ГЛАВА 20: Шаманка на тропе войны

Через секунду часть стены с тихим шелестом отъехала в сторону.

– Кстати, почему вы с Грегори не воспользовались Тропой? – спросила.

Туннели создавали с помощью легендарного Веретена Миров, ещё одного артефакта времён Первой войны. О нём толком ничего не слышала, эту информацию засекретили в целях безопасности, чтобы никто не мог разгадать тайны магического лабиринта.

Но отец говорил, что Тропа позволяет не только незаметно перемещаться по резиденции, но и подкидывать в тени гостей сложнейшие следилки. Причем, совершенно без риска. Магия Веретена не позволяет их обнаружить, пока приглашённые находятся на территории дворца. Главное, успеть развеять плетения до их отъезда.

– Я предлагал, но император запретил, – ответил Габриэль. – Он хотел, чтобы переговоры прошли честно и посчитал подобную слежку низким и грязным трюком. Но как по мне, излишнее благородство не уместно, когда против тебя играют подлецы и предатели.

Что ж, «кодекс чести» дядюшки и его слепая вера в союзников обернулась вероломством и прорывом чудовищ.

– Твои методы мне ближе. Пойдем! – я ступила на Тропу и начертила руну-приглашение.

Магический барьер полыхнул серебром, принимая дракона в свои объятия и позволяя ему пройти дорогой, доступной лишь членам императорской семьи. Пока я рядом, Габриэль сможет свободно перемещаться туннелями. Но мне придётся сопровождать его, иначе руна перестанет действовать.

Впрочем, приблизиться к эскарцу не боялась. Наоборот, хотела проверить работу ожерелья, когда оно красовалось на моей шее, а не пряталось в кольце-хранилище. Да и генерал не стал бы мной рисковать. Если предложил этот план, значит ни в чём не сомневался.

Единственное, чего следовало опасаться в туннеле – случайной встречи с императором или Хайдэном. Вовлекать принца в эту авантюру не собиралась, поэтому передвигались быстро и молча, прислушиваюсь к каждому шороху. Но кроме доносящихся из комнат голосов слуг и гостей ничего не привлекало внимания.

– Этот коридор ведёт в Мужское крыло, – пояснила, когда добрались до нужной арки, – чтобы попасть в твою комнату нужно пройти по нему до конца и свернуть налево.

– Апартаменты Вэйна находятся на третьем этаже, прямо над моими, – немного подумав, ответил Габриэль. – Седьмая дверь слева, если считать от главного входа в крыло.

– Тогда нам сюда, –прикинув маршрут, направилась в лестнице.

Комнату эскарца нашли с первого раза. Я почувствовала бы её и без подсказок Габриэля. Стоило только приблизиться, как бабушкино ожерелье будто сошло с ума, во всю сигнализируя об опасности.

– Колье раскалилось, – прошептала, едва сдержав торжество, – оно чувствует Вэйна.

Вернее, принадлежащий ему артефакт. А если Слёзы находятся в спальне принца, выходит, что он и является виновником прорыва.

– Прекрасно, – оживился дракон, – Анариэль, следи за туннелем и прислушивайся к сигналам колье, – добавил, сплетая из собственной тени первый маячок, – кажется, я знаю, как нам доказать, что именно Вэйн управлял Слезами Земли во время прорыва.

Очень хотелось узнать подробности, но отвлекать Габриэля не стала. Чем дольше мы находимся в туннелях, тем выше риск обнаружения. И речь не о Хайдэне. Раз уж я так хорошо чувствую амулет Вэйна, лучше поторопиться и не испытывать древние щиты на прочность.

Ведь и Каура может что-то почуять, несмотря на защиту Тропы.

Убедившись, что к нам никто не пытается подкрасться, вновь перевела взгляд на дракона. Он говорил, что хочет подкинуть в тень эскарца несколько следилок, и я наивно подумала про обычных магических шпионов. Но то, что сплетал Габриэль, оказалось намного сложнее и опаснее.

