Глава 26
Пальцы перышком скользили по моему оголенному плечу, дразня и заигрывая, но я не поддавалась, желая подольше остаться в состоянии сонного блаженства.
- Грета, - тихий шепот, - если ты сейчас же не проснешься, нас застукают прямо так.
- Ты же можешь никого не впускать, - неразборчиво ворчу, пытаясь забраться под подушку.
- Увы, я бессилен в этой безнадежной борьбе, - насмешливое. – Даже магия Грани не сравнится с любопытством наших слуг, не нашедших тебя в постели сегодняшним утром.
Представила.
Ужаснулась.
Проснулась.
- А может не надо? – жалостливо тяну, завернувшись в одеяло по самый нос.
- Надо, - крепкое. – Не знаю, как ты, а я страшно голоден.
- Я могла бы тебя покормить, - отчаянно ищу компромисс. – Тайком проберемся на кухню и…
- Если ты тронешь что-нибудь на кухне, тетушка Мисси поджарит тебя вместе с блинчиками. Поверь мне, я уже как-то пробовал сделать себе бутерброд, - Кристиан кажется очень серьезным, если не смотреть в его смеющиеся глаза.
- Милый, ты вообще в курсе, что это твой замок? – не менее насмешливо интересуюсь и вдруг зарабатываю быстрый поцелуй в нос.
- Милая, - Кристиан особенно выделяет это слово, - я давно уже не рискую об этом вспоминать, - выговаривает с улыбкой, но потом быстро переходит на серьезный тон: - они моя семья. Другой у меня никогда не было.
- Я понимаю, - в груди вспыхивает жалость, и я тянусь обнять мужа, внезапно осознав, насколько одинок он был все эти годы. – И чувствую, что для тебя значат и этот замок, и эти люди.
Кристиан с удовольствием обнимает меня в ответ, целует в макушку, лоб, нос…
Нервный сук в дверь!
Прыскаю, отстраняюсь, и ловлю точно такую же улыбку на губах мужа.
- В крайнем случае мы можем сбежать в горы, - трагичный шепот.
- Буду держать в голове эту идею, - заговорчески шиплю в ответ.
Кристиан кивает, а затем поднимается, накидывая на себя халат и попутно кидая мне мой. Тоже стремительно закутываюсь и встаю следом.
Но сделав первый шаг, чуть не падаю на пол, разом перестав чувствовать руки и ноги. Белая пелена стремительно перекрывает зрение, к горлу подкатывает тошнота, а в ушах нарастает звон.
- Грета! – Кристиан кидается ко мне. – Что с тобой?
- Не знаю, - с трудом выговариваю, усиленно моргая в рефлекторной попытке вернуть себе зрение. – Стало как-то… нехорошо.
Муж подхватывает меня на руки укладывает обратно на кровать. В горизонтальном положении мне тут же становится лучше, и я пытаюсь улыбнуться.
— Кажется, мой организм перестает справляться с обрушивающимися на него событиями, - как могу успокаиваю хмурого Кристиана, пытаясь перевести всё в шутку. – Я в порядке. - Муж молчит. – Ну правда в порядке, просто немного голова закружилась, ничего страшного. Вот, смотри.
Аккуратно сажусь, а потом снова встаю на ноги, придерживаясь за молча подставленную руку.
- Больше не кружится? – безэмоциональный вопрос.
- Нет, - немного лукавлю. – Всё прошло.
Но прошло не до конца, поэтому я решаю убить двух зайцев сразу: сажусь на колени к мужу и нежно его целую, тем самым отвлекая внимание от почти обморока и избавляясь от необходимости снова стоять на ногах.
Кристиан отвечает не сразу, но все же реагирует на поцелуй, и мы падаем обратно на кровать. Халаты вдруг становятся лишними, но мысль о прозвучавшем стуке не дает забыться окончательно.
- Давай сначала сбежим в горы, - предлагаю тихо-тихо.
Муж мученически вздыхает, а потом встает и подает мне руку, тут же перехватывая за талию.
