Глава 18. Княжеские дочки
Вода смягчила падение и не дала мне расшибиться. Я вынырнула и сделала вдох. Виверна вцепившись лапами мне в плечи, поднесла оскаленную пасть к моему лицу. Горячая слюна закапала мне на подбородок. Я чуть не захлебываясь в воде, уперлась двумя руками в ее чешуйчатую мускулистую грудь.
- Не убивай меня, пожалуйста, - зашептала я, не зная понимает она меня или нет.
Она зашипела, и я к своему удивлению расслышала:
- Охранять, душить, защищать.
Лапы сжались и острые когти прошили ткань и впились в мою кожу. Больно-то как. Я попробовала как-то отодвинуть от себя ее жесткое мускулистое тело и левая рука, скользнув верх наткнулась на шее ящерицы на железный ошейник. А в правой я все также сжимала подобранный мной камень. С размаху я ударила булыжником в скулу животного. От неожиданности животное откинуло морду, и я увидела на ошейнике мерцающий красно кровавым светом камень.
Разозлившись тварь утробно зарычала и приготовилась вцепиться мне в шею, когда я, не понимая, что делаю, начала бить своим орудием по артефакту. Виверна на секунду замерла, опешив и это дало мне те самые очень нужные мгновения. Камень раскололся и мне на грудь протекла обжигающая жидкость.
Ящерица, заколотив рванными крыльями, отпрыгнула выбравшись а берег, лапой принялась ощупывать ошейник. А потом поняв, что камень разрушен, как-то обреченно затихла и повалилась на камни. Я, встав на четвереньки, выползла из моря по острым камням, и кое как поднялась. Плечи саднили, руки тряслись. На подгибающихся ногах, я подошла к виверне и нагнулась.
Я что ее так сильно ударила?
- Умерла?
- Свободна. Но нет камня, силы уйдут, - прошипела в ответ ящерица. - Помоги.
- Да как же я тебе могу помочь? И прости, но тогда ты меня просто сожрешь.
- Забери яйца. Спаси детей. В башне.
- Послушай, даже если я заберу, что мне с ними делать?
- Не важно. Забери. Устала убивать. Старая.
Наш шум видимо разбудил слугу. Дверь в домике распахнулась, и высокая фигура со свечой в руке возникла на пороге.
- Тварь, что там?
Я села на корточки и замерла. Не дождавшись ответа, мужчина двинулся в обход своих маленьких владений. Я стала задом отползать к морю.
- Тварь, где ты? Опять что ли дверь в башню грызет, дрянь. Замучился чинить. Тварь! - осекся он, наткнувшись взглядом на меня, сидящую по пояс в море.
- А ты что здесь делаешь? А тварь где? - И он увидел в нескольких шагах от себя лежащую виверну.
Он растерянно подошел к ней, нагнулся и посветил свечой. В этот момент виверна взвилась пружиной и вцепилась ему в горло. Свечка покатилась затухнув, а мужчина, упав навзничь, пробовал отодрать от себя маленького дракона, но костяные челюсти крепко держали свою добычу. Лысый дернулся несколько раз и затих. Виверна отпустив горло отползла в сторону.
- Детей забери. На камнях силы гнездо свила в пещере. Маг пришел, яйца забрал, служить заставил. Много камней надо и вылупятся. В башне. Ключи у этого. Устала. Старая. Без артефакта умираю. - И виверна затихла.
Я шатаясь вышла из моря и приблизилась к лысому. На его поясе из веревки болталась связка ключей. Я подергала веревку, и вздохнула - крепкая. Мне нужен нож. Может у него есть? Ох какая глупая, у меня же у самой нож на ноге в ножнах. Я разрезала веревку, и взяла ключи.
Будем надеяться, что пьяный маг спит крепко и вся наша возня не разбудила его.
Со связкой подошла к башне. Мокрое платье висело тяжелым грузом и меня начало потряхивать от ночного ветра. Руки задрожали. Первый и второй ключи не подходили к замку, наконец третий смог открыть местами погрызенную острыми зубами, залатанную дверь.