В глаза сразу же бросилась сложная вязь сканирующих рун. Я впервые видела подобное плетение. Оно явно нацелено на долгую слежку. Более того, могло самостоятельно уходить вглубь тени, скрываясь от проверки ауры, и подниматься, реагируя на нужные всполохи магии.

Похоже Габриэль хотел засечь момент, когда Вэйн вновь попробует использовать Слезу.

Колечко потеплело, подтверждая догадки. Ой, ну какая же я молодец!

Внимательно прислушалась, не идёт ли к нам кто, а затем сосредоточилась на колье. Оно по-прежнему горело из-за близости Вэйна и, не удержавшись, я подошла к стене. Хайдэн показывал, как найти глазки-невидимки, крохотные окошки, незаметные из комнаты, но позволяющие прослушивать разговоры гостей и наблюдать за ними.

–  Можно? – прошептала едва слышно, когда Габриэль покончил с первым маячком.

– Подожди немного, – дракон подошёл ближе, осторожно сканируя комнату, – Вэйн сейчас в спальне, слишком близко к нам. Если откроешь окно, нарушишь целостность защиты, и он может почуять Сердце.

Об этом я не подумала...

– Но окна нужны мне, чтобы подкинуть следилку, – продолжил Габриэль, – скажи, как их активировать и отойди к лестнице.  

В точности исполнив приказ, принялась ждать, попутно наблюдая за тоннелями. На всё ушло минут пять, но едва закончив четвертое заклинание, дракон тенью скользнул ко мне.

– Одолжишь каплю магии Сердца? – попросил, протянув мне мерцающее серебром плетение. – Тебе достаточно коснуться ожерелья, а после моего аркана. Это позволит  почувствовать момент, когда Вэйн обратится к Слезе задолго до самого прорыва.

– И как часто он может использовать этот амулет? – уточнила, сплетая свою Силу с энергией драконьего аркана.

– Судя по увиденному мною, не часто, – ответил генерал, – Вэйн балансирует на грани тяжелого выгорания, да и откат от использования артефакта разрушает его тело. 

– Почему тогда я ничего подобного не чувствую? – удивилась. 

– Слеза проклята. После того, как Дерек Каура нарушил клятву, данную Богам, и попытался использовать амулет в личных целях, магия артефакта извратилась, – пояснил Габриэль, – когда его впервые использовали, чтобы натравить тварей на других драконов, амулет досуха выпил хозяина и лишил его защиты от чудовищ. 

– Монстры сожрали Дерека, а вместе с ним и саму Слезу, – кивнула, – я слышала об этом.

– Не знаю, как Вэйн сумел достать амулет из Мёртвого отражения, но проклятие, судя по всему, никуда не делось, только ослабло со временем, – продолжил генерал, – к счастью, артефакт тоже потерял большую часть Силы. Твари, которых сегодня призвал Вэйн, были очень слабыми и брали лишь численностью. Но об этом поговорим позже, – добавил он, едва я закончила с плетением, – подожди немного.

Генерал вернулся через минуту, и мы тут же направились обратно. Но по дороге я всё же задала терзавший меня вопрос.

– Габриэль, а раны на его теле нельзя использовать как доказательство применения Слезы?

– Нет, ожоги и язвы легко списать на тварей, их ядовитая слюна оставляет похожие следы, – ответил дракон, – если бы не сочетание нескольких факторов, я бы и сам не заподозрил неладное. Нам нужны весомые доказательства, а их можно получить лишь с помощью следилок. 

– А что потом? – спросила.– Что будем делать с Вэйном, если догадки подтвердятся? Мы же не можем просто выслать его как Боунза! 

Какой бы поганью не был Сэдди, его проделки не тянули на казнь, а вот эскарец нагрешил уже на пять смертных приговоров. Только Габриэль не спешил отвечать и обратно мы шли молча.

