Глава 11

Из библиотеки я вернулась поздним вечером. Перчик встретил меня укоряющим мяуканьем. Я подозрительно огляделась, но квартира была в полном порядке, после чего рыжее чудище было вознаграждено двойной порцией еды. Сама я ограничилась чаем. Голова просто раскалывалась от прочитанного.

Йоршадская академия была построена на месте старого замка, некогда принадлежавшего правителям Севера. Вернее, даже не построена, а достроена, после того как ее передал в дар императору Карлу герцог Нортлендский, потомок правителей Севера.

В иерархии правителей северных земель я так и не разобралась, уяснила только, что основную роль играли кланы. И чаще всего именно глава клана Нортлендов и избирался правителем. После завоевания Ниневией вверенных земель, правитель Севера погиб, а его сын, желая жить, присягнул на верность императору, получил титул герцога и проклятье сторонников свободы. Вот его потомок и передал полуразрушенный замок в дар императору, а тот — казне.

В официальных источниках не упоминались причины столь внезапного прилива щедрости, но исторические анекдоты свидетельствовали о пристрастии герцога к азартным играм и красивым блондинкам.

Скорее всего, совокупность первого и второго увлечений пагубно сказалось на финансовых делах, а император коварно воспользовался этим. А может быть, просто спас разгульного вельможу от долговой ямы. В любом случае, замок отошел казне.

После чего был перестроен, и в его стенах открылась Академия магии. Как ни странно, среди северян именно это учебное заведение пользовалось популярностью. Видимо потому никто не старался поддерживать здесь высокие стандарты образования — зачем готовить магов, которые в любой момент могут поднять восстание?

Никто, кроме декана Ройса. Именно он настоял на пересмотре учебных планов и найме специалистов из других академий. Это я почерпнула из научного журнала годичной давности, где магистру отводилась целая страница. Странно, но его биографии не было. Лишь краткая академическая сводка и планы развития академии. Я попыталась спросить у библиотекаря, но сидхе лишь покачала головой:

— Магистр Ройс слишком ценен… для нас…

Пришлось довольствоваться прочитанным, а там не было ничего интересного, кроме того, что Ройс родился в состоятельной семье и заканчивал Нимрудскую академию. Даты не указаны, но по моим подсчетом время совпадало с тем, когда там учился Дориан. Интересно, встречались ли они. Надо бы спросить Дориана при случае. Я бы спросила и самого Ройса, но тогда пришлось бы рассказывать правду о себе, а к этому я не была готова. Мое знакомство с начальником Департамента магического контроля, декан мог счесть предательством.

— Правда, Северяне — дураки? — обратилась я к коту, мирно дремавшему под боком. — Для них территориальная принадлежность Академии важнее тех знаний, которые можно получить!

Перчик лениво приоткрыл один глаз и взглянул на меня, словно говоря: “На себя посмотри!”

Я вздохнула. А ведь я тоже недалеко ушла от этих детей патриотов, ратовавших за свободу Севера. Поступила столичную академию только потому, что там учились все мои предки, закончила с отличием потому, что так было принято в моей семье, приняла предложение Брайана потому, что так было правильно для всех… Всех, кроме меня самой.

Интересно, как там родители? Мы с ними никогда не были особо близки. Служба императору и светская жизнь лорда и леди Меверрик отнимала много времени. Меня перепоручили нянькам и гувернанткам, а когда я стала достаточно самостоятельной, отправили в пансион.

После — столичная академия магии, где я и познакомилась с Брайаном. Высокий, красивый, умный… его дед занимал пост в министерстве. Мы встречались полгода, после чего Брайн сделал мне предложение. Если я и опасалась возражений со стороны родных, тот зря. Узнав, кто родственники моего жениха, мой отец был в восторге, и дата свадьбы была назначена незамедлительно. Только Дэр как-то странно кривился, когда я с восторгом рассказывала о Брайане. Неужели подозревал?

Но Хранитель редко бывал у нас дома.

И вот благодаря Дориану я в Йоршадской академии делаю вид, что работаю на Департамент магического контроля…

Перчик боднул меня головой. Погрузившись в свои мысли, я перестала его гладить.

— Прости, я задумалась, — я провела рукой по шелковистой шерсти и вдруг почувствовала легкое покалывание в пальцах.

По моей ладони пробежались искры. С недоверчивой радостью я попробовала потянутся к своей магии, ощутить, как она бурлит в руках. В какой-то момент мне показалось, что я ухватила её, потянула на себя… и упала в пустоту…

Когда я открыла глаза, кот сидел на столе и смотрел на меня укоризненным взглядом.

