Глава 9

В голове стучали молотками. Такими огромными молотками, которые больше походили на кувалды. Лежала на постели, закутанная в плед. Во рту пересохло, а тело морозило, словно я вдруг заболела. Такого никогда не случалось — магия всегда защищала меня, но сегодня что-то пошло не так. Трясло. Мышцы выворачивались, отдаваясь болью. Открывая веки, тут же зажмурилась — свет лампы резал глаза.

— Ты в своем уме? Ты хоть понимаешь, что натворил? — кричали в соседней комнате.

Голос верховного иллита бил по нервам. Слышала каждое слово, но не могла ни пошевелиться, ни даже застонать, чтобы привлечь чужое внимание.

— Она умирала, — спокойно ответил Николас.

— Ты мог призвать меня! Ты должен был призвать меня, но почему-то бездумно решил поделиться собственной силой! — старший Тиэк не скрывал ярости.

— Вы не успели бы. Никто не успел бы. Счет шел на секунды.

— Но это не значит, что именно ты должен был делиться с ней силой! Как ты не понимаешь, что сегодня стал слабее? И это только начало! Но знаешь что? Ты сам в этом виноват! Никто не просил тебя отпускать Джейка! Если бы он продолжал следить за ней, тебе бы не пришлось спасать ее от смерти!

— Хватит, — строго оборвал Николас, удивляя. Не думала, что он может разговаривать таким тоном со своим отцом. Да ладно с отцом, с верховным иллитом! — Сделанного не вернешь. Я нисколько не жалею, что все получилось именно так, как получилось. Теперь мы хотя бы знаем, что Дженифер спокойно принимает мою магию…

— Ты отдал ей часть своей жизни, глупец, — презрительность пропитывала голос.

— Считайте это расплатой за то, что мы отбираем у Мисс Стак ее жизнь.

— А вот этого не надо, слышишь? Не надо! Она только выиграет от этого брака! Деньги, власть, известность…

— А вы думаете, что все женщины хотят именно этого?

— Это бессмысленный разговор. Ты совсем меня не слышишь, глупый мальчишка. Отправляйся вниз к гостям.

— Идите, отец, я догоню. Мне нужно переодеться.

Наступила желанная тишина. Лишь раз она оборвалась — кто-то громко и от души хлопнул дверью, а моя голова норовила взорваться или отвалиться.

Слышала шаги. Понимала: Николас зашел в спальню, чтобы переодеться, но, к моему удивлению, звуки прервались совсем близко, тогда как шкаф находился в другой стороне.

— Я вижу, что вы проснулись, Чиаша. Сейчас ваше состояние оставляет желать лучшего, но вскоре это пройдет. К утру вы уже встанете на ноги.

Легко ему говорить. Да я просто не смогу вытерпеть до утра эту боль! Нет, я была ему благодарна за то, что он спас меня, но, как по мне, куда милостивее было меня добить.

— Вы поступили опрометчиво. Никакие деньги не стоят того, чтобы вы расставались с собственной жизнью. К слову, если вам интересно, виновные уже получили по заслугам. Не думал, что у вас такая конкуренция в клубе.

Ох, как много я сейчас хотела ему сказать, но просто не могла физически. Как минимум нужно срочно расспросить о магии, которой он со мной поделился. Еще не знала, чем мне аукнется его такая жертва. Как уживутся вместе силы феникса и иллита? Даже при рождении мне передалась только мамина магия, что уж говорить о чужой. Моя смерть — самое безобидное, что может случиться.

— А знаете, такой тихой вы мне нравитесь намного больше. Не спорите, не ставите условий, да и ваш колкий язычок не рвется в бой. Может быть, все так и оставим? — усмехнулась эта высокородная морда.

Слышала, как он переодевался, и не могла дождаться момента, когда останусь одна. Нет, наедине с болью, конечно, не слишком приятно находиться, но лучше так, чем слушать его нравоучения и размышления по поводу моей персоны.

— Ладно… — смилостивился он. — На самом деле это скучно — разговаривать с самим собой, хоть я и довольно-таки приятный собеседник. Все пройдет многим легче, если вы поспите.

Ощущала, как прогнулся матрац, в то время как голос иллита стал еще ближе. Это что он такое задумал? Хочет воспользоваться моей беспомощностью?