Я потрогала стену у входа. Логично было бы, чтоб здесь было отверстие, куда втыкается факел. Да, я не ошиблась, в специальном железном отверстии торчал факел. Огниво тоже должно быть здесь. Минут пять у меня заняло методичное ощупывание пола чтобы найти его и зажечь огонь. Узкая винтовая лестница уходило ввысь.. Я аккуратно прикрыла за собой дверь и стала медленно подниматься, освещая себе путь. Ветер прорывающийся через узкие щели окна играл пламенем и тени плясали на кирпичной стене, пугая меня, заставляя постоянно вздрагивать.
На первой площадке была одна единственная комната, запертая на большой амбарный замок. Ключ дрожал в моих замерзших руках и никак не хотел попадать в скважину, я даже разозлилась. Остановилась на минуту, глубоко вдохнула-выдохнула, и замок поддался, дужка откинулась. Я распахнула дверь.
Посреди маленькой комнатушки стоял одинокий стол с кучей тряпок и лежащих в них белых шаров. Рядом с окном на стене висело большое зеркало. «Зачем оно здесь интересно». - Мелькнула в голове быстрая мысль.
Больше в комнате ничего не было. Я, высоко подняв факел, подошла к столу и наклонилась над ним, приглядываясь.
Удивительно, у такого несуразного существа как виверна были невообразимо красивые яйца. Как шар круглые, спокойно умещающиеся в раскрытой ладони, цвета они были перламутрового, как внутренняя сторона раковины, и переливались в языках пламени. Как завороженная я рассматривала их, потом осторожно дотронулась. Они были твердые и теплые.
Что там я читала в детстве про виверн. Полуразумные, достигающие интеллектом пятилетнего ребенка. И держать их надо вблизи магических камней. Только где я камни эти магические достать смогу. Есть они у Повелителя этого таинственного. Вот только сомневаюсь, что он даст их мне. Я покачала головой, вряд ли вы, ребята, сможете вылупиться с моей помощью, но мать ваша так за вас просила, да и я в долгу перед ней. С лысым я сама бы не справилась, поэтому собирайтесь малыши, вы едете вместе с тетей.
Внезапно я вспомнила о обжигающей жидкости вылившейся на меня после раскола артефакта. Мой взгляд упал на отражение в зеркале, и я прищурившись сделала к нему несколько шагов. У меня на груди темнело небольшое пятно, когда я потерла его и взглянула потом на пальцы, они были в чем-то красном. Что это? Лихорадочно я вытерла пальцы о мокрое платье. Скорее всего виверна поранилась об осколок и забрызгала меня своей кровью.
Засунув факел в держатель, и порывшись в тряпье, я вытащила длинное широкое полотнище похожее на палантин, замотала яйца в середину, а потом, завязав концы узлом, повесила его как колчан. Ну а теперь искать Амалию!
Крутые ступеньки вели меня наверх и закончились на узкой площадке с еще одной дверью. Опять началась возня с замком, и когда дело было сделано, я толкнула боком дверь и шагнула в комнату.
- Амалия, где ты? Это я, Ангелина.
Свет высоко поднятого факела осветил небольшую аскетично обставленную комнату. Слева письменный стол с двумя стульями, два небольших шкафа: один с книгами, а второй платянной, с ними рядом зарешеченное окно, и дальше ширма отгораживающая темный угол. Справа чуть приоткрытая дверь вела в маленькую каморку, где виднелась бадья для купания. Я опять позвала Амалию и заглянула за ширму. Там на разобранной кровати, опершись на стену сидела худенькая темноволосая девушка и растерянно моргала круглыми глазами.
- Амалия, ты меня помнишь? Я девочка рядом в клетке. Меня тоже украли тогда. И человек с оранжевыми глазами нас охранял? Вспомнила?
Узнавание мелькнуло в ее глазах. Она, стремительно откинув одеяло, бросилась ко мне и крепко обняла. Она была очень маленькая, ее макушка едва дотягивала мне до подбородка. Я гладила ее распущенные волосы и тихо говорила:
- Я пришла за тобой. Все хорошо. Сейчас мы убежим отсюда, пока маг спит.
- А тварь? - она резко подняла голову и посмотрела на меня испуганными глазами.
- Виверна умерла, как и лысый. Здесь живет еще кто-нибудь кроме мага?
