Глава 14

По моим ощущениям слишком долго ничего не происходило. Мы с Юркой периодически «собачились», но больше не было никакой конкретики. Сложилось ощущение, будто он все еще прячет туза в рукаве, на тот случай, если больше не понадобится живым Строителю или моему… отцу.

Так странно произносить про себя слово «отец», оно чувствовалось инородным и странным, непостижимым для понимания. Родня… настоящая! Захочет ли он признать меня после стольких лет неведения? Или он знал, но отказался от ребенка? А, может, не поверил матери, ведь она на тот момент была замужем. Как же много вопросов и ни одного толкового ответа. Да и все еще оставалось непонятным, откуда Юрка знает правду. Вдруг он ошибся, и мой отец – совсем другой человек? Ох…

Я слонялась по просторной комнате, как привидение, из угла в угол, ожидание и молчание убивало. Пока мы общались с братом, тревоги и переживания не ощущались настолько остро, как сейчас. И мысли… дурные и мрачные постоянно мучили, мешая мне сосредоточиться и расслабиться.

В итоге я не выдержала накала эмоций, что бурлили в венах, уселась на диван и тяжело вздохнула, когда облокотилась о спинку. За окном уже стемнело, рабочие перестали греметь инструментами, казалось, вокруг все вымерло, остались только мы с Юркой – заложники в шикарном доме. Неужели Строителю настолько плевать на собственные деньги, что так легко готов распрощаться с имуществом?

– Как ты думаешь, – решила хоть как-то скрасить утомительное ожидание, – мы на самом деле заминированы?

– А что, возникло желание сходить проверить? – подколол меня и хмыкнул. – Понятия не имею, но рисковать жизнью ради любопытства как-то не очень хочется. А ты сходи, мало ли.

У меня чесался язык сказать, будто он и так труп, так что идти должен именно Юра, но в итоге промолчала. Я так и не поняла, по какому принципу действует тот датчик движения. Взлетит в итоге на воздух весь дом или конкретное место, через которое переступит человек.

– И долго ты тут уже сидишь?

Не надеялась на ответ, но Юрке, по всей видимости, тоже было слишком скучно:

– Примерно два дня.

– Без еды и воды? – нервно поинтересовалась, начиная изрядно переживать.

Я вдруг поняла, что сильно проголодалась, когда внезапно громко заурчал желудок. И не мешало бы справить свои природные нужды, блин! Дом казался полностью завершенным, и внутри точно должна быть ванная комната, вот только искать ее в кромешной тьме – не самая удачная идея.

– А ты что хотела, трехразовое ресторанное питание и парочку слуг? – Юрка расхохотался, а спустя минуту продолжил, потешаясь: – Скажи спасибо, что хоть не связана и не избита. Ты смотри… Еда! Дура, мы в заложниках у бандита, а не на курорте.

Я не стала ничего отвечать на колкость, и без него прекрасно помнила, где нахожусь. Но после разговора на душе стало тревожно, меня бросило в жар от понимания, что могу также просидеть тут еще пару суток. Ох, Степа, ну где же ты! Я уже была согласна сидеть целыми сутками дома и никуда не выходить, лишь бы поскорее уйти из этого противного места! Не чувствовать больше себя заложником и забыть все, как кошмарный сон.

Юрка давным-давно ушел, он будто уже изучил дом и мог передвигаться даже в темноте, я же не рискнула никуда идти. Сидела на диване, словно это мой островок безопасности.

В доме вдруг зажегся свет, я подскочила как ужаленная и помолилась, чтобы это пришел Череп! Но все надежды рухнули, стоило моему похитителю с его охранником появиться на пороге. Выражение лица у Строителя оказалось совершенно не дружелюбным и злым, будто что-то пошло не по его плану.

– Найди второго, живо! – приказал он Гоге, и тот мгновенно принялся выполнять приказ.

Я сглотнула и вжала голову в плечи, слишком убийственным взглядом одарил меня мужчина. Словно мечтал испепелить или задушить собственными руками! Тело словно парализовало от паники и шока, даже не смогла пошевелиться, когда вдруг Строитель подошел ко мне. Мужчина резко вскинул руку и со всей силы залепил пощечину. Боль вспыхнула, как спичка, молниеносно, я заскулила и прижала пальцы к пострадавшей щеке, заплакала. От страха желудок скрутило тошнотворным спазмом, теперь уже мне было не до шуток, и слова Юрки про избиение вдруг приобрели смысл. Я тряслась и жалась в угол, ища хоть какой-то защиты от монстра, который глядел на меня с упреком и яростью.

