! Вы явно не просто катались, раз у Гретэль открылись способности, дремавшие девятнадцать лет!
- Брат, клянусь, я не знаю! Она просто ехала!
- А что происходило до этого? Ты же понимаешь, что ее жизнь в последние годы была мало похожа на сказку, но несмотря на это, ее сила не проявлялась. Значит, произошло что-то, что она доселе не испытывала. Что, Айрон?
- Если только… я ее поцеловал.
- Ты… что сделал? – злость в смутно знакомом голосе пронимает даже валяющуюся где-то в полубессознательном меня.
- Кристиан, не бесись! Ты на нее только и делаешь, что рычишь или отправить пытаешься куда подальше. А я за Гретэль ухаживаю, какие тут могут быть претензии?!
- Какие претензии?! Девушка попала в беду, а ты решил ее окрутить по-быстрому, пока она не знает, кому довериться? Ты ей хоть сказал, что жениться не собираешься? Что твое «понравилось» - это «милая, давай проведем вместе пару недель, пока я не вернусь к привычным развлечениям»?!
- Вот не надо решать за меня, как я к ней отношусь. Откуда тебе знать, может, я впервые в жизни влюбился?!
- Впервые? Да я минимум с десяток писем о твоей «влюбленности» получал!
- А вдруг в этот раз всё по-настоящему?!
- Айрон, проваливай, пока не убил!
- Ты же знаешь, что если открытие ее способностей завязано на мне и эмоциях, связанных со мной, я не могу ее оставить, пока дар не стабилизируется. Хочешь в угоду своей не обоснованной ничем ревности поставить Гретэль под угрозу?!
- Связанны ли эмоции с тобой, еще не ясно!
- А с чем тогда?! Она была со мной и только со мной эти дни, пока ты строил из себя отмороженную статую!
- Я был у Грани!
- И мы все тебе за это благодарны, но твоя занятость не отменяет того, что с Гретэль ты обращаешься как с досадливой неприятностью!
Там, в коконе, мне становится так обидно от правдивости этих слов, что я закутываюсь в окружившие меня потоки еще сильнее, отрезая себя от эмоционального разговора двух спорщиков.
В следующий раз из бессознательного я выплываю, когда рядом появляется еще один, тоже знакомый, но не в пример более тихий и спокойный голос.
- Хозяин, вы не можете себе позволить снова сидеть рядом с ее постелью часами, вы едва справились в прошлый раз.
- Я знаю.
- Кристиан, всё понимаю, но тебе надо поспать, а затем снова отправиться к Грани, иначе последствия станут необратимыми.
- Я знаю.
- Кристиан…
- Я посплю здесь.
- При всем уважении, хозяин, но это неприлично. Идите к себе и пустите к девочке Айрона. Если ее эмоции и вправду были связанны с ним, им нельзя оставаться порознь.
Но собеседник голосу не отвечает, и какое-то время тишина нарушается лишь сонным потрескиванием дров в камине.
- А ты ведь был единственным, кому я доверял, Уилфред. – Прерывается наконец затянувшееся молчание. - Как ты посмел допустить такое?
- Вы по-прежнему можете мне доверять, но Гретэль должна была стать той, кем является, это неизбежно и это правильно. Вы не желали ей такой судьбы в силу своего благородства, но я, хозяин, простите, желал. Я… Я слишком люблю тебя, мой мальчик, чтобы позволить и дальше тянуть этот крест одному.
- Еще одно предательство и ты уйдешь из этого замка. Интриги, тем более от самых близких, за своей спиной я не потерплю. Ты меня услышал?
- Я вас услышал.
Мужчины снова помолчали.
- Она слишком долго не приходит в себя.
- Мы лишь отдаленно знаем о сроках, мой господин.
- Так может быть не стоило устраивать то, о чем ты знаешь лишь отдаленно? – в усталом голосе снова появилось рычание.
