Глава 3.

В больнице я пробыла три дня. Вернувшись домой, снова обнаружила там Анну, видимо, моё лицо всё же выдало, что я отнюдь не рада её видеть. Но мы с отцами друг другу ничего не сказали. Я не хотела с ними ссориться, всё же я уже не маленькая девочка, чтобы устраивать из-за непонравившейся мне тётки скандал.

Стоило вернуться на работу, заметила, что у Александра, детектива, что мне помогал, появилась татушка. Обозначала, что он начал собирать круг. Он мне так лучезарно улыбнулся, что не смогла не улыбнуться в ответ. Отвлёк нас другой детектив.

— Привет, Даша, готова снова работать? Как ты себя чувствуешь?

— Привет, всё относительно хорошо. Запретили в зал ездить.

Пока я была на ментальном сканировании, Саша поймал Аниту, её супруг Трой удивился и тоже притормозил рядом, а также и Том с Тимом.

— Анит, вы с Дашей дружите?

— Ну, скорей хорошо общаемся. Она слишком замкнута. О, она тебе понравилась и цепляет всё сильней и сильней, — девушка поймала его руку с татушкой, — чуть меньше половины и не отпускает. Это так мило.

— Да. Столкнулся с проблемой, что у меня нет её фотографии! А побратимы предложили увидеться с ней на вечере знакомств. Ты бы могла помочь уговорить её пойти на этот вечер?

— Попробую. Если откажется — собираешь круг и подходите к ней так, вне вечера знакомств. Понял?

— Да.

— А фото мы сегодня организуем. Может, и не понадобится вам мероприятие. Ладно-ладно, не каркаю, — сказала девушка, видя красноречивое лицо детектива.

После ментального сканирования сидела, заполняла отчёт в комнате отдыха. Краем глаза заметила, как зашёл Саша и стал делать чай. Сразу не обратила внимание, а он, сделав его, поставил рядом со мной и ещё положил на блюдце большой бутерброд с мясом, разрезанный так, чтобы маленькие кусочки были на один укус.

— Кушай, а то тебе может стать плохо.

— Спасибо, — сказала шокировано, — я опять забыла достать свой обед из багажника.

— Давай ключи, принесу тебе.

Ещё более шокировано смотрю на парня. Молча отдала ключи. Вернулся он через две минуты с моей сумкой с обедами. Я успела съесть пару маленьких кусочков и выпить полчашки чая.

— Спасибо, — сказала, ощутив, как краснеют мои щёки.

— Да не за что! — сказал он с такой довольной улыбкой и пошёл дальше работать.

А я сижу и пытаюсь понять, что это только что было. Я ему нравлюсь? Он так за мной ухаживает? А если я окажусь не их единственной?..

Зашла Анита с Томом и Тимом.

— Как ты? — спросила женщина.

— Хорошо.

Мы помолчали, заполняя свои отчёты.

— Ты можешь сидеть на обычном стуле?

— Да. Просто пересаживаться неудобно. Хочешь присесть в это кресло?

— Нет, — и такой категоричный ответ, мельком увидела её воспоминания, там, где у неё на ногах странная конструкция, — я прошла этот этап, проблемы с ногами, бр, вспомню и вздрогну. Я могу тебя сфотографировать?

— Зачем? — спросила с хитрой улыбкой.

— Ты же увидела.

— Хочу, чтобы ты озвучила.

— Некоторые мальчики хотят понять — ты их сердце или нет.

— И не могут сами подойти с просьбой сфотографировать меня? — она кивнула. — Ну, раз такие стеснительные, то пусть и дальше гуляют сами.

— Жестокая, — протянули коты.

Фыркнула.

— Тогда иди на вечер знакомств, — сказала строго Анита.

— На коляске?

— Да, — ответила она категорично.

— Это будет уже более честно. Но мне не приходило приглашение.

— Я тебе перешлю ссылку, заполнишь свои данные. Тебе ведь только недавно восемнадцать исполнилось. Мне только через полгода такое приглашение пришло!

Вечером сказала отцам, что хочу пойти на вечер знакомств. Анна фыркнула, словно подавляя смех.

— Ты уверена? Может, после операции? Ладно, не хмурься так. Мы тебя сами отвезём и заберём.

— Спасибо!

— Когда ближайший?

— В пятницу вечером.

— Угу, сегодня понедельник, — отцы задумались, — нужно тебе платье вечернее купить и туфельки.