Амалия облегченно выдохнула и затараторила:
- Да. Еще муж с женой, слуги, но они как заколдованные. Такое впечатление, что я для них была призраком. Даже не разговаривали со мной никогда. Ко мне раньше учитель приходил, он меня учил и хоть с ним я могла общаться, а потом и он перестал меня посещать, - вздохнула она грустно. - Представляешь, я только сидела перечитывала книги и смотрела целыми днями в окно. Поначалу я плакала, а потом слезы кончились. И тварь меня пугала, часто залезет по стене и смотрит на меня через решетку. А летать она не умела, у нее крылья изрезанные были, только лазила.
Я молча слушала девочку. Она опять стала рассказывать про слуг, и про свою жизнь. Я понимала, что ей надо выговориться, а еще я осознала, что ее речь для меня была как детский лепет. Такое впечатление, что она была младше меня года на три-четыре, а у нас разница меньше года. Я вздохнула и, ласково глядя в ее худенькое бледной лицо, сказала успокаивающе.
- Амалия, солнышко, нам пора. Мы должны покинуть маяк пока маг со слугами не проснулся, и не обнимай меня - я же мокрая насквозь. У тебя есть запасная одежда для меня?
Девочка отодвинулась и только сейчас заметила свою промокшую ночнушку.
- Да в шкафу.
На вешалках было не густо, но я смогла подобрать себе светлое в мелкий цветочек платье, которое хоть и облепило мою фигуру, но не трещало по швам. К сожалению подол с трудом прикрывал мне икры, и я сверкала голыми ногами. Да, в таком виде появляться на люди явно не стоило, но об это я подумаю потом, когда время настанет. Сейчас надо покинуть маяк. Я надела самодельный заплечный мешок с яйцами и обратилась к девочке:
- Как они добирались на сушу? На лодке или есть коса, которая соединяет это место с побережьем?
- Дорожка, здесь дорожка есть, - опять затараторила Амалия. - Мою клетку два мужика тащили, только там в узком месте стена выстроена и ворота стоят высокие. Они в колокол придверный тогда позвонили и лысый отпер створки.
- Прекрасно. - Я честно боялась, что только на лодке можно было отсюда выбраться, а гребец-то я никакой.
В сухом жизнь показалась намного приятней. Выйдя из башни, Амалия огляделась и махнула рукой в сторону.
- Туда, - прошептала она.
Я опустила факел пониже, чтобы не привлекать внимание, но в тоже время осветить нам дорогу. Узкая дорожка из полотно подогнанных камней к стене. Амалия не ошиблась, массивные ворота на засове преграждали нам путь. Отдав факел девочке, я, вцепившись руками в засов, стала медленно сдвигать его в бок. Скрежет при этом был такой громкий,что даже плеск волн не смог его скрыть. Я оглянулась на темные окна домика.
«Ну все, - испугалась я. - Сейчас все проснутся».
- Свечи зажгли. - Дернула меня за рукав Амалия.
Я толкнула створку, и мы побежали в сторону берега по узкой длинной косе. Когда выскочили на песчаный берег, уткнувшейся в отвесные скалы, я кинула в воду факел. И он, зашипев, погрузил нас во тьму. Огонь помог нам выбраться, но сейчас уже бессовестно выдавал наше местоположение .
- Амалия, вспоминай, корабли видела из окна? И куда они плыли?
- Видела, - задумалась девочка. - По первости даже кричала им махала, думала спасут, а потом поняла, что бесполезно…
- И? - перебила ее.
- Туда. - Она показала направление рукой. - Они плыли туда.
- Значит пошли туда по берегу.
И мы шустро зашагали искать людей. Я надеялась, что время у нас еще было, пока ворота посмотрят, пока лысого с виверной найдут, еще и сколько-то лазанье по башни займет. Вот неразумная, надо было дверь темницы Амалии закрыть на ключ, а мы их так и оставили распахнутой. Ладно, что сделано, то сделано.
Через часа два Амалия выдохлась. Ну да, бедной девушке даже гулять около маяка не разрешали, а тут такие расстояния с непривычки преодолеть. Надо было искать место для укрытия. Только я подумала об этом, как мы практически налетели на несколько рыбацких лодок, выволоченных на берег и аккуратно перевернутых. Значит, где-то рядом есть тропинка наверх.
- Амалия, посиди пока, отдохни, а я поищу дорожку наверх.
Девочка устало кивнула и присела на лодку.
