Глава 23

Владимиру всё-таки пришлось в тот день смотреть в глаза Антипу. Он до последнего надеялся, что ведьмак скажет, где спрятал тетрадь, в которую записывал имена всех, над кем он провел обряд освобождения.

Не сказал. Ничего не сказал. Ни слова.

– Ведьмак, как есть, ведьмак! Упертый был, гад, однако! – прокомментировал эту их игру в молчанку Гуртовой.

А сам Владимир, когда понял, что Антип ничего ему не скажет, абстрагировался от происходящего и думал, о том, как ему встретиться с Ольгой. Со стороны это выглядело так, будто он смотрит на то, как из очередного ведьмака вытекает медленно энергия и жизнь, смотрит с каменным лицом и не меняющейся аурой. За это Вишневского и боялись. А он просто думал о своем. Да и не мог он сочувствовать смерти тех, кого не уважал!

Он чувствовал, что есть в жилах Игоря, бывшего мужа Катерины, кровь Земледельцев, а с каждой минутой, приближающей жизнь Антипа к финалу, эта уверенность становилась только крепче.

Антип молчал всю процедуру. О том, что он ничего не скажет, говорила и его усмешка, которая так и осталась на его губах.

Изучив за последнее столетие характер Антипа, вспомнив до последней детали ту их первую встречу, а потом, добавив деталей из их недавней встречи, Вишневский пришел к выводу, что Антип мог и не сообщать приходившим к нему женщинам о том, что над ними был проведен обряд освобождения от встречи с единственным. По сути, он же над ними опыты проводил, поэтому Антипа просто интересовал результат.

Сообщать не сообщал, но записи должен был вести. Должен!

Должен же он был проверить, как работает его заклинание. Антип себя возомнил спасителем их мира. Революционером, решившим изменить их мир.

В школе со своими ровесниками Антип, конечно, не обучался, но образованным то, он был! А это значит, что занимался он самообразованием и много занимался, не только науку ведьм изучал. Но, видно, историю обычных людей он плохо изучил, а потому и не в курсе был, как бесславно заканчивают свою жизнь все революционеры. Вот и он сам не исключение.

– Начинать надо с Олега, – высказал предположение Гуртовой, услышав размышления Вишневского, когда тот зашел к нему в кабинет после того, как всё закончилось, – поговори с ним. Он всё-таки родной брат Ольги. Может, и подскажет, с чего лучше тебе зайти.

– Не учи ученого! – усмехнулся на это Вишневский, – и Матвей Егорыч, скажи там нашим умельцам, пусть с наручников кровь Антипа возьмут на анализ. Не верю я, что книга Аграфены просто так в Марьяне новую хозяйку признала. Не верю!

– Ладно, не заводись! – махнул рукой Егор Матвеич, – и, Володь, ты у нас, конечно, крут, и Антип не первый ведьмак, кого ты подверг процедуре лишения энергии. Но я всё ж таки попрошу тебя пройти обследование на аппарате.

– Егор Матвеич, ты серьёзно? Сомневаешься в моей адекватности?

– Серьезней не бывает! – отрезал Гуртовой, – я был там, за стеклом, и всё видел! Да из него же энергия лилась не только в контейнер! Силен был ведьмак. Да чего уж там, я такой силы ведьмаков и не видел ни разу! Я уж решил, что контейнера не хватит.

– Да, под завязку заполнил, – согласился Вишневский.

– Даже не верится, что всё закончилось! – усмехнулся Гуртовой.

– Да, мне тоже странно.

– Володь, не спорь, просто пройди процедуру обследования. Тем более, что это обязательная процедура для инквизиторов, ты же знаешь! Когда можно было без неё, я за тебя галочки ставил, где положено. Но не в этот раз!

– Хорошо, – устало согласился Вишневский.

– Ну, вот и славно! Иди сейчас, а? Тебя там уже ждут медсестрички в белых халатиках.

– Ты ещё мне скажи, в халатиках на голое тело! – рассмеялся Вишневский, – ладно уж, схожу. Всё равно ведь не отстанете от меня!

– Володь, да пойми ты – это для твоей же безопасности!!

– Да иду я, иду уже! Тоже мне, нянька выискался! – усмехнулся Вишневский уже у двери, – не боишься, что вот сейчас проверят меня и скажут, что я неадекватен. Усыновишь меня?

– А куда ж я денусь то? И усыновлю, и с самым крутым Лекарем о твоем лечении договорюсь! И даже апельсинки буду тебе покупать и в лечебницу приносить! – пообещал с улыбкой Гуртовой, – только сходи.

– Егор Матвеич, так ты приказ то, отдай, чтобы кровь Антипа собрали, а?