- Всё в порядке? – на всякий случай уточняет, и я уверенно киваю. – Тогда идем сдаваться.
И мы пошли.
Открытие двери совпало с моментом падающего из рук тетушки Мисси подноса.
- О боги! – восклицает она, прижимая ладони к груди.
- Нет, это всего лишь мы, - буркает Кристиан, рефлекторно прижимая меня к себе и хмуро оглядывая собравшихся человек двадцать. – А что, работать теперь не надо? Замок вышел на тот уровень, когда всё работает само?
Большая часть присутствующих смущенно опускает глаза.
- Мы волновались! – с укором проговаривает тетушка. – Грета пропала, ты на зов не отвечаешь, мало ли что случилось! Но ведь что-то случилось, верно? – экономка буквально расцветает. – Неужели вы наконец подтвердили свой брак?
Кажется, даже пауки замерли в ожидании нашего ответа.
- Да, - торжественно подтверждает муж, пряча улыбку. – Но надеюсь, подробностей вы от нас не потребуйте.
- Да вы ж мои дорогие, мои вы хорошие, - нас внезапно начинают душить в объятиях под пронёсшийся по рядам слуг счастливый шепоток. – Как я этого ждала, как верила!
- А накормить нас можно? – Кристиан улыбается.
- Можно, конечно, можно! Давайте скорее в столовую, мы сейчас всё накроем! – нас практически пихнули в нужную сторону.
- А где Уилфред? – Кристиан оглядывается. – Почему он не пресек нападение на мою спальню?
- Да какое там нападение, мы же так, один разочек буквально постучали, даже не настаивали.
- И все-таки?
- Да он с самого утра в библиотеке сидит, всё что-то ищет-ищет, но никак не найдет. Запретил себе мешать. А что вы хотите к завтраку? – тетушка резко меняет тему.
- Блинчиков, - улыбаюсь лукаво.
- Всё что захочешь, моя девочка, всё, что захочешь. У нас теперь такая кухня, вы бы видели! Но… - заминка. – Вы и правда теперь вместе?
И муж вдруг вместо ответа молча разворачивает меня к себе и крепко целует в губы, обеспечив всем наблюдателям самую наглядную демонстрацию.
После таких доказательств ни у кого вопросов больше не возникло, и счастливый народ быстренько разошелся якобы работать. Хотя все понимали, и хозяева в том числе, что до рабочего настроения тут далеко.
Впрочем, нас с Кристианом это мало волновало. Нас больше занимал спор о том, нужно ли нести меня на руках, учитывая мое недавнее недомогание, или нет. Муж, разумеется, был полностью на стороне того, чтобы не спускать меня с рук вообще, я же ратовала за независимость и свободу выбора. В итоге с рычанием, фырчанием и легкими укусами право на самостоятельное передвижение я выбила, вероломным галопом добежав до своей комнаты. Ловящий меня Кристиан, перехватил за талию у самой двери, и в комнату мы ввалились с грохотом и беззаботным смехом.
Чтобы тут же застыть.
Не знаю, чего я ждала, вероятнее всего, я ничего не ждала, но тут же привлекшая взгляд умирающая роза точно стала полной неожиданностью. Лепестки, еще недавно полные живительной влаги, засохли и опали, а сердцевина, будучи раньше нежно-красного оттенка, потемнела и тоже находилась на грани засыхания.
Первым моим ощущением был подсознательный страх за себя.
Вторым – страх за Кристиана, который тоже это увидел.
- Розы засыхают, - быстро проговариваю, боясь оборачиваться и увидеть реакцию застывшего мужа. – Это нормально. Готова поспорить, что даже феи не способны надолго сохранять свежесть сорванных бутонов.
Кристиан молчит.
Все-таки нахожу в себе силы обернуться и страхи подтверждаются: застывшая маска на лице супруга выражает его мысли лучше любых слов.
- Переодевайся, - бросает он и делает попытку выйти из комнаты.
- И куда ты? – судорожно пытаюсь найти предлог его не отпускать. – Ты же теперь мой настоящий муж, забыл? – игриво сверкают взглядом.
