Глава 17

Через шесть часов я уже сидел во дворце императора — вымытый, одетый и снова похожий на человека, а не на актёра погорелого театра.

Что ни говори, а тайная канцелярия способна творить чудеса. Меня и вправду доставили в столицу частным самолётом. На борту были и напитки, и еда, и классический тёмно-синий костюм-тройка. Даже ботинки моего размера имелись.

А уж когда плешивый и юнец поняли, кто перед ними, так упали в ноженьки, слёзно вымаливая прощение. Я не стал карать дураков и с гордо поднятой головой отбыл. И вот теперь сижу в мягком кресле да гляжу в окно небольшого кабинета со светло-жёлтыми обоями.

Казалось, прошла целая вечность с момента, когда Черныш перенёс меня в мир демонов. Но на самом деле минуло всего часов девять. Даже день не успел закончиться, хотя и подходил к своему завершению.

В окно стучался поздний вечер. И, судя по всему, бушевавшая утром буря закончилась не так давно. Сад всё ещё шуршал мокрыми листьями, а лужи отражали свет фонарей. Слегка пахло озоном и травой.

— М-да, неуютная погода, — пробормотал я и потёр ноющее колено.

Приключения в мире демонов оставили и другие мелкие неудобства, вроде перманентного вкуса крови во рту. Однако были и положительные моменты. Мой дар перескочил на восемьдесят второй уровень. Красота!

Улыбнувшись, я вытащил из кармана телефон, реквизированный у плешивого служивого. Мне он понадобился для того, чтобы украдкой сделать фотографии артефактов и документов, добытых в кабинете лорда клана Каас. Я же свою сумку с добычей передал, когда явился во дворец. Теперь местные профессионалы будут исследовать мои трофеи.

— Авось они быстро все поймут, — понадеялся я и по памяти набрал номер телефона Павла.

Тот ответил не сразу, а когда всё же удосужился, голос его прозвучал взволнованно:

— Алло!

— Что у вас опять случилось? — мрачно поинтересовался я, глядя на настольную лампу в углу на тумбочке. Та боролась с густым сумраком, царящим в кабинете.

— Деда, это ты⁈ А почему звонишь с неизвестного номера? Где твой телефон? Я три раза звонил тебе на мобильник, но ты не ответил. Ты когда приедешь? Тут у нас в загородном доме кое-что стряслось. Мы с Вячеславом привезли сюда наших слуг, включая дворецкого Петра. Так он пошёл осматривать владения и наткнулся на вольер с животными. А там был волк. Он его и укусил.

— А зачем Пётр его укусил? Он действовал на упреждение? — усмехнулся я, почувствовав облегчение.

Дом цел, внуки вроде тоже.

— Деда! Да это волк его укусил! — жарко выдохнул пухляш, не уловив моей иронии.

— Угомонись. Чего ты так кричишь? Вы же оказали Петру помощь? Или ждёте, когда он станет оборотнем? Я вас разочарую, опыт мне подсказывает, что он станет трупом, а не оборотнем, ежели ему не оказать медицинскую помощь.

— Мы дали ему зелье здоровья. Рана затянулась. Но Вячеслав всё же повёз его в больницу.

— Волка бы тоже было бы неплохо свозить к ветеринару. Вдруг он что-то подцепил от дворецкого? Пётр вроде с виду ангелочек, но у таких обычно в шкафу находят труп проститутки.

— Какой ветеринар? Мы с Вячеславом решили передать всех животных в зоопарк. Там им явно будет лучше, чем в вольере. А ты когда приедешь? Ты вообще где? У Владлены Велимировны?

— Нет. Через пару часов буду. Всё, пока, — буркнул я, вспомнив эту несносную красотку.

Чем она сейчас занимается? Одна ли или с бывшим мужем?

Мелькнула мысль позвонить ей, но я тут же отмёл её и сунул телефон в карман. Поднял взгляд и увидел, как бесшумно открывается дверь. В кабинет вошёл император, облачённый в обычный спортивный костюм.

— Вечерняя тренировка у меня была, — буркнул он, тронув пальцами кавалерийские усы, так же побитые сединой, как и бакенбарды, и русые волосы. — Рассказывайте, Игнатий Николаевич, что на этот раз произошло. Мои помощники ничего мне не сообщили, говорят, вы отказываетесь им что-либо сообщать, только дали сумку, набитую документами на демонском языке и непонятными артефактами. Где вы их добыли?

