Глава 7. Впервые в жизни

— Давай начнем, — сказал Саша. — Ты когда-нибудь целовалась?

Я в изумлении подняла на него глаза. В изумлении — потому что такого поворота от своего воображения не ожидала.

— Может, музыкальный кружок? — продолжил Саша. — Синтезатор дома?

Наше первое занятие стало для меня испытанием, которое я едва не провалила.

Началось с того, что Саша с настройщиком закрылись в гостиной. Я делала вид, что просто шатаюсь по дому, но время от времени подходила к двери и прикладывала к ней ухо. Я впервые в жизни вот так, сознательно, подслушивала. Мне было неважно, о чем они говорят: температура, влажность, залипание клавиш — все это не имело значения. Я слушала его голос.

Спустя часа полтора настройщик вышел из гостиной, и Саша пригласил меня войти.

Он распахнул все шторы, подвинул к роялю стул со спинкой и жестом предложил сесть на банкетку рядом.

Рядом.

Так близко, что я могла бы его коснуться.

— Давай начнем. Ты когда-нибудь играла на фортепьяно? Может, музыкальный кружок? Синтезатор дома?

— Нет, — призналась я, с огромным трудом выдерживая его прямой взгляд. И тихонько втянула воздух поглубже: чтобы добраться до Сашиного запаха. Он пах свежестью и летом: нагретым на солнце деревом, озерной водой и немного чем-то очень личным.

Саша окинул меня взглядом, будто прочитал мысли. Вернее, мне очень хотелось так думать. Но, по правде говоря, он, скорее, технически меня осмотрел, как рояль: осанка, положение рук. Я пожалела, что не надела сарафан. Выглядела в футболке и шортах, как типичный подросток.

— Ладно… — Саша уперся ладонями в свои колени, и я уже в который раз за вечер снова сделала что-то впервые в жизни: посмотрела на мужскую руку, чтобы узнать, есть ли на ней обручальное кольцо.

Кольца не было.

— Давай я сначала научу тебя правильно сидеть — это очень важно. Подвинься на переднюю половину банкетки… Да, так. Расслабь ступни, они должны полностью стоять на полу, от пятки до пальцев. Не высоко сидеть?

— Высоковато…

Саша ухватился за край банкетки, другой рукой что-то нажал, и она опустилась на пару сантиметров.

— А теперь?

— Теперь отлично.

— Хорошо. Расслабь плечи и руки, держи спину прямо. Ты должна чувствовать себя свободно, плавно двигаться от макушки до кончиков пальцев…

Я машинально выполняла его просьбы, а сама ошеломленно наблюдала за своими ощущениями. Я казалась себе такой маленькой по сравнению с ним: и внешне, и внутренне. От него веяло силой и уверенностью, солнечным теплом, пылью дорог, горечью трав — всем этим летом, которое я сначала проводила в раскаленном городе, а потом в этих сумрачных комнатах… Я невольно бросила взгляд на окно, и Саша заметил.

— Ты как?

— Нормально, — соврала я и попыталась плавно подвигаться на банкетке. — Я правильно делаю?..

Он так посмотрел на меня… Словно хотел увидеть глубже. Словно ему было не все равно. И мне стало понятно: его не провести.

А еще стало понятно, что, пока длился этот затяжной взгляд, между нами что-то произошло. Что-то еще неуловимое, неясное, как рябь на воде. Но он тоже это почувствовал, я уверена.

— Что ты слушаешь? — прервал он паузу.

— В смысле? — смутилась я.

— Ну, какая тебе нравится музыка?

— “Мачете”, “Дельфин”.

Задумавшись, он скривил губы: но не зло, а, наоборот, будто одобряя.

— А какая песня любимая?

— “Дай мне нежность”, — машинально процитировала я, хотя прекрасно знала, что песня называется просто “Нежность”.

Саша взял свой телефон и стал что-то набирать. Я украдкой смотрела на его профиль и чувствовала такое дикое волнение, что, казалось, сейчас расплачусь.

Я ничего от него не хотела. Просто быть чуточку ближе. Еще ближе хотя бы на пару сантиметров. Но нельзя… Всего пара сантиметров — и это уже неприлично.

Солнце падало на его ресницы. Светлые, они казались почти прозрачными, длинными и пушистыми. У него был красивый нос с легкой горбинкой, наверняка полученной в детстве, в какой-нибудь мальчишеской драке. Невозможно было представить, что он сейчас мог с кем-то подраться. Мне кажется, никто бы просто не осмелился бросить ему вызов. А потом взгляд как-то сам по себе перетек на его губы, и я отчетливо поняла, что Саша мог бы стать первым мужчиной, с которым бы мне понравилось целоваться.