Глава 10

Первый, кого я встретила утром, был Ринтар. Он поджидал меня у дверей аудитории. Вид у гнома был слегка заспанный, а полосатый радужный шарф скрывал на шее подозрительный синяк, больше похожий на засос. Видимо, гном с приятелем хорошо отпраздновали победу.

— Здравствуй, дорогуша, — достаточно мелодично пропищал лаборант.

— И тебе не болеть!

— Тьфу, тьфу, тьфу, — гном смачно сплюнул через плечо.

Я прикусила губу, чтобы скрыть улыбку, но Ринтар все равно ее заметил и обиженно насупился.

— Прости, — покаянно произнесла я. — Я больше не буду.

Гном вновь просиял:

— Да ладно! С кем не бывает! Кстати, я принес, что просила, вот! — он протянул мне небольшой бумажный пакет, — Как и просили. Восемь штук.

— Да, но…

— Я добавил заклинание. Они начнут увеличиваться в размерах, как только вы достанете их из пакета. Жаль, что только ягодки…

Он выразительно посмотрел на мою грудь.

— О, спасибо! — сердечно поблагодарила я, забирая пакет. Гном кивнул, но остался стоять, преграждая мне путь.

— Ты ничего не хочешь узнать? — заговорщицки произнес он.

— Нет. А что? — я окончательно растерялась.

— Ну, например, кто вчера победил на состязании лучников, устроенном в твою честь, — подмигнул Ринтар. — Об этом гудит вся академия! Даже адепты!

Я мысленно застонала. Вот почему сегодня в Академии все провожали меня любопытными взглядами. Даже тролль-охранник и то приоткрыл глаза, с любопытством рассматривая меня. При мысли о том, что я еще минимум неделю буду главной сплетней Йоршадской академии, я чуть не застонала в голос.

— О, детка, это слава, — Ринтар закатил глаза. — Так тебе сказать, кто выиграл?

— Нет. Мне это не интересно, — отчеканила я. — К тому же этический кодекс академии запрещает отношения…

— Между преподавателями и учениками, да, — кивнул гном, — Но там ничего не сказано об отношениях между преподавателями. Уж поверь, я знаю, о чем говорю.

Он выразительно сдвинул шарф и потер засос на шее.

— Спасибо. Непременно приму это к сведению, — поблагодарила я и направилась в аудиторию. У самых дверей не выдержала и обернулась.

— Ринтар!

— Да?

— Кто победил? — в этот момент я презирала саму себя за любопытство.

— А он сам тебя найдет! — зловредно отозвался гном, исчезая за поворотом. Мне оставалось лишь покачать головой и войти в аудиторию. При виде меня адепты замолчали и достаточно быстро заняли свои места. Понятно. Тоже в курсе о вчерашних состязаниях.

— Доброе утро, — я обвела глазами курируемый курс.

Судя по выражению лиц, все уже знали о любовных признаниях и теперь ждали моей реакции. Я не стала разочаровывать. Широко улыбнувшись, прошла к кафедре, достала из папки стопку работ и попросила их раздать.

Оживление вкупе с разочарованием. Получив работу, адепты вчитывались в строки, написанные мной.

— Как вы видите, оценки нет. Вместо нее написана тема реферата, который вы должны мне сдать к концу месяца, он повлияет на вашу оценку, — я подняла руку, сдерживая недовольные возгласы. — Написание работы поможет вам восполнить пробелы в знаниях, а авторы лучших работ сразу получат зачет и допуск к экзамену!

— Вот это дело! — одобрительно воскликнул один из студентов, остальные его поддержали.

Молчала только “великолепная четверка” — именно так я назвала про себя компанию, восседавшую на последних рядах.

Они сидели, недоуменно переглядывались, наконец один из них поднял руку.

— Да? — я прервала объяснение.

— Простите, но мы не получили своих работ, — пробасил адепт.

Его друзья заухмылялись.

— А вы сдавали работы? — уточнила я.

— Да. Неужели вы их не прочли? — поинтересовался второй из четверки, тот самый, который предлагал мне свое покровительство.

— Я не поняла, что это работы… простите. Ну тогда вам вот это… — я улыбнулась и высыпала из пакета восемь зеленых горошин.

Гном не обманул. Они начали увеличиваться сразу, как только выпали, превращаясь в огромные полосатые зеленые шары.

— Подойдите все, — я подождала, пока все четверо выйдут к кафедре, после чего вручила каждому по листку с темой реферата и огромному гарбузу и обратилась к остальным. — Надеюсь, мне не стоит расшифровывать смысл происходящего? Приятного аппетита.

Последние слова потонули в хохоте. На Севере гарбуз считался сорной ягодой. И если девушка вручала его молодому человеку, о сватовстве не могло быть и речи. Я постучала по столу, призывая к порядку:

— А теперь, поскольку я отклонила столь лестные предложения и вынуждена сама зарабатывать себе на хлеб, мы продолжим.