— У демонов, — вздохнул я, закинув ногу на ногу. — А началось всё, когда я сидел дома, как обычно молился о вашем здоровье и благе империи, как вдруг открылся… ну-у-у… портал, наверное. Из него вышел демон, хвать меня и в свой мир. И там я, конечно, показал, что имперского мага так хватать нельзя: кого убил, кого покалечил. Лорда местного зарезал. У него и артефакты с документами умыкнул, а потом через Лабиринт вернулся в наш мир. В общем, неплохо расслабился.

Железный Пётр замер возле шкафа, нахмурив брови. Его глаза сузились в две щёлки, а изо рта вылетел холодный вопрос:

— Вы пьяны? Предлагаете мне поверить в такую… несуразицу? Вы хоть представляете, насколько нелепо всё это звучит?

— Иного рассказа у меня нет, Ваше Императорское Величество, — посерьёзнел я, подавшись к государю.

— На кой шут вы сдались демонам, Зверев? Откуда у них такая магия, открывающая межмировые порталы? Я сроду ни о чём подобном не слышал, хотя множество моих учёных изучают демонов и всё с ними связанное, — почти прорычал Пётр, недоверчиво зыркая на меня.

Он резко открыл дверцу шкафа, а там оказался мини-бар.

— А разве не я остриё борьбы с демонами? Мне удаётся то, что остальные не могут сделать месяцами. Логично, что демоны решили устранить меня. До вас-то им не добраться.

Император, стоя ко мне спиной, налил себе коньяка, подумал и спросил:

— Будете что-нибудь?

— Мне бы самогоночки, но боюсь, вы такого не держите.

— Отчего же? Имеется и такое. Шестьдесят градусов, — удивил меня Железный Пётр. — Налить?

— Ежели можно.

Император собственноручно набулькал мне рюмку и поставил её на столе, присовокупив несколько долек лимона. Сочетание было оригинальным.

— За процветание империи, — поднял бокал с коньяком государь.

— За процветание империи, — повторил я, глядя на Петра, сидящего в кресле по ту сторону журнального столика из натурального ореха.

Мы чокнулись и выпили. Шестьдесят градусов прокатились по пищеводу как огонь. Я торопливо сунул в рот дольку лимона и скривился.

— А вот теперь, Игнатий Николаевич, рассказывайте. Рассказывайте всё без утайки, так, чтобы я поверил. И глядите мне в глаза, — хмуро изрёк император, поймав мой взгляд.

И я опять ощутил себя как в кабинете дознавателя. Такое происходило чуть ли не каждый раз, когда мне доводилось беседовать с правителем. Но оно и понятно. Мои приключения и вправду так его шокировали, что хрен поверишь.

Однако на сей раз у меня имелись доказательства: документы, артефакты, демонская одежда и выход из Лабиринта в Омске. И вот напирая на них, я поведал императору о своём вояже в мир демонов. Взгляд не отводил и врал очень убедительно. У меня же за спиной два брака и жизнь ведьмака.

Государь, в свою очередь, не спускал с меня цепкого взора, постоянно переспрашивал и задавал вопросы как настоящий следователь. Если он почувствует ложь, то мне несдобровать. У меня от напряжения даже во рту сухо стало.

Выслушав мой рассказ, правитель откинулся на спинку кресла и принялся потирать подбородок.

— Вроде вы действительно побывали у демонов, — спустя короткую паузу сказал он, щуря голубые колючие глаза. — Но я не могу понять, как вы сумели выбраться из того мира.

— Ваше Императорское Величество, в кабинете на стене висела карта с проходами, ведущими в Лабиринт. Несколько оказались прямо в тех горах, где находился замок.

— Как же вы поняли, какой ведёт в ту локацию, через которую можно попасть в наш мир? — снова подозрительно уставился на меня Железный Пётр. — Неужели вы умеете читать на языке демонов?