— Я не могу, — в отчаянии прошептала я, пытаясь оправдаться. — У меня не получается…

Перчик потянулся и лениво зевнул. Спрыгнул со стола, попутно уронив кружку с остывшим чаем прямо на недописанное письмо Дориану. Листок намок, а я, прервав очередные страдания, застонала и хлопнула себя ладонью по лбу — совершенно забыла о докладе, а ведь пятница была уже завтра.

И если я не напишу хоть что-то…

Как ни странно, опус получился достаточно лаконичным — свои собственные приключения я решила не упоминать, ограничившись лишь описанием праздника на полигоне — Дэр намекал, что у него не один агент в академии, следовательно, все равно узнает.

Закончив, я перечитала письмо и, довольная собой, отправилась спать. Мысли все крутились около декана. В памяти всплывали наши пикировки, разговоры, поцелуи…

Наконец, я заснула. Вернее, погрузилась в непонятную дрему.

Сквозь нее я слышала скрип половиц, ощущала, как под тяжестью тела прогнулся матрас.

— Ройс, — прошептала я.

Он хмыкнул.

Дыхание опаляло кожу. Мужчина всем телом навалился на меня, опираясь на грудь. Я хотела вздохнуть и не могла. Странно, но даже сейчас, когда я спала, голова шла кругом.

Я знала, что рядом со мной — магистр Ройс, что именно его коротко стриженые волосы щекотали мне шею. Сейчас, во сне у меня нет сил сопротивляться притяжению.

— Ройс, — стону я, запрокидывая голову.

Он фыркает в ответ, тыкается влажным носом.

Влажным носом? Усилием воли я вынырнула из липкого сна и встретилась взглядом с янтарными глазами Перчика, уютно устроившегося на моей груди.

— Тьфу ты! — я резко приподнялась на локте, кот скатился на край кровати, обиженно мяукнул и спрыгнул вниз.

— Мементо! — заметил черепушка. В темноте его глазницы источали неяркий зеленый свет.

— Замолчи! — сурово оборвала я будильник. Он щелкнул челюстью и замолк. Я встала и прошла на кухню, заварила чай. Руки подрагивали, и заварка просыпалась мимо чайника. Собирать ее я не стала. Села на стул и уставилась на чаинки. В голове все еще шумело.

Никогда раньше мужчина не оказывал на меня такого воздействия. Даже Брайан, хотя за него я собиралась выйти замуж. Сейчас я не могла даже вспомнить поцелуи бывшего жениха. Да что там поцелуи, я вед и лицо его не могла вспомнить. Так, что-то невыразительное, обыденное. Куда курносому Брайану до породистого профиля магистра Ройса!

Я глотнула чай, обожгла рот, закашлялась.

Горгульи отходы, ведь Брайан ни разу не целовал меня так, как Ройс: дерзко, смело, будто желая стать одним целым. При воспоминаниях о поцелуях по телу прошла волна жара.

А что, если… я похолодела, а потом подскочила, будто бы ужаленная смертоносным к ‘омаром — мелким злопакостным насекомым, водившимся на болотах.

Если мое влечение к декану — приворот. Ройс отрицал это, но ведь и Брайан отрицал, что в его жизни есть другие женщины, пока я не увидела сама, вернувшись в квартиру на час раньше. Перед глазами пронеслись яркие воспоминания: обнаженные тела, мужское и женское, сливающиеся воедино, изящная кисть с ногтями, покрытым алым лаком судорожно сжимает край простыни. Моей простыни, которую я купила двумя днями ранее! И удивленный возглас: “Триша! А что ты здесь делаешь?”

Брайан даже выпрыгнул из кровати и попытался объясниться.

Я ушла. И устроила ураган, чуть не снесший с лица земли столицу империи. Я еще раз отхлебнула из чашки.

Странно, когда магия пропала, ушли все чувства к предавшему меня жениху. Словно дурной сон, который развеялся, оставив на душе неприятный осадок.

Я задумчиво взглянула в мутную темноту ночи. Ройс уверял, что не использовал приворот, но можно ли было ему верить?

Возможностей у него было хоть отбавляй. Да вспомнить хотя бы нашу ночь на постоялом дворе! А ведь именно после этого у меня всегда при виде декана перехватывало дыхание, начиналось кислородное голодание, и я переставала мыслить здраво. И это при том, что меня недавно бросил жених! Вернее, я сама его бросила… В общем, неважно!

Воодушевленная своим открытием, я полистала учебники, радуясь, что так предусмотрительно забрала не только по своему предмету, но и по смежным курсам.