– Вот ведь, упертый какой! А не боишься, что он Антип приходить к тебе будет в кошмарах? Он ведь своего согласия на забор крови не давал! – усмехнулся Гуртовой.

– Ой. Да ему там, – Вишневский неопределенно махнул рукой, – не до меня будет! Ну, так приказ то, отдашь?

– Да отдам, отдам! Иди только, будь добр!

Обследование показало, что уровень энергии у Вишневского высокий, цвет ауры тоже почти без изменений. Небольшие черные всполохи были, но после процедуры забора энергии от черного ведьмака – это нормально. Это только подтвердило легенду о великом и ужасном господине инквизиторе Владимире Вишневском, о том, что нет пока ещё ему равных.

Медики, зная, после какой процедуры к ним пришел Вишневский, увидев его стабильный показатель, переглянулись.

Новость о том, что сегодня в здании был тот самый Тунгусский ведьмак, разнеслась быстро. Даже был поднят уровень опасности до красного. Зная его ведьмячью натуру, можно было ожидать чего угодно. Но Владимир Вишневский, господин главный инквизитор, справился. Все выдохнули, но до прохождения им обследования предпочитали в коридоре с ним не сталкиваться. Потому как, кто ж знает, вдруг Вишневский что-то на себя взял из темной энергии Антипа?

Может, конечно, и взял, но отпечаток его ауры показывал, что он стабилен, а значит, может продолжать работу в отделе.

Возвращаясь к себе в кабинет, Владимир вспомнил эти переглядывания медиков и усмехнулся сам себе:

– Вот так и рождаются легенды о тебе, великий и ужасный Вишневский.

Сам для себя Владимир решил, что уедет, только когда увидит результаты обследования Ольги. Этим он поставит для себя жирную точку в деле тунгусского ведьмака.

Но для этого Ольгу ещё надо увидеть и хотя бы просто поговорить с ней, увидеть её ауру. И, кстати, что там было про бывшую соседку Катерины и Игоря? Как там её? Марину, кажется? Она же подруга. Она же любовница. К какой она там ведьме Ольгу посылала за той булавкой? Что за ведьма? Почему не знаю? Ну, высушила её ведьма более сильная. Но и эта, высушенная, должна была силой приличной обладать. Надо бы ещё и к Марине этой наведаться, может, упустили что-то рубежники Его величества?

Олег вызвался помочь и обещал договориться с сестрой о встрече. Но его помощь не понадобилась – встреча с Ольгой состоялась раньше и без его помощи.

Ольга позвонила Владимиру сама. Позвонила на его телефон, который был указан на его визитках как директора детективного агентства.

– Могу я слышать Владимира Вишневского? – услышал он, когда снял трубку. Программа сама проверила входящий номер и вдруг выдала данные Ольги, немало удивив этим результатом Владимира.

– Я Вас слушаю.

– Владимир, у меня пропала подруга. В её сумочке я нашла Вашу визитку. Скажите, где и когда мы можем с Вами встретиться?

Владимир пригласил Ольгу в свой кабинет, рассудив, что раз уж на ловца и зверь бежит, так какой смысл откладывать встречу.

Когда Ольга вошла в его кабинет, Владимир оценил красоту девушки, а так же то, насколько Ольга не была похожа ни на свою мать Катерину, ни на своего брата Олега. Не похожа от слова совсем! Ни цветом волос, ни цветом глаз, ни телосложением. Ни чем! Ольга была точной копией своего отца Игоря Бойко.

Нет, конечно, и у обычных людей бывает такое разделение детей от одних родителей, один ребенок на маму похож, второй – на папу. Но настолько четкое разделение бывает только в их мире! Вишневский почувствовал азарт, он понял, что обязан узнать всю правду об Ольге.

А Ольга удивила Вишневского ещё и тем, что пришла она, оказывается, разыскивать ту самую стюардессу, Марию Петровну Воронову, которая поила Владимира в самолете настоящим кофе.

Девушку Вишневский хорошо помнил, она ему понравилась своей искренностью и искренним же желанием напоить его, Владимира, хорошим кофе. И вот эта девушка пропала.

– Понимаете, Маша уже два дня не отвечает на мои звонки! – объясняла Ольга, – нет, я, конечно, знаю, что с её работой она бывает вне досягаемости, но я знаю график её полетов. И сейчас она должна быть на земле, простите, дома. Мы договаривались с ней встретиться и поехать выбирать свадебное платье. Маша замуж через месяц выходит. Поверьте, ни одна девушка не отложит покупку свадебного платья!

Владимир видел, что Ольга искренне переживает за подругу, видел по её ауре.

– А что говорит будущий муж Маши? Может, они решили уединиться, а тут мы!

