Глава 8. С нежностью

Он поставил телефон с нотами на пюпитр и с нежностью опустил руки на клавиши.

Мою самую любимую музыку играл мужчина, к которому меня тянуло всем сердцем, на рояле, на котором в юности играла моя мама… Это было какое-то невообразимое сочетание.

Вдруг музыка прервалась. Саша провел пальцами по клавишам так чувственно, что я ощутила его прикосновение на руке, от локтя до кончиков пальцев, — даже волоски встали дыбом.

— Как же я соскучился… — сказал Саша сам себе, и у меня запекло в груди. Отчего?.. Я не понимала, что чувствовала. Мне просто очень, очень хотелось, чтобы Саша когда-нибудь сказал это мне: вот такие слова, вот таким тоном.

Но потом он начал играть заново, и все неприятные ощущения мигом забылись. Вместо них появилось тягучее чувство ностальгии по тому, что со мной никогда не происходило.

В голове проносились несуществующие воспоминания. Мы с Сашей куда-то несемся на его машине — мне почему-то представлялся именно красный пикап. Он за рулем, я высунула голову в окно и ветер швыряет мои волосы в разные стороны. Или валяемся на пледе в густой траве и слушаем музыку на старом магнитофоне времен юности моей мамы. Или как по моей руке ползет божья коровка, а Саша повторяет подушечкой пальца ее путь, едва меня касаясь, и от этого волоски на коже встают дыбом, прямо как только что было на самом деле. Когда он играл на рояле, когда находился так близко, все казалось реальным.

От этих образов хотелось закрыть глаза и просто растаять…

Но я глаза не закрывала. Сейчас, когда Саша был сосредоточен на нотах, на музыке, я, не таясь, рассматривала его лицо — и упивалась тем, что видела.

Но вот прозвучали последние аккорды, музыка смолкла, только ее эхо еще витало по комнате.

— Ну что? — сказал Саша, опустив руки на колени. — Хочешь научиться играть эту мелодию? — Я закивала. — Тогда давай, садись ровно…

Теперь я действительно его слушала. Он с таким увлечением рассказывал о самых обычных вещах, что я постоянно улыбалась, а во мне все еще звучала «Нежность».

Оказалось, правильно расположить руки — это целая наука, а не так — взмахнул и полетел. Я даже изобразила это движение — и едва не сбила с пюпитра телефон. Затем откинулась на спинку банкетки, позабыв, что спинки у банкетки нет, — Саша едва успел меня подловить. Возможно, после всего этого с другим человеком мне было бы неловко, но с Сашей легко. Мы словно понимали друг друга.

— Ты все схватываешь на лету, — с уважением сказал Саша, и мне показалось, что в гостиной стало светлее — будто солнце выползло из-за туч, хотя на небе ни облачка.

— У меня хорошая память. Это моя суперсила.

— Значит, ты умная.

— В теории — да, — скромно ответила я.

У меня были ответы на многие вопросы, но при этом я не знала, что делать, когда тебе нравится такой взрослый, такой недосягаемый мужчина.

Саша рассказал про положение нот на клавишах, и я с закрытыми глазами пыталась их нащупать. В те минуты я отчетливо чувствовала, что он очень внимательно на меня смотрит. Неужели, когда я подсматривала за ним, он тоже это чувствовал?..

А потом пришла тетя и позвала нас ужинать. Саша от ужина отказался и от тетиной фирменной лимонной настойки тоже. Мне было жаль его отпускать, ведь следующее занятие он назначил только через три дня. Но тетя спросила, можно ли мне прийти к нему на пристань покупаться, мол, до городского пляжа далеко, и там неприятные типы ошиваются. Саша ответил, что да, можно. Правда, при этом добавил, что пристань общая, а мне бы хотелось услышать, что он будет рад меня видеть.

Ну и пусть. У меня все равно уже созрел план.