Платье и обувь удалось купить на следующий день. Чем дольше смотрю на отцов с Анной, тем больше мне это не нравится. Я поняла, что могу сорвать эти кулоны с них, но буду делать это в крайнем случае и только если они сами не снимут их самостоятельно. За нарядом я ездила с двумя отцами, и мы хорошо провели время. Потому я решилась — нужно обязательно разобраться с Анной. Прямо сразу во вторник не получилось, отцы сразу ушли в спальню. Действовать стала в среду, приехала домой пораньше, написала отцам, что хочу поговорить сегодня с ними. Они после работы пришли с Анной.

— Папа, зайдёшь ко мне?

Отец Алекс зашёл, присел на корточки рядом со мной. Я специально сидела возле рабочего стола. На нём у меня было всё готово для рисования, чтобы, зайдя в комнату, можно было подумать, что я буду сейчас рисовать.

— Что ты хотела, родная?

— У меня есть просьба, ты можешь снять этот кулон на пять минут?

— Хочешь его нарисовать?

Хм, хорошая идея и предлог.

— Да, хочу его изучить с разных сторон, не на тебе.

Отец мягко улыбнулся и расстегнул цепочку, положил её с кулоном мне на стол. Стоило ему отпустить украшение, его скрутило дикой болью. Я кулон сразу схватила и спрятала между собой и коляской, пока отец упал на колени и головой упёрся в пол.

— Папа, что с тобой?! — спросила испуганно.

Он стонал и рычал, и рык становился всё более злой. Поднялся с пола он уже спокойный. Обнял меня бережно и поцеловал в макушку.

— Степан, Максим, Михаил, зайдите, — сказал отец приказным тоном.

Отцы зашли с Анной.

— Что она уже учудила? — спросила женщина.

— Анна, сделай кофе, — чуть рыча сказал отец, — мы выйдем через пять минут.

Женщина немного удивилась, но вышла, прикрыв за собой двери. Когда зашумела кофемашина, отец сказал:

— Снимите кулоны буквально на одну минуту. Отдайте дочери, хочу один эксперимент провести.

Отцы, не чуя подвоха, сняли кулоны и сделали это одновременно. Стоило ещё трём кулонам оказаться в моих руках, и эти трое отцов упали на колени. И они обернулись и рычали от боли. Отец Алекс метнулся к двери и закрыл её на ключ.

— А ну, взяли себя в лапы! — рявкнул он. — Хватит дочь пугать.

— Любимый, у вас всё хорошо? — испуганный вопрос из-за двери.

— Всё хорошо, — пророкотал отец. — Мы сейчас к тебе вернёмся. Нужно было кое-что сделать.

Отцы обернулись обратно и виновато посмотрели на меня. Хотели подхватить на руки, но я покачала головой.

— Не сейчас. Мне нужно куда-то переложить эту гадость.

— Позвони Аните, — сказал отец, — у неё же супруг с вами работает.

Так и сделала.

— Миша, иди в гостиную. Проследи, чтобы эта змея не сбежала. И желательно, чтобы пока не догадалась, что мы освободились.

Анита слышала этот фактически приказ моего отца побратиму.

— Даш, что случилось?

— Ну, это папы сняли кулоны, и им было больно и плохо.

— Нами манипулировали, — прорычал ближайший отец. — Я не могу из комнаты выйти. Я ж её порву! — он вовремя рот накрыл руками, но слово «сука» я разобрала.

— Кулоны всё же артефактами были.

— Поняла. Трой, ты всё слышал?

— Угу. Так-с, ты с Дашей и малыми едете к Тому с Тимом домой. А мы разберёмся. Алло, Том?

— Анит, а что сейчас делать? — спросила у девушки.

— Сохранять спокойствие и никого не покалечить. Тим за тобой заедет. А Трой приедет с коллегами за этой дамой. Кулоны сложи во что-то.

Отец принёс мне стеклянную банку из-под маринованных огурцов.

— Меньше не нашёл.

— Огурчиками будут пахнуть.

Послышался смех Аниты.

— Держитесь там.

Пара отцов вышли к Анне. Женщина удивилась, что они не хотят с ней разговаривать и отталкивают от себя. А потом заметила, что они сняли кулоны. Хмыкнула и хотела пойти к своей сумке. Ей этого не дали сделать. Силой усадили на стул за столом.