– Он говорит какую-то ерунду, что Маша уехала на дачу к родителям! Я знаю, что там нет связи, но Машка всегда находила возможность позвонить мне оттуда. Залезала там повыше на какой-то чердак и звонила мне. Мы с ней вечером договорились, что поедем утром следующего дня в свадебный салон. Я приехала, ждала её в машине, но Маша утром не вышла из квартиры! На телефон не дозвониться, он вне зоны связи. Вот так вот, вдруг, решила съездить к родителям? – переживала Ольга и оттого говорила быстро и эмоционально.

– Может, её родители утром позвонили? Может, и правда, вот так вот, вдруг, поехала? – предположил Вишневский.

– Нет! Не могла она вот так и вдруг. Начнем с того, что перед отъездом к родителям она всегда говорила мне, что едет к ним. Понимаете, всегда! Как раз по причине того, что там плохая связь! – возразила Ольга.

Вишневский, под предлогом успокоить девушку, предложил Ольге стакан воды, решив сделать два дела одновременно: и подругу искать, и взять у Ольги хотя бы слюну, раз уж кровь он пока у неё взять не может.

Ольга ушла через час, пообещав вернуться с зубной щеткой подруги и хотя бы одним волосом. Владимир поставил блок на сорвавшийся было вопрос Ольги:

– А что у нас теперь вот ТАК разыскивают пропавших?

Как бы он объяснял Ольге, что да, в ИХ мире именно, так и разыскивают. Зря, что ли, у них целый отдел работает над разработкой новых технологий? Ольга ушла всё ещё встревоженная, но уже более спокойная. Вишневский смог внушить девушке спокойствие своими вопросами и своим знанием дела. Едва за Ольгой закрылась дверь, как Вишневский подошел к стулу, на котором сидела девушка, и снял её длинный черный волос со спинки стула. На светлой обивке стула для посетителей его было хорошо видно.

– Ну, уже кое-что! – усмехнулся он, упаковывая и волос и стакан, из которого пила девушка, в пакеты, – на безрыбье и рак – рыба, говорят! Для определения твоих потоков, дорогая Ольга, это, конечно, не подойдет, но пусть будет.

Мария Воронова нашлась через сутки. Нашлась на заброшенной даче. Девушка была привязана за руку к спинке кровати и напичкана лекарствами до полубессознательного состояния. А ещё Мария была без одежды, а всё её тело было в синяках и кровоподтеках. Этот её, так называемый, жених проиграл свою невесту в карты. Когда рубежники вошли в дом, игра ещё продолжалась. И именно жених не сразу понял, что за люди вошли в дом, и что вообще происходит. Настолько этот подонок был увлечен игрой!

Маша, на свою беду, влюбилась в заядлого картежника. Парень проиграл очень большую сумму денег и предложил за это свою невесту. И в тот момент, когда рубежники их нашли, он, видите ли, как раз выигрывал свою невесту обратно!

Вишневский сам позвонил Ольге, что бы сообщить ей, что подруга нашлась и сейчас в больнице. Надо было вывести наркотики из организма девушки, да и потом привести её в адекватное состояние. Узнать о том, что тебя проиграл в карты твой жених – испытание не из легких.

Ольга не стала причитать и шмыгать носом от полноты чувств, но, зато, она спросила:

– Владимир, скажите, а мы сможем доказать причастность этого…, – Ольга замялась, явно пытаясь подобрать точное определение для так называемого жениха своей подруги, но ничего точного, видимо, ей не пришло на ум, поэтому она просто закончила предложение, – и наказать его? Я так понимаю, что расписок типа "Сдал – принЯл" вы там не нашли?

– Правильно понимаете, – согласился Вишневский, – причастность доказать непросто, но возможно! У меня есть знакомые, они смогут его наказать.

– Это хорошо! – выдохнула девушка в трубку.

Они оба замолчали. А потом Вишневский решил действовать:

– Ольга, не откажите мне в моей маленькой просьбе! – включил он мурлыкающие нотки в свой голос.

– Для Вас, Владимир, всё что угодно! – тут же услышал он в трубке и по голосу понял, что девушка улыбается.

– Согласитесь поужинать со стареющим мужчиной!

– Ох, не грешите, Владимир! – рассмеялась Ольга грудным смехом. Услышав его Владимир, уже знал, что она ответит и не ошибся, – да за Вами, наверное, очередь из женщин, желающих с Вами поужинать, стоит! Чем же я хуже их? Конечно, я согласна!

– Отлично! Тогда сегодня вечером я за Вами заеду! Диктуйте адрес!

– Нет, давайте я сама подойду, скажите только куда.

– Как Вам будет угодно! – сдался Вишневский, – ресторан "Адмирал" подойдет? Скажем, в 7 вечера?

– Да, хорошо! Увидимся там! – и Ольга положила трубку.