Глава 5

Сначала я услышала голоса. Мужской и женский, на повышенных тонах. Явно спорили между собой. Слов не различала – голоса доносились как сквозь толщу воды. Следом ощутила запахи. Странные и незнакомые; свежие, древесные… Лишь раз в своей жизни я вдыхала подобное. В детском лагере в Карелии, куда меня отправили за успешную учебу.

А потом пришли воспоминания. Нестерпимая боль во всем теле. Кровь из горла. Мрак и угасание. Неужели я жива?! Меня сумели спасти? Боли сейчас не было. Догадалась пошевелить пальцами рук и ног – все работало, я чувствовала конечности.

А вот в горле было странное ощущение. И шея свербела, так и хотелось почесать ее сзади, и почему-то поворочать головой. Я так и сделала. Голоса тут же смолкли. Открыла глаза… и уперлась взглядом в нависшего надо мной мужчину.

Он вперился в меня напряженно и настороженно. А я оторопело разглядывала его странную куртку с меховым воротником… огромную резную рукоять и оружейные ножны на поясе, скрывавшие лезвие. Длину оружия я не видела из лежачего положения.

Сам мужчина был крупным, рослым, плечистым. Кулаки огромные, внушительная рукоять как раз под них… Лицо угрюмое, с грубыми, массивными чертами, темно-русыми волосами. У него была короткая, но густая борода и пышные усы. Совершенно не такую персону ожидаешь увидеть над собой, открыв глаза после чудовищной травмы. Ни больничного халата, ни…

Я перевела взгляд с мужчины на потолок. Низкий, из крупных бревен. Теперь понятно, откуда лесной запах. Точно также не похоже на палату реанимации, как головорез надо мной – на врача или медбрата. Где я? Что со мной?

- Кто ты? – вдруг спросил этот угрюмый мужик.

Я не сразу разобрала вопрос… будто он произнес не внятные осмысленные слова, а неразборчивую тарабарщину. Понадобилось несколько секунд, чтобы я осознала, что он сказал.

- Ка…карина. Карина Александровна Венедова.

Я едва договорила. Мой голос… он был не моим! Тонким, почти детским! Что происходит?! Я поймала делулу?..

- Откуда ты?

- Из Бибирево… Меня сбила машина… во дворе, даже от подъезда не успела отойти.

Я говорила, стараясь не поддаваться шоку от звучания собственного голоса. Как такое возможно?! Последствие травмы? Я неадекватно воспринимаю собственный голос?

Мужчина отвернулся от меня и посмотрел куда-то в сторону.

- Что она несет? Какое еще Бивиреу? Где это?

Ему ответил женский голос:

- Я предупреждала тебя. Она может быть кем угодно. Древней старухой… или совсем дитём. Единственное, что неизменно: женщина. И родственная душа.

- Как это – родственная?! – нетерпеливо спросил мужик. – Она тоже – родня тарро Делари?!

- Не родня, - отозвалась женщина с ноткой раздражения. – Не по крови. Родственная душа. Моей дочери. Моей Ка’Рин.

- Твою дочь зовут Ка’Рин?

- Звали Ка’Рин, - глухо поправила его женщина. – Ее больше нет.

Он резко рванулся куда-то влево, я услышала возню, испуганный вскрик женщины. И его злой голос:

- Слушай меня очень внимательно. Вот это – твоя дочь Ка’Рин. Ты молодец. Ты хорошо справилась. Исполнила первую часть нашего уговора. Но жизнь твоей соплячки наверху зависит теперь не только от того, что ты сделала. Но еще от того, что ты будешь делать и говорить дальше. Здесь лежит твоя дочь, рожденная от Оралима Делари. Когда я разрешу, ты пойдешь и скажешь младшей девчонке, что ее сестра упала и ушиблась, но теперь с ней все хорошо. Она просто ударилась.

- Какая тебе разница? Ты заберешь эту с собой. А мы останемся здесь и никогда ее больше не увидим. Тебе и твоему хозяину нужна она. Не мы.

- Это ты решила за моего тарро, что ему нужно? Вы поедете в Делари, все трое. И ты будешь говорить всем, что это твоя дочь. Ну или то, что велит тарро. Ты будешь вести себя с ней, как с дочерью.

- Нет! Мы так не договаривались. Я сделала, что ты велел. Вернула ее к жизни сокрытым ритуалом. Больше я ничего тебе не должна. Забирай ее и убирайся, оставь нас в покое! Я никогда не вернусь к тому чудовищу, твоему хозяину.

Резкий звук пощечины.

- Заткнись и не смей оскорблять тарро! Был бы он чудовищем, ты сейчас не ходила бы по земле! Он пощадил тебя и оставил тебе жизнь. Хочешь сохранить ее дальше – делай, что тебе прикажут!

Пара тяжелых шагов по полу. И он снова нависает надо мной.

- Ты. Можешь встать?

Я молча пытаюсь приподняться, опираясь на локоть. Выходит на удивление легко, словно меня и не переехал автомобиль на полной скорости.

- Слушай и запоминай. Тебя зовут Ка’Рин. Вот это – твоя мать. Ее зовут Ло’Ар.

Я повернулась налево, куда он указывал. Деревянная стена с аккуратными занавесками на окнах. Полочки с кучей небольших мешочков, травяной запах от которых я чую даже со своего места… со стола. Теперь, приподнявшись, я обнаружила, что лежу на квадратной деревянной столешнице.

А у стены стоит женщина. Лет тридцати пяти, в грубой тканой одежде. Очень светлые волосы повязаны платком на манер тюрбана. Левая скула покрасневшая – он и впрямь ударил ее. В глазах – страх, напряжение… и боль. Встретившись со мной взглядом, она отшатнулась в сторону. И опустила глаза.

- Твоя мать Ло’Ар, - с нажимом повторил мужик. – Запоминай имена. Наверху чернявая малявка. Твоя младшая сестра. Как ее зовут? – это он уже женщине… моей матери Ло’Ар.

- Ме’Лар.

- Твоя сестра Ме’Лар. У тебя были отчим и брат. Мать скажет тебе имена. И ты никому, не единой душе не будешь говорить, кто ты и откуда пришла. Забудешь про это свое… Бивиреу. Забудешь имя, род, статус – все, что называла мне. Ты – дочь этой знахарки.

- Я – дочь этой знахарки, - беспрекословно повторила я за ним. – Я услышала вас.

Детдомовский бэкграунд вырабатывает один выживательный навык. Безошибочно распознавать ситуацию, когда нужно не задавать вопросов, не возражать, а делать и повторять, что велят. Мое чутье включилось моментально и определило именно такую ситуацию.

Угрюмая физиономия мужика просветлела.

- Да ты умна. Это хорошо. Не кричишь и не споришь. По дороге мать расскажет тебе все, что ты должна знать. Ты упала и ушиблась головой. Она исцелила ушиб, но ты частично повредила память. Такое случается. Поэтому никто не удивится, что ты чего-то не помнишь о своей жизни. А еще больше того, чего ты не можешь знать – ибо ты простолюдинка. Нола. Тебя научит твой отец. Высокородный тарро Оралим Делари. Мы поедем к нему. В дороге ты будешь исполнять все, что я скажу. А по прибытии во всем повинуешься тарро Оралиму. Если поведешь себя достойно и тарро будет доволен – заживешь жизнью высокородной тарини. Ни в чем не будешь нуждаться. Попытаешься сбежать в пути – я настигну тебя и привезу к тарро в путах. А он покарает тебя за ослушание. Ну а если тарро будет недоволен тобой – тебя ждет смерть. Так что веди себя достойно и покорно.