- Знаешь… - задумчивое. - Гретэль очень похожа на свою розу. Под нежной хрупкостью скрываются шипы, которые могут ранить даже самую загрубевшую кожу. Девочка сильная. Она справится. К тому же, Айрон ей все рассказал, она прекрасно понимает, что с ней происходит. Может, именно то, что она знала, и поспособствовало открытию дара, а вовсе не поцелуй ветренного мальчишки.
- Хотелось бы в это верить.
- Кристиан, можешь считать меня старым сплетником, но Гретэль вовсе не кажется влюбленной. Но все равно, пусти Айрона, я послежу. Возможно, с ним ей станет легче.
- Я его и не выгонял, Уилфред, - усталый вздох, - он просто устал и отправился спать.
- Хм-гм, - смешался старик, - ответственности этому мальчику, конечно, не хватает. Как и воспитания. Всё же родители слишком сильно его испортили.
- Иди уже, Уилфред. Утром Айрон вернется, и я оставлю Гретэль с ним. А пока побуду тут.
- Что ж… если лечь поверх одеяла и не прикасаться к даме, то может быть приличия и не будут так вопиюще нарушены…
- Уилфред. Иди.
- Иду.
Где-то тихо хлопает дверь.
Жар, медленно тлеющий в груди, вдруг разрастается, когда чье-то прикосновение к виску едва не разрывает окружающий меня кокон.
- Возвращайся, Грета, - тихий шепот совсем рядом, - возвращайся.
Никто никогда не называл меня Гретой. Но мне нравится.
Глава …
К утру странный жар не проходит, но становится будто бледнее, а кокон, окруживший меня, как защита, незаметно тает.
В какой-то момент я ощутила, что снова могу открыть глаза.
Моя родная уже комната тонет в предрассветных сумерках. За окном медленно и умиротворенно падают крупные хлопья снега, но от их холода надежно защищает не менее умиротворенно хрустящий поленьями камин.
И лишь тихое дыхание рядом нарушает привычную утреннюю картину.
Медленно поворачиваю голову.
Лорд Бадлмер, даже в сонном забытьи выглядящий величественно и строго, дремлет на соседней подушке, лежа в одежде поверх одеяла. Бледное лицо выглядит устало, но дыхание, ровное и глубокое, говорит о том, что именно сейчас его силы восстанавливаются.
Тихонько приподнимаюсь.
Ну почему он так невыносимо красив? Самый красивый мужчина из всех, что я когда-либо видела.
Безмерно хочется дотронуться до него, но не решаюсь. Вместо этого перетекаю чуть ближе, делая вид, будто невзначай повернулась во сне, и замираю, когда рука все еще спящего мужчины внезапно обвивает талию. Он подтягивает меня к себе, и чужой нос вдруг утыкается в волосы.
- Грета, - выдыхает лорд, и я тут же закрываю глаза, разом вспомнив детские уловки по достоверному изображению глубокого сна.
Лежим.
Я изображаю, что сплю, лорд снова изображает из себя статую: не шевелится, но и не спит. Видимо, борется с совестью, которая по их лордовому кодексу не может не намекать, что держать в объятиях юную спящую девушку, лежа на кровати, явно против всех мыслимых и немыслимых правил.
Но Бадлмер даже не пытается отстраниться. Наоборот, его рука начинает медленно поглаживать меня по голове, пропуская сквозь пальцы пряди волос. Движение столь умиротворяющее и щекочуще-приятное, что не до конца пришедшую в сознание меня снова неумолимо начинает клонить в сон.
- Мне все-таки посылать кого-то из лакеев в Храм с известием о скорой свадьбе лорда земель? – невинный вопрос будит, когда за окном уже заметно рассвело.
В этот раз изобразить сон я не успеваю.
- Гретэль? – Бадлмер поспешно освобождает меня от своих объятий, а затем еще и стремительно соскальзывает с кровати. – Как ты себя чувствуешь?
- Пока не поняла, - честно признаюсь, умолчав о том, что рядом с лордом было точно лучше.