Укладываясь рядом, мужчина беззастенчиво придвинул меня к себе, так что моя больная голова очутилась на его плече. Бессовестно обнимал рукой талию, а я чувствовала щекой обнаженную кожу. Он переодевался или раздевался, каравараза его задери?

— Вы горячая. Попробуйте успокоиться и ни о чем не думать. Я попытаюсь снять вашу боль…

Мне становилось легче. Хотя нет, мне действительно похорошело. Сначала на смену холоду пришло тепло, а потом и боль отступила, оставляя после себя какую-то уютную легкость. Тихонько вдыхала аромат горького парфюма, исходивший от его кожи, и мягко проваливалась в сон. Рядом с ним я ощущала безопасность, защиту. Он не даст в обиду. Да только знала: может обидеть сам.

— Дженифер! Дженифер, каравараза тебя покусай! Ты здесь? — почему-то шипела темнота голосом Марэя. А ничего так глюки — почти поверила, но только испаряться они никак не хотели. — Джен, ты тут?

На глюки решила внимания не обращать. Так хорошо спалось, что даже глаза открывать не хотелось. Слышала размеренный убаюкивающий стук сердца Николаса. Как умудрилась переползти ему на грудь, ума не приложу, но в его объятиях чувствовала себя комфортно. Вот даже стыдно не будет потом! Все-таки именно я первая заняла это спальное место, а он пришел позже. Ну и что, что кровать его? Кто не успел, тот опоздал!

— Даю тебе тридцать секунд на то, чтобы ты убрался из этого дома и больше никогда не появлялся, — холодно проговорил Николас, даже меня вынуждая вздрогнуть.

— Э…

— Двадцать пять секунд.

— Вы не имеете права ее здесь удерживать! Это незаконно! — проявляло мое воображение настойчивость.

— Двадцать секунд, — спокойно ответил Николас, крепче прижимая меня к себе.

Дверь захлопнулась, а я все-таки подняла голову, подозревая, что глюки так нервно уходить не умеют. Я, конечно, не спец, но вроде как им положено бесшумно растворяться.

— Спи, девочка. Утро еще не пришло. — Его сухие горячие губы легко коснулись моего лба.

Пышноглот под боком возмущенно заворочался, и пришлось пододвигаться, полностью переползая на мою временную горячую подушку. Подушка была не против. Его пальцы беспардонно поддерживали меня за ягодицы, но даже возмущаться не стала. Я подумаю об этом потом — утром, когда точно приду в себя и сумею здраво мыслить, а сейчас… Сейчас мне просто было хорошо.

* * *

Наверное, спать я не смогу еще очень долго. Настолько отдохнувшей я себя чувствовала впервые в жизни. Впервые спокойно открыла веки, не желая полежать еще минуточку. Впервые четко знала, чем стоит заняться в первую очередь — душ, вкусный завтрак и осмотр местности, в которой мне предстоит жить до следующего четверга. Впервые была полна сил и желания как следует подпортить жизнь обитателей этого дома, начиная с самого главного, который так мило сопел мне куда-то в макушку.

Вдруг захотелось немного поиграть. Ну так, в воспитательных целях. Еще помнила его вчерашние прикосновения и нескромные ласки. Нет, конечно, сама была не против, но это ничего не меняет. В конце концов, я — женщина, а значит, могу мстить и без повода.

Осторожно приподнявшись, слегка подула на его лицо. Никакой реакции не последовало, поэтому, почувствовав себя увереннее, наклонилась и провела кончиком языка по его губам, приоткрывая рот. Все изменилось за секунды. Пышноглот пискнул и чуть не свалился с кровати, тогда как я оказалась беспардонно вдавлена в матрац. Николас нависал надо мной и довольно улыбался. Настолько довольно, что так и хотелось стереть этот оскал с его лица чем-нибудь гаденьким.

— Доброе утро? — спросил он, ухмыляясь.

— Да не сказать, чтобы доброе. — С видом археолога рассматривала его серые домашние штаны, торс, мощную грудь и широкие плечи. Полапать все равно бы не получилось — руки мои он удерживал накрепко, — хоть смотреть не запрещал. — Там мне что-то в ногу упирается. Не могли бы вы это куда-нибудь подвинуть?

— Вот так? — он придвинулся еще ближе, так что слов цензурных я подобрать не могла ни с первого, ни даже со второго раза.

— Нет-нет, верните на место. Пусть уж лучше нога страдает.