А я пошла искать подъем. Если бы я не знала, что где-то здесь спускаются и поднимаются рыбаки, то сроду бы не нашла. Узкая тропинка отыскалась за большим валуном. Чуть выше в расщелинах были закреплены столбики с огораживающими от падения веревками.
- Пойдем. – Я вернулась к Амалии. - Солнышко, я понимаю, что ты устала, но нам нужно идти, если снова не хочешь попасть в маяк.
Кстати, как там дела? И я оглянулась. А там судя по всему было весело. Везде в окнах горел свет и внизу у подножия башни горели факела и метались тени. Но по берегу огней не наблюдалось. Согласна, если у мага всего пара слуг осталось - в погоню сильно не кинешься. А магических уловок и существ типа Твари у него судя по всему уже не было. Я зло хмыкнула.
- Ох ребятушки, не повезло вам. Даже представить страшно что повелитель с вами сделает.
Наверх мы практически вползли и, когда перед нами выросли из темноты несколько рыбацкий сараев из грубо сколоченных досок, хвала небесам - не запертым, мы с Амалией выдохнули. Зайдя в один из них, мы наткнулись на рыболовную сеть, кучей брошенную тут же на земляном полу. С возгласом облегчения, мы обнявшись, зарылись в нее.
Мне тоже был нужен отдых и еще я хотела к Лигориусу, только в его расцветающем красками мире, с появившимися среди лугов блюдцами озер, я чувствовала себя спокойно.
О, да, я провалилась в сон и тут же перенеслась. В небе поплыли пушистые облака, что радовало глаз, но счастьем меня питал только голос моего принца.
- Анелина, я рад что ты опять со мной. Ты, как ветерок, приносящий глоток свежего воздуха в мой мир. Я начинаю ждать тебя и скучать уже в следующее мгновение после твоего ухода отсюда.
Я купалась в нежности его голоса. Мягкое тепло заполнило мою душу.
- Лигориус, как я соскучилась. В моей реальной жизни я начинаю мечтать о сне, чтобы опять услышать тебя. Мы встречались только прошлой ночью, но как будто вечность прошла и столько событий опять, и смертей, - добавила я горько.
- Ты нашла Амалию?
- И Амалию и Захель. - Я тяжело вздохнула и рассказала ему о смерти моей подруги, о Рауфе. Поведала я ему и о Твари и яйцах, которые ,тщательно завязанные в палантин ждали магические камни, чтобы выпустить из недр маленьких ящериц.
- Жаль ее, хоть она меня чуть горло не разодрала.
- Я видел виверн раньше. У совсем юных крылья в лучах заходящего солнца так причудливо переливаются, как оболочка мыльных пузырей.
- А у этой крылья были тусклые и изорванные так, что она летать даже не могла, только ползала по башне и все к детям своим хотела проникнуть. - Я вздохнула. - Что с этими яйцами теперь делать - совсем не понимаю.
- А Амалия?
- Со мной. Убежали мы. Спим сейчас в рыболовецком сарае на куче сетей. Только она, осталось в том же возрасте, в котором ее увидела в первый раз. Я смотрю на нее как на ребенка, а мы почти ровесницы.
- Что ты планируешь делать дальше?
- В город идти. Там ее узнают, совсем не изменилась с тех пор. И думаю, помогут. Там же награда обещана, а потом надо самой домой попасть и тебя искать.
Я рассказала Лигориусу все, только не зная почему решила не говорить ему про бал и про этого красавца Кведора, а особенно про то, как мое сердце иступлено забилось при виде этого мужчины.
А в следующий миг, я ехала на лошади. Рядом важно ступал конь моего отца. Я с детской любовью рассматривала его благородное лицо, седую аккуратную бороду, и многочисленные морщинки около серых глаз.
- Отец, я так рада, что мы вдвоем.
- Ангелина, мне очень жаль, что ты не приняла мою жену.
- Нет, папа, это меня она не приняла.
- Не выдумывай, дочь. Но давай лучше не будем об этом. Ты должна знать, что после моей смерти ты станешь править нашим княжествам, ни моя жена, ни твоя сестра - только ты.
- Да, отец, мне это известно. - Вспомнила я сцену в библиотеке.
- Поэтому сейчас мы едем осматривать главные источники доходов нашего княжества. Их три. Хозяйство, выращивающие тонкорунных коз. Чеканка серебра и основной - рудники в горах. - Там, где добывают сапфиры?