Кристиан немного оттаивает.
- И что это должно значить? – пока осторожно, но все же включается в игру.
- Это значит, что теперь ты имеешь полное право не выходить из комнаты, пока я переодеваюсь, - посчитав мысленно до трех, набираюсь смелости и скидываю халат, под который рубашку так и не надела.
- Готов тебя исключительно раздевать, но не одевать, - мгновенно охрипшим голосом возвещает муж.
- Ну нет, ты обещал мне завтрак, - смеюсь и быстро отбегаю к шкафу.
Несмотря на риск быть зацелованной, маневр все же удался, и Кристиан снова стал нормальным. А розу я быстренько переставила так, чтобы ее не было видно с основной части комнаты.
Потом попробую ее оживить.
Завтрак у тетушки Мисси на этот получился и вправду королевский. Стол ломился от всевозможных утренних блюд, способных удовлетворить даже самый взыскательный вкус.
- Видимо, готовится к приезду гостей, - хмыкает муж, помогая мне усесться. – Тренируется на нас, так сказать.
- Видимо, - смеюсь, хватая ближайшую булочку. – А гостей будет много? – спрашиваю невзначай.
- Человек двести-триста, - спокойно отвечает муж, и я давлюсь той булочкой. – А что тебя удивляет? Это только те, кто ответил на приглашения и те, кто согласился на несуществующие приглашения. Еще десяток-другой доедет просто так.
- А… - сдавлено тяну.
- Грета, расслабься, - хитрая улыбка. – Я с тобой. И высший свет не кусается.
- Они только надкусывают? – мученически предполагаю.
- Никого к тебе не подпущу, - муж вдруг оказывается совсем близко. – Никому не позволю тебя обидеть ни взглядом, ни словом, ни жестом.
Улыбаюсь ему, и солнечный тягучий поцелуй надолго отвлекает нас от завтрака.
- Чем займемся сегодня? – спрашиваю полчаса спустя, отчего-то точно уверенная, что проведем мы этот день вместе.
- Я должен работать, - Кристиан очень-очень тяжело вздыхает. – Накопилось столько дел, связанных с герцогством, что я просто не могу их больше игнорировать.
- Хорошо, - тут же киваю. – Можно мне посидеть с тобой?
Муж удивленно застыл.
- Со мной? – переспрашивает с непониманием.
- Ну да, - пожимаю плечами. – Книгу почитаю или помогу тебе чем скажешь.
- Хм, - кажется, Кристиану эта идея начинает нравиться. – Если не брать в расчет то, что рядом с тобой я работать вряд ли смогу, то почему бы и нет…
- Отлично, тогда я сбегаю за книгой и к тебе в кабинет, - чмокаю мужа в щеку и вылетаю из-за стола.
Поначалу я хотела идти тем же маршрутом, по которому и пришла в столовую, но вспомнив о восторгах Ивлин, решила чуть продлить себе путь, чтобы посмотреть, что стало с замком.
Идя по длинным, изысканным коридорам я не узнавала когда-то мрачное, пугающее место. Ни пыли, ни темных закоулков здесь больше не было. Только светлое, истинно северное убранство, одновременно изящное и по-королевски величественное.
Интерьер настолько изменился, что в какой-то момент я даже немного заблудилась, попав в незнакомую или изменившуюся до неузнаваемости часть замка. Но выйти на знакомый путь я не стремилась. Что-то здесь необъяснимо манило меня, и я шла дальше, чувствуя, как с каждым шагом всё сильнее тянет свежим, холодным воздухом.
Несколько лестничных пролетов по узкой винтовой лестнице, и я неожиданно для самой себя вышла на широкий балкон, больше похожий на крышу. Открывшийся вид захватил. Простирающая впереди долина, виднеющиеся вдалеке горы и небесно-голубое небо оказались слишком прекрасны для не ожидавшей таких видов меня. Замерев, я вглядывалась в ошеломительный по своей красоте пейзаж, гадая, почему Кристиан или кто-то из слуг никогда не упоминал, что где-то в замке можно посмотреть на долину с высоты птичьего полета.