– Если бросим его в казематы, начнётся война… – произнесла, когда добрались до комнаты и я закрыла двери, ведущие в потайной тоннель.

– Анариэль, таких как Вэйн не судят, их убивают, – нехотя ответил Габриэль, – но для начала необходимо собрать неопровержимые доказательства его связи с прорывами и забрать Слезу. 

– И артефакт нужно уничтожить…

– Не совсем, – уклончиво ответил дракон, – учитывая, что Слеза напрямую связана с главным магическим источником Сумеречной империи, с её помощью можно избежать войны и принудить Эскар подписать вечный мирный договор. 

– Мирный договор? –  удивилась. – Но как?!

На лицо Габриэля легла тень. Он не хотел отвечать, и в груди неприятно кольнуло. Мне не нравилось, что между нами вновь возникает стена недомолвок.

– Цена… будет жестокой и кровавой, – вздохнул дракон, – уверена, что хочешь знать подробности?

– Ты видел меня в бою. Неужели считаешь, что меня легко напугать? – бросила с вызовом.

– Убивать чудовищ и людей – не одно и тоже, – возразил Габриэль, – ты сражалась за жизнь. Свою и других гостей, а здесь речь о запланированном устранении врага.

– Я хочу всё знать, – ответила, уже мягче.

Похоже, дело не в недоверии, он просто заботится обо мне и переживает, что сочту методы… чрезмерными и отвернусь от него.

– Вэйна сложно назвать человеком. Тот, кто осознанно призвал монстров убивать безоружных магов,  может именоваться лишь тварью, – добавила.

– Кажется, от Арэя ты унаследовала не только редкий Дар и Сердце Земли, но и стальной характер, – усмехнулся Габриэль, – если вкратце, твой амулет черпает магию из Сил природы и Священных рощ. А Слеза выпивает главный магический источник Эскара и личные резервы хозяина. Разорвать связь между артефактом и источником невозможно, и я хочу воспользоваться этой уязвимостью, привязав Слезу к корням главного Дерева Жизни в Итуваре. Тогда шаманы империи смогут контролировать Сумеречный источник и эскарцы окажутся в весьма щекотливом положении.

Ну и ну! Вот это размах! 

Уязвимость? Мягко сказано! Если план Габриэля удастся, Эскар окажется на грани полного уничтожения и будет всецело зависеть от милости империи.

– Конечно, можно просто опустошить вражеский источник, но тогда все сумеречные погибнут, – продолжил генерал, – а несмотря на то, что к нам чаще всего наведываются диверсанты и шпионы, в Эскаре немало и порядочных драконов. Я не хочу, чтобы пострадали невиновные. Зато ультиматум с помощью источника – прекрасный шанс заключить вечный мир и скрепить его кровью владыки и Совета.

– Такой договор будет действительным даже спустя тысячелетия, – задумчиво произнесла, – никто не сможет нарушить его.

– Конечно останутся мелкие бунтовщики-полукровки и летучие отряды наёмников, но это мелочи в сравнении с полномасштабной войной, – продолжил Габриэль.

– Я буду молиться Великим духам, чтобы у тебя всё получилось! – с чувством воскликнула.

Дядюшка вряд ли одобрит подобную жестокость, но если я верно поняла настрой генерала, императора посвятят в детали, когда Слеза уже окажется под корнями Дерева Жизни, а Вэйн Каура отправится на встречу с праотцами.

– Скорее всего, ближайшие пару дней старший принц заляжет на дно и будет восстанавливать Силы, – продолжил Габриэль, – завтра утром гости возвращаются в столицу, императорскую охоту отменили…

– Логично, хватило и сегодняшней охоты на чудовищ, – вздохнула.