- Да, их у нас целых четыре. Когда-то еще при моем деде, в горах случился мощный оползень, там и стали находить корунды глубоко синего цвета.
- А мне можно будет спуститься в рудник ?
Отец улыбнулся:
- Конечно, главное, чтоб разлива подземной реки не случилось. А то после сильных дождей любит она воды свои наверх выбрасывать.
Проснулась я потому что почувствовала чье-то прикосновение. Резко открыла глаза, прямо перед моим носом сидела мышь и внимательно меня разглядывала. Я тихо засмеялась и опять закрыла глаза, всего лишь маленькая мышка. Мой смех разбудил Амалию. А для нее безобидный серый зверек показался страшным чудовищем, потому что в следующий момент бывшая пленница визжа попробовала вскочить, но запутавшись в сетях рухнула обратно. А я мирно ждала, когда моя подруга по несчастью наконец-то успокоится, потом открыла глаза и улыбнулась:
- Готова выходить?
Недовольно поспев, девочка кивнула.
- Только я запуталась.
- Сейчас помогу. - И я достала нож.
Да простит меня рыбак в чей сарай мы залезли.
- Ангелин, вот скажи по-честному, тебе вообще не страшно?
- Амалия, во-первых, я попрошу тебя называть меня Анелиной. Моя новая жизнь началась у меня на следующий день после ритуала, несколько месяцев назад. А новая жизнь - новое имя. - Рассказывала я девочке перерезая ячейки сети.
- А как ты спаслась?
- Учитель спас! - Сглотнула я горький комок, вспомнив тело на пристани. - Вывез и погиб, потому что нарушил клятву.
- А мой учитель только лекции читал, а когда я пробовала с ним поговорить просто про жизнь - ругался , чтобы я замолчала, а то вообще ходить не будет.
- Тебе не повезло. Все выбирайся.
Девочка скинула с себя обрывки сетей, и мы выбрались из сарая.
Начинало светать, мы поспешили покинуть гостеприимный сарайчик и пошли по широкой колее в ту сторону, где должен быть город. Утро было прохладным, что давало нам дополнительный стимул двигаться побыстрее. Ветер дул в сторону моря и доносил до нас сухой степной аромат. Там в глубине побережья темнели черной грядой горы с начинающими розоветь в свете восходящего солнца, вершинами.
Я шла молча, слушая Амалию, а девочка болтала не переставая, но потом и ее фонтан иссяк.
- Амалия, а ты видела на маяке кого-нибудь кроме тех, кто там жил постоянно? В гости может кто заезжал?
- Из моего окна, ты же знаешь, было видно только море. Голоса чужие слышала, но честно, из того, что они говорили, толком ничего не поняла. Попробовала раз на помощь позвать, но лысый поднялся и сказал, что Тварь на меня натравит. Вот я перестала. - Пожаловалась она.
С растрепанными волосами и завазюканном платье, она напоминала мне побирушку. А на кого была похожа я с голыми ногами, боялась даже думать. Как бы не обвинили меня в низких нравственных нормах.
Дорога виляла по степи и наконец вдалеке показалась небольшая деревенька, с мычанием коров, перегавкиванием собак и квоханием кур. Подойдя к ближайшему дому и аккуратно заглянув через неплотно подогнанные доски забора, я увидела обыкновенное крестьянское хозяйство, совсем не богатое. Какой-то мужичок запряг лошадь в телегу и теперь загружал ее мешками. Потом затянул ее большим полотнищем, отошел на пару шагов, осмотрел закрытый груз и довольно крякнул. Почесав затылок, посмотрел вокруг, похлопал себя по брюху и сказал сам себе:
- Ну что, не изволите ли отзавтракать, уважаемый Старко? А потомоча можно и в город ехать. Я отпрянула от дырки. Эта бородатая физиономия со шрамом на щеке была мне очень знакома. Это был тот самый мужик, чьи люди грабили наш караван.
- Кто там? - с любопытством спросила Амалия. - Может зайдем, попросим еды?
- Тихо, помолчи чуть. Мне нужно подумать.
Конечно заходить и просить что-то у этого бандита я не собиралась. Еще раз заглянула в щель, внимательно осмотрела двор. Человек явно не в богатстве живет, хоть и вожак. Присмотрелась к телеге. Потом подергала туда-сюда доску, и полусгнившая деревяшка поддалась, отодвинулась в сторону.