Сделав пару неосознанных шагов вперед, я вдохнула полной грудью невероятно вкусный воздух и широко раскинула руки, представляя себя летящей в небесах птицей.
А ноги, шаг за шагом, несли меня всё ближе и ближе к краю.
Что-то нехорошее шевельнулось внутри, но упоение от неожиданного удовольствия тут же заглушило рефлекторную тревогу. Мне не хотелось думать, анализировать, не хотелось даже смотреть под ноги. Только наслаждаться моментом, стоять и любоваться красотой теперь и моих тоже земель.
Но в какой-то момент взгляд сам собой упал вниз, и виднеющийся вдалеке берег ледяного озера, испещренный острыми камнями, почти скалами, напомнил, как однажды я уже чуть не погибла, взлетев над этими водами.
Воспоминание не понравилось и немного отрезвило. Только сейчас я заметила, что уже занесла вторую ногу, чтобы встать на парапет не имеющего перил балкона.
Какой странный балкон…
«Что-то не так, что-то не так, что-то не так» - начала биться на задворках сознания мысль, но свежий ветер столь вкусен и так приятно холодит кожу… так холодит, что я уже почти не чувствую рук и ног от холода.
Сознание начинает бунтовать. Пытаюсь отойти от края, но тело не слушается. Занесенная нога сама собой ставится на ненадежный выступ перед разверзшейся бездной, падение с которой начисто лишит меня шансов на жизнь.
Но вид такой прекрасный. Не ограниченная ничем красота развернулась перед глазами, затуманив их острым чувством тоски по неведомому полету. Вот только что-то внутри ясно подсказывает, что сейчас мой полет ограничится полетом камнем вниз.
- Грета! – крик где-то вдалеке со стороны замка. Столь отдаленный, что я даже не могу определить его владельца.
Как же хочется шагнуть вперед, к красоте…
- Грета! Грета! – другие голоса.
Это не нормально, они не должны так кричать.
- ГРЕТА! – рев мужа прямо позади меня, и я, вздрогнув, оборачиваюсь, чуть не свалившись вниз. – Нет! – вскрик срывается с губ взъерошенного, запыхавшегося Кристиана, но он быстро берет себя в руки и замирает, успокаивающее опустив руки ладонями вниз. – Тише. Не шевелись. Милая, замри, пожалуйста.
Я и так не шевелюсь.
- Я лишь хотела… - пытаюсь успокоить его, но сама же вязну в своих словах, всерьез задумавшись над тем, чего же я хотела.
- Что ты хотела? – вторит моим мыслям муж, спрашивая донельзя спокойным голосом. – Почему ты открыла окно, родная?
- Я хотела… - раздраженно хмурюсь. – Хотела… - да почему я никак не могу вспомнить?! Стоп. – Окно? – переспрашиваю удивленно, и картинка перед глазами вдруг меняется так быстро, что я едва не теряю равновесие.
Знакомый, самый обычный коридор перед моей спальней. Никаких балконов. И окно, на подоконнике которого я стою. Так близко к краю, что пятки уже не чувствуют опоры.
Что за?..
- Грета, умничка моя, - нежный, спокойный голос со скрытым звенящим напряжением. – Возьмись за створку окна, пожалуйста. Протяни левую руку, да, вот так. - Почему-то выполняю его просьбы безоговорочно, не в силах что-то делать самой. – А теперь не шевелись, я сейчас подойду к тебе и заберу, хорошо?
Киваю, но не понимаю, зачем нужно подходить, если к мужу я могу спуститься сама откуда угодно. Как-то странно ждать его приближения, чтобы просто сделать шаг. Поэтому шагаю сама. В этот раз ноги подчиняются, и я с готовностью подаюсь вперед, к Кристаину, но… ногами нахожу вдруг только пустоту.