— Лучше тебе не дёргаться, мы себя с трудом сдерживаем. И ты можешь пострадать.

После этого женщина сидела тихо, как мышка. Трой с Жаном и ещё один мужчиной приехали через полчаса. Буквально следом за ним приехал Тим. Смотря на него, отец на мгновение застыл, а потом сказал:

— Лицо слишком знакомое. Жену Даша зовут, а её отца Рихард?

— Да, — сказал чуть шокировано Тим. — Я думал, вы меня в участке видели.

— Пф, там я ни на кого не смотрел. Солнышко, ты готова в гости ехать?

— Да, — выехала из своей комнаты. — Привет, Тим.

— Родная, отдай господам банку с артефактами, — это отец сказал уже немного рыча.

— Это Макс, мой побратим, артефактор. По-быстрому только так смогли.

Передала мужчине закрученную банку из-под огурцов.

— Разумно! Это куда лучше, чем в кулёк.

— У меня ожог после этих кулонов, — пожаловалась мужчине.

У отцов лица частично трансформировались. Жан загородил Анну и сказал строго:

— Держим себя в руках! Её будут судить.

— У неё что-то должно быть ещё в сумке, — прорычал отец Максим.

Сумочку при нас вывернул Жан, а Макс, натянув перчатки и взяв пару пинцетов, стал перебирать. Пару ругательств он явно проглотил.

— Даша, тебе лучше уехать сейчас, — сказал Макс. — Не для нежных женских ушек то, что дальше будет.

Том взялся за ручки моей коляски и покатил.

— Подожди, телефон возьми, он у меня в комнате на кровати.

Парень быстро метнулся за телефоном, отец подал мой разобранный рюкзак, закинул туда ключи от квартиры и кошелёк, а Тим — телефон. После этого мы укатили к лифту и на парковку.

— Ты на своей машине? — спросила у парня.

— Да. Твою машину тут оставим. Как тебе удалось снять кулоны?

— Попросила папу Алекса. Он подумал, что хочу нарисовать его, не стала переубеждать. Но ему так больно было без кулона! Потом он позвал остальных пап и приказал им снять. Им тоже очень больно было, они даже обернулись! Папы едва себя могли контролировать.

— Представляю…

— Что она от них хотела?

— А ты её мысли не слышала? — покачала головой. — Возможно, у неё была защита от ментального сканирования.

— Или врождённые хорошие блоки. Потому что в первый день, когда она узнала, что я менталист, она напряглась и старалась на меня не смотреть.

Дома у Тима уже была Анита со своими маленькими детьми. Дашу я узнала, пусть и не сразу. Она это заметила и довольно улыбнулась. В салоне я у неё один раз была, но эту добрую энергичную кошку я запомнила.

— Привет, милая. Голодная?

Смутилась, мы с папами так и не ужинали. И мой живот урчал только от одного упоминания о еде. Меня вкусно накормили, и я наблюдала за активными детьми. С помощью мужчин даже перебралась на ковёр и поиграла с детьми. Их так забавляли движущиеся машинки. Я их двигала телекинезом, а малыши активно бегала или кто ползал за ними. Потом дошли до башенок — дети как заворожённые смотрели на летающий конструктор, который собирается в башенки. Самое забавное было, когда малыши пытались поломать башенку, а я давала ей возможность только прогнуться и снова ставила детальки на место.

— Хорошая тренировка для твоих способностей, — сел рядом Марат.

— Да, особенно на концентрацию.

Дала детям всё же разломать башенку. Они так удивлённо посмотрели на меня.

— Стройте теперь сами.

Кажется, я начинаю ощущать ноги. Потому что место ожога от кулонов болит, печёт. А ноги ощущаются, словно затекли.

— Что-то болит? — заметил Марат и поймал дочурку в объятья.

Кроха подошла к отцу пообниматься.

— Да, и это странно. Кулоны, что сняли отцы, я сразу спрятала между собой и креслом. Они оставили ожог, и я его чувствую. Там больно, и ноги ощущаю, словно они затекли.

Дочка отпихнула отца и, превратившись в упитанного котенка, пошла приставать к братьям. Марат пощекотал меня по стопе, и было неожиданно, когда нога рефлекторно дернулась. В шоке была не только я, а все, кто наблюдал и слышал нас. Мужчина улыбнулся и пощекотал уже другую ногу. Она тоже дернулась, но теперь я не удержалась и упала на пол. Но было смешно, естественная реакция на щекотку! Мне помогли сесть и осторожно посжимали ноги в разных местах. Это было невероятно — я по немногу их ощущала. Хотелось плакать от счастья. Правда, при попытке согнуть ногу ничего не выходило, но возможно, это пока!