— Пфф, откуда? — развёл я руками. — В школе учил английский. Но некоторые демоны знают русский. Лорд как раз говорил на нём. Вот он-то под пытками и перевёл мне надписи на карте. Вот только о грядущих атаках на империю так ничего и не рассказал. Подоспела его охрана. А дальше вы уже знаете… Я схватил документы с его стола, выбрался в окно, а потом в горы и до прохода, ведущего в Лабиринт.

— Нет, это безумие какое-то, — потряс головой правитель, переведя взгляд на свои ладони, изрезанные морщинами. — Тяжело в такое поверить, хотя надо признать, теперь всё звучит логичнее.

Я смолчал, чувствуя, что почти убедил правителя, хотя это и было нелегко. Аж подмышки вспотели.

Меж тем государь взял бокал. И мы выпили, а потом ещё и ещё…

Наконец Пётр сказал, раскрасневшись от алкоголя:

— Что же это выходит? Беречь теперь тебя надо, Игнатий, как зеницу ока? А если в твою спальню через портал проникнет убийца? Телохранители тебе нужны. А то и вовсе во дворце тебя запереть надо.

— Ваше Императорское Величество, я птица вольная, телохранители мне только мешать будут. Без них я принесу больше пользы отечеству.

— Смелый ты дворянин, Игнатий, — сверкнул почти трезвыми глазами император, который пил коньяк как чай. — И уже столько пользы принёс стране. Награжу-ка я тебя орденом «Хранитель империи» третьей степени. Ну и, конечно, денежная награда тебя ждёт, и очки рейтинга. А может, и баронство. Смотря что в тех демонских документах. Может, там сказано, какие у клана Каас планы в отношении моего государства. А ведь я тебе за эти сведения посулил титул, земли и особняк. Только ты это… нос-то не задирай и держи ухо востро. Опасайся не только демонов, но и дворян из числа завистников. Аристократы не любят такие взлёты.

Ого, новые награды. Эх, как тяжела же моя жизнь! Особняки так и сыплются со всех сторон, а ведь каждый надо обустроить. Прежде-то жизнь у Зверева была простая и незатейливая. Почти святая. Раньше в его ценовом диапазоне был разве что подвал с крысами, а сейчас я в его теле не знаю, куда и деньги девать. Уже во все носки насовал и под матрас, а ещё осталось. Гы-гы.

Но, как говорится, не в деньгах счастье.

— Благодарю, Ваше Императорское Величество, за всё благодарю. И простите за дерзость, но, возможно, вы дадите мне доступ к отчёту тех людей, которые будут изучать артефакты демонов, — произнёс я, подумав, что потом передам эти сведения в башню ведьмаков.

Хотя, конечно, ещё бы передать и сами артефакты, но боюсь, не выйдет. Государь, конечно, не повелит вернуть их мне. Но я знал на что шёл, когда отдавал артефакты. А причина проста — мне не хотелось самому изучать их. Ведь тот артефакт, из которого выбрался Черныш, отучил меня связываться с малопонятными магическими штуками.

Да и вообще, не стоит расстраиваться из-за потери этих артефактов. Ежели надо будет, я добуду такие же.

Пока же Пётр согласно кивнул и достал курительную трубку. Принялся набивать её табаком из кисета с вышитым гербом империи.

Государь вроде бы перестал подозревать меня в чём-то поганом. Однако взгляд его всё ещё был въедливым, подозрительным. Ровно таким же, каким и был в самом начале нашей беседы. И кажется, он уже тогда принял какое-то решение в отношении моей скромной персоны. Скорее всего, я знаю, что он хочет сделать. На его месте я бы поступил так же. Удивительно, что он не сделал этого ещё по итогам нашего предыдущего разговора.

Царское Село, Императорский дворец

Зверев ушёл в сопровождении слуги, уже порядком набравшись. Ещё бы! Он выпил почти полбутылки самогонки! Но шаг его был всё ещё твёрд.

Император остался один. Он сидел, мрачно хмуря брови, будто обдумывал всё, сказанное Зверевым.

Но уже через несколько ударов сердца в дверь кто-то постучался, почти поскрёбся.

— Входи, — разрешил государь, словно точно знал, кто стоит за дверью.

В кабинет проник невысокий мужчина лет сорока с мышиного цвета волосами и невыразительным лицом. Глаза тусклые, «рыбьи». Нос средний, лоб тоже. Да и весь он был каким-то средним, будто подобных ему штамповали на заводе. Даже его костюм оказался серым и невзрачным, хотя это был сам князь Вяземский, глава тайной канцелярии.