Судорожный удар сердца, чей-то многоголосный крик на заднем фоне, недолгое чувство падения, и кто-то крепко ухватывает меня за пальцы. От резкого рывка острая боль пронзает руку до локтя, а инерция впечатывает с размаху в каменную стену.
Страх накрывает с головой, разум резко просыпается, ощутив наконец смертельную опасность, а от резкого всплеска адреналина до этого не замечаемая мною апатия моментально пропадает, возвращая трезвость ума. Секунда, и я уже сама ухватываюсь второй ладонью за держащую руку, существенно облегчая задачу по своему спасению. Еще один, более плавный рывок, и мы с Кристианом падаем на пол коридора, тяжело дыша.
- Как ты? Где болит? Что ты чувствуешь? Грета, не молчи! – муж тут же подается ко мне, хватает в охапку и хорошенько встряхивает, пытаясь, видимо, привести в чувство.
Болело от удара об стену все тело, но больше всего болела рука, пальцы на которой уже начали опухать.
Молча показываю ладонь мужу, не рискуя открывать рот, чтобы не застонать. Меня тут же подхватывают на руки и переносят в располагающуюся рядом спальню.
- Как же?! Как же эта гадость обошла защиту?! Почему не сработала магия?! – слышу отовсюду восклицания, пока Кристиан быстро осматривает меня на предмет повреждений.
- Где, черт побери, Уилфред?! – рявкает муж, своим властным голосом перекрыв гвалт успевших столпиться в комнате слуг.
- Ищем, хозяин, ищем, - тут же несется успокаивающее. – Пропал куда-то, каналья.
- Милая, ты меня слышишь? – тихо и мягко обращается Кристиан на этот раз ко мне. – Понимаешь?
- Да, - киваю, всё еще слишком шокированная, чтобы проявлять эмоции. – Я в порядке.
- Что случилось, ты можешь объяснить?
- Мне казалось я вышла в незнакомый коридор, нашла винтовую лестницу, а потом вышла на широкий балкон, откуда открывался красивый вид. Мне захотелось полетать…
- Поэтому замок не смог ее защитить, - раздается вдруг усталый голос дворецкого. – Каждый ее шаг формально совершался по доброй воле, как с эмоциональной, так и с физической стороны.
- Как ты не предусмотрел?! – рычит муж, стремительно оборачиваясь к вошедшему. – За столько лет не мог подумать о таком варианте?!
- Успокойся, - строгое одёргивание наставника, а не слуги. – Лучше скажи, что с твоей магией?
- Не знаю, - тихо цедит Кристиан. – Словно вдруг начала утекать сквозь пальцы.
- С Гранью что?
- Не был.
- Иди проверь. Я побуду с Гретэль.
Кристиан явно не хотел оставлять меня одну, но тревога за Грань была слишком привычной, чтобы он смог так легко ее проигнорировать. Поэтому, поцеловав мои руки, муж все-таки поспешно выходит из комнаты, послушавшись почти приказа Уилфреда.
Всех остальных дворецкий прогоняет одним движением руки.
Оставшись наедине со стариком, отворачиваюсь от него и свиваюсь в клубочек, устроившись прямо поверх покрывала. Рука уже почти перестала болеть, исцеляемая даром, но морально мне становится только хуже. Почему я раз за разом подпадаю под чье-то влияние? Почему я снова не могу доверять самой себе?
- Грета, я понимаю твои чувства, - плеча касается теплая рука. – Но пока Кристиан не вернулся, нам надо кое-что обсудить.
- Почему всё становится только хуже? – срывается с губ вопрос. – Я думала, если смогу передать кулон, и мы наконец будем вместе, всё наладится. Но вот я уже стою на подоконнике и срываюсь вниз, совершенно не понимая, как так вышло.
- Разве кто-то обещал, что будет легко? – по-отечески строгое. – Не забывай, что столетиями до тебя никто так и не справился. Но так ли уж не справляетесь и вы?
- А с чем мы справились? – глухо спрашиваю. – Раз за разом, шаг вперед, шаг назад, будто мы и правда попали в какое-то колесо, из которого нет выхода.