— Не спеши, котенок, — улыбнулся Марат, — восстановление идет. Ты точно скоро будешь бегать!

Ко мне подошел котенок, понюхал место ожога, про которое я уже забыла, и стал вылизывать.

— Тося, — позвала Даша дочку, — не стоит так делать. Язычок у тебя шершавый, и это делает больно.

Я погладила крошку, и она сразу отвлеклась от моей ноги, стала ластиться. Меня пересадили уже на обычный стул. А на штанах обнаружилась дырка. Я только сейчас толком обратила внимание на место ожога. Эти кулоны прожгли мне дырку в ноге, на пару сантиметров. Сразу поплохело от увиденного не только мне, но и моей тезке и Аните. На дом пригласили целителя. Он тоже был в шоке от раны, но быстро ее обработал и смог немного уменьшить.

— Останется шрам. Но когда тело полностью заживет, его можно будет убрать.

Отцы забрали меня домой в десять вечера, поблагодарив Дашу и ее семью за гостеприимность. И общаться об этой аферистке не хотели категорически. Зато порадовались, что я немного стала ощущать ноги. Даже проверили и пощекотали мне ступни. Хохотала я тогда от их щекотки долго. Они явно сбрасывали напряжение. А мне хорошо было в родительских объятьях. Но ноги и правда подергивались и немного чувствовались.

Утром я проснулась от того, что меня щекочут по ступням. Улыбнулась и потянулась за объятиями.

— Доброе утро, мое солнышко, — проворковал отец Миша.

Он затащил меня к себе на колени и бережно обнял. Смогла уловить легкий отголосок вины за какие-то его мысли. Но он явно быстро поправил блоки, чтобы я не смогла услышать его мысли.

— Доброе утро, папа. Как ты?

— Много сожаления. Хорошо, что мы не успели глупостей наделать. Как твои ножки?

— Немного чувствую их, но сама пока не могу управлять, — сказала с сожалением.

Я спала в шортах, и он заметил ранку на ноге, ту, что раньше не было.

— Откуда это?!

— Те кулоны прожгли. Вчера была глубже. Домой к Даше целителя приглашали, для меня. Он немного залечил ожог. А это, видимо, пластырь отклеился ночью. Пап, не рычи. Главное — с вами все хорошо.

Обняла родителя за шею. Он тоже обнял меня двумя руками, и так мы еще посидели некоторое время.

— Миша, дочке умываться нужно, — зашел папа Алекс.

— Я знаю. Просто не могу наше сокровище отпустить.

Он показал на свежую рану на ноге.

— Все хорошо, уже не болит, — проворчала я.

Кажется, не стоило этого говорить, отцы напряглись еще сильней.

— Мне уже и правда пора одеваться, а еще мне очень надо в туалет!

Отец, не слушая моих возражений, отнес прямо в ванную комнату и усадил на белого друга. Рядом мне оставили кресло и оставили одну. В целом сегодня было приподнятое настроение. То, что я ощущала ноги, и то, что избавились от Анны, меня очень радовало. Детективы сразу заметили, что я сегодня в хорошем настроении, и улыбались.

После второго сканирования добралась до комнаты отдыха к чаю. После первого быстро заполняла отчет и шла на второе сканирование. А тут могла позволить себе небольшой перерыв. Заодно попрактиковала телекинез и с его помощью набрала воды в чайник и поставила греться. А потом достала себе и Аните чашки. Девушка была на ментальном сканировании, и я, проезжая мимо второй допросной, слышала ее ментальную просьбу про крепкий сладкий чай. Александр зашел аккурат, когда я наливала кипяток удаленно. Он застыл, наблюдая за этим действием.

— Чай?

— Да. Вау, круто! — сказал он искренне, когда я, не отвлекаясь от наливания кипятка, достала и его чашку и пакетик с чаем. Налив ему чай, решилась спросить:

— А ты оборотень?

Он просиял довольно и частично трансформировался. Он тоже был котиком моего вида. Хотелось заерзать в кресле.

— А почему я не слышала твоего запаха? От Тома с Тимом и Марата сразу слышно запах, а от тебя нет.

