Глава 15

Он передернул плечами.

- Я же сказал – пока сам не знаю. Я не настолько хорошо разобрался в бюрократических заморочках твоего мира, чтобы выяснить твое происхождение. Я просто уловил нужную мне вибрацию.

Ах, все-таки нашлось на Земле то, что даже великий и грандиозный не осилил. Бюрократия. Даже чародейский гений покорителя Мерканы спасовал перед ней.

- Какую вибрацию?! На что она похожа, моя вибрация?

Он поморщился.

- Карина, мы ведь договорились. Я не хочу тратить силы, чтобы растолковывать невежественному новичку сложнейшие нюансы магии высшего порядка. Тем более, эта информация никак тебе не пригодится. Задавай вопросы попроще.

Не пригодится? Значит, магия высшего порядка мне не пригодится, несмотря на мою силу? Интересно, этот вопрос тоже покажется Ле’Оте слишком сложным?

- Зачем же вы на своих занятиях сажали меня в кресло и заставляли наблюдать, а не магичить? Тогда ваш активатор пропадал впустую, не собирал мою магию.

- Тебе так кажется, - засмеялся Ле’Ота. – Занавесь провоцировала тебя магичить фоном незаметно для себя самой. Задание наблюдать за остальными и вживаться в их роль было отвлекающим маневром. Чтобы ты сосредоточилась на другом и приписала все, что происходит с твоей энергией, своему интересу и вовлеченности. Главным в тех «занятиях» была занавесь. Увы, я не мог держать тебя под ней каждый раз, потому что под ней ты отдавала в фоновом режиме такое количество маны, что это могло навредить твоему здоровью. Это привлекло бы внимание Основателя Марсалеса… и что гораздо хуже, Хранителей. Они могли зафиксировать вред адепту и среагировать. Мне такое ни к чему, подобная жадность сгубила бы весь замысел. Да и тебе полагалось испытывать лишь положительные эмоции от наших занятий… и меня самого. Ты должна была всем сердцем пожелать прийти ко мне за помощью. Искренне. Только так Вседвижный Поток подчинился бы твоему устремлению. Мы с Ветой неплохо потрудились, чтобы сформировать его у тебя. Ты была так недоверчива, так берегла свои секреты! Но Вета сумела подтолкнуть тебя в нужном направлении!

- Значит, все это время кикимора работала на вас?

Глаза «Веточки» нехорошо блеснули на «кикимору», но мне было плевать. Вряд ли еще доведется получать от нее баллы.

Рианолу опять рассмеялся.

- Не всё. Мы с Ветой познакомились только после моего прибытия в Радайн. Мне просто с ней повезло.

Он погладил ее по плечу, как хозяин гладит по холке послушную псину.

- У нее оказался идеальный характер, чтобы изрядно фрустрировать тебя еще до моего прибытия в Радайн. Моя Веточка жесткая, беспощадная… и в то же время увлеченная, заинтересованная в результате. Она полагала, что твое магическое бессилие – от неподходящего воспитания. И пыталась воспитывать тебя так, как считала полезным. Как воспитывали ее. Стимулировала вокруг тебя максимальное напряжение, чтобы твоя сила прорвалась защитить тебя. А потом, когда за целый месяц ничего не вышло, почти угадала причину. И тут я наконец добрался до вас…

Он так и держал ладонь на плече кикиморы. На ее моське сияло такое блаженство, будто она испытывала оргазм от одного лишь касания.

- Я убедил ее подыграть. Помочь мне. А когда убедился, что Вета предана мне всей душой, раскрыл свой замысел и твое предназначение. Она была великолепна. Так искусно дергала ниточки твоей души! Загнала в угол, чтобы ты наконец решилась, выбрала меньшее из двух зол. Меня перед Оралимом Делари.

Он расхохотался – широко, от души. От этого его лицо в бликах красных светящихся иероглифов превратилось в маску чудовища, выходца из ада. Кем он и был. Подумать только, я пришла к нему в страхе перед Оралимом.