- Малышка, а ты когда на окне стояла, по сторонам смотрела вообще или как?
Непонимающе моргаю, а затем бросаю вопросительный взгляд через плечо.
- А что я должна была увидеть? – спрашиваю.
- Ну-ка вставай, - мне вдруг совершенно неожиданно достается шлепок по попе, - и посмотри еще раз.
Устало вздыхаю, но любопытство все же берет верх, и я тяжело поднимаюсь с кровати. Несколько шагов и привычный вид белых снегов… стоп. А откуда капли? Рефлекторно задираю голову, но видеть источник мне вовсе не нужно, чтобы понять: на улице достаточно тепло, чтобы снег… таял, стекая по крыше.
- На улице теплеет? – изумленно шепчу.
- Кажется, нас всё-таки настигает весна, - не вижу, но слышу по голосу, что Уилфред улыбается. – Впервые за многие столетия.
- Из-за… нас? – выдыхаю.
- Ну а кто еще нам тут стабильно меняет окружающую обстановку? – дворецкий рассмеялся. – Конечно, из-за вас.
- Но я сегодня опять чуть не погибла, а магия Кристиана…
- И столь ожесточенное сопротивление только доказывает: вы слишком близко подошли к развязке. Но я ошибался, когда думал, что спокойная счастливая жизнь вместе может постепенно решить проблему. Увы, вам не дадут жизни, пока ситуация не разрешится радикально.
- Как? Что скрывает от меня Кристиан? Что не хочет рассказывать?
Уилфред долго молчит, но потом всё же отвечает:
- Ты должна закрыть Грань, лишив мира фей, магии и Тьмы.
- Что?! – вариант совсем мне не понравился. – Но почему?
- Проклятье твоей предшественницы, которое всё же было, сработало тогда не до конца. Доподлинно его мы не знаем, но суть заключалась в том, чтобы лишить мира любого проявления магических сил, сделав всех людей равными друг другу.
- Ладно, допустим, - говорю и мотаю головой в полном непонимании. – Но причем тут ее несостоявшиеся отношения с принцем?
- Мы не знаем.
- Опять? - скептично вскидываю бровь.
– Это правда. Не забывай, что род Кристиана оказался самым несведущим звеном в этой истории. Мы очень мало что знаем, Грета, а то, что знаем, на самом деле можем лишь предполагать.
Мне срочно нужна мама. Уверена, она знает куда больше, чем все Бадлмеры вместе взятые, но почему тогда молчит? Почему бросила меня одну? Это так не похоже на нее…
- Получается, все остальные погибшие у Грани феи пытались как-то закрыть разлом и лишить мир магии? – уточняю задумчиво.
- Да.
- Как? Только не говори, что этого вы тоже не знаете.
Уилфред очень тяжело вздыхает.
- У нас как-то не было возможности расспросить тех фей, что умерли при попытке справиться с проклятьем.
- Но должны же быть какие-то предположения? Наметки? Наблюдения?
- Подойти к Грани.
- И всё?!
Еще один тяжелый вздох.
- И всё.
- За столько лет?!
- За столько лет.
Чуть не сажусь шокировано на пол.
- Как можно было не узнать даже намека… - шепчу. – Хотя бы какой-то последовательности действий или воздействий…
- Порядок действий, - передразнивает Уилфред отнюдь не весело. – У вас, фей, один порядок действий: «у меня есть чувства, и я их придерживаюсь». Ничего кроме «я что-то чувствую», «я знаю, что так правильно», «это внутри меня» мы не добились. Да и попытки было всего четыре, остальные феи погибли до того, как созрели для принятия добровольного решения пойти к Грани.
- С ума сойти, - тяну, испытывая странное чувство вины. До этого мне казалось, что есть какая-то тайна, связанная с Гранью, и пока я эту тайну не узнаю, что-то пробовать бессмысленно. А выходит, что… - Выходит, что мне тоже нужно просто взять и попробовать, - озвучиваю вслух.
- Потрясающая идея, - тут же следует скептичное. – Четыре раза не получалось, а вот сейчас точно получится. Ну вдруг.