— Это из-за амулета, нейтрализующего запах, мне это для работы нужно.

Он снял амулет и подсел с нашим чаем ко мне за стол. Мимовольно принюхалась, он пах очень приятно. Ощутила, как у меня щеки запылали.

— Можно я тебя сфотографирую?

— Можно.

Ответила хрипло, хотелось обернуться кошкой и потереться об него. Во только пока что кошка из меня никудышняя, покалеченная. Хлопнула дверь, вырывая из оцепенения. Подняла две вещи, Саша успел сделать фото и пришла злющая Анита. Заметив меня с Сашей и готовый чай, выдохнула.

— Спасибо, Даша. И простите, если отвлекла вас.

— Нет, не отвлекла, из задумчивости вырвала, да и только.

— Готова к вечеру знакомств?

— Почти, в смысле платье и туфли есть. Смелости не особо.

— Тебе не о чем переживать, все будет хорошо, — сразу заверил Саша и одел свой артефакт на шею.

Вздохнула грустно, исчез его приятный запах.

— Ты кушала?

— Не успела, но пока и не хочу. Сейчас без тренировок могу дома нормально завтракать.

— Ты ему говорила?

— О чем? — насторожился Саша.

— Даша вчера начала чувствовать ноги.

— Отцы потом дома оторвались, защекотали меня, — то ли пожаловалась, то ли похвасталась им. — Анит, тебе говорили, что Анна от них хотела?

— Аферистка она была.

— Это я поняла. А подробней?

— Раз тебе не сказали, то и не стоит спрашивать. Не дуйся, котенок.

Заглянул следователь.

— Даш, ты когда сможешь?

— Дайте пару минут чай допить.

Детектив сел с нами за стол. Я заодно проверила последний отчет, дополнила его и допила чай.

— Всё готова.

— Еда в машине?

— А? Да, — отдала Саше ключи.

Коллега проследил за нами и улыбнулся.

— Я помою чашку, — сказала Анита, забирая у меня пустую чашку.

— Спасибо.

С предвкушением ждала мероприятия. Было двоякое состояние — с одной стороны очень хотелось пойти и проверить, кто мой круг, а с другой было страшно, что меня отвергнут. И в пятницу Александра на работе я не наблюдала, что только добавляло нервозности. Собраться мне помогли отцы, они нервничали не меньше моего.

— Может, я возьму свою машину? — спросила, дрожа от волнения.

— Дашунь, ты сейчас в таком состоянии, что лучше за руль не садиться. Мы приедем по первому твоему звонку или сообщению. Про такси даже не думай — мало ли куда могут завести.

Двое отцов отвозили меня и помогли пересесть на коляску, поправить платье, чтобы я выглядела красиво. Платье я выбрала карандаш, длинное. Когда сижу, видны только красивые лакированные туфельки на невысокой шпильке. Вырез весьма целомудренный. Но, как отцы отметили, как раз чтобы будоражить мужскую фантазию. Уши у меня проколотые, и мне помогли подобрать аккуратные круглые сережки и колье под мой вырез. Мне дали одеть мамин набор. Это было очень волнительно. Про маникюр вспомнила только в пятницу и то благодаря напоминанию от Аниты. Она попросила Тома отвезти меня к мастеру. Он недолго думая отвез в салон к жене. Она с пониманием отреагировала, и мне сделали экспресс-маникюр и дали совет по укладке дома.

Распорядитель вечера знакомств скривился, увидев меня, словно я ему в лицо плюнула, так он смотрел на меня. Выдал номер семь и показал, где это. Столик у стены, в стороне. Может, я рано приехала, в зале пока было слишком мало людей. Александра я не увидела, и это удручало. Можно было что-то заказать выпить или закусить, я выбрала только воду. Села за стол так, чтобы сразу было и не видно, что я в коляске. Через полчаса зал был полон. Было много мужчин. Некоторые явно виделись впервые и сразу получили разные столики. Но, ощутив, что рядом есть побратим, вставали и шли искать.

Я всё чаще на себе ощущала неприятные взгляды. Многих явно раздражало, что я пришла на этот вечер. Стала анализировать, кто так реагирует, и оказалось — мужчины. Женщины на меня почти не смотрели. Ко мне два часа никто не подходил. Тут уже даже отцы написали сообщение.

«Нам приехать?»