– Глупая девчонка, от тебя сплошные неприятности, – заорал он и снова замахнулся. – Еще тот телефонный звонок, все из-за него!

– Вы еще пожалеете об этом! – прорыдала и мгновенно запрятала лицо руками, боясь новой порции ада.

Но в этот раз он не ударил, наоборот, судя по характерным звукам, кто-то ударил его самого. А спустя секунду раздалось жалобное кряхтение и грохот. Медленно убрала руки, я даже не дышала, пока оценивала обстановку. Строитель лежал фактически у моих ног без сознания, а с головы на темечке бежала кровь. Пискнув, вжалась в спинку дивана и подняла взгляд, не поверила сразу своим глазам.

– Почему ты это сделал? – едва прохрипела.

В руках у светловолосого молодого водителя была бита, мне сразу вспомнился Череп и наша с ним первая встреча… Не вовремя нагрянули воспоминания, я все еще не понимала, кто друг, а кто враг. Рано расслабляться.

– Ненавижу, когда бьют красивых девушек, – он весело подмигнул мне, но так и не дал конкретного ответа. – Давай, иди сюда, нам пора делать ноги.

Парень протянул мне руку, но… Я не знала, как поступить правильно. Вдруг и этому от меня что-то надо? Тоже деньги? Но вдруг он на моей стороне и пытается помочь? Во мне боролись противоречия, а время нещадно убегало.

– Давай же, Даша, не глупи, у нас не так много времени! – настоял он и двинулся вперед, аккуратно взял меня за руку и дернул на себя.

Я почувствовала себя безвольной куклой, которой управляет кукловод, ноги не слушались, как и тело, парень просто вел меня прочь из дома. Но тут я внезапно вспомнила про те датчики движения.

– Подожди, здесь же бомба, мы…

– Пульт у меня, расслабься.

Он не дал мне договорить, показал черную штуку, чем-то похожую на брелок от сигнализации на машину. На секунду закрались мысли, не врет ли водитель, но когда мы успешно покинули территорию дома и оказались около машины, я выдохнула от облегчения.

– Шучу, не было у меня никакого пульта!

Как и думала, этот шутник снял авто с сигнализации и рассмеялся так громко и заразительно, что я не сумела устоять.

– Так он нас надурил? – уточнила, когда мы уже мчались прочь от дома.

– Вроде того. Сработало же, заложники сидели как мышки и не рыпались, опасаясь проверять слова психа. На вот, вытри кровь, – парень достал из бардачка влажные салфетки и небольшое зеркальце, протянул мне, включил в салоне свет.

Кровь? Взглянула на свое отражение и едва не расплакалась. Оказывается, у меня пошла носом кровь от сильного удара Строителя. Под глазами появились ужасные синяки, а волосы растрепались. Быстренько привела себя в норму, насколько это было возможно, и вернула вещи обратно в бардачок. Но от вопросов не удержалась:

– Что дальше? Куда мы едем? Кто ты такой и почему помогаешь мне? Ты друг Черепа?

– Оу, оу, детка! Поменьше вопросов в секунду!

Блондин рассмеялся, он постоянно поглядывал в зеркало заднего вида, будто боялся, что нас станут преследовать. Там же остался Гога и Юрка. А Строитель… Ну, не убил же парень здорового мужика одним несильным ударом, так ведь? Чувствуя, как паника подбирается горечью к горлу, глубоко задышала и постаралась не думать о плохом исходе. Все будет хорошо.

– Да ты не переживай, отвезу тебя в безопасное место, уж я-то не обижу, можешь быть спокойна.

Сейчас рассмеяться уже хотелось мне, но горько и с надрывом. Как, блин, я могу не переживать, когда никакой конкретики так и не услышала от парня?

– Знаешь выражение: «Из двух зол всегда выбирают меньшее»? Вот и выбрала, так как посчитала…

Нас внезапно ослепили фары встречной машины, я замолчала, а память сразу услужливо подбросила мне в очередной раз момент знакомства со Степой. В то время он также казался мне врагом, желающим получить выгоду, а в итоге… Стал для меня самым дорогим и близким человеком!

– Удивительно, как за одни сутки кардинально может измениться судьба человека, – вдруг заговорила я.

Стерла одинокую слезинку и моргнула несколько раз, останавливая рыдания. Вот еще, плакать из-за всяких мерзавцев! Парень хмыкнул, но никак пока не прокомментировал. Судя по всему, мы возвращались в город, и это меня радовало. Даже в какой-то степени успокоило.