- Амалия, послушай меня. Мы сейчас тихо забираемся в телегу и спрячемся в мешках. Если не хочешь идти пешком, то это наш единственный способ попасть в город, где тебе помогут. Ты меня поняла?
Девочка кивнула.
- Ну все, как мышка - шустро и тихо.
Мы пролезли через забор, подбежали к телеге и юркнули под полотнище. Не прошло и пяти минут, как вышел многоуважаемый Старко, вывел со двора лошадь, тщательно прикрыл хлипкие ворота, пристроил, поерзав, свой не менее уважаемый зад на мешок, и телега, дернувшись, повезла нас в город.
Ехали мы долго, я даже задремала. Разбудил меня громкие голоса:
- Что везешь?
- Да рыбку на продажу, еще кой чего, господин стражник.
В этот момент какая-то пушинка попала мне в нос, и я оглушительно чихнула.
- Кто это у тебя? Рыба расчихалась? - громко забасили стражники.
Покрывала откинули, и я села, оглядываясь вокруг.
- Кто это? - загремели стражники.
Я насмешливо посмотрела на Старко. Он в свою очередь с ужасов выпучил на меня свои глаза не в силах вымолвить и слова. По глазам я четко видела, что этот уважаемый меня тоже узнал.
- Племянница его, а там в мешках, еще одна спит. Дядька обещал платья нам новые купить, а то из этих, - показала я на свое в цветочек, - выросли уже давно. Правда, дядька?
Старко не издавал ни слова.
- Эй, - толкнул его стражник, - правду бает, что твои племянницы?
Бедный бандит отмер и яростно закивал :
- Мои-мои.
А я ласково улыбаясь спросила его.
- Ну что, вначале в лавку за платьями? Не бойся, дядюшка, мы не дорогие выберем.
Пришедший в себя незадачливый бандит тяжело вздохнул и обреченно сказал:
- Ну в лавку, значит в лавку.
Медленно тащась на телеге через толпу людей Старко жаловался на свою горькую участь.
- Вот оно мне надо? Жизней своей рисковал, а какая-то наглая девка кровные собирается на платья растранжирить. А я ж не для себя сбывать товар еду, а для обчества. Уловы никакие, а жить надо. Ну зачем только старостой согласился быть? Не стыдно тебе, а? - Обернулся он ко мне.
- Неа, - весело покачала я головой, радуясь, что с помощью новоиспеченного дядюшки мы и до города добрались и в платьях поприличней к стражам заявимся. А то в коротком облегающем платье тяжело доказывать, что мы девушки благородные ,из рода княжеского.
Амалия молчала, с любопытством разглядывая городок. Под нытье Старка я руками причесала девочку и завязала узлом свою шевелюру. Палочками бы укрепить, но пока и так сойдет.
- А чем у вас, дядька Старко, деревня занимается? - обратилась я к непутевому старосте. Тот аж вздрогнул при звуках своего имени и испуганно посмотрел на меня:
- И имя знаешь мое?
- Я все знаю, - грозно посмотрела я взглядом искушенного шантажиста.
Бедный староста совсем сник:
- Да в путину на рыбу ходили белую. А потом в шторм попали и сети оборвало, да лодок половина потонуло. Вот и бедствуем с тех пор, на хозяйствах перебиваемся. Хорошо хоть людей только двое потонуло - вытащили всех.
- А сарайчики такие убогие на берегу ваши?
Старко опять испуганно обернулся на меня:
- Наши, - растерянно пробормотал он. - Там наши сети оставшиеся хранятся.
«Хранились», - подумала я, вспомнив как изрезала их ножом.
- А почему вы бедствуете? Столько экспроприировали товаров. - Кивнула я на мешки.
- Чего мы? - уставился на меня Старко.
- Позаимствовали, - пояснила я.
- Так я ж это купцу сдам, а он, жадюга, прознал, откуда вещицы беру, властям не сдает, но уж очень мало денег платит. Крупу закуплю, чтоб не впроголодь жить. У нас почва каменистая, огородики не посадить и трава скудная - скотина жиры не нагуляет, таки и выживаем.
- Разбойничаете потихоньку.