- Посмотрите на ее румянец, мой господин, на горящие глазки, - ехидно и в то же время с умилением замечает Уилфред, стоящий у двери в спальню. – Гретэль явно превосходно себя чувствует. Так мне все-таки посылать лакея?
- Нет! – холодный окрик не долго пребывавшего в оттаявшем состоянии Бадлмера разносится по комнате. – Еще одна подобная шутка, и ты все-таки вылетишь из замка. – Лорд оборачивается ко мне: - Леди, рад, что вам лучше. Раз так, прошу простить меня, я вынужден вернуться к делам.
И Бадлмер вылетает из моей спальни.
- И все-таки он должен на тебе жениться… - задумчиво тянет Уилфред, оглядывая мою растрепанную прическу.
- Пусть попробует, - едва ли не рычу я, уязвленная реакцией на полушутливое, казалось, предложение. Сразу вспомнились слова мужчины о том, что даже интрижка со мной – несмываемый позор. Видимо, и ночь в моей постели теперь станет для него несмываемым позором, с которым он очень долго будет морально справляться.
Чтоб тебе не справиться.
- К вам уже час как рвется молодой граф, - учтиво не замечает моего рычания дворецкий, - пускать или вы сначала приведете себя в порядок?
- Да, мне нужно время, - поспешно хватаюсь за возможность отложить встречу с тем, кого мне и так уже вполне хватило вчера.
- Так ему и передам, - Уилфред кланяется и неспешно покидает комнату.
Так, подождите, а что там с моими неизвестными способностями, которые должны были открыться?
Прислушиваюсь к себе, но никаких особенных изменений не замечаю. Вроде бы всё та же Гретэль - внезапно воспарить над полом и творить добро направо и налево пока не тянет.
С трудом встаю и на морально-волевых добираюсь до ванной, где тут же с некоторой опаской заглядываю в зеркало. Но и оттуда на меня смотрит то же отражение, что было вчера. Разве что румянца на щеках и вправду прибавилось, да волосы стали как будто длиннее и гуще.
Преодолевая желание покрутить самой себе у виска, осторожно подпрыгиваю на месте, но полететь бабочкой на этот раз не получается. Наоборот, ослабевшее тело, которое все еще бьет мелкий озноб, откликается неохотно. Коленки подгибаются, и я падаю на пол ванной, больно ударяясь о край умывальника.
Никакая я не фея, что и требовалось доказать.
Досадливо потирая будущий наверняка синяк, кое-как лезу принимать ванну.
Мягкие запахи трав и горячая вода сделали свое умиротворяющее дело, и чувствовать себя я начала значительно лучше. Настолько, что даже уже готова пускать графа, наверняка наворачивающего нетерпеливые круги вокруг моей спальни.
Выходя из комнаты, с удивлением отмечаю, что синяка так и не образовалось, но тут же забываю об этом, обнаруживая на постели очередное нежное творение портного.
С удовольствием облачаюсь в наряд и очень-очень тяжело вздыхаю.
- Доброе утро! – говорю сидящему на подоконнике смурному Айрону, выглядывая за дверь.
- О, Гретэль, - тот подскакивает. – Нам срочно нужно поговорить!
- Проходи, - обреченно приглашаю, понимая, что это тот самый случай, когда проще выслушать, чем объяснить, почему слушать не хочешь.
Граф залетает в комнату без всякого стеснения и тут же нервно начинает расхаживать по свободному участку между камином и кроватью.
- Как ты себя чувствуешь? – спрашивает дежурно.
- Хорошо, - так же дежурно отвечаю, понимая, что поговорить со мной хотели явно не об этом.
- Я рад, - скупое, - Гретэль, как ты смотришь на то, чтобы сбежать отсюда прямо сейчас?
Я села.
Слава Единому, что на кровать.
- Куда? Зачем? – сыплются с языка ошеломленные вопросы.
- Пока в ближайший город, там выкупим экипаж, у меня есть парочка знакомств, а затем объездными путями в Империю.