– Твоя теперь тоже изменилась,– подытожила.

Блондин не отрывал взгляд от дороги, помолчал некоторое время, а затем заговорил:

– С чего такие выводы?

Мне показалось, будто он хотел сказать совсем не то, но решил уточнить для начала мою версию. Странно, неужели парень не понимает, что натворил, и каковы будут последствия?

– Ты же сейчас пошел против хозяина, ударил его, забрал заложницу и…

– Во-первых, – гневно перебил меня, – я не животное, чтобы иметь хозяина! Во-вторых, Строитель все равно уже был на волосок от смерти, так что часом раньше склеит ласты или часом позже, без разницы. И, в-третьих, не на него я работал изначально, так что плевать. Но, ты права, моя жизнь, вероятно, теперь тоже изменится. Если все то, что я услышал и узнал, правда. Да и не только моя жизнь изменится…

Некоторое время мы оба молчали, мне стало неловко, что невольно обидела парня, сказав про «хозяина». Да и непонятным осталось, про чьи еще жизни он говорил. Что такого мог услышать? Молчание становилось уже совсем удручающим, решила хоть как-то растормошить своего спутника:

– Вот ты мое имя знаешь, а я твое нет. Несправедливо. Наверняка от Строителя и его помощника знаешь обо мне практически все, а я, получается, опять в пролете.

Блондин мило рассмеялся, казалось, напряжение спало, и он снова готов к беседе. По крайней мере, меня ничего в нем не отталкивало изначально, значит, нет повода для паники, да?

– Если для тебя это так важно, то меня зовут Дима.

– Очень приятно. Жаль только, что познакомились таким вот пикантным образом. Так на кого ты работаешь?

Вдруг прокатит, и парень признается? Димка хмыкнул, улыбнулся, мимолетно глянул на меня, словно размышлял, отвечать или нет. С другой стороны, если он не преследует свои корыстные цели, почему бы и не сказать? Что тут такого?

– Его имя тебе ничего не скажет. Сейчас привезу к нему, сама все увидишь и узнаешь.

Я тяжело сглотнула и придвинулась ближе к двери, а Дима сразу же заблокировал замок, будто подозревал, что могу выскочить из машины на полном ходу. Неужели меня просто перевезут из одного заточения в другое? Неужто мой предполагаемый отец важная шишка, раз даже бандиты «дерутся» за заложницу между собой! Я уже и не понимала, хочу ли на самом деле знакомиться с ним…

– Тоже рассчитываешь получить кругленькую сумму? – ехидничала я, чувствуя себя обманутой и снова преданной. – Только словам моего алкаша-брата, которого частенько посещает «белочка», верить нельзя. Ты вот знаешь Черепа или Петренко?

– Про Петрика слыхал, но и что с того? – его голос был абсолютно равнодушен, будто Ваня для него или, вернее, для его босса – букашка. – Не там ты врагов ищешь, Даша. Совсем не там. Кто такой Череп? Что-то знакомое, вроде.

– Он… он… – я мгновенно собралась ответить, но вдруг поняла, как сильно облажалась на самом деле. – Мой парень!

Как я могла ответить, если, по сути, совсем ничего о нем толком не знала. Авторитет? Мотомеханик? Парень с детдома или мужчина с банданой на лице? Казалось бы, знаю так много и так мало в тот же момент! А ты еще влюбилась в него по уши, дуреха, и ждешь от этого мужчины спасения, как та спящая принцесса.

– О-о-о, – протянул Дима и цокнул языком. – Да тут все намного печальнее, чем я думал. Не нравится он мне уже заранее, а уж если подтвердится все то, что узнал… Ну, нет. Пусть сразу валит на все четыре стороны. Найдем тебе получше мужика.

Я с непониманием уставилась на блондина и ошарашено хлопала ресницами, стараясь осмыслить, что произошло.

– Что? – от шока и непонимания не могла связать нормально даже пару фраз. – Да кто ты такой, чтобы…

Договорить не смогла, пришлось заткнуться и смотреть в оба, куда мы приехали. Дима остановился около кованых ворот, через которые виднелся трехэтажный дом. В окнах горел свет, нас точно ждали, или хозяев мучает бессонница. К нам никто не выходил достаточно долго, тогда Дима посигналил: три коротких и один длинный. Шифр? Таким образом показывая, что он «свой»? Вот теперь к нам вышел здоровяк во всем черном, но не пустил за ворота, подошел прямиком к машине. Блондин опустил стекло, и тогда охранник расплылся в дружеской улыбке:

– Димон, ты тачку угнал?