Хотелось плакать от обиды и разочарования. Может, и правда, я рано явилась и стоило прийти, когда уже действительно смогу ходить? Отписалась родителям:

«Ещё полчаса и буду уходить»

«Через двадцать минут напиши нам, чтобы мы понимали, ты с нами едешь или тебя привезут кавалеры»

Улыбнулась их оптимизму. К моему столику подошла группа побратимов, от них аж веяло злостью и раздражением в мой адрес.

— Калекам не место на таких мероприятиях.

— Я не калека, это временно, после аварии, — зря я начала оправдываться, поняла сразу же.

— Вот и катись отсюда!

Один из них взялся за ручки на коляске и покатил прочь.

— Нет, отпустите! — вскрикнула и постаралась заблокировать колеса.

Мне едва не прилетело по лицу, но моих обидчиков быстро оттеснили, а я оказалась у незнакомого мужчины на руках.

— Ты цела? — спросил он.

— Да, — сказала, чуть заикаясь.

Меня отнесли в сторону. А я только сейчас рассмотрела, кто бросился ко мне на выручку. Среди них узнала Сашу, и он рычал на мужчину, что попытался меня ударить. Это, видимо, его побратимы, надеюсь.

— Разойдитесь! — рявкнул рядом охранник.

Александр быстро подобрался, вторая сторона тоже мигом успокоилась. Меня вернули в мое кресло и вернули за мой столик. Вот только сейчас ко мне подсел Саша с побратимами. И выглядел он очень довольным котом. А самое приятное — он был без того артефакта, что убирает его запах.

— Ты обворожительна, Дарья, — пророкотал он, — прошу прости нас, что мы так долго не подходили.

— Это моя вина, — признался мужчина, что подхватывал меня на руки, — я приехал только через два часа после начала.

— Нам повезло, что ты еще не уехала, — проворковал другой мужчина.

Они все были котами, и их было семеро, сердечко трепетало в груди. Они взялись за руки и взяли меня за руки, образовался круг, и по нам прошла магическая волна. Прозвучал звон в зале, словно кто в колокол ударил.

— В зале образовался полный союз! — радостно выдал распорядитель.

Правда, сразу скис, увидев меня. Мои женихи его проигнорировали, они жадно смотрели на меня. А я не знала, как мне себя вести, что говорить. Обстановку разрядил телефонный звонок. Высветив имя абонента «папа». Мужчины улыбнулись.

— Ало, — сказала чуть хрипло.

— Нам приехать?

— Наверное, нет.

— Хм, а дай-ка мне ближайшего.

Передала телефон и услышала рык отца.

— Чтобы к девяти привезли домой. Если пойму, что обидели, хвост вырву или что там место хвоста.

— Папа! — простонала я тихо.

— Что? Я должен был предупредить.

— Хм, а уже почти пол девятого, — сказала Саша, смотря на часы.

— Пап, а сколько к нам ехать?

— Полчаса, — отец явно получал удовольствие от происходящего.

— Нас явно хотят лицезреть. Что ж, продолжим общение у вас дома!

— Какой смелый.

— Папа, — уже я прошипела.

— Ладно-ладно, не злись, котенок. У вас квест — доехать к нам. И не забудьте представиться, мальчики.

С этим отец отключился.

— Давайте всё же представимся, — улыбнулся Александр, он сидел через одного от меня с правой стороны.

— Тимур, — он сидел возле меня с правой стороны.

— Павел, — он был по левую руку и сейчас ласково поглаживал большим пальцем мою руку.

— Яков.

— Тихон.

— Федор.

— Майкл.

— Моё имя, думаю, помнишь.

— Помню.

После экспресс-знакомства мы ушли. Ощущала, что многие нам завидовали, даже несмотря на то, что я была в кресле. Меня посадили к Саше в машину, на переднее сиденье. Я недолго думая вбила ему адрес в навигаторе. Он улыбнулся лучезарно и, поймав мою руку, поцеловал её.

Домой мы приехали вовремя. Мне не позволили снова сесть в коляску. Её сложили и понесли в руках. Как, собственно, и меня — Саша нёс на руках и шёл с ощущением победителя. Отцы словно ждали нас у дверей, потому что звонить было не нужно — они сами открыли.

— О, какой довольный, — улыбнулся отец Алекс. — Ну, заходите, мальчики, заодно и познакомимся. Дочку сюда садите. Милая, ты как?

— Всё хорошо, папа.