Глава 23

Барон Крылов встретил меня хитрым взглядом мелких зенок, прячущихся в набрякших веках. Провёл пальцем по седым кавалерийским усам и попытался выпятить грудь, скрытую костюмом, напоминающим черно-алый мундир с золотыми гербовыми пуговицами.

— Добрый вечер, барон, — вежливо произнёс я и покосился на француза, которого под руку держала грудастая блондинка. — Де Тур, прелестная сударыня, позвольте представить вам мою обворожительную спутницу Марию Львовну.

— Мы знакомы, — улыбнулась блондинка, но в её улыбке было столько же тепла, сколько в проруби.

— Да я тоже знаком с несравненной Марией, — пробасил Крылов и облобызал протянутую ручку байкерши.

Де Тур, возможно, тоже поцеловал бы лапку девушки, но после слюнявых губ барона не стал этого делать. Он просто кивнул и представился.

После этого я, как водится в светских кругах, рассыпался в комплиментах, нахваливая бал и особняк барона так, словно бывал только в бедняцких лачугах, да ещё засранных шалашах.

Крылов буднично принял мою похвалу и завёл разговор о том, что произошло на ток-шоу.

— Признаться, дамы и господа, возможно, целью преступника был я. Мои помощники напомнили, что я, будучи патриотом империи, как кость в горле у врагов нашей отчизны. Пусть я уже несколько лет как ушёл на покой, но всё же ещё имею влияние. Потому-то меня и хотели убить.

— Ох! — притворно ахнула блондинка и взволнованно глянула на барона, мрачно покивавшего щекастой головой.

На его красной физиономии крупными буквами было написано, что он, как и француз, хочет воспользоваться взрывной темой, дабы повысить свою узнаваемость. Ему нужны заголовки со словами «Барона Крылова пытались убить за его патриотическую позицию!» После такого можно и в политику податься.

Но на самом деле вряд ли он был целью взрыва. Кажется, всё же француз имеет большие шансы на эту незавидную должность.

— Повезло, что вы выжили, дорогой барон, — проникновенно произнесла Мария.

— Везение тут ни при чём. Дело в другом — меня, знаете ли, не так-то легко убить, — боевито вскинул он подбородок, стараясь не встречаться со мной взглядом.

Да-а, Крылов точно не хочет вспоминать, как трясущимися губами лопотал мне слова благодарности. А теперь он вон изображает из себя гордого воина, коему всё нипочём.

— Месье, вы не забыли о нашем пар-ри? — подал голос де Тур и со снисходительной улыбкой посмотрел на меня. — Отказаться уже не получится. И даже не думайте об этом! Вся импер-рия следит за этим спор-ром. Все жаждут поскор-рее узнать, кто из нас тр-роих — лучший охотник на монстр-ров Лабир-ринта.

— Поверьте, де Тур, граждане империи уже знают это, — многозначительно усмехнулся Крылов, расправив плечи.

— Я понял ваш намёк, барон. Спасибо, что верите в меня, — иронично выдал я, краем глаза заметив, как Мария подавила весёлый смешок. — А вы, дорогой де Тур, не забывайте, что у монстров нужно отрезать только головы, лапки не нужны. Они считаться не будут.

— Главное, чтобы вы не забывали об этом. Вы завтр-ра в полдень готовы идти в Лабир-ринт, месье Звер-рев? — сощурился француз, недружелюбно сверкнув глазами. — К сожалению, пр-ридется идти в пр-роход всего лишь шестого р-ранга, у вас ведь небольшой ур-ровень.

По губам де Тура скользнула презрительная улыбка. И примерно такая же возникла на лице блондинки.

— Де Тур, зато в проходе шестого ранга вас точно никто не убьёт. Не убьёт же? — с деланным сомнением посмотрел я на дворянина.

Тот сердито засопел, но не успел ответить. Инициативу перехватил барон Крылов, торопливо произнёсший:

— Полдень? Чудесное время. Могу на выбор предложить три прохода шестого ранга. Но самое большое количество монстров встречается в локации, в которую ведёт проход, что на улице имени Ломоносова.

Мы с французом переглянулись, и каждый из нас наверняка подумал, что барон неспроста сделал акцент именно на этом проходе. Что-то задумал?

— А какие есть ещё, месье? — обратился к нему де Тур.

— На Невском и возле Екатерининского парка.

Я, конечно, не спец по физиогномике, но будто бы барон меньше всего хотел идти в проход, что возле парка.

— Предлагаю сходить полюбоваться Екатерининским парком. Нынче стоят чудесные погоды, — усмехнулся я.

Француз подумал и кивнул, посмотрев на барона.

Тот остался в меньшинстве, так что буркнул:

— Хорошо. Я всё устрою.

— Отлично, — улыбнулся я. — Засим позвольте откланяться. Меня буквально манят вон те чудесные канапе.

Француз кисло улыбнулся. А я под ручку с Марией отправился грабить слугу с подносом, бросив напоследок незаметный взгляд на барона. Тот хоть и казался расстроенным, но в его глазах поблёскивали хищные искорки. Что-то задумал? Решил как-то объегорить меня в Лабиринте? Или у него какой-то другой план?

Между тем мы с Марией полакомились канапе, а потом выпили шампанского и потанцевали.

К слову, я даже в старом, поскрипывающем суставами теле умудрился показать класс. Конечно, сальто не крутил и Марию выше головы не подбрасывал, но выглядел значительно лучше большинства танцоров, чем заслужил их завистливые взгляды.

Одна из дам даже негодующе бросила своему довольно молодому кавалеру:

— Михаил, ты бы мог танцевать хотя бы вполовину так же хорошо, как Зверев? Он же уже старый, а даст тебе фору. Эх, лучше бы я пришла сюда с ним, а не с тобой!

Её спутник что-то неразборчиво промычал и бросил на меня яростный взгляд. Аж приятно на душе стало!

Я огляделся и случайно наткнулся взглядом на мрачную Велимировну. Возле неё крутился кавалер — моложавый рослый брюнет с крысиными усиками. Он с щенячьим обожанием смотрел на Владлену, буквально в рот ей заглядывал, и едва хвостом не мёл паркет. А та нехотя что-то бурчала, попивая шампанское.

— Вы знакомы? — заметила мой взгляд Мария.

— Ага, в Аду встречались.

— М-м-м, — промычала она и добавила: — Пойду припудрю носик.

Байкерша бросила на меня короткий взгляд и пошла к выходу из зала. Её стройная фигурка привлекала чуть ли не все мужские взгляды. Даже я, почти святой ведьмак, проводил Марию пристальным взором и облизнулся.

— Ого, ты с внучкой, — раздался позади меня ехидный голос Владлены, подкравшейся неслышно, как чума.

Наверняка декан знала, что у Игнатия нет внучки. Просто она так хотела уколоть меня, намекая на разницу в возрасте.

— Да, ты права. Мария явно чья-то внучка. Ты же знакома с тем, как размножаются люди? — иронично проговорил я, обернувшись. — А где твой пёсик?

— Отпустила мальчика погулять, пометить углы, — буркнула та, сверля меня тяжёлым взглядом, словно я чем-то обидел её, причём не в последние минуты, а гораздо раньше.

Надо бы разрядить ситуацию.

— Восхищен твоим нарядом. Ты как настоящая ведьма: сексуальная и опасная. Удивлён, что за окном нет крестьян с горящими факелами и хворостом для костра, — ласково пропел я, поправив бороду.

— Льстец, — фыркнула брюнетка, против воли расплывшись в улыбке.

Впрочем, её улыбка стала натянутой и слегка напряжённой, когда из-за группы гостей вышел Грулев. Он с кривой усмешкой на губах направился прямо к нам.

— Владлена Велимировна, вы как всегда восхитительны, — сухо бросил он ей и перевёл на меня взгляд, загоревшийся мстительным огнём.

— Грулев, не надо говорить, что я восхитителен. Мне и так это известно, — одарил я его саркастичной улыбкой. — И давайте сразу к цели вашего визита. Какая гадость взбрела в вашу дурную голову?

Тот рассерженно всхрапнул, сверкнув глазами.

— Вы оскорбили меня, Зверев!

— Так быстро? Повезло, повезло. Но вы ведь сюда за тем и пришли, чтобы я вас оскорбил. Хотите устроить скандал? Так давайте, начинайте — только без прелюдий, у меня мало времени. Считайте, что я вас уже достаточно оскорбил. Поэтому не ведите себя, как гопник, усиленно думающий, к чему бы придраться. Вы же по какому-то недосмотру Господа всё же аристократ.

— Вы несёте какую-то чушь, пытаясь опорочить меня, — процедил тот, наливаясь краской гнева.

Однако в его глазах вкупе с разгорающейся яростью сверкало и удивление. Он не ожидал от меня такого поведения, думал, что ему и вправду придётся найти какой-то надуманный повод для конфликта. И уж тем более взяточник не ожидал, что я так легко выведу его на чистую воду.

Он даже слегка сдал назад, но затем сглотнул и прошипел, гневно раздувая крылья носа:

— В тот раз, Зверев, на крыльце института вам просто повезло, вы застали меня врасплох, а сейчас всё будет иначе. Вы хотели дуэли? Так получите её! Вы же не балабол, Зверев, не станете искать трусливые отговорки? Или попробуете избежать поединка, как грязный простолюдин? Ох, тогда высший свет будет смотреть на вас, как на шелудивого пса.

Его губы исказила злая усмешка, а глаза сощурились. Взгляд же скользнул мне за спину, где раздались шаги и тяжёлое, одышливое дыхание.

— Господа, что тут происходит? — хмуро произнёс подошедший барон Крылов, шумно сглотнув слюну. — Какие-то неприятности?

— У нас со Зверевым есть одно нерешённое дело. И я хочу попросить вас выделить нам укромный уголок, чтобы мы его уладили. Понимаете, о чём я, ваше благородие? — многозначительно процедил Грулев, яростно косясь на мою насмешливую физиономию.

— Дуэль… — почти прошептал барон, вскинув седые брови. — Господа, господа, давайте обойдёмся без этого! Позвольте, я вас примирю. Владлена Велимировна, ну хоть вы побудьте голосом разума!

— Нет, — отрезал взяточник, махнув широкой, как лопата, ладонью. — Никакого примирения не будет! Зверев уже много раз грязно оскорбил меня.

— Думаю, чуть больше, чем много, и не грязно, а очень грязно, — выдал я милую улыбочку.

Грулев побагровел ещё больше, а молчащая Велимировна дёрнула губами.

— Вот видите, он издевается надо мной! — прохрипел взяточник, глядя на барона.

А тот нахмурился и нехотя проронил:

— Господа, ежели вы желаете, то мы можем устроить дуэль в моём парке. Я, знаете ли, человек старой формации, поборник древних традиций, так что не вижу ничего предосудительного в том, чтобы два гордых аристократа с помощью магии защитили свою честь. Я всё устрою, и никто ничего не узнает. Мы отлучимся с бала всего на четверть часа. Гости даже не заметят нашего отсутствия.

— Устройте, господин барон, устройте! — выхаркнул Грулев и ожег меня взглядом. — Ну, Зверев, докажешь, что в тебе ещё осталось что-то от настоящего аристократа, или утрёшься хвостом, как пёс, и сбежишь?

— Игнатий, на пару слов, — внезапно схватила меня под руку Владлена, повернула спиной к дворянам и горячо прошептала на ухо, почти касаясь мочки пухлыми губами: — Зверев, не соглашайся — это ловушка.

— Да, я знаю. У Грулева есть какой-то козырь в рукаве, иначе бы он не осмелился бросить мне вызов. А Крылов ему помогает. Видимо, барон рассчитывает, что после сегодняшней дуэли я завтра буду не в форме. Для чего ему это? Так ведь завтра нам нужно идти в Лабиринт, где разрешится наше пари.

— Ох! — выдохнула декан и удивлённо выгнула брови, словно я раскрыл все тайны вселенной. — Как… как ты догадался? Ладно, шут с ним — «как». Но что ты теперь будешь делать?

— Соглашусь. Покажу, что им ничего не поможет, никакая ловушка, — хищно улыбнулся я и повернулся к дворянам, впившимся в меня пристальными взглядами. — Обожаю дуэли. Пойдёмте в парк.

Барон и Грулев чуть не обнялись от радости — так они переживали из-за того, что я мог отказаться!

А по моему телу пробежала дрожь предвкушения, как у адреналинового наркомана. Хотелось испытать себя, проверить в бою против Грулева. У него, конечно, и уровень выше, и какой-то трюк припасён, но я прошёл столько разнообразных дуэлей, что уже перестал их считать.

— За мной, господа! — энергично выдал Крылов и направился к выходу.

— Я с вами! — безапелляционно заявила декан.

Никто не стал возражать. А Грулев и вовсе плотоядным взглядом пробежался по фигурке Владлены, словно уже видел, как она отдаётся ему в кустах, сражённая наповал его умопомрачительной победой надо мной. Да и просто покрасоваться перед ней он тоже был не прочь, словно какой-то подросток со спермотоксикозом, играющий мышцами перед одноклассницами.

Я весело хмыкнул и пошёл за бароном, попутно заметив, как к Велимировне рванул её кавалер с крысиными усиками.

— Владлена, постой! Ты куда? — протараторил он, пытаясь взять аристократку за руку.

Та отдёрнула её и резко бросила ему, не сумев скрыть раздражения:

— Я скоро вернусь. Иди ещё потанцуй!

— Но…

— Никаких «но»! — отрезала она и ускорила шаг.

Мужчина проводил её обиженным щенячьим взглядом. Правда, его зенки ревниво сузились, стоило ему уставиться на меня, такого бело-седого и пушистого… в некоторых местах.

А я спокойно, с достоинством, вышел из зала следом за бароном. Он провёл нас через анфиладу комнат и вывел в парк.

Листья шумели, а брусчатые дорожки оказались влажными после дождя. Прохладный ветерок сразу облизал мои покрытые щетиной щёки и забрался под пиджак.

— Прошу, — указал рукой барон на памятник в конце дорожки, освещённой согнувшимися буквой «г» коваными фонарями.

Мы с Владленой двинулись туда, а Крылов с Грулевым чуть отстали.

— Я вот этой самой рукой ему позвоночник вырву, — возбуждённо прошептал взяточник. — Не подведу вас, барон.

— Тише ты, вдруг он услышит или Владлена, — шикнул на него Крылов.

Но Велимировна ничего не расслышала, погруженная в мрачные размышления.

Правда, она всё же вынырнула из них, когда мы подошли к хорошо освещённой площадке, обнесённой небольшим металлическим заборчиком. Рядом с ним на высоком постаменте возвышалась двухметровая мраморная статуя, уже успевшая покрыться трещинами. Она изображала мужчину в военной форме и с саблей, занесённой над головой.

— Какая безвкусица. И зачем она тут стоит? — прошептала декан себе под нос, скользнув взглядом по статуе.

— Может, когда-нибудь и узнаем, — тихо произнёс я.

— Зверев, у Грулева уровень от шестьдесят пятого до шестьдесят девятого. Точнее сказать не могу, — прошептала Владлена, покосившись на взяточника с бароном.

Крылов обвёл «ринг» рукой и с вдохновением прохрипел:

— Превосходное место для дуэли! Деревья скрывают нас от любопытных глаз, а расстояние такое, что в особняке никто ничего не услышит.

— Ага, здесь можно незаметно прикопать кое-кого между деревьев, чтобы трава лучше росла на следующий год, — насмешливо глянул я на Грулева, мудро следуя древней традиции — врага нужно взбесить, чтобы тот допускал ошибки.

— Это вас тут прикопают, Зверев, — процедил взяточник и дёргаными движениями стащил пиджак.

Показалась рубашка с тёмными потными пятнами под мышками. Пиджак он кинул на скамью. Я тоже снял свой и повесил на сук ближайшего дерева.

— Господа дуэлянты, биться будете до первой крови или тяжёлой раны? — спросил барон Крылов.

— Такие оскорбления, которые нанёс мне этот пёс, смываются только большой кровью. Бьёмся до тяжёлой раны! — выпалил Грулев и насмешливо посмотрел на меня. — Или струсил?

— Что вы все заладили: «струсил», «струсил»? Пытаетесь спроецировать на меня свой страх? Вы вон уже весь пропотели от ужаса. Ох, ну и несёт же от вас! А я ведь сперва думал, что слуги барона навоз разбросали под деревьями. И уж если вам так жаждется заполучить тяжёлую рану, то милости просим! Это я вам устрою!

— Вам… конец, — прохрипел взяточник, душимый ненавистью.

— Ещё одно условие: у участников дуэли не должно быть никаких артефактов, — вставила Владлена, щуря глаза.

— Естественно, — кивнул Крылов и добавил, глянув на нас с Грулевым: — Господа, дайте слово дворянина, что при вас нет артефактов.

Мы со взяточником поклялись, что не имеем таковых.

— Тогда пора начинать, — быстро произнёс барон и отошёл чуть в сторону вместе с Владленой, освободив площадку. — По моему сигналу: я опущу руку. Услышали, судари?

— Да, — в унисон ответили мы, встав метрах в пяти друг от друга, как того требовали правила магической дуэли.

Крылов резко опустил лапу, и всё завертелось.

Я мигом грохнулся на одно колено, предвосхищая атаку Грулева. Тот, как мне и мыслилось, швырнул в меня свою самую сильную магию — «феникса», открывающегося на шестидесятом уровне.

В лицо мне ударил страшный жар, а над головой с рёвом пронеслось подобие огненной птицы. Аж волосы на темечке затрещали, наполнив воздух характерным запахом. Но зато я без потери выносливости сумел избежать встречи с магическим атрибутом.

Вот из таких удачных микроэпизодов и складываются победы! Правда, сейчас до неё ещё было далеко.

Грулев зарычал и швырнул в меня второго «феникса», совсем не жалея выносливости. Пришлось выставить сразу два «воздушных щита». Огненная птица разрушила оба, но и сама пропала, успев пропалить в моей рубашке пару дыр на боку. Даже кожу защипало.

— Ох! — взволнованно воскликнула Владлена, понимая, что я провернул опасный трюк.

Такой финт ушами подвластен только опытным магам, понимающим, какая магическая атака какой урон способна нанести. Многие на моём месте использовали бы три «воздушных щита», что б уж наверняка. Но я-то старался экономить выносливость.

А вот Грулев будто не испытывал в ней недостатка, что наводило на всякие размышления.

Кажется, в этом и был его козырь… Что-то подпитывало его выносливостью. Но это точно не зелье. Оно в такой ситуации бесполезно, поскольку не способно дать какую-то сверхвыносливость. Зелье могло восполнить лишь потраченную.

Тогда Грулева подпитывает какой-то артефакт? Соврал, гад, или покривил душой, использовав размытые формулировки, когда клялся! Что-то такое у него точно есть. И это осложняет дело.

Если я сейчас заору, что у него артефакт, а того при нём не окажется, меня же на смех поднимет не только Крылов, но и пара ворон, пролетевших над кронами деревьев.