– Ага, у Строителя, прикинь?

Не знаю, что тут смешного, но они оба заржали, охранник даже показал большой палец Диме, я же закатила глаза и ждала. Спустя, как казалось, целую вечность, охранник распахнул ворота, мы заехали на территорию. Здесь также имелась собака, она истошно залаяла, увидев нас, но охранник приструнил пса, и тот угомонился.

– Это Цезарь, – сказал Дима, показывая пальцем на овчарку. – Старичок уже, но службу несет, как самый ответственный боец.

– Да уж, здоровенная махина… – буркнула под нос, но блондин услышал.

– Он добряк к «своим», не стоит переживать. Ладно, идем в дом. Смотрю, отец еще не спит, значит, у нас гости. Любопытно.

Отец… Оу! Что-то мне с каждой минутой становилось не по себе. Если Дима живет в таком богатом доме, смысл работать на бандита? Или на кого он там работал, я уже совершенно запуталась!

Как только мы переступили порог, нервозность возросла до наивысшей отметки, меня трусило из-за неизвестности, что же будет дальше? Пока мы шли, на территории я насчитала пятерых здоровяков с наушниками в ухе, словно они тут не иначе, как президента охраняют!

В холе, куда блондин повел меня, около камина увидела еще четырех людей, но одну фигуру я бы узнала из тысячи, даже с плохим зрением!

– Степа! – на глаза сразу навернулись слезы, я бросилась к нему, наплевав на все.

Так хотела крепко прижаться и вдохнуть родной аромат, представить, что все только кошмарный сон, а я проснулась, и все теперь позади.

– Как… что происходит?

Узнала голос Петренко, но он уже меня мало волновал, Череп сгреб меня в охапку, поцеловал отчаянно и немного дико, вытесняя дурные мысли из головы. Он тут, нашел меня и спас! Разве могло быть что-то лучше?

Казалось, мы не виделись целую вечность: я разорвала поцелуй, уткнулась носом в грудь любимого и зарыдала, не в силах сдержать рвущиеся наружу эмоции. Тем не менее, удерживала мужчину настолько крепко, будто переживала, что тот может исчезнуть в любую секунду. Я слышала, как быстро и отчаянно стучало сердце Степы, в этот момент мне никто не нужен был, только мы вдвоем!

– Ну все, не плачь, – он ласково гладил меня по голове и спине, пытаясь успокоить. – Теперь ты в безопасности.

О, да! В его объятиях я всегда была и буду в безопасности! Надо было уже отстраниться, обратить внимание и на других людей, что стояли рядом, но я не могла. Невидимая сила, словно магнит, притягивала меня к Степе и не отпускала. Я бы простояла так целую вечность, просто зная, что рядом тот самый человек. Череп так же не торопился выпускать меня, прижал к своему телу, как самый драгоценный цветок в мире, и что-то невнятно ворчал под нос.

– Хочу домой, – сказала и шмыгнула носом, стерла слезы.

Степа тяжело вздохнул, и мне все же пришлось поднять голову. Заметила его извиняющийся взгляд, нахмурилась. Мимолетом обратила внимание на мужчину. Казалось, в его глазах стоят слезы, хотя на лице сияла приветливая улыбка.

– Даш… домой… пока не можем, – Черепу было сложно говорить, а я стала подозревать неладное.

– Мы все еще заложники? – тихонько прошептала, но сразу же получила ответ от того таинственного мужчины:

– Ни в коем случае, вы гости в моем доме. Пока что, – зачем-то добавил следом, из-за чего я совсем запуталась. – Меня зовут Григорий Яковлевич.

– Очень приятно. Даша…

Ваня и Дима молчали, они стояли в сторонке, в то время как мы с Черепом – в непозволительной близости к седовласому хозяину дома. Я могла без проблем полностью разглядеть его. Вроде не старик еще, но полностью седой и осунувшийся. Он казался таким бледным, словно вот-вот упадет в обморок. Тем не менее, на нем была надета белая рубашка и светлые брюки, подчеркивая достаток и статус мужчины. Вроде неприлично так бесцеремонно разглядывать постороженного человека, только его глаза неотрывно глядели на меня, что сильно смущало.

– Удивительно, – заговорил он со слезами на глазах. – Ты так похожа на Свету, одно лицо. Сколько тебе лет?