Остаток лекции прошел в благопристойном молчании со стороны адептов.

К обеду моя шутка разошлась по всей академии, затмила состязание лучников, потому меня встречали дружелюбные улыбки и теплые взгляды как преподавателей, так и самих адептов.

— Традиции Севера! Кто их чтит — сам северянин, даже если родился на юге, — фыркнула Эль, когда я поинтересовалась с чего вдруг все вокруг прониклись ко мне дружескими чувствами.

Мы как раз сидели за столом. Я, она и Ринтар. Кори нигде не было, как пояснил гном, у его партнера был методический день.

— Скажи лучше, он перебрал в баре и теперь спит! — эльфийка явно была не в настроении.

— Он не спит, он прокрастинирует! — назидательно поправил ее Ринтар, для важности подняв вверх указательный палец.

— Да как бы это не называлось, результат один, ты придешь и будешь после работы убираться в квартире! — Эль отодвинула от себя тарелку и встала. — Все, мне пора, счастливо оставаться!

— Что это с ней? — спросила я у гнома, когда подруга отошла подальше.

— Больг уехал, — спокойно пояснил Ринтар. — Сказал, что возвращается в свой клан. Вот она и злится. Не обращай внимания, проведет лекции, выдаст адептам задания для лабораторных, и к вечеру повеселеет!

— Бедные адепты, — хмыкнула я.

Ринтар широко улыбнулся:

— А они ко мне побегут.

— Зачем?

— Не все могут писать курсовые! Но у деток ест богатые родители!

— Рин, ты… — ахнула я. — И Эль не в курсе?

— Почему? Я честно делюсь с ней заработком!

— А! — только и произнесла я.

Кто бы мог подумать, что заштатная академия окажется полной тайн.

Гном улыбнулся, мысленно уже предвкушая, как будет считать монеты.

Остальные лекции прошли спокойно, а потом меня вызвали на ковер. Я как раз заканчивала надиктовывать задания, когда меня прервал безучастный глас: “Младший преподаватель Патриция Флоу, зайдите к ректору!”

Глас использовался в редких случаях, обычно присылали секретаря. Первый курс зашумел.

— Тише! — успокоила я. — Насколько я слышала, к ректору пригласили меня одну! Поэтому…

Я еще минуты три мстительно надиктовывала задания, после чего отпустила и медленным шагом направилась получать выговор. В том, что выговор будет, я не сомневалась — слишком уж обсуждаемой была шутка с гарбузами.

Ведьма в приемной встретила меня злорадной улыбкой, наслаждаясь ситуацией, она даже забыла кинуть в меня проклятием.

— Вас ожидают, — пропела она столь сладким голосом, что у меня даже свело зубы.

— Спасибо, — стараясь казаться невозмутимой, я открыла дверь.

Руки подрагивали, слишком уж свежа была память о тех временах, когда я сама училась. В столичной Академии вызов к ректору мог означать лишь одно — отчисление. Но я давно не была студенткой. Впрочем, от увольнения тоже никто не застрахован.

— Добрый день!

Ректор сидел за своим огромным столом и что-то писал. При звуках моего голоса, он отложил перо, поднялся и чуть склонил голову.

— Мисс Флоу, рад что пришли так быстро!

— У меня не было особого выбора, — я пожала плечами.

Одна из особенностей гласа состояла в том, что приказы невозможно было игнорировать — они набатом звучали в голове, пока не исполнялись.

— Да, мне показалось это лучшим решением, — Норрик пристально посмотрел на меня сквозь стекла очков.

Отработанный годами общения с адептами, этот взгляд заставлял нервничать.

— Поэтому я здесь, — отозвалась я, стараясь выглядеть безмятежной.

— Да… — ректор откинулся на спинку стула, постучал пальцами о столешницу и начал. — Мисс Флоу, надеюсь, вы осознаете, что ваше поведение в Академии почти перешло грань допустимого?

— Простите?

— Я готов был закрыть глаза на вашу неудачную шутку с челобитной и на то, что вы использовали лазейку в уставе, чтобы не платить за животное, которое привезли с собой, но остальное… Это состязание в вашу честь вчера вечером, просто неприемлемо!

— Замечу, не я его затеяла, более того, я ушла оттуда, дабы не провоцировать стрелявших меряться… стрелами, — отчеканила я.

— Да, но вы спровоцировали эту ситуацию. Вы, южанка, и не знаете наших обычаев!

— Так просветите, — процедила я сквозь зубы.

Неприязнь ректора Норрика была очевидна, и я понимала, что вряд ли хоть что-то меня спасет.