Привороты и отвороты описывались в учебнике зельеварения, и то упоминались вскользь, но этого хватало чтобы освежить память для ритуала.

"Очищающий огонь, металл, крупицы горя и травы заветные что блаженство даруют!" — гласил рецепт.

Я зажгла плиту, поставила туда сковородку, насыпала соли, капнула несколько капель зелья “от любовного томления”, то есть слабительного, состав которого был наиболее подходящим, и резанула ножом по ладони. Темные капли крови упали на раскаленную соль, зашипели, запузырились, окрашивая белоснежные кристаллы в розовый цвет.

Я подождала, пока соль полностью впитает алую жидкость, и лишь потом речитативом произнесла древние слова. Огонь полыхнул алым и погас, сковорода треснула, соль брызнула во все стороны, я невольно прикрыла лицо рукой, чувствуя, как горячие крупинки впиваются в кожу. Когда я отняла ладонь от лица, все уже закончилось. Ритуал отворота был совершен по всем правилам. Оставалось надеяться, что это сработает.

Пол кухни был усыпан коричневой крошкой, а рука, утыканная красными точками-ожогами, болела. Я смазала ее болеутоляющим, так вовремя полученным от Эль.

Сметать остатки соли не стала, решив, что смогу это сделать и утром. После чего отправилась спать, искренне надеясь, что наваждение прошло. Перчик проводил меня странным взглядом, но мяукать не стал. Как и ложиться рядом. Видимо, это выражало высшую степень кошачьего презрения к моим умственным способностям.

Утром я вставала со стонами. Рука ужасно болела. Магические ожоги расплылись, и теперь напоминали ярко-красные кляксы. Пришлось натянуть митенки, чтобы хоть как-то скрыть их.

Весь пол на кухне был усыпан обожженной солью, мерзко хрустевшей под ногами. Собирать ее не было ни сил, ни желания, потому я ограничилась лишь тем, что метлой проложила себе дорожку в ванную, решив провести вечером генеральную уборку. Перчик презрительно смотрел на мои усилия, после чего фыркнул и потерся об ноги. Я вновь ощутила кратковременное присутствие силы.

— А ведь верно! — я прошептала заклинание.

Около моих ног образовался небольшой вихрь, двигаясь кругами, он пролетел над полом, втягивая в себя весь мусор, после чего замер над мусорным ведром и исчез.

— Перчик, ты — просто чудо! — радостно воскликнула я, поглаживая кота и заодно наблюдая, как камни-накопители снова светятся.

— Мементо! — подхватил черепушка. Кот боднул меня головой, но тут же опомнился и гордо удалился в спальню, высоко задрав хвост.

— С меня причитается!!! — я подхватила свою сумку, подумала, сунула туда же письмо Дэру и поспешила на лекции.

То ли провидение устало от моей бестолковости, тот ли у него был выходной, но все лекции прошли благопристойно.

Адепты старательно конспектировали, стараясь лишний раз не привлекать внимание, а преподаватели при виде меня расплывались в улыбках. Приходилось улыбаться в ответ, и к концу дня у меня начало сводить скулы.

— Все, я больше не могу, — простонала я, сидя в столовой и прикрываясь Ринтаром от любопытных взглядов. Эль все еще хандрила, и мы с лаборантом сидели за столом вдвоем. — Главное, с чего все вдруг такие дружелюбные?

— Дорогуша, привыкай, — гнусаво отозвался гном. — Ты же сейчас сплетня номер один!

— Что? — я даже вилку выронила от изумления.

— О да, твои романтические отношения с деканом — притча во языцех! Особенно после того, как он спас тебя от незаслуженного увольнения!

— Что?

— Ага, ты покраснела и не отрицаешь! — гном радостно подпрыгнул, черты его лица заострились и сам он стал похож на хорька. — Кстати, какой он в постели?

— Тяжелый, — буркнула я, понимая, что алеющие щеки выдали меня с головой.

Ринтар только завистливо вздохнул, а я поспешила перевести разговор на более безопасные темы.

Как я не пыталась отодвинуть неприятный момент, вечер наступил слишком быстро. Понимая, что дальнейшая отсрочка невозможна, я нехотя прошла порталом в бар лепреконов, села у барной стойки, стараясь избегать шумных компаний.

— Ты опоздала! — голос заставил меня вздрогнуть.

Я обернулась. Эшли сидел и недовольно смотрел на меня. Выражение его лица показалось мне очень знакомым, и я невольно прошептала заклинание прозрения.

Дориан недовольно скривился.