- А что ты предлагаешь тогда? – хмурюсь, мысленно с ним соглашаясь.
- Во-первых, в покое вас ясно не оставят. Поэтому наилучшим вариантом будет сделать вид, что произошедшее вас все-таки разлучило.
Никогда не жаловалась на скорость мысли, вот и сейчас один нюанс отметила сразу:
- И говоришь ты мне это, предварительно выгнав из комнаты Кристиана. То есть он в разлуке принимать участие не будет? – с трудом сдерживаю неожиданно вспыхнувшую злость.
Уилфред, заложив руки за спину, медленно подходит к окну, устремив задумчивый взгляд куда-то вдаль.
- Как ты думаешь, что муж скажет тебе, когда вернется?
- Что сделает всё, чтобы не допустить этого снова, - уверено отвечаю.
- А каким наилучшим способом он может этого больше не допустить?
В груди неприятно екает.
- Расставшись со мной? – догадываюсь, к чему ведет старик. – Но он обещал, что больше не отпустит.
- Даже если это вопрос твоей жизни и смерти?
Туше.
- Уилфред, я не понимаю. Чего ты добиваешься?
- Я хочу, чтобы ты не сопротивлялась решению Кристиана. Не нужно расставаться, Грета, просто сделайте вид, что вы расстались. Наша главная проблема в том, что мы не знаем, кто именно наш враг. Поэтому сейчас лучше будет сыграть по его правилам, так как бороться мы пока не в силах.
- Почему ты не предложишь то же самое Кристиану? Почему я должна делать вид перед ним, что…
- Идеальным вариантом было бы просто рассорить вас. Тогда вы бы не играли, а действительно шли по плану врага. Но ты нужна мне не страдающей отверженной, а трезвомыслящей и собранной. Грета, - дворецкий оборачивается ко мне, и на его лице написана такая мрачная решимость, что по спине пробегает холодок, - я не позволю еще одной паре распасться. На этот раз я доведу до конца это чертово проклятье.
- На этот раз? – переспрашиваю тихо-тихо.
Но Уилфред не отвечает.
- Мы выиграем время. Пусть Кристиан разбирается с Тассадаром, а мы с тобой займемся Гранью. Верь мне, девочка, прошу.
Верить? Я готова верить только мужу.
- Я дождусь Кристиана, - твердо проговариваю, на самом деле этой уверенности не испытывая. – Мы решим вместе.
Уилфред вместо ответа долго смотрит на меня немигающим взглядом, но затем всё же кивает и выходит из комнаты.
Снова подхожу к окну, глядя на образующиеся прямо на глазах ручьи, и натыкаюсь взглядом на парочку слуг, с явными чертыханиями пытающихся перебраться через неожиданное препятствие. Сцена заставляет неожиданно улыбнуться. Подтаявший снег выглядит уже не так красиво, как свежий, но испорченная зимняя красота не печалит. Отчего-то зреет внутри странная уверенность, что там, под снегом, скрывается солнце.
- Грета? – в комнату стремительно врывается муж. – Как ты?
- Всё в порядке, - оборачиваюсь к нему и вымученно улыбаюсь. Несмотря на ожидания и почти принятое решение, очень хочется сейчас оказаться в его руках и забыться теплом его объятий.
Но муж не подходит.
Только смотрит на меня с тревогой, скользя взглядом по лицу и фигуре, будто ищет моим словам подтверждение или опровержение.
- Хорошо, - кивает наконец, дернувшись вперед, но все же оставшись стоять на месте. – Я так и… чувствовал.
- В смысле? – поднимаю брови, невольно обхватывая саму себя за плечи.
- Твой кулон, - Кристиан рефлекторно касается скрытого под рубашкой камня. – Такое ощущение, что он помогает мне тебя слышать. Не мысли, конечно, - тут же поправляется, - но то, что с тобой всё в порядке. Или не в порядке.
- Ты ощутил это, когда я забралась на окно? – догадываюсь.