— А мне вполне удобно. — Терся об меня, словно мурчащий насытившийся до отвала кот, а мне уже дышать было нечем. Все вокруг заполнил горький аромат его парфюма.

— Слезьте с меня, — прошептала приглушенно. — У вас Ангелика есть, — пыталась воззвать к его разуму.

— Но вчера вам это не мешало меня соблазнять. — Наклонялся к губам, а я застыла, словно перед гипнотизирующей змеей. А ведь точно, каравараза его задери! У него глаза блестят, и взгляд такой — удерживающий.

— Что вы такое говорите? — возмутилась вполне правдоподобно, чем повергла мужчину в замешательство. Не ожидал, что его магия не подействует. — Это вы вчера надругались над бедной беззащитной девушкой! Теперь вы просто обязаны на мне жениться!

— И женюсь, — ответил он, хитро улыбаясь. — Больше не действует, да?

— Нет. — Пыталась спрятать излишнюю веселость, но получалось из рук вон плохо.

— Я предполагал, что так и будет. В вас теперь немного моей магии.

— Так, может быть, уже отпустите меня? — ну мало ли, вдруг у него совесть есть?

— Ни за что.

Этот поцелуй можно было сравнить с поеданием сочной клубники. Нежно, мягко, сладко. Мы просто играли и наслаждались игрой. Прекрасно знала, что как только выйдем отсюда, Николас снова натянет свою отстраненную маску, в которой с трудом можно уловить хотя бы тень эмоций, а я… А я вновь буду бороться за свою свободу. Тем более что все только начинается.

— Карто, туда нельзя! Карто Тиэк спит! — вдруг раздалось за дверью, но, по-моему, нам обоим было наплевать.

— О каком сне речь? Время уже обеденное! — прокричал женский голос.

Дверь в спальню распахнулась, и я тут же спряталась за мужчиной. Мало ли кого там принесло. Я, может быть, не одета. Кстати, а во что я одета?

Уже собиралась как следует рассмотреть свой наряд, как услышала истеричное:

— Николас! Что это значит? — и да, нелегкая принесла Ангелику.

От греха подальше на дамочку не смотрела. Собственно, мне и без нее было чем любоваться — прямо перед моим носом расположилась шея Николаса. А вот интересно, если я сейчас ее лизну, меня из этого дома выгонят или одна иллитка просто прикопает меня прямо здесь, не выходя из спальни?

— Простите, Карто Тиэк. Я говорил, что к вам нельзя, но… — прозвучал возмущенный голос управляющего.

— Ты свободен, — холодно проговорил мужчина. — Кто дал тебе право врываться в мою спальню?

Вот не хотела бы я, чтобы он так со мной разговаривал, но блондинка, видимо, была не из робких:

— Мне не нужны никакие права! Я пришла мириться, и что я вижу? Это так высоко ты ценишь нашу любовь? Развлекаешься с этой девкой, пока я себе места не нахожу!

В этом разговоре мы с пышноглотом были явно лишние, но если пушистый зверек беспрепятственно спрыгнул с кровати и с независимым видом прошлепал в гостиную, то я его маневр повторить не могла. Как минимум потому, что Николас продолжал нависать надо мной.

— Можно я пойду? — прошептала осторожно.

— Нет, — ответил, обращая на меня внимание. И даже смилостивился, усаживаясь рядом, тем самым давая мне иллюзию свободы. — Давай уточним один момент, Ангелика. Где именно ты не находишь себе места? В спальне у второго советника моего отца?

О как! Да тут страсти похлеще сериалов. В этом доме, смотрю, скучать мне будет некогда. Так, молчим и не отсвечиваем.

— Да как ты мог так обо мне подумать? Это у тебя в постели лежит любовница, а не у меня! — даже почти искренне.

— Я сказал то, что знаю, Ангелика. И на этом все. Вчера именно ты решила разорвать наши отношения. Именно ты переспала с Ниро, так что я волен делать то, что считаю нужным. А теперь, будь добра, освободи мою спальню. Моей невесте необходимо привести себя в порядок. — Каждое его слово било наотмашь. Причем не только незваную гостью, но и меня.

Теперь отчетливо понимала, что это такое было вчера и сегодня. Как и любому мужчине, Николасу захотелось потешить свое уязвленное самолюбие. Да только сделал он это почему-то за мой счет.