— Триша, не стоит лезть туда, куда тебя не просят! — недовольно произнес он, снимая с себя иллюзию и одновременно накидывая капюшон, чтобы скрыть лицо.

— Извини, я не подумала.

— Это твое обычное состояние, — кивнул Хранитель, делая знак бармену.

Перед нами поставили две огромные кружки, увенчанные шапками пены.

— Положи свое письмо под кружку. Только незаметно! — проинструктировал меня Дориан.

Пряча конверт в рукаве мантии, которую так и не сняла, я осторожно протянула руку к кружке и тут же ощутила толчок в спину.

— Осторожнее! — Дэр недовольно сверкнул глазами из-под капюшона.

— Простите, — невзрачный мужчина в алой мантии боевого мага, смутился и кинулся вытирать пролитое мной пиво.

— Простите, я случайно! — забормотал он.

— Все в порядке, — заверил его Дориан, фальшиво улыбаясь.

Он подхватил несколько салфеток и плюхнул в лужу.

— Право, мне так неудобно… — теперь боевой маг обращался ко мне.

Дориан скрипнул зубами. Пришлось уверить незнакомца, что все в порядке, и я ничуть не сержусь. Лишь после этого он еще три раза извинился и отошел.

— Интересно, почему любое простое действие ты можешь превратить в нечто несуразное? — Хранитель был явно не в духе.

— Откуда я знаю? — пробурчала я. — И заметь, я вообще ничего не делала!

Дориан тяжело вздохнул и с сожалением взглянул на столешницу, залитую пивом.

— Спрячь письмо под руку и положи ладонь на столешницу, — распорядился он, наклоняясь к моему уху.

Я повиновалась. Дэр медленно положил свою руку поверх моей. Со стороны казалось, что он попросту заигрывает. Миг — и мой донос, подчиняясь заклинанию, выскользнул из-под пальцев и пропал в широком рукаве голубой мантии. Дориан улыбнулся, не спеша заправил выбившуюся прядь волос мне за ухо и потянулся за кружкой:

— Твое здоровье!

— А? Да! — я неуклюже подхватила кружку.

Признаться, меня здорово колотило. И дело было вовсе не в важности сообщения, а в самом факте того, что я стала шпионкой. Дориан это заметил.

— Триша, соберись! — прошипел он, до боли сжимая мое запястье. — Я не собираюсь ловить тебя, если ты грохнешься в обморок!

Я невольно поморщилась, его пальцы разжались, а на коже проступили красные пятна. Тем не менее, боль отрезвила. Я со стуком поставила кружку на полированное дерево.

— Думаю, мне пора! — попыталась встать, но Дориан удержал меня.

— Не так быстро, — он многозначительно посмотрел на меня. — Иначе все решат, что ты передала мне письмо!

На губах играла усмешка. Дэру явно нравились шпионские игры. Он снова сжал мою ладонь, все еще делая вид, что у нас свидание.

Я вздрогнула.

В голове мелькнула шальная мысль громко возмутиться и влепить Хранителю пощечину, но я прекрасно понимала последствия этих действий. Поэтому вновь взяла кружку с пивом и начала цедить маленькими глотками, совершенно не чувствуя вкуса.

— Хорошая девочка! — промурлыкал Дэр.

Его замечание разозлило еще больше.

— Ты не представляешь, как я польщена твоей похвалой! — фыркнула я.

— Не стоит так уж злиться, Триша! — Дориан прекрасно понял мое настроение. — Или мне теперь стоит звать тебя Трикс?

Я вздрогнула, вновь проливая пиво на стойку. Улыбка начальника Департамента магического контроля стала еще шире, он явно наслаждался моим замешательством.

— Откуда? — только и спросила я.

— Я же предупреждал, что в Йоршадской академии ты не одна… поэтому в следующий раз делай послание более полным, а не ограничивайся тем, что мне и так известно. Кстати, кто выиграл состязания по стрельбе?

— Понятия не имею, — буркнула я. — А разве тебе не сказали?

— Увы, информатор в этот момент ушел. Думал узнать это от тебя!

— Извини, что разочаровала, — я не смогла скрыть сарказма. — Я тоже предпочла пропустить финал!

— У тебя еще есть шанс исправиться, — Дориан допил пиво и встал, кинул на прилавок несколько монет. — И не растрачивай силы накопителя впустую! Он не заряжается так быстро, как хотелось бы! До скорого!

Я проводила Хранителя хмурым взглядом и поставила кружку на стойку. Больше всего мне хотелось запустить ей в стену, но я сдержалась. И, гордая своей выдержкой даже заказала еще пива.