— Как прошёл разговор со Зверевым? — безэмоционально прошелестел князь и уселся в кресло, где прежде восседал Игнатий.

— Плодотворно. Вроде бы он не врёт, но кажется, недоговаривает.

— Думаете, он ненадёжен? Способен предать?

— Вряд ли. Все его поступки говорят об обратном. Меня больше настораживает, что он, грубо говоря, возник из ниоткуда, да в самый подходящий момент, будто бог решил прислать империи защитника. Зверев больше других знает о демонах, режет их как поросят для пира. А они отвечают ему такой же «любовью». Складывается впечатление, что империя, ты, я… да все мы лишь фон для их войны, как второстепенные персонажи в романе.

Император замолчал. Князь тоже ничего не говорил. Только шелестели листья за окном да об карниз разбивались капли, срывающиеся с крыши.

— Установи за ним слежку, но такую, чтобы он не заметил, — наконец проговорил государь, хмуро посмотрев на Вяземского. — И сделай так, чтобы соглядатаи думали, будто выполняют приказ князя Корчинского. Зверев не должен знать, что это я подослал их. Не стоит с ним портить отношения. Он слишком важен для империи.

— Хорошо, сделаю, — кивнул князь и позволил себе тонкую улыбку. — А когда надобность в Звереве отпадёт, что тогда?

— Сам знаешь, — решительно блеснул глазами государь. — Империя превыше всего! И если Зверев хранит тайны, способные помочь стране, мы обязаны их вызнать.

Северная Пальмира

Из Царского Села меня, конечно, отправили домой не своим ходом, а посадили во внедорожник. И сейчас он нёсся по влажному шоссе, шелестя покрышками и рыча мотором. Мимо мелькали столбы, а с небес светила луна.

Вскоре показался Невский проспект. Тут-то я и попросил водителя остановить автомобиль. Он приказ выполнил.

Поблагодарив его, неспешно выбрался из внедорожника и медленно двинулся по тротуару, поблескивающему лужами. Из кабаков и баров неслись весёлые вопли, а по дороге шатались хохочущие пьяные компании.

Не обращая на них внимания, я по памяти набрал номер полковника Барсова.

— Алло, слушаю, — вылетел из трубки его хриплый, слегка растерянный голос.

— Неужто вы спите? — изумился я, громко втянув влажный, прохладный воздух, едва уловимо пахнущий пивом.

— Игнатий? Ага, спал.

— Что же это вы? Раньше за вами не водилось такой привычки.

— Да вот один раз попробовал. И сразу понравилось. Подсел, знаете ли. А вы в связи с чем звоните? Случилось что-то?

— Ага, надо бы встретиться. Прямо сейчас.

Полковник тяжело вздохнул, мысленно попрощался со сном и согласился.

Я назвал ему адрес и отступил к ближайшему дому во мрак, царящий под жестяным козырьком, роняющим капли. И чтобы не тратить время впустую, принялся листать на телефоне фотографии демонских документов.

Лёгкое опьянение не мешало мне разбирать слова и складывать их в предложения. Правда читал я всё равно не особо быстро. Приходилось прилагать усилия. Но зато четвёртая по счёту фотография заставила меня удивлённо охнуть… Аж брови изумленно выгнулись, а рот приоткрылся.

Вот только уже через миг меня отвлекли, причём довольно грубо.

— Эй, дядя, закурить не найдётся? — с кривой усмешкой выдал один из трёх парней, взявших меня в полукольцо, чтобы я не сбежал.

Все трое здоровые, наглые, нажористые, с весёлыми, красными от алкоголя рожами. Глаза хмельно блестели, а широкие плечи едва не рвали кожаные куртки с металлическими шипами. В них всё выдавало идиотов, решивших поразвлечься после бара. Алкоголь будоражил им кровь и шептал, что они бессмертные, но не настолько, чтобы связываться с такими же отморозками. А вот одинокий дедушка, по виду сущий ангел, — самое то в качестве жертвы, не способной дать сдачи. Вряд ли же сейчас во мне можно было заподозрить дворянина, хотя одежда на мне красовалась вполне приличная.