Нет, я не против разового секса без обязательств — взрослые люди, но как-то после таких откровений остается неприятный привкус. Он не поделил игрушки со своей возлюбленной, а я — лишь способ отомстить так же больно, как, вероятно, было ему. Хорош иллит, чтоб его каравараза пожрала.

Она смотрела на него упрямо, с вызовом, в то время как мне доставались взгляды, полные ненависти. Конечно, и не ожидала от нее дружелюбия, а уж после такого и подавно, но как-то нужно держать себя в руках. Поджав губы, блондинка горделиво развернулась и вышла из спальни, а затем и из гостиной. Выступление окончено, цветов можно не дарить.

Поднявшись с постели, невозмутимо обернулась пледом. Интересно, кто меня переодевал? Спала я в мужской рубашке, которая явно принадлежала одному отдельному индивиду. Неужели это его наглые рученьки натягивали на меня эту деталь не моего гардероба?

— Куда ты? — спросил Николас, лениво откидываясь на подушки. Словно совсем не он тут минутами ранее выяснял отношения со своей бывшей.

— Я в душ.

— Отлично, тогда пойдем вместе… — и он даже поднялся, совершенно серьезно после всего этого собираясь вести себя так, будто мы действительно любовники.

— Стоп, — выставила ладонь вперед, чтобы точно услышал и увидел. — Меня никак не касается все то, что сейчас происходило. Я не твоя любовница. Невеста — да, но фиктивная. Наша договоренность до сих пор в силе. То, что было вчера… Больше этого не повторится.

Прямо видела, как его лицо меняется на глазах. Его охватывала злость, но лучше так, чем быть втянутой в еще одну непонятную игру. В конце концов, когда мы расстанемся, мне придется с этим как-то жить.

— Давай решим сразу. Вместе мы не спим. За дверьми этой спальни изображаем любовь, но не больше. Я продолжаю ходить на работу, а ты заниматься своими делами. Через восемь дней забываем друг о друге, — проговорив все это, выдохлась.

— Отлично, давай решим сразу, — повторил мою фразу, но тон его голоса мне ой как не понравился.

Нависал надо мной подобно скале, вынуждая храбриться и искать где-то растерянное бесстрашие.

— Наша договоренность в силе, но если будешь и дальше усложнять мою жизнь своими необдуманными поступками, я возьму от этого брака все, что только можно, в качестве компенсации.

Мой рот открывался все шире, а глаза, наверное, можно было сравнить с циферблатом часов на главной площади. Да как он смеет разговаривать со мной в таком тоне, будто я какая-то школьница? Ну, я ему покажу, где караваразы зимуют!

— Кровать у меня одна — не хочешь спать на ней, значит, спи на диване. За дверьми этой спальни ты изображаешь не только любовь, но и покорность. Станешь перечить, девочка, отлуплю ремнем в воспитательных целях. Ни о какой работе речи быть тоже не может. С этого момента ты перемещаешься вне стен этого дома исключительно под охраной и с моего разрешения, а через восемь дней идешь на все шесть земель. Тебе ясно?

Гневно взирала на него, но молчала. Не стану отвечать, пусть хоть гром прямо в спальню вызывает. Только что он нажил себе огромную кучу проблем в лице одной милой маленькой меня. Нельзя так со мной. Мы, фениксы, народ свободолюбивый и не приемлем рамок и ограничений. Честное слово, сам напросился. Будет ему покорность.

Развернувшись, крепче прижала к себе плед и с независимым видом прошагала в ванную комнату, напоследок услышав твердое:

— Вот и отлично.

* * *

Если тренер не идет на работу, значит, работа придет домой к тренеру.

Когда вернулась в спальню, моего горе-жениха уже не было. Одевшись, быстро расправилась с завтраком, любезно оставленным для меня на столике в гостиной, и начала обзванивать своих учениц из старшей группы, где возраст скакал от отметки «за пятьдесят». Даже не удивилась, когда все двадцать восемь человек согласились в самое ближайшее время прилететь в дом верховного иллита. Еще бы! Увидеть это сооружение вблизи мало кому удавалось, а уж изнутри так и подавно. Так что ждала я тяжелую артиллерию в полном составе. Предвкушающе потирала руки и тихонечко похихикивала, представляя, какой фурор мы произведем в этом доме. Нет, ну а что? Сам напросился.

