Глава 4

Обратно я шла на ватных ногах. Встреча с отцом выжала, высосала меня досуха. Не осталось ни сил, ни желания вообще ни на что. Наверно, таких людей и зовут – энергетические вампиры.

- Теперь я понимаю, что вы имели в виду… - буркнула альку, который придерживал меня под локоть. – И правда, сложный характер.

- Да, тарини. Нельзя перечить ему.

- Я и не перечила. Он сам порезал меня кинжалом.

-Тарро не причинит вам вреда. Он признал вас. Пращур признал вас.

Пращур… Неужели кристальный монстр – в самом деле его предок? А теперь и мой. Он действительно был зверем – или эта кристальная статуя олицетворяет его… сложный характер?

Несмотря на изнеможение, я чуть не рассмеялась, вспомнив: «Забудь свое Ка'Рин. Отныне ты –Карина Делари». Сначала альк угрожал мне, требуя забыть настоящее имя. А теперь отец под угрозой порки заставил называться родным, земным именем! Это совпадение?..

Мы ступили на крутую каменную лестницу, и мне стало не до размышлений. Се'Неро крепче придержал меня. Поднимались долго и тяжело, и когда наконец вышли на поверхность, у меня не было сил даже разглядывать коридор, в котором мы оказались. Но роскошные ковры, шелковые гобелены, изящная лепнина, блеск и позолота сами бросались в глаза. Я стала членом очень богатого семейства.

Мы прошли по коридору, пару раз завернули за угол. И попали в более скромное крыло особняка, отделанное без позолоты, лепнины и гобеленов. Освещение не такое яркое, вместо ковров – гладкий каменный пол.

Альк распахнул невысокую дверь и пропустил меня внутрь. Едва я шагнула через порог, как на меня с радостным воплем напрыгнула Мели.

- Кари! Ты пришла!

Ло’Ар сидела в кресле у стены. Она осталась верна себе – не кинулась ко мне с объятьями. Но в ее взгляде сквозило облегчение. Она тоже переживала за меня. Альк поклонился, церемонно пожелал спокойной ночи и вышел.

Я потрепала сестренку по голове, улыбнулась матери.

- Надеюсь, тут есть ванна? Вы уже искупались? Мне нужно срочно окунуться – и спать!

Мели потащила меня за руку, показывать, что где. У каждой из нас была отдельная спальня. Но Мели сразу заявила, что хочет спать со мной. Я посмотрела на Ло’Ар, ожидая реакции. Та криво улыбнулась, но противиться не стала. Наскоро смыв пот и страх, я улеглась на мягкую перину в обнимку с сестренкой. Она тут же засопела, а следом и я не заметила, как провалилась в беспробудный сон.

Когда проснулась, Мели вовсю сопела, свернувшись калачиком под одеялом. Не стала будить сестренку, забежала в ванну, умылась. Чистая одежда висела прямо в ванной комнате, на стойке-вешалке.

Я с любопытством разглядела платье. Теперь я видела воочию, чем костюм благородной тарини отличался от крестьянских нарядов Ка'Рин. Плотная ткань расшита золотыми и жемчужными нитями, причудливые узоры украшали юбку и лиф. Рукава-фонарики сделаны вставкой из ткани другого цвета и фактуры. Само платье было небесно-лазоревого оттенка, а рукава – канареечно-желтые.

Рядом с вешалкой стояли мягкие туфли в тон рукавам. Мыски отделаны мелкими каменьями. Обулась, вышла из ванной в коридор, и на этот раз уделила внимание своему новому жилищу. Моя спальня оказалась самой большой и богато отделанной. Над кроватью королевских размеров высился темно-синий балдахин. И его даже можно было опустить – если бы вчера у меня остались силы.

Пышная перина застелена простынями из приятной наощупь ткани, похожей на натуральный хлопок. За большим панорамным окном располагался балкон. Но открыть дверь не смогла – то ли нужно было разобраться с запором, то ли нас не планировали выпускать.

С противоположной от балкона стены я нашла встроенную гардеробную. В отличие от балкона, дверца открылась легко. На таких же вешалках-стойках красовался десяток платьев разных цветов и уровней роскоши. То, которое на мне, оказалось средним. Таких было пять. Еще два были усыпаны драгоценными камнями так, что сверкали даже в полумраке гардероба. Три платья были совсем скромными и легкими. Я с удовольствием переоделась бы в одно из них, но не рискнула самовольничать. Вдруг мне предстояло торжественное представление за завтраком или что-то в таком роде.

В углу возле гардеробной стояло ростовое зеркало в позолоченной раме. Рядом – трюмо на изящных ножках, с разными склянками и бутылками внутри. Открывать, нюхать и мазаться не рискнула. Пусть альк или еще кто-нибудь из отцовских безопасников проверит, не желает ли кто-то отравить новоявленную дочурку.

Кстати, я ведь так и не поинтересовалась вчера у отца, есть ли у меня родственники. Совсем не до того было. Долгая дорога до самой ночи, а потом знакомство с пращуром, отцовский кинжал… и характер не располагают к расспросам.