Да лучше бы я приползла к отцу на коленях, вымолила у него жизнь Мели и Ло’Ар. Он жесток, но разумен. Его поступки рациональны и осмыслены, хоть и выходят за рамки привычной мне морали.

Но этот… великий комбинатор. Одержимый безумец. Щелкающий чужие жизни, словно семечки. Как я могла хоть на миг счесть его меньшим злом?!

- Вета всю жизнь мечтала вступить в мой Орден, - продолжал псих. – Основатель Марсалес не планировал пускать ее в Совет Академии. Она не настолько сильный маг. Он сразу предупредил ее, что отработав мосой, она вольна вступить в любой Орден или жить свободным чародеем. А Вета мечтала попасть ко мне.

- С малых лет, монсеньор! – поддакнула она с придыханием. – Едва узнала о вас, как вы стали моим идолом. Моей мечтой. Ослепительной и недосягаемой.

Она устремила на него взгляд, полный влюбленного экстаза. Как же это жутко. Она ничего не слышит и не понимает. Не осознает, что он использовал ее, и избавится как только она станет не нужна. Слепая вкрашнутая дура.

- Я выходила на арену Тал-сат. И каждый раз воображала, что где-то там, среди беснующихся зрителей, сидите вы. Творец, создатель Тал-сат. Творец всех нас – ее бойцов. Ваша воля, ваше желание ковало из наших жалких душонок истинных воинов. Другие бойцы проклинали вас. А я благословляла. И думала, что если однажды меня убьют, я буду умирать под вашим взором. С вашим именем на устах. Вы забрали мою душу двенадцать лет назад… А сейчас я вручаю ее вам сама. Вы – мой Бог, монсеньор!

Боже. Какой испанский стыд. Я боялась, что меня стошнит во время этого омерзительного признания. А ведь я почти решила, что Ветария нормальная. Что я была неправа насчет ее ПТСР и психопатии. Ан нет. Все куда хуже.

У нее не просто ПТСР. Ее психика поломалась окончательно и бесповоротно. Другие дети сохраняли рассудок. Ненавидели и проклинали своего мучителя. Судя по словам психопатки, Текса Рианолу был владельцем арены Тал-сат. Или его Орден, не имеет значения.

Ветария оказалась слабее всех душой и разумом. Ее сломал стокгольмский синдром. Вместо ненависти она стала обожать мучителя. Сражалась и убивала, посвящая убийства ему. Сотворила из него кумира.

Вот почему она с таким восторгом представляла его нам в тот день. Вот почему выглядела вдохновенно и обескураженно. Она не чаяла, что ее идол явится к ней собственной персоной. Еще и попросит помощи, задурить голову отстающей ученице.

Интересно, Ле’Ота хоть как-то объяснял ей, для чего это нужно. Или она согласилась без любых объяснений, лишь бы угодить ему. Или преподнес как вступительное испытание – справишься, пойдешь со мной в Орден.

Пока она говорила, Ле’Ота молча смотрел на нее, не перебивая. А потом улыбнулся, притянул к себе и поцеловал в губы.

- Вета… Преданность, как у тебя, встречается у единиц из тысячи. Я не могу пренебречь таким. Ты станешь моей женщиной. Не просто одной из послушниц. Ты будешь принадлежать мне не только душой, но и телом.

На Ветарию было жутко смотреть. Впрочем, как и с самого начала. Она уставилась на него с неверием и одновременно обожанием.

- Монсеньор… вы не шутите? Вы хотите… любить меня? Я ведь… я некрасива. Я знаю. Вы не разыгрываете меня? Умоляю, если это шутка… не надо.

