Глава 15

Когда мы наконец вернулись к посадочной площадке и успешно приземлились, я едва сдержала улыбку: полёт на личном космолёте Хейдена, хоть и короткий, подарил мне невероятное чувство свободы. Выхожу за борт — и сразу накатывает суета ночного порта: шум дронов, чьи-то разговоры, всполохи бегущих огней.

Хейден включил блокировку судна, протягивая мне руку, чтобы помочь спуститься по узкому трапу:

— Ну что, кадет, пилотировать понравилось?

Я кивнула:

— Очень. Спасибо, что доверил мне управление.

Он чуть усмехнулся:

— Мог бы доверить тебе куда больше. Но пока хватит этого. — И, помедлив, добавил негромко: — Я хотел тебе ещё кое-что сказать.

Меня обдало лёгким ветерком от системы кондиционирования космопорта, а Хейден вдруг приблизился и положил руку на моё плечо, обдав тёплым дыханием.

— На следующей неделе, — сказал он, приподнимая бровь, — мы хотим тебя познакомить с нашими семьями. И я, и Ричард. Раз уж тут «официальный брак», да и всё такое…

Я ошеломлённо смотрела на него:

— Вашими… семьями? Погоди, зачем? У нас же… понарошку. Всё это.

Хейден провёл большим пальцем по моей скуле и наклонил голову, будто разглядывая мою реакцию:

— Знаю, что считала это «фиктивным». Но мне нравится «понарошку» с тобой. И, честно говоря, я не хочу ничего менять. Ричард, полагаю, тоже не горит идеей аннулировать брак. Не знаю, что он прямо сейчас думает, но… — он коротко улыбнулся и чуть прижал меня к себе. — Я уверен, что нам лучше всё официально уладить. А знакомство с семьями — важный шаг, если мы планируем что-то большее, чем «фиктивный статус».

У меня внутри всё сжалось от мысли о том, как они хотят меня представить родным. Особенно учитывая «двойную» ситуацию. Но Хейден не дал мне уйти в панику: он легко коснулся моих губ своими, нежно, но настойчиво, заставляя дрожь прокатиться по телу.

— Хейден, — прошептала я в коротком перерыве, когда он чуть отстранился. — Ты серьёзно?

— Более чем. И уж тем более я не вижу смысла пока что что-то резко менять. Ты согласилась быть нашей женой «ради спасения», но теперь, после того что мы пережили… — Он пожал плечами. — Мне всё это понарошку чертовски по душе.

Я судорожно сглотнула, чувствуя, как внутри всё переворачивается. С одной стороны, я прекрасно помнила, что согласие на этот брак было вынужденным. С другой — события последних дней сблизили нас куда сильнее, чем я могла представить.

— Ладно, — ответила я, пряча глаза. — Просто… предупреди, что я могу растеряться. Как я буду выглядеть перед вашими родителями?

— Мне кажется, они будут на твоей стороне, — негромко заверил Хейден. — И уж точно не станут относиться к тебе как к чужой. Мы это уладим. Главное — не бойся.

Я только кивнула, чувствуя пульсирующий ком в горле. Как-то слишком быстро всё происходит: сначала спасение от пиратов, потом понимание, что у меня два мужа, а теперь ещё и знакомство с семьями. Но Хейден смотрел на меня так искренне, будто я и правда смогла бы разделить с ним и Ричардом не только «понарошку», но и что-то большее.

— Пойдём, — выдавила я наконец. — Ричард, наверное, нас уже ищет.

— Ага, — согласился он, взяв меня под локоть и увлекая обратно к светящимся терминалам порта. — Но учти: эту неделю в академии мы проведём неспокойно. Тебе предстоит закрыть, как минимум несколько предметов.

Я нервно хихикнула, словно от досады и радости вперемешку:

— Как будто у нас раньше всё было спокойно…

— Справедливо замечено, — он коснулся моих волос, чуть отводя упавшую на лицо прядь. — А теперь вообще непредсказуемо. Но зато за каждый сданный предмет теперь я могу пообещать награду.

И так он сжал мою попу, что я сразу догадалась о чем речь и моментально залилась краской.

С этими словами мы вышли из ангара, и огни космопорта показались ещё ярче, чем прежде. Я поймала себя на том, что вместо паники меня греет тихое чувство предвкушения — неважно, сколько «безумного» впереди, если рядом двое мужчин, которым я, похоже, не безразлична.

Следующая неделя прошла в каком-то полубреду: ночи превратились в короткие передышки, а дни — в нескончаемый поток лекций, консультаций и экзаменов. Я бегала между факультетскими корпусами, стараясь зацепиться за каждую минуту, чтобы что-то повторить, а когда окончательно падала без сил, меня подхватывали мужья — и тянули то на тестовые тренировки по стрельбе, то на спарринг в рукопашку, то просто заставляли выпить чашку горячего чая.