- Ты с ума сошел? – вполне искренне интересуюсь.
- Гретэль, как ты не понимаешь! – граф кидается ко мне, присаживается на колени и зачем-то хватает меня за руку. – Он же теперь не отпустит тебя! Не имеет права отпустить новорожденную фею!
- Я девятнадцать лет назад родилась, - хмуро замечаю, осторожно вытаскивая ладонь из загребущих пальцев.
- Ты теперь фея! Ты… ты… Черт, я не могу рассказать! – граф грубо выругивается. – Но замок этот ты теперь покинуть не сможешь!
В груди медленно начинает свиваться тревога. Что значит не смогу? А как же Бруно? А как же наша нормальная и спокойная жизнь вдали от всех этих легенд и страшных сказок?
- Лорд Бадлмер ничего подобного не говорил, - облизываю вмиг пересохшие губы.
- Чтобы ты устроила ему истерику? Гретэль, очнись, он будет скрывать это до последнего, как и все вокруг тебя.
- Еще недавно ты и сам хотел, чтобы мои способности открылись, - замечаю подозрительно.
- Я… много думал. И понял, что не хочу отдавать тебя ему, - убежденное.
- А я не вещь, чтобы меня передавать, - разговор нравится мне всё меньше и меньше. – А может, ты просто сам хочешь себе фею?
- Гретэль, перестань! Нет времени это всё обсуждать. Скажи мне одно – ты хочешь выбраться из замка или нет?
Задумываюсь.
- Хочу, - киваю, - но не так.
- А иначе у тебя уже не выйдет, - звучит приговором.
- Я должна подумать, - вскакиваю, едва не сбивая графа, и начинаю нарезать круги по комнате не хуже, чем Айрон недавно.
С одной стороны, я действительно хочу покинуть замок и найти наконец Бруно. С другой, если во мне в самом деле открылись какие-то способности, лучше быть рядом с теми, кто хоть что-то о них знает. Да и бросать людей, которые так хорошо ко мне относились всё это время, как-то… неправильно.
- Гретэль, решай, - давит граф. – Я не шучу, либо сейчас, либо никогда.
И я, восстановив перед глазами лицо брата, решаюсь:
- Хорошо. Давай попробуем.
В конце концов, тут в случае неудачи нас точно не убьют.
- Тогда переодевайся во что-то удобное и бери самое необходимое, я зайду за тобой через полчаса, - скороговоркой выговаривает граф и стрелой вылетает из комнаты.
Сдается мне, кто-то в детстве в шпионов и рыцарей не наигрался.
Вздыхаю, хмуро оглядывая комнату на предмет самого необходимого, но глаза так ни на чем конкретном и не фокусируются. Вроде бы всё правильно, предложение графа — реальная возможность наконец сбежать из замка и не замерзнуть по дороге, положившись на того, кто разбирается хоть в чем-то, а затем получить долгожданную свободу и найти Бруно.
Но на сердце неспокойно.
Сажусь на кровать и с силой бью ладонями по покрывалу.
Гретэль, соберись! В самом деле хочешь остаться в страшном замке, полном тайн и странных оживающих как во сне легенд, где тебе отведена главная, но совершенно неизвестная роль? Роль, которая весьма вероятно не будет приятной. О чем тут думать?! Надо бежать, пока есть возможность!
Но мысли поневоле возвращаются к хозяину замка. Уилфред что-то говорил о том, что Бадлмер один тянет какой-то крест, а я могла бы помочь ему… С другой стороны, какое мне дело до помощи сумасшедшему, который только и делает, что рычит и огрызается?
Весь последний год передо мной стояла одна конкретная цель – снова стать свободной вместе с Бруно. Я не хотела мстить, не хотела восстанавливать справедливость, я вообще не хотела связываться с войной и политикой. Обычная, простая человеческая жизнь, которая была у нашей семьи когда-то - единственное, о чем мечтали мы с братом.