Натянув бриджи и футболку, повязала на бедра платок с монетками. Красота… А главное, шуму будет…

Отыскав в своих вещах портативные колонки, захватила тач, но, поразмыслив, еще и пышноглота себе на плечи усадила. Так сказать, если играть, то сразу по-крупному. Только бы не прибили и в одном из горшков под кустиком не закопали.

По коридору мы с пышноглотом крались. Ну, точнее, это я кралась, а меховой воротник сидел на стреме. Конечно, навряд ли в случае обнаружения опасного объекта Х он мне маякнет, но то, что на этом поле битвы я была не одна, помогало храбриться и уперто идти вперед. Ну, то есть вниз, в холл.

— Мисс Стак. Могу я вам чем-то помочь? — оценив мой внешний вид, проговорил управляющий. Если его что-то и удивило, то он сумел сдержаться и не показать этого. Мне бы такую стойкость, хотя с кем поведешься, от того и наберешься. Это я имею в виду иллитов.

— Да, ко мне сейчас должны прийти гостьи. Не могли бы вы нам организовать место для встречи? — проходилась взглядом по холлу, мысленно раздвигая мебель в стороны, чтобы освободить нам место для занятия.

— Вам нужен кабинет? — уточнил мужчина. Все это время он держал свои руки за спиной. Привычка у него такая, что ли?

— Нет, мне нужен этот холл. Николас разрешил мне немножко посамоуправствовать. Необходимо отодвинуть всю мебель и декор ближе к стенам, чтобы освободить самый центр, — конечно, врала, но по-другому мне никто не поможет, а тягать все самой — не самая замечательная идея.

— Хорошо. Разрешите призвать помощников?

— Конечно-конечно.

Вот прямо чувствовала, что управляющий мне нисколечко не поверил, но предпочел придерживаться мнения: чем бы дитя ни тешилось. Через пятнадцать минут все было готово, а я счастливая уже открывала двери для первой моей гостьи.

— Это же мама дорогая, как оно тут все устроено! — восторженно воскликнула Миссис Пунт, прижимая руки к груди. И да, я просила их всех приехать сразу в одежде для занятий.

Женщина — она в любом возрасте красива, если любит себя. Мои занятия как раз давали возможность этим дамам найти любовь к себе, разжечь ее как пламя, раскрепоститься. Кроме того, такие танцы отлично помогали сбросить вес тем, кто к этому стремился. Как ни крути, а здоровье улучшалось, потому что движение — это жизнь.

Многие из тех, кто пришел ко мне когда-то на первое занятие, сейчас вели совершенно другой образ жизни. Они занимались собой, следили за своим внешним видом и питанием. Конечно, кому-то понадобилось чуть больше времени, чтобы найти себя, кому-то чуть меньше, но, смотря на них сейчас, я нисколько не жалела, что когда-то решила преподавать. Их успехи стоили всех моих потраченных нервов.

— Итак, дамы. Сегодня наша с вами задача не просто повторить все выученные движения, но и попытаться слиться с музыкой, отдаться ей, как отдаются любимому мужчине. Установка ясна? — включала музыку на таче, подсоединяя его к колонкам. — Тогда начали!

Вся мебель была сдвинута в левую часть холла, тогда как мои подопечные заняли правую. Я же стояла в самом центре — спиной к лестнице, чтобы в случае возникновения недовольных хозяев не обращать на них внимания. У меня тут, между прочим, занятие проходит, и отвлекаться некогда.

— Раз-два, три-четыре, пять-шесть, семь-восемь… И еще раз, — командовала я звенящим парадом, перекрикивая музыку. — Резче-резче бедром!

— Что здесь происходит? — прогремело где-то на лестнице голосом верховного иллита.

— Не отвлекаемся! Равнение на импозантного мужчину! Я хочу, чтобы вы показали свою любовь!

Дважды одно и то же повторять не пришлось. Дамы синхронно повернулись лицом к лестнице, а по их горящим взглядам можно было понять, что верховный иллит пришелся им по вкусу.

— Мисс Стак, а на кого именно из трех мужчин нам равняться? — вдруг спросила Миссис Пунт, шкодливо улыбаясь. Да она и глазки строить не стеснялась, несмотря на то, что дома ее ждал Мистер Пунт.

— На того, который больше нравится! Раз-два, три-четыре…

Предполагала, о ком идет речь. Только почему-то никак не могла понять, кто там третий. Любопытство подбивало обернуться и посмотреть, но я продолжала проводить занятие.