- Да. Что удивительно, ведь даже замок не почувствовал неладное.
- Тогда могу теперь смело сигать из окон, - снова пытаюсь улыбнуться. – Ты точно меня спасешь.
- Грета, я как раз хотел поговорить об этом, - на лице мужа застывает маска решимости, а у меня внутри разливается холод от подтвердившейся догадки. – Как оказалось, я не могу защитить тебя даже на собственной территории. Сегодня ты была на грани того, чтобы погибнуть.
- Была, - подтверждаю спокойно, что, кажется, Кристиана несколько сбивает. Но если он думал, что я буду помогать в его продуманном сценарии расставания, то пусть не надеется. – И что?
- И мы оба понимаем, что это произошло из-за проведенной вместе ночи.
- Хочешь от меня отказаться? – тихо спрашиваю, не желая выслушивать очередную обосновывающую его безусловно разумные решения речь.
- Нет! – резкое восклицание. Настолько резкое, что я вздрагиваю и поднимаю глаза. Кристиан смотрит на меня с болью и отчаянием, но решимость, которую я изначально приняла за решимость со мной расстаться, сейчас вызывает сомнения в изначальной направленности. – Я не отказываюсь от своих слов и ни за что тебя не отпущу. Но сейчас нас нужно сделать вид, что…
- Да, понятно, - перебиваю, не желая слышать, как он произносит это вслух. – Я согласна.
Кристиан, явно готовый к длительному противостоянию, замирает.
- Согласна? – спрашивает даже несколько… удивленно.
- Да, - пожимаю плечами. – Правильное решение. Очень логичное.
- Грета… - муж явно не знает, что сказать, а я невольно радуюсь тому удовлетворению, что вспыхивает внутри от его растерянного вида. Да, это разумное и правильное решение, но больно же, черт побери. – Это ненадолго. Пока я не пойму, как защитить тебя или, если это дело рук Тассадара, не убью одного конкретного императора.
- Хорошо, - покладисто киваю.
- Хорошо, - эхом повторяет хмурый как туча муж. – Но ты по-прежнему моя жена. – Киваю. – И о разводе речи не идет. – Киваю. – И никуда я тебя не отпущу. – Киваю. – И… Грета, ты обиделась?
Ну что ты, милый, какие обиды.
- Нет. Я всё понимаю.
Если бы сейчас где-то за окном прогремел гром, я бы не удивилась.
- Ладно, - полное непонимания. – Тогда…
- У меня много дел, - тут же подхватываю. – Уилфред обеспечил меня несметным количеством книг, которые я должна изучить перед приездом гостей, а тетушка Мисси обещала устроить практическую часть. Скучать не буду.
- Тогда удачи? - почти вопросительное. – Нам будет лучше…
- Не видеться, я поняла.
Несколько секунд муж вглядывается в мое лицо, но потом все же кивает и не прощаясь выходит из комнаты.
Но плакать или страдать я даже не думаю. Вот еще! Пусть Кристиан разбирается с Тассадаром, а мне надо что-то решать с Гранью. А то еще пара неосторожных предложений и на одного Бадлмера в Империи станет меньше. Ей-богу, сама убью.
На секундочку даже мелькнула мысль, что вот после таких предложений проклятья и случаются.
Несколько часов я действительно ожесточенно пытала учебники на предмет сакраментальных знаний, после чего так же ожесточенно пытала тетушку Мисси, которая, догадываясь о причинах моего настроения, терпеливо во всём сознавалась. В смысле делилась знаниями.
В процессе я узнала, что для всех мы с Кристианом теперь официально расстались, поссорившись из-за моего несостоявшегося полета. Но траурную обстановку я не признавала в упор, все намеки и попытки меня пожалеть начисто игнорировала, и вообще поджечь чего-нибудь хочется.
А вечером за мной зашел Уилфред. Быстро оценил мое настроение, полностью его одобрил и сказал, что мне сейчас самое то идти Грани.
Главное, не пересечься там с Кристианом. И я даже не знаю, какие именно возможные последствия он имел в виду.