- Тише ты, девка, тише. А то услышат кто. Всех мужиков в деревне нашей закуют, а бабы с детьми по миру пойдут. Куплю тебе я платья эти, - чуть не плача зашептал Старко.
Мы подъехали к скромной лавке с надписью «платия для девиц». Мужчина, с поникшими плечами, горестно вздыхая сполз с телеги и бормотал себе под нос:
- Э, вот что, Старко, ты обчеству скажешь? Что деньги на девок спустил? Ох горе-горе. Хорошо хоть моя жинка такого позора не увидит.
- А почему она не увидит? - полюбопытствовала я.
- Померла. Две зимы назад от лихорадки. А денег на лекаря не было. Много тогда в деревне нашей на небо ушло. – Вздохнул староста и позвал, сидящего неподалеку, пацаненка.
- За товаром присмотри.
- Монетка. - ухмыльнулся недоросль.
- Ох, и здесь расходы.
В лавке мы с Амалией выбрали два добротных приличных платья, и, с посеревшим от растрат горе-бандитом, вернулись к нашему экипажу. Я подсадила Амалию, залезла следом. Староста замялся и посмотрел на нас умоляюще.
- А что, девицы? Вы не уйдете, али еще что-то надо прикупить? - дрожащим голосом спросил он.
- Присаживайтесь, уважаемый Старко, а сейчас в центр едем, к стражам.
Староста стал белым как листок бумаги:
- Ох, не надо к стражам. Пожалуйста. Деточки милые, пожалейте.
Жалко он выглядел, затрясся весь.
- Да не буду я вас сдавать. Нас самих сдадите страже за награду. Она, - кивнула я на Амалию, - дочка княжеская, за вознаграждение разыскиваемая. Поехали, уважаемый Старко, денег на нас заработаешь, да не крохи, а настоящие золотые. И сети, и лодки для деревни купишь.
Старко не сразу понял мои слова, долго пыжился, брюхо чесал, носом хлюпал, пока наконец не сообразил..
- Точно. Ее ж портреты везде висели. - Он обрадовался. Фигура его распрямилась, плечи расправились - орел, а не мужчина.
Он забрался на телегу и тронувшись деловито спросил:
- А что мне говорить, чтоб не приняли, что это я ее украл?
- Скажешь, что на берегу нашел мокрых без сознания, приютил, обогрел. Одежду вот купил. Как о родных позаботился. Мы подтвердим.
- А если стража на входе про племянниц вспомнит ? - обернулся он.
- Я скажу, что пошутила, просто в нищем виде не хотели княжескими дочками обзываться.
- А ты что ли тоже княжеских кровей? Не похожа, дочки благородные, нежные, воспитанные, с серебра-золоту кушают.
- И я тоже такая была, - вздохнула я. - Только жить захочешь, и руками есть будешь. Не тебе ли это не знать, дядька?
Староста замолк, задумчиво покачав головой. Так мы в тишине и доехали до стражей. А там Старко разлился соловьем, как нас спасал. Мы с Амалией рты открыли и поддакивали время от времени. Чтобы исключить самозванства, у стражи были заготовлены с десяток вопросов. Амалия спокойно отвечала и про прозвища собак, и про игрушку, подаренную ей лет пять назад на день рождения. А я бы на такие не ответила бы сейчас ни в какую, нет у меня собственных воспоминаний.
Прибежал старшина. Долго смотрел то на Амалию то на портрет.
- Что случилось то с вами, княжна?- уверовав, спросил он.
Амалия рассказала про маяк, куда сразу отправили отряд, но наведавшаяся туда стража нашла только труп виверны, да тело лысого. Маг со слугами исчезли.
.
Старко, получив мешочек с золотом, неверяща забормотал:
- Сети купим, лодки.
- Только непотребствами больше не занимайтесь, - строго сказала я.
- Ни ни, - отмахнулся староста.
- И да, что хотела сказать. Сеть мы у вас там в сарае изрезали.
Староста посуровел.
- Так это, она ж денег стоит. Хто заплатит?
- Не забывайтесь, уважаемый Старко. - И я выразительно посмотрела на его мешочек с золотом.
Мужчина стушевался, засунул мешочек за пазуху, залез шустро на телегу и скрылся из виду. Я только улыбнулась ему вслед.
Нас поселили в доме старейшины города. К отцу Амалии отправили голубя. Нам оставалось только ждать.