Никаких лордов, замков, магии, фей и прочего!
Точно!
Пока сознание разрывает противоречиями, подсознание берет контроль над телом и все же успевает достать где-то большую сумку и накидать туда первого, что попалось под руку.
Как на зло погода за окном прекрасна, в коридоре нет ни одной служанки, а Уилфред даже не пытается сунуть ко мне свой бдительный нос.
- Гретэль! – спустя отведенные полчаса в комнату без спроса врывается Де Круа. – Готова?
- Да, - едва слышно шепчу, кусая от волнения губы.
- Тогда вперед!
- По коридорам?
- Нет, иди сюда, - граф подзывает меня к стене. – Когда я был совсем мелким, Кристиан показал мне пару тайных ходов. Мы пойдем по ним.
Известие совсем не обрадовало. Словно я хотела, чтобы мы пошли там, где нас с гораздо большей вероятностью обнаружат.
- Удивительно, что ты раньше ко мне по тайным ходам не мотался, - хмыкаю, подходя вплотную к ковыряющему стену Айрону.
- Ты что, я бы не посмел пробраться в комнату к даме! – оскорбленное. – Ну и я вряд ли бы нашел именно твою комнату, если быть честным. Тут же полно ответвлений.
Не сдерживаю нервный смешок. Вот она причина лордовского благородства.
- Ага! – граф вскрикивает, и тут же часть стены, откуда появлялась экономка, отъезжает в сторону. – Идем скорее!
Мешкаю, оглядывая комнату, которую могу больше никогда не увидеть, и особенно задерживаю взгляд на грустно трескающем поленьями камине. И с чего я взяла, что ему грустно?..
- Гретэль!
- Иду, - обреченно следую в пыльный лаз следом за графом.
Путешествие вниз закончилось как-то слишком быстро, и уже через пять минут пыльные мы вылезали из какой-то неприметной дверцы в боковой части замка.
- Скорее-скорее! Ты же умеешь ездить верхом?
Какой своевременный вопрос.
- Умею, - подтверждаю, думая о том, что за кражу лошадей нас в первую очередь покалечат сами конюхи. Те животных любят и почитают гораздо больше, чем людей. – А как мы будем выходить?
- Через центральные ворота, конечно! Там уже не отловят, сейчас день, все работают в замке.
- А почему у замка нет стражи? – приходит вдруг в голову вопрос.
- Кхм… - граф запнулся. – Скажем так: она ему не нужна.
Судя по тону, конкретный ответ мне лучше не знать.
На удивление даже лошадей мы сумели выкрасть без приключений. И седла нашлись, и кони, и дорога до ворот оказалась дружелюбно расчищена, но у меня для Айрона оставался еще один неприятный сюрприз -замок не выпустит меня со своей территории. Просто не может выпустить.
И это почему-то воспринимается не столько с горечью, сколько с надеждой.
- Айрон! – окликаю графа уже у самых ворот. – Мне нужно тебя предупредить…
Но тут лошадь, не успев затормозить, подается вперед, и мы… свободно проезжаем сквозь врата крепостной стены.
- О чем? – Айрон нетерпеливо разворачивает своего коня.
- Я… - в шоке останавливаю вроде бы смирную лошадку и с полным недоумением оглядываюсь на оставшуюся позади крепость.
- Что, Гретэль? Нам нельзя здесь долго стоять!
- …ничего не понимаю, - договариваю в полном смятении.
Я свободна?
Я свободна!
Я…
- Гретэль, да что с тобой?!
Понятия не имею, что со мной, но я снова оглядываюсь на возвышающийся в отдалении замок. И представляю там одинокого лорда, вернувшегося в пустую комнату. А затем поникшего Уилфреда, который будет переживать за нас обоих. И как же тетушка Мисси, которую я так и не поблагодарила за пряники? А Юдвиг, которому я обещала еще хотя бы раз сыграть с ним в снежки, а вместо этого ушла не попрощавшись, украв его любимицу? И Ивлин с таким восторгом оглядывала мои наряды, а я так и не сказала ей, что она может их забрать, если лорд не будет против.