- Это не шутка, Вета. Прекрати так говорить о себе. У тебя нестандартная внешность. Но это не значит, что ты некрасива. Ты необычная. Уникальная. Одна из тысяч. Когда мужчина прожил столько, сколько я, он не станет гнаться за кукольной внешностью, которая скрывает пустышку. Он будет искать достойную женщину. И если она не идеальная красавица – даже лучше. Потому что красота приедается. Ты интересна мне такой, какая ты есть, Вета.

И кикимора сползла на колени, обхватывая его за ноги. Прошептала исступленно:

- Монсеньор… Я стану вашей рабыней. Вашей вещью. Буду служить вам до конца своих дней…

Очень скорого конца, идиотка.

- Докажи, Вета! – вдруг произнес Ле’Ота. – Покажи, как любишь меня. Здесь и сейчас.

Она потрясенно замерла…. И принялась расстегивать его ширинку. Я сглотнула, удерживая рвотный рефлекс. Неужели это происходит наяву?! Они сейчас будут… прямо передо мной?!

Ле’Ота рывком поднял ее, разодрал платье, повернул к себе спиной. Я попыталась отвернуться в сторону… и не смогла! Два психа припали друг к другу в своей отвратительной, больной похоти. Хотела зажмуриться – но тоже тщетно! Рианолу насмешливо произнес, удерживая кикимору за бедра:

- Смотри, Карина! Вбирай и наслаждайся! Твои эмоции настолько сильны, что провоцируют выплеск маны! А это мне пригодится. Так что наблюдай – и чувствуй! Это мое новое задание для тебя: смотреть и представлять себя на ее месте! Как тебе такое? Давай, Вета! Так, девочка! – рычал Ле’Ота в неистовом совокуплении со своей дурой.

А сам, насилуя ее, смотрел мне в глаза. Если меня в этот момент не вывернуло, только из-за его магии, зажимающей и стягивающей меня, не дающей пошевелиться лишний раз, отвести взгляд.

Закончив, он отшвырнул ее. И опять жадно уставился на меня, тяжело дыша. Надеюсь, просто замеряет количество полученной маны. Только бы он не вздумал повторить это со мной. Я умру от первого же его прикосновения.

- Для чего вы собираете мою ману? Что хотите с ней сделать?

Он застегнул одежду, пригладил волосы. Усмехнулся торжествующе. Моська сидела у его ног с такой моськой, будто пребывала где-то в другом месте. Похоже, до сих пор не очухалась от любви своего ненаглядного монсеньора.

- Ты ведь уже сама догадалась, Карина. Такая редкостная умница не могла не понять. Я хочу вернуть в наш мир игнов и их магию. Хочу восстановить портал в их мир. Игны никогда не были врагами людям. Только Ал'Танти. Они могли бы научить людей полезному, дать им свою магию. Но Ал'Танти изгнали их, запечатали портал… А ту магию, что осталась на Меркане, эксплуатировали для своих потомков. Не знала, что у Ал'Танти остались потомки после их ухода? Они похищали и насиловали женщин. Ты многого не знаешь об этих недобогах. Наверно, ты слышала, будто они слишком чтили природу и не могли уничтожить портал на Танаюке, потому что погибло бы много морских обитателей? Так это сказка, которую с подачи Ал'Танти распространяли потомки Пращуров. На самом деле они уничтожили целый континент, наплевав на природу. Он назывался Ал-Тантида. Там они жили, чтобы не пребывать постоянно среди постылых людишек. Туда они забирали избранных жертв-наложниц. А перед уходом из нашего мира уничтожили. Они никакие не божественные посланники. Алчные эгоистичные твари. И я хочу восстановить справедливость, исправить ошибку, которую люди допустили в прошлом, доверившись Ал'Танти.

Его глаза вспыхнули. На миг даже показалось, будто огнем правдолюбия и справедливости… пока он не договорил:

- Увы, для этого тебе придется умереть. Веточка поможет мне в этом, правда, милая? Я буду погружен в Ритуал. Мне нужен помощник, вскрыть горло нашей прелестной Карине.