– Дату следующего бала пока не определили. Думаю, он состоится через пять-семь дней в главной императорской резиденции, – добавил генерал, – она построена на древнем месте Силы и купол там весьма надёжный. Вэйн не дурак и должен понимать, что во дворце ему ничего не светит, а значит…

– Он попытается устранить меня и уничтожить Сердце до бала, – поежилась.

– Анариэль, – генерал в миг оказался рядом, порывисто обнимая меня за плечи, – даже не думай об этом! Клянусь честью, что никому не позволю навредить тебе!

– Знаю, – улыбнулась.

Раньше я бы отмахнулась и заявила, что способна сама постоять за себя и не собираюсь покорно ждать, пока сумеречная сволочь осуществит задуманное. Но для благородного воина честь превыше всего, и эта клятва очень много значила для генерала. Я невольно поймала себя на мысли, что мне приятна его забота и защита.

Впервые не хотелось убегать и доказывать свою самостоятельность. Габриэль не давил на меня, не пытался решить всё в одиночку и высоко оценивал мою помощь. Это подкупало.

В моей жизни было много тех, кто дарил дорогие подарки, надеясь заручиться расположением племянницы императора. И слишком мало тех, кто готов принять меня настоящую.

– Скоро ночь Небесных покровителей, – продолжила, вспомнив о главном празднике Новых Богов, – Лаура хочет получить благословение для себя и малыша. В это время в храме будет только императорская чета, но затем начнётся шествие Великих…

– В котором смогут принять участие лишь члены императорской семьи и их избранники, – подхватил Габриэль, – пары войдут в храм по очереди, и Вэйн точно не упустит такую возможность. Я тоже думаю, что он нападёт именно во время торжества.

– Грегори начнёт настаивать, чтобы я продолжила политический спектакль и появилась там с золотым владыкой, – вздохнула.

– Это я беру на себя, – решительно заявил дракон.

Я видела, что он ревновал, хоть и старался держать себя в руках.

– Габриэль, не переживай. С Луиджи проблем не возникнет, он и сам не рад этому браку, – пояснила, накрыв ладонь дракона своей. – Мы говорили утром, и золотой император предложил познакомить Хайдэна со своей внучкой…

– Марион, та ещё юла, – генерал мгновенно оттаял и понимающе усмехнулся, – я помню её. Во время моего прошлого визита в Золотую империю она испытывала в саду заклинание призыва дождя и случайно пролила воду из пруда на головы гостям.

– Да они же созданы друг для друга! Их брак благословят даже на небесах! – прыснула от смеха. – Просто идеальная пара!

 – Главное, чтобы наши империи выстояли и советники не отправились на тот свет от радости за будущую венценосную чету, – подмигнул мне Габриэль, – слышал, что Круг магов тайно молится Великим духам и жжёт свечи, чтобы у императрицы родилась дочь, а не второй сын.

– Наивные! Девочки тоже бывают ходячей катастрофой. Магов ждёт большой сюрприз в лице невесты принца, – рассмеялась, – но давай вернёмся к ночи Небесных покровителей. Она наступит через четыре дня и, по идее, Вэйн успеет восстановить силы.

– За это время нам нужно усилить Купол и мне понадобится твоя помощь, – продолжил Габриэль, – с обычной защитой я справлюсь, но Священные деревья…

– С радостью помогу! – заверила его. – Но если охоту отменили и завтра все возвращаются в столицу, как мы продолжим следить за Вэйном? Тропа делает следилки невидимыми только на территории резиденции…

– Об этом не волнуйся, я использовал редкие и необычные маячки, – заверил генерал, – их невозможно обнаружить, но очень сложно незаметно вживить в ауру жертвы. Поэтому мне и нужна была Тропа.

– Кстати, откуда ты так много знаешь о древних реликвиях? Особенно, о Сердце Земли? – спросила.

– У меня были хорошие учителя, – усмехнулся Габриэль, – а внук ювелира, создавшего колье для Лауренсии – мой близкий друг. А теперь предлагаю забыть о делах и наконец-то поговорить о нас.