Больше всего я боялась двух экзаменов, которые, казалось, определяли мою дальнейшую учёбу. Первым пришёлся «Военная тактика с применением гравитационных систем». В огромном зале, наполненном симуляционными панелями и электронными дисплеями, я получила практический сценарий: оборона лунной базы при меняющихся силовых полях. Сухо-вежливый экзаменатор следил за каждым моим действием, а внутри меня всё стучало от страха забыть очередную формулу. Но как только мне грозил провал, я вспомнила одну маленькую подсказку Ричарда — про запас в десять процентов. Это спасло в ключевой момент, когда противник «сюрпризом» отрезал мою линию снабжения. Аппарат мигнул, вывел «72%: сдано», и я непроизвольно ахнула от радости. Выскочила из зала, а там уже стояли они — мои мужчины. Я кинулась к ним, обняв обоих разом, и запоздало спохватилась, что мы в людном коридоре. Но Ричард усмехнулся, а Хейден, кажется, испытал тихое удовлетворение, только успокаивающе сжал мне плечо.

Через три дня настал второй, ещё более мучительный экзамен: «Расширенная военно-прикладная практика». Здесь нужно было доказать, что я умею обращаться с плазменной винтовкой и при этом не забыть боевые приёмы ближнего боя. Первую часть — стрельбу по движущимся целям — я прошла на нервном автопилоте, концентрируясь на советах Хейдена про дыхание и рывки спускового крючка. Чуть не сбилась со счёта, но в конце всё же вышло выстрелить достаточно метко, и компьютер, проверяя мишени, дал «зачёт».

Рукопашка оказалась сложнее: инструктор, как нарочно, выбрал агрессивную тактику, и я почти запаниковала, когда он провёл захват снизу — ровно тот, при котором я обычно теряюсь. Но тут, как будто включился внутренний голос Ричарда, указывавший, как сместить центр тяжести соперника, и я вместо того, чтобы свалиться, выбила ему равновесие. Он удивлённо кивнул, отпуская меня с нейтральным лицом, а я сама готова была упасть, но уже от облегчения.

Когда результаты подтвердились, я вышла в коридор, почувствовав, что ноги подкашиваются. И тут же уткнулась в знакомые объятия. Сильные руки Ричарда подхватили меня, не дав грохнуться, а Хейден отрывисто сказал: «Ну, поздравляю, жена, теперь ещё минус один хвост в твоём списке». Впрочем, звучало в его голосе и лёгкое веселье, и гордость. Я не выдержала и, стоя в окружении ошарашенных студентов, которые смотрели на нашу троицу с неприкрытым любопытством, поцеловала Ричарда, а затем, развернувшись, чуть привстала и коснулась губ Хейдена. Пусть все видят, что сегодня я счастлива.

Голова слегка кружилась от переизбытка эмоций: ещё недавно мне казалось немыслимым обнимать обоих публично, но после того, через что мы прошли вместе, почувствовала, что имею право радоваться без стеснения. И пусть кто-то перешёптывался, проходя мимо, мне было всё равно — предметы сданы, а значит, я продвинулась ещё на шаг к полноценному возвращению в космодесант.

От всей этой гонки я устала так, что едва передвигала ноги. Но радость пропитывала каждую клеточку: два экзамена, которые грозили похоронить мою карьеру, оказались позади, и с ними вроде бы остался позади и страх одиночества. Потому что рядом стояли двое мужчин, прижимающих меня к себе, — и, как бы парадоксально ни звучало, это дарило чувство, что я уже никогда не останусь в пустоте.

Мы вернулись в «дом», и я поймала себя на том, что уже мысленно называю так место, где живут мои мужчины. Удивительно, насколько быстро всё сложилось: я ночевала то у Ричарда, то у Хейдена, и хотя ещё недавно боялась, что это будет адски неловко, на деле оказалось совершенно иначе. Днём они оба вели себя со мной сдержанно и корректно — без лишних намёков или жёстких посягательств. Но когда наступала ночь, я без смущения укладывалась рядом с одним из них, чувствуя надёжность и умиротворение. В другую ночь — рядом с другим, и, если не задумываться о странностях такого образа жизни, получался даже какой-то удивительный баланс.

Однако, стоило мне переступить порог гостиной, после того, как я сменила наряд на домашний, как я увидела, что на столе рядом с голографическим планшетом лежит несколько распечатанных листов. Хейден, нахмурившись, стоял над ними, скрестив руки на груди. Ричард рядом, восседая на подлокотнике дивана, тоже выглядел недовольным.

— Что-то случилось? — спросила я, чувствуя, как лёгкая радость от сданных экзаменов угасает, будто пламя, задутое ветром.

Ричард кивнул, постучав пальцами по верхнему листу:

— Пришли отчёты о твоих успехах и… новое постановление сверху.

— Постановление? — внутри у меня похолодело.

Хейден коротко кивнул и, подцепив листок, передал мне:

— Теперь тебе официально предписано сдать оставшиеся двенадцать предметов за десять дней. Иначе — отчисление. Никаких пересдач, никаких отсрочек.