К моей спальне прилегал маленький кабинет. Посреди него стоял письменный стол с креслом, еще три кресла располагались у стен. Пара узких стеллажей с книгами – бесполезная роскошь для безграмотной меня. Вторая дверь из кабинета вела в небольшой внутренний коридор.

В нем имелось еще три двери. Каждая вела в совсем скромную комнатку – должно быть, предназначенную для слуг. В одной из них я застала Ло’Ар.

- Доброе утро… мама. Как спалось? У нас все хорошо, Мели еще спит.

В ответ она молча кивнула и ушла в ванную комнату – общую на все три комнаты. Я опять ощутила себя не в своей тарелке. После подземелья я ждала, что она станет лучше относиться ко мне. Я все-таки спасла ей жизнь. Дважды. И она действительно больше не глядела волком. Но по-прежнему оставалась отстраненной, избегала меня.

За всю дорогу мы ни разу не разговаривали друг с другом иначе, чем обменивались необходимыми фразами по делу. Я аккуратно вызнавала у нее то, что могла «забыть». Она старалась отвечать подробно, но никакого эмоционального сближения между нами не произошло.

Я понимала, что она скорбит по родной дочери. Но ведь жизнь продолжается. Нам придется втроем обитать в этих комнатах, она не сможет чураться меня и дальше. И ее отношение ко мне тревожит Мели. С этим нужно что-то делать. Но что? Я не могу заставить скорбящую мать относиться ко мне как к настоящей дочери. И стать ею не могу…

Но так или иначе, мне придется звать ее «мама». С этим придется смириться и мне, и ей. В любой момент нас может застать Мели или кто-то посторонний. Мой секрет должен остаться секретом.

Я вышла в прихожую – точнее, настоящую гостиную. Из нее дверь вела в общий коридор замка. Я дернула ее, собираясь выглянуть наружу. Не тут-то было. Нас все-таки заперли. Оставалось надеяться, что кто-то все же придет проводить нас на завтрак. Я основательно проголодалась.

Тут, будто в ответ на мои чаяния, дверь открылась и вошел Се'Неро собственной персоной. Перед собой катил тележку с ароматными блюдами.

- Доброго утра, тарини. Я принес завтрак.

- Вижу. А я думала, вы телохранитель…

- Так и есть. Охраняю вас по приказу тарро. Ваше пребывание в поместье пока остается тайным. До особого распоряжения тарро. Поэтому слуг не допустят в эти покои. Полагаю, ваша мать сможет поддерживать порядок здесь?

Пожала плечами. Я как бы и сама приучена. Мели наверняка тоже помогала по хозяйству. В ее возрасте в крестьянских семьях без дела не сидят. Справимся. Площадь куда больше, чем в моей студии в Бибирево… Но в детдоме, а потом и в интернате, еще больше. А уборщиц у нас не было, сами следили за порядком.

- Разберемся, если здесь есть принадлежности для уборки. Вы уже говорили с моим отцом? Про тот грот…

Он кивнул.

- Тарро выслушал мой доклад сразу же, как я проводил вас. Магистру Тейвину тоже пришлось повторить. Наверняка он и вас захочет расспросить. Он дотошный, его магичество.

А уж я-то как мечтаю расспросить его магичество… Я тоже дотошная. Кому еще объяснять мне кучу непонятных вещей, как не наставнику магии? Но Се'Неро притушил мой энтузиазм.

- Тарини, вы помните наш позавчерашний разговор? Будьте очень аккуратны с магистром. Он и впрямь дотошный.

Я скорчила гримасу. Конечно, я не должна выдать свое иномирное происхождение. И притворяться глупенькой крестьянкой. Вчера я от шока вышла из роли, употребила несколько выражений из своего мира. И теперь могла лишь гадать, заметил ли Оралим Делари мои странности. Или решил – раз я его дочь, нет ничего удивительного в моей грамотной поставленной речи. Но раз этот Тейвин дотошный, мне стоит хранить бдительность и быть настороже.

Альк ушел. Я разбудила Мели, и мы втроем приступили к завтраку. После мы с Ло’Ар помыли посуду и принялись обшаривать покои в поисках уборочного инвентаря. Комнаты сияли чистотой, и через пару дней придется это обновить. Ну и нам все равно было нечем заняться.

Ло’Ар объяснила, что в богатых домах всякий инвентарь хранится в специальных нишах под полом. И мы принялись обшаривать полы, задирать ковры в поисках секретных ниш. И вот, когда я, загнув край ковра в гостиной, стояла на коленях прямо в своем роскошном платье с золотым шитьем – кверху попой – я вдруг услышала незнакомый мужской голос:

- Тарини Карина?

Подскочила как ужаленная, отряхнулась, обернулась. У двери стоял высокий худощавый мужчина лет тридцати. Длинные светло-русые волосы обрамляли узкое лицо с тонкими чертами. Острые, льдисто-голубые глаза выражали крайнее изумление.

- Ась? – откликнулась я, вспомнив наставления алька.

- Тарини, приношу извинения, если потревожил вас не вовремя. Меня прислал тарро. Тейвин, старший магистр Дорамон к вашим услугам.