– Двадцать три, – произнесла на автомате и уточнила потом: – Вы знали мою маму? Вы же не…

Замолчала и мотнула головой. На ум стали приходить разные догадки, но я всеми силами гнала их, не желая слышать подтверждение. Одно дело – тупой треп брата, желание ударить больно по моему самолюбию. Но, совсем другое – доказательство его слов. Я даже перестала дышать, едва сумела сглотнуть, пока ждала ответ. Степа почувствовал мое состояние – поцеловал в макушку и прижал к себе крепко-крепко, будто переживал, что свалюсь в обморок.

– Знал, Дашенька, знал, – его слова оказались пропитаны мукой, отчего даже мне стало жаль мужчину. – Еще со школьных лет, ох, сколько воды утекло, страшно вспомнить.

Он внезапно пошатнулся, я машинально двинулась вперед, желая помочь, но Дима опередил. У него, похоже, уже выработался рефлекс, настолько молниеносной оказалась реакция.

– Слишком много впечатлений за один вечер, не так ли, старик? – спросил блондин и потихоньку повел мужчину к дивану. – Присядь.

Неужели он своего отца зовет «старик»? Как же это невежливо и оскорбительно, учитывая его состояние!

– Имей уважение, он же твой отец! – зачем-то прикрикнула на Диму, просто не сдержалась.

Петренко с Черепом рассмеялись, а Дима выгнул бровь и хмыкнул, но ничего не ответил, словно у них это в порядке вещей! С другой стороны… у меня никогда не было отца, как и у Юрки, может, такая шутливая форма общения не настолько и плоха?

– Иди сюда, присядь рядом.

Мужчина похлопал рукой по обивке рядом с собой, я не знала, как поступить. Степа подтолкнул вперед, решив за меня эту дилемму. Он явно знал больше… И… это пугало.

– А ведь я даже не знал, что Света родила еще одного ребенка, – заговорил Григорий Яковлевич, глядя мне прямо перед собой. – Стыдно признаться, после одного рокового дня больше не поддерживал с ней связь, не искал встреч и специально ничего не узнавал. Мне казалось, так правильно, а вышло… – он цокнул языком и замолчал.

Никто не решился перебивать хозяина дома, все покорно молчали и ждали продолжения. Внутри с каждой минутой нарастала тревога, я понимала, что эта ночь изменит всю мою жизнь, перевернет ее с ног на голову, и прежней она уже не будет. Степа сидел рядом, держал за руку, он был для меня опорой в трудный момент… В момент истины.

– Я же правильно сделал, что привез ее без указания? – молчание сильно затянулось, Дима не выдержал и уточнил у отца. – Старик, серьезно, когда услышал, что болтали шестерки Строителя… а потом этот говнюк ударил девушку, у меня не было другого выбора.

Череп едва сдерживал себя, слышала, как он тяжело задышал, наверняка видел синяк на моем лице, но до последнего сохранял спокойствие. Я погладила его по руке, давая понять, что все хорошо. Тем временем, Григорий Яковлевич снова заговорил:

– Ты сделал по совести, именно так, как я тебя учил. Можно сказать, облегчил нам задачу. Хотя легкой ситуацию назвать невозможно. Понимаешь ли, Даша… – мужчина обратил на меня внимание и похлопал по коленке, – тебя похитили ради выкупа, сказав, что, якобы, ты моя дочь. Но…

Старик сделал перерыв, вздохнул, а я уже не могла терпеть, внутри клокотали эмоции от этих утомительных пауз и тайн! Сидела как на иголках, в ожидании ответа.

– Но! – поторопила, Григорий Яковлевич усмехнулся и, наконец, сказал:

– Я не могу подтвердить это или опровергнуть. Я сам в замешательстве.

– В чем проблема? Надо сделать ДНК-тест! Мне нужны ответы, надоело жить во лжи.

Высказалась на эмоциях, осознавая, что ничего конкретного не узнала. Тем не менее, я уже точно знала – мать изменяла отцу, иначе бы старик сразу и жестко послал нас на все четыре стороны вместе со Строителем.

– Да пойми же ты, не все так просто. Тест в любом случае покажет наше родство, возможно, даже с вероятностью до девяносто девяти процентов. Так что по сути, меня собирались шантажировать не на пустом месте.

Я нахмурилась, в голове все перемешалось в кашу, а Григорий Яковлевич никак не решил проблему. Что за бред?

– Ничего не понимаю… Если ДНК-тест все равно покажет наше родство, то, значит…

– Мой брат был женат на твоей матери, – перебив меня, огорошил Григорий Яковлевич. – Теперь понимаешь, почему тест станет проблемой?

– Да…