Я пробежала глазами по тексту. Формулировки были жестокие и безапелляционные: «В случае невыполнения… аннулирование всех достигнутых результатов… прекращение обучения…» Меня будто ударили под дых. Ещё двенадцать экзаменов, а время как будто сжали в кулак — десять дней! Это же почти безумие.

— Но… это же нереально! — вырвалось у меня, голос дрогнул. — Я только что два едва успела сдать! У меня голова кругом идёт, а они хотят двенадцать за десять дней⁈

— Эти чинуши в деканате решили устроить проверку на прочность, — выдавил Ричард сквозь зубы. — Видимо, после твоих «приключений»… сомневаются, достойна ли ты продолжать.

— Чёртовы бюрократы, — отозвался Хейден, и на миг его взгляд вспыхнул гневом. Но тут же он постарался смягчиться, подошёл ко мне, обхватив одной рукой за плечи. — Придётся сделать в авральном режиме. Либо всё, либо ничего.

Я стояла, не в силах вымолвить ни слова. До этого момента казалось, что намечается светлая полоса: и экзамены некоторые закрыты, и отношения с мужьями удивительно налаживаются. А теперь такое жестокое условие! Но Хейден, видя моё лицо, тихо произнёс:

— Соберись, Лили. Мы поможем. Не впервые же.

— Да, — добавил Ричард, вставая с дивана и принимая у меня скомканные листы. — У нас ещё в запасе кое-какие козыри… и, в конце концов, мы можем поддержать тебя практически в круглосуточном режиме, если потребуется.

Я выдохнула, чувствуя, как в душе поднимается и страх, и решимость. Вроде бы я уже привыкла к экстремальным условиям, но двенадцать предметов… десять дней…

— Ты не одна, — повторил Хейден, отчего-то коснувшись своим лбом моего. В этот миг я поймала себя на том, что, несмотря на панику, в душе теплится уверенность: они-то не отступят.

— Ладно, — проговорила я, стараясь придать голосу твёрдость. — Тогда с чего начнём?

— С составления супер-графика, — усмехнулся Ричард. — А потом… готовься, жена, без сна и отдыха тебе ближайшие дни жить.

Я сумрачно улыбнулась, понимая: придётся драться за каждую оценку. Но если что-то в этой жизни я уже усвоила, так это то, что вместе с ними я смогу, пожалуй, выстоять и на этот раз.

Я нахмурилась, переводя взгляд с Хейдена на Ричарда. Все внутри меня кричало, что двенадцать экзаменов за десять дней — это уже за гранью, а тут ещё и перспектива знакомства с родными назрела. Во рту пересохло, и я тихо выдохнула, пытаясь понять, каким образом мы вообще впишем это «семейное мероприятие» в наш авральный график.

— А как же визит к вашим родителям? — спросила я неуверенно. — Мы же можем отложить его, пока… ну, пока у меня не закончится эта жёсткая проверка.

Ричард с сочувственным видом потёр шею:

— Попытаемся перенести, конечно, но не уверен, что выйдет. Семьи уже знают, что мы «женаты», и, думается, ждут не дождутся «официальной» встречи.

— Проблема в том, — поддержал Хейден, — что если мы будем оттягивать бесконечно, могут возникнуть дополнительные вопросы. И без того этот наш… тройной союз вызывает массу подозрений. Родители могут решить, что тут что-то не так, раз мы уклоняемся от знакомства.

— Значит, придётся смотаться, — резюмировал Ричард, заставляя меня обречённо вздохнуть.

— И когда? — спросила я, смирившись, что выбора особого нет.

— Скорее всего, на ближайших выходных, — спокойно ответил Хейден, мельком проверяя расписание на планшете. — Один день у моей семьи, другой — у семьи Ричарда. Вот и всё.

— «Вот и всё», — повторила я про себя, пытаясь осмыслить, как же я втисну это в бешеный график подготовки к экзаменам. Но сказала вслух лишь: — Как будто у меня времени вагон…

— Постараемся сделать всё быстро, — отозвался Ричард, ободряюще тронув мою ладонь. — Будет непросто, но мы друг другу поможем. И по учёбе, и по «семейным» делам.

Я сглотнула, глядя на мужчин, которые с готовностью смотрели в ответ. Они оба были уверены, что можно успеть и отстреляться с экзаменами, и порадовать родственников «официальным» визитом. Мне оставалось только кивнуть и сказать с натянутой улыбкой:

— Ладно, раз уж решили, тогда давайте… попробуем всё совместить. Всё-таки мы одна «семья», да?

Хейден коротко усмехнулся и, слегка нагнувшись, поцеловал меня в висок:

— Хорошая девочка. Вместе справимся.

А я вздохнула, уже предвкушая, какой калейдоскоп забот обрушится в ближайшие дни: бессонные ночи зубрёжки, бешеная суета во время экзаменов и ещё знакомство с родителями моих «мужей». И, как ни странно, внутри теплился нехитрый огонёк веры в то, что при их поддержке и это испытание я пройду.