Огромная запотевшая кружка, увенчанная шапкой белой пены, появилась передо мной незамедлительно. Я кивнула лепрекону, расплатилась, и бармен, лихо заломив свой зеленый цилиндр, умчался к посетителям.

А я осталась сидеть в углу, в гордом одиночестве попивая свежесваренный вересковый эль и лениво следя за тем, что творилось в баре. Входная дверь хлопала все чаще. Преподаватели академии, жители Северных гор — все они заходили в бар, приветствуя друг друга. Я заметила несколько адептов-старшекурсников.

Те старались выглядеть как можно более вальяжно, но бегающие глаза и побелевшие пальцы, судорожно сжимающие амулеты возрастных иллюзий выдавали их. Следить за старшекурсниками я не стала, выдавать их лепрекона — тоже.

Более того, сейчас, когда моя репутация была отягощена шпионскими играми, пусть даже на благо государства, я чувствовала к нарушителям симпатию. Поэтому отвернулась и замерла, удивленно смотря на Больга.

Орк сидел за столом с каким-то мужчиной в кожаной с серебряными заклепками куртке и клетчатом фиолетово-зеленом пледе, перекинутом через плечо. Клетчатый рисунок пледа точь-в-точь повторяла мое новое платье, купленное в одной из лавок Йоршада.

Без мантии и официального костюма я не сразу узнала Ройса. А узнав, невольно подалась вперед, впилась взглядом, стремясь понять, что декан делает в столь сомнительной компании.

Больг, склонившись к Ройсу что-то говорил, его глаза яростно сверкали. Я попыталась прочесть по губам, но слова, которые я смогла разобрать, были непонятны, по всей видимости, разговор шел на северном наречии. Магистр сидел ко мне вполоборота. Я могла видеть лишь то, как он презрительно кривится и то и дело качает головой, отрицая все предложения.

Больг распалялся, в конце он просто вскочил, с грохотом роняя стул.

— Та тху наад! — выплюнул он, с яростью смотря на собеседника.

Громкое “ах” прокатилось под потолком, после чего все замерли. В абсолютной тишине Ройс спокойно допил пиво и поставил кружку на стол. Встал.

Один из лепреконов дернулся к столику, но был остановлен взмахом руки магистра.

— Я уже большой мальчик, Больг, — заметил Ройс. В отличие от орка он говорил на общеимперском. — И меня тяжело взять “на слабо”. Мой ответ — нет!

— Ты… ты забыть о своей крови! — от волнения орк начал искажать слова. — Та аккар улли!

Все взгляды были устремлены к спорщикам. Орк стоял, сжимая кулаки, его грудь вздымалась, а глаза полыхали гневом.

В отличие от него магистр был совершенно спокоен.

— Не думаю, что ты действительно хотел сказать именно это, Больг, — произнес он тем самым тоном, которым разговаривал с адептами. — Предлагаю успокоиться и обсудить все позже.

— Успокоиться? Обсудить? — орк опять взвился. — Здесь нечего обсуждать!

— Больг, здесь слишком много лишних ушей! — перебил его Ройс, демонстративно обводя взглядом бар. Я готова была поклясться, что магистр меня заметил, хотя он ничем не выдал себя. Ну разве что на долю секунды дольше смотрел в мою сторону. Сердце затрепетало, и где-то на краю сознания я поняла, что ритуал не удался. Приворота не было.

Орк заскрежетал зубами, но подчинился. Поднял стул и сел. Демонстративно скрестил руки на груди. Декан тоже занял свое место, устало взглянул на собеседника и заговорил очень тихо.

Больг помотал головой и произнес что-то не северном наречии. Настала очередь Ройса ответить отказом, после чего орк снова встал, на этот раз гораздо спокойнее.

— Ты — идиот! — заявил он.

— Возможно. А возможно я слишком умен, чтобы соваться в осиное гнездо, — отпарировал Ройс, откидываясь на спинку стула.

Больг смерил его хмурым взглядом.

— Если передумаешь — ты знаешь, где меня найти! — он направился к выходу.

Ройс одним глотком допил свой эль, еще раз посмотрел на меня и встал.

— Декан Ройс! — раздался приглушенный крик.

У одного из старшекурсников, по всей видимости, сдали нервы. На него зашипели, но вопль уже привлек внимание посетителей. Магистр закатил глаза, тяжело вздохнул и направился к нарушителям. Судя по его виду, он готов был придушить крикуна лично.

Пить пиво окончательно расхотелось. Понимая, что остаток вечера Ройс будет занят с разборками с адептами, я расплатилась по счету и вышла.