- Айрон… - осторожно произношу, мягко разворачивая ничего непонимающую лошадку. – Ты знаешь, я так не могу.
- Что? – оторопел мой спаситель.
- Я… вернусь, Айрон. Я всё объясню лорду Бадлмеру. Уверена, если мы поговорим нормально, он всё поймет и отпустит меня. А так… я так не могу.
- Гретэль! – кричит мне вслед граф, но я уже пересекла крепостную стену и во весь опор неслась обратно к замку.
Откуда возникла эта уверенность в том, что Бадлмер поймет меня, я не знаю, но ощущение правильности этого решения переполняет сердце, наконец забившееся действительно радостно.
Я всё сделаю правильно! Я не беглянка, не трусиха, и не предательница, молча покидающая дом, где меня приняли как родную. Я найду в себе силы твердо посмотреть в глаза своему хозяину и столь же твердо попросить свободы.
- Гретэль? – в парадном холле меня встречает растерянный Уилфред. – Как ты смогла выйти из замка?
- Он сам меня отпустил, - загадочно пожимаю плечами.
- Кто? – ошеломленное.
- Замок, - говорю с легкой улыбкой. – Не проводишь меня к лорду Бадлмеру?
- Да, он как раз послал меня за тобой, - бормочет дворецкий растерянно-задумчиво. – Идем.
Пришли мы в ту же библиотеку, где когда-то мне вручили первую прочитанную в замке книгу.
Как и в прошлый раз Бадлмер, на этот раз сидящий ко входу боком, приветствовать меня не стал. Вместо этого он вяло потягивал что-то из граненного бокала, небрежно зажатого меж двух пальцев правой руки, и отрешенно созерцал вид из окна.
- Добрый день, - решаю разбавить наше общение вежливостью.
- Для вас он, видимо, добрым не был, - лениво растягивая слова, замечает лорд, снова делая глоток.
- Я хотела поговорить с вами, - решаю не замечать его очередное недовольное чем-то настроение.
- О да, хотели, - неприкрытый сарказм, - настолько, что собрали вещи и выкрали мою лошадь. Буквально-таки бесконечное стремление к диалогу.
То есть он все-таки знал.
- Как видите, я здесь, - резонно замечаю.
- О да, вижу, - новый глоток. – Решили зайти с другой стороны. Странно лишь, почему не сразу. Видимо, первой демонстрации непримиримой позиции замка на ваш счет вам было мало. Сильно на этот раз ушиблись?
- Замок пропустил меня, - хмурюсь непонимающе. Я думала у них с замком есть какая-то связь, которая должна была просигнализировать лорду о принятом решении меня отпустить.
Но Бадлмер эту теорию неожиданно опровергает, зловеще усмехнувшись в ответ на мои слова.
- О да, он пропустил вас, а вы внезапно передумали, - звучит ироничное. - Гретэль, вы казались мне умнее, могли бы придумать что-то получше.
- Я не придумываю, - зло выдыхаю. Всегда считала себя довольно спокойным и уравновешенным человеком, но этому мужчине удается вывести меня из себя буквально за пару слов. – Я в самом деле покинула территорию замка, но потом решила вернуться, чтобы поговорить с вами…
- Довольно! – холодный хлесткий приказ, от которого я невольно вздрагиваю. - Я не терплю лжи, леди, тем более столь наивно глупой. Впредь вам придется это усвоить.
- Я не лгу! Айрон может подтвердить…
- Про Айрона вы мне расскажете как-нибудь потом, - новый глоток и абсолютное нежелание слышать кого-то, кроме себя.
- Да дайте же мне сказать!..
- Ни к чему. – Лорд наконец поднимается, небрежно отправляя опустевший стакан на декоративный столик. - У меня для вас новость, леди.
- И какая же? – цежу.
- Вы выходите за меня замуж.