Глава 17.

Первый

танец

Мне казалось, что едва я стану королевой, все в моей жизни должно измениться. Пойти наконец-то правильно. Я ведь желала власти, короны. Желала забраться Эйдену под кожу и свести с ума.

Мои цели достигнуты, но все, что я ощущаю — затягивающуюся петлю на шее. Темная сторона молчит, а мое собственное нутро трепещет от надвигающейся беды. Ее запах уже разлился в воздухе, подобно озону перед грозой. Я вдыхаю его полной грудью, всем телом чувствуя приближение поворотного момента — того самого, которому суждено прервать мою линию жизни.

Сколько у меня осталось времени? Неделя? Месяц? Год?

Стоит ли рассказать все Эйдену? Могу ли я ему доверять? Ведь он так и не дал клятвы меня не убивать…

Вопросы наполняют мою голову, но ответа на них нет. Я подозреваю всех и каждого, но главных претендента на мое убийство два: Эмили и Дэмиан. У бывшей невесты короля мотивов столько, что хватит и на десять моих жизней. А Алмар просто… бездействует. И каждая секунда промедления говорит мне о том, что произошло нечто, заставившего его пересмотреть свои планы в моем отношении.

Возможно, это влияние остальных двух правителей? Или там, на площади, что-то произошло? Ведь змей не пытался меня забрать — он хотел меня раздавить. Раньше я не придавала этому большого значения, но сейчас, проанализировав события спустя время, задумалась.

Эти мысли не давали мне покоя следующие два дня. В наших с Эйденом отношениях ничего не изменилось — я даже начала думать, что слова клятвы мне просто померещились.

Брачная ночь в разных постелях. Нечитаемое выражение его лица.

А после этого он находит меня в разгар дня, заталкивает в ближайший безлюдный угол, прижимает к стене так, что я едва могу дышать. Его руки повсюду: забираются под платье, касаются обнаженной кожи. Каждое движение такое же лихорадочное, как и его взгляд.

Губы накрывают мои, заглушая вопросы, возмущения, заставляя тело плавиться, принимая форму, подходящую под его. Мы слышим чужие шаги, но ему словно нравится балансировать на грани быть раскрытыми.

– Не издавай ни звука, Ассия. – Произносит он на грани слышимости, а пальцы уже проникают внутрь, заставляя меня до крови закусить губу. Внезапность и непристойность ситуации, страх быть обнаруженными и возбуждение превращаются в гремучий чувственный коктейль.

Я абсолютно забываю, что, вообще-то, могу поставить звуконепроницаемую зону, вспоминая об этом, лишь когда мое горло больше не в силах сдержать тихие стоны. Он доводит меня до высшей точки наслаждения, неотрывно следя за выражением моего лица.

Проводит влажными пальцами по моим губам, проникает ими в рот, а затем снова целует — нежно, чувственно, трепетно, словно его внутренний монстр насытился и немного ослабил вожжи контроля.

Противоречивое поведение Эйдена тоже добавляет причин для размышлений. Я чувствовала некий конфликт, что пожирает его изнутри. Наши внутренние демоны сильны, они стоят незримой тенью за нашими спинами. И я понимала: пока они там, наши отношения другими не станут.

И отсюда возникал главный вопрос: кто сделает первый шаг? И не станет ли слишком поздно?

***

– Платье просто восхитительно! – Выдохнула Иви, когда я, наконец, примерила финальный вариант своего наряда для коронации. На мой вкус, покрой был простоват для такого события, но смотрелось оно изумительно.

Бежевая ткань приятно льнула к телу. Верхняя часть декорирована жемчугом. Оно выглядело почти свадебным, но при этом не слишком пышным и вычурным. А самое главное — в пугающем видении на мне был наряд куда роскошнее этого.

Сегодня утром я потратила несколько минут, вновь изучая малейшие детали картины собственной смерти. Платье — моя главная улика: именно по нему я могу узнать, когда настанет тот самый день. Возникли мысли: что будет, если его попросту не надеть? Уничтожить?

