Глава 11

— Марина! — меня кто-то мягко, но настойчиво звал. Я открыла глаза и увидела сидящего передо мной на корточках Германа, — Пойдём обедать.

Нехотя поднялась и чуть не упала. Ноги затекли и не слушались. Герман удержал и продолжал поддерживать, пока мы не вернулись в дом.

В столовой было накрыто на троих. Есть откровенно хотелось, и я не стала себе отказывать. Где-то в глубине мелькнула мысль, что в еду могли добавить какую-нибудь гадость, но отбросила её. Обо мне позаботились: подали бефстроганов, который не нужно было резать на куски. Ели молча. Никто не решался начать разговор. Воздух ощутимо звенел от напряжения.

На десерт принесли пирожные. Самые разные. Но я не особо люблю сладкое, поэтому я выбрала небольшой кусочек и ковырялась в нём ложкой. Пятно на груди зудело, а иногда ещё и сильно горело. А я всё время его чесала.

— Можно попросить Архипа Фёдоровича дать мне что-нибудь против аллергии? Он же врач, — не выдержала я и прервала молчание.

— Конечно. Он осмотрит тебя и окажет помощь, — ответил Герман, как-то смущённо пряча глаза, — Если рука болит, он тоже может помочь.

— Да-да помню: капельницы и всё прочее.

Мы продолжали сидеть в тишине. Мне казалось, что они хотят мне что-то сказать, но не решаются.

— Скажите, Герман…

— Можно на ты. Обращайся ко мне на ты, пожалуйста.

— Ну хорошо, — согласилась я и продолжила: — скажи Герман, а кто выбирал для меня одежду?

Герман замялся и с тоской взглянул на Максимиллиана. А потом как-то странно посмотрел на меня и сказал:

— Твой будущий муж.

— Ктооо⁈ — я выронила ложку и уставилась на парочку новообретённых родственников.

— Видишь ли, Мара, — начал Максимиллиан и замолчал.

— У тебя есть истинная пара, и ты через неделю выходишь замуж! — Выпалил Герман, — По человеческим правилам. А по нашим — это будет ритуал слияния и…

— Кажется, я всё поняла!

— Правда? — две пары глаз, в которых явственно читалась надежда на что-то, уставились на меня.

— Вы просто разыграли передо мной комедию, чтобы продать меня какому-то извращенцу?

— Нет, Мара, послушай…

— Ну зачем же такие сложности⁈ — я уже кричала и не слышала, что мне пытались что-то объяснить.

— Мара, он — твоя истинная пара, а ты — его. Вы приспособитесь друг к другу и… — Герман лепетал какие-то объяснения, а во мне поднимался ураган злости.

— Да какая к чёрту, пара⁈ Я не собираюсь замуж, не собираюсь ни к кому приспосабливаться! Я хочу по любви! Если ты — моя семья, значит должен помогать мне. Если же нет — значит вы просто решили меня продать!

— Мара! Если истинные не вместе, они умирают. Или их зверь сходит с ума!

— У меня нет никакого зверя. И я не сойду с ума. И я не умру! Потому что я не верю ни в каких истинных!

— Марина! Истинная пара — это дар Богини! От него не отказываются! Его даруют не каждому, понимаешь? Тем более ему уже почти четыреста лет…

— Так вы продали меня старому пердуну⁈ Извращенцу, охотящемуся на молоденьких девчонок⁈

Гнев становился неконтролируемым и рвался наружу. Перед глазами поплыло, резкая боль накрыла тело, суставы стало выкручивать с бешеной силой, я упала на пол и снова увидела перед собой белые лапы. А потом всё исчезло.