— Мисс Стак, быстро ко мне в кабинет! — прямо ощущала волны ярости, но не реагировала. В конце концов, при таком скоплении народа мне никто ничего не сделает.

— Пять-шесть, семь-восемь… А теперь плечи.

— Мисс Стак! — чувствовалось, что терпение хозяина дома уже вышло за все возможные пределы.

— Продолжаем без меня. — Обернувшись, встретилась взглядом с Николасом. Прожигал насквозь. Подмечал каждую черточку, каждый изгиб. Изучал, но лицо оставалось бесстрастным. — Простите, но у меня проходит занятие. Как только я освобожусь, зайду к вам.

— Сейчас же! — все-таки переборщила. Меня собирались убивать, и, судя по сжатым кулакам, как минимум несколькими способами.

— У меня занятие.

— В моем кабинете оба! — уходя, прошипел верховный иллит своему сыну, на что Николас спокойно кивнул.

К слову, третьего мужчину я уже видела. Тот самый водитель, который вез меня домой два дня назад. Ждала, пока они с Николасом тоже пойдут по своим делам, но как-то уходить товарищи не торопились. Пришлось проводить занятие под их присмотром.

— Дамы, кандидата в женихи осталось всего два. Поразите их…

Уходя, мои девочки наперебой спрашивали, когда мы вновь с ними встретимся и, собственно, где именно будет проходить наш следующий урок танцев. Отвечала, что обязательно позвоню, но умалчивала когда. Судя по всему, за свою выходку я буду еще долго расплачиваться. Теперь точно знала: провести занятие в доме верховного иллита было триумфом моей глупости, но сделанного не вернешь. Придется отстаивать свое решение.

В холле стало тихо. Оборачивалась медленно — на лестнице стояли все кому не лень. Тут были и Ангелика, и любопытные слуги, и еще какие-то личности. В общем, абсолютно все, кого мое показательное выступление не обошло стороной.

Взяв тач и подхватив задремавшего в одном из кресел пышноглота, начала невозмутимо подниматься по ступеням. Тут ведь главное что? Делать вид, будто все так и задумывалось с самого начала. Прямая спина, невозмутимый взгляд…

— Николас, ты ничего не скажешь? — взвизгнула Ангелика за моей спиной.

— Тебе? Нет, — просто ответил мой будущий бывший муж и последовал за мной по коридору.

До самой комнаты шли в молчании. Морально готовилась к выволочке, уже подозревая, что мне будут вещать про утрату доверия и пенять на наш договор. Вот честное слово, все выслушаю, а потом поставлю несколько условий. В конце концов, хочет спокойной жизни — значит, будет уважать меня и считаться с моим мнением.

Попав в гостиную, первым делом разместила пышноглота на диване. Зверек недовольно пискнул и мигом слетел на пол, направляясь в спальню. И я была с ним согласна — там кровать куда мягче, чем это пыточное устройство, притворяющееся мягкой мебелью.

Дверной замок щелкнул.

Обернувшись, хотела спросить, в чем дело, но натолкнулась на самодовольную улыбку. Сняв пиджак, Николас отбросил его в ближайшее кресло. Медленно шел в мою сторону, попутно избавляясь от галстука и расстегивая пуговки на манжетах.

— Что ты делаешь? — бежать было некуда. За мной диван, а до спальни просто не добегу. Не успею, каравараза его покусай!

— Я ведь говорил тебе, Дженифер. Ты — усложняешь мою жизнь, я — беру от этого брака все. — В кресло полетела и рубашка, а мне вдруг стало нечем дышать. Сердце билось о грудную клетку, желая вырваться. Нет-нет, никакого больше секса!

— Я не соглашалась на это! — провальная попытка возразить.

— А я и не спрашивал. — Он резко шагнул ко мне, стараясь как можно быстрее сократить расстояние, но я оказалась проворнее. Всего несколько шагов до спальни, и можно будет закрыться от него, а там и пыл остынет…

— Твою ж… — дверь закрылась прямо перед моим носом, а я со всей дури впечаталась в нее, поминая магию нехорошим словом. Развелось здесь воздушников, приличным фениксам ступить некуда!

— Поймал, — отчего-то шепотом проговорил Николас, разворачивая меня к себе лицом. Темный взгляд обжигал, пробирался в самую душу, выворачивая все потаенные желания наизнанку. — Тебе не убежать от меня, Дженифер. Разве ты еще не усвоила этот урок?