— Боюсь, это невозможно, — ректор скривил губы в подобие улыбки. — А уж ваша выходка с гарбузами… Мисс Флоу, я понимаю, вы — юная, симпатичная девушка, у вас впереди вся жизнь, и многие учебные заведения почтут за честь… поэтому, чтобы избежать скандала, я предлагаю вам самой написать заявление…

Он замолчал, а я содрогнулась, представив, что будет, если меня сейчас уволят. Придется вернуться к родителям, оправдываться перед тетей за кота… да и Дориан… Тогда он не сможет ничего противопоставить службе Магического контроля, и меня попросту бросят в тюрьму, как опасную преступницу. Скрип двери заставил меня подскочить на стуле.

— Простите, я задержался на практикуме! — знакомый бархатный баритон заставил меня выдохнуть.

Сейчас как никогда я не хотела видеть его обладателя — меня и так выгоняли с работы. И свидетели моего позора были абсолютно лишними.

— Декан Ройс! — ректор нахмурился. — Я не помню, чтобы вызывал вас!

— Я сам вызвался, — охотно пояснил магистр, подходя и присаживаясь на свободный стул рядом со мной. — Как только узнал, что вы пригласили к себе преподавателя с моего факультета.

— Да, но…

— Норрик, все, что касается мисс Флоу вы можете сказать и мне! Я слушаю! — властному и надменному тону позавидовал бы сам император.

Я невольно содрогнулась. Ройс явно лез на рожон, и трудно себе представить, что будет, если ректор разозлиться. Но к моему удивлению, этого не произошло. Наоборот, глава академии сник и, чтобы выиграть время, даже снял очки, делая вид, что протирает их.

Магистр и бровью не повел, сидел и ждал, пока ректор продолжит. От фигуры декана веяло спокойствием, и я приободрилась.

— Ройс, вы же знаете правила! — наконец произнес Норрик

Магистр криво улыбнулся.

— Знаю, поэтому хочу понять, что такого сделала мисс Флоу… помимо того, что спровоцировала меня вспомнить былое, и пострелять из лука! — он довольно улыбнулся.

Норрик, напротив поджал губы:

— Это — вопиющее нарушение правил! Полигон после занятий должен быть закрыт!

— Ну тогда придется уволить всю академию! — отпарировал Ройс. — Начнете с меня? Или с Вонсимэля? Впрочем, я и сам могу написать… по собственному… Хотя в этом случае объяснять, что преподаватели делали вечером на якобы закрытом полигоне, придется вам.

Он пристально смотрел на ректора. Я даже рот приоткрыла, гадая, почему ректор так пасует перед деканом, пусть даже и ведущего факультета.

— Если на вчерашнее торж… безобразие можно закрыть глаза, но сегодня после обеда на мисс Флоу поступило заявление, — наконец сказал ректор. Было видно, что весь разговор ему неприятен

— Заявление? Так быстро? — Ройс приподнял бровь.

— Увы.

— Я могу ознакомиться? — вмешалась я.

Поколебавшись, ректор протянул мне лист бумаги, но магистр перехватил его, я успела прочитать только “опозорила перед однокурсниками” и “недопустимо для преподавателя”. Мой декан быстро пробежался по строкам, недобро ухмыльнулся и небрежно бросил заявление на стол.

— Чушь!

— Хотите сказать, что мисс Флоу не выдала гм… Полосатую огромную ягоду адепту Роналдсу?

— Хочу сказать, что хотя мистер Роналдс-старший и оплачивает обучение сына в двойном размере, чтобы мы его не выгнали, нам нужно выслушать и версию самой мисс Флоу, — магистр повернулся ко мне. — Итак, мисс Флоу, что вы скажете в свое оправдание?

— Ничего, — я пожала плечами. — Я действительно вручила гарбузы адепту Роналдсу и трем его приятелям после того, как они все написали мне вместо проверочной краткий конспект учебника сексуального развития молодежи.

— Они сделали… что? — ректор возмущенно подскочил в кресле, а Ройс еле заметно улыбнулся.

— Мисс Флоу — привлекательная молодая женщина, Норрик.

— Неужели? — процедил тот, не сводя взгляда с декана.

— Думаю, адепты просто хотели пошутить, — вмешалась я.

Мандраж прошел, и теперь вся абсурдность ситуации была на лицо. К тому же заявление Роналдса-старшего было лишь поводом. Норрик жаждал уволить меня, и в этом был личный интерес. Неужели заподозрил шпиона?

— Мисс Флоу останется в академии! — припечатал декан. — Я не желаю в начале года искать нового преподавателя и перекраивать расписание!

— Полагаю, к вашему решению примешиваются и личные мотивы!

— Вполне вероятно, — Ройс вновь лениво улыбнулся.

Норрик в негодовании вскочил и резко сказал что-то на незнакомом мне языке, указывая рукой. Магистр ответил на том же наречии, скорее всего, северном, после чего ректор разразился гневной тирадой.

— Еще раз повторюсь, Норрик, это не касается вас! — заметив, что я перевожу непонимающий взгляд с одного на другого, Ройс опять перешел на общеимперский. Патриция Флоу остается! И тут нечего обсуждать.

— Ладно! — ректор вновь занял свое место и схватил со стола заявление о моем недостойном поведении. — А это? Что прикажете делать?

— Думаю, я сам разберусь с этим! — магистр вновь взял злополучный листок. — Не возражаете?

Вопрос был задан чисто из вежливости, ректор явно скрежетнул зубами:

— Да, конечно. Только учтите, что нам скоро платить налоги в казну…

— Не беспокойтесь, не отчислю. Мисс Флоу? — магистр кивнул в сторону двери, явно давая понять, что визит к ректору окончен.

Я послушно встала. Ройс распахнул дверь и пропустил вперед. Сам остался в кабинете.

— Да, еще… — дверь захлопнулась.

Старая ведьма-секретарша, до этого момента вытягивавшая шею в надежде подслушать хоть что-то, зашипела от бессильной ярости и вернулась к своим папкам.

Игнорируя взгляды, которыми прожигала меня ведьма, я попыталась подождать Ройса, слишком много вопросов у меня к нему накопилось, но он все не выходил.

— Вам нечем заняться мисс Флоу? — холодно поинтересовалась ведьма, ее терпению пришел конец.

Понимая, что меня выставляют из приемной, я отправилась домой.

Декан нагнал меня уже у выхода. Подхватил под руку, подстраиваясь под мой шаг.

— Спасибо, — поблагодарила его я.

Он дернул плечом, словно говоря, что не стоит благодарности, но локоть не выпустил. Я внимательно смотрела на него, отметив и складку на лбу, между бровями, и упрямо сжатые губы. Судя по всему, время для вопросов было не из лучших, но любопытство победило., и я решилась:

— Ройс?

— М-м-м? — недовольно отозвался он.

— О чем вы говорили с ректором?

— Когда?

— Ну тогда, когда он хотел меня уволить.

— Ты же все слышала.

— Я про те фразы, на северном наречии…

— А-а-а… — Ройс насмешливо посмотрел на меня. — А с чего ты решила, что это именно северное наречие?

— Не хочешь говорить, так и скажи, — вздохнула я.

— Так и говорю, — отозвался он.

Какое-то время мы шли молча.

— И что будешь делать? — не выдержала я, заметив, что шаг спутника стал более размеренным и плавным.

Судя по всему, напряжение отпустило.

— Что? — Ройс нахмурился.

— Что ты будешь делать с адептами?

— А, ты про это, — магистр махнул рукой. — Чтобы остудить любовный пыл, усмирить буйную фантазию и прояснить юные мозги неделю-другую поработают на общественных началах. Знаешь там, дрова порубить, сорняки среди роз прополоть…

— И Роналдс-старший потерпит подобное обращение со своим отпрыском?

— Более того, еще и штраф заплатит, — радостно подтвердил декан.

Я резко остановилась и недоуменно взглянула на провожатого. В голове вертелось множество вопросов, и я все никак не могла решить, какой задать первым, и просто спросила:

— Почему?

— “Почему” что? — он улыбался, хотя в глазах мелькнула настороженность.

“Почему именно ты оказался тогда на постоялом дворе, почему ректор при виде тебя так легко поменял свое мнение, почему при виде тебя у меня так бьется сердце” — пронеслось в голове, но спросила я совершенно другое:

— Почему ты уверен, что Роналдс заплатит?

— Потому что его, как ты изящно выразилась, отпрыску, нужен диплом Йоршадской академии, — Ройс недобро усмехнулся.

— Именно Йоршадской?

— Да. Традиции семьи, знаешь ли… — магистр снова подхватил меня под руку. — Пойдем, ветер усиливается, и неженка-южанка может подхватить простуду.

Намек был более чем ясен, и я поостереглась задавать остальные вопросы. Ройс тоже не торопился поддержать разговор. В молчании мы дошли до дверей моего кампуса, где и пожелали друг другу хорошего вечера. Я все ждала, что магистр поцелует меня, но он пожелал мне приятного вечера и посоветовал в следующий раз не сражаться в одиночку, а сразу обращаться к нему. После чего развернулся и зашагал к академии. Я проводила его взглядом, а потом решилась.

— Декан! Магистр! Ройс!

Он обернулся. Я подошла к нему и выпалила:

— Кто победил тогда в состязании?

Ройс довольно улыбнулся, как мальчишка, получивший свой леденец.

— А ты как думаешь? — он подмигнул мне, чмокнул в щеку и все-таки ушел, насвистывая что-то себе под нос.

Я долго смотрела ему вслед, а потом направилась к источнику знаний, а именно: в библиотеку. Пора было покончить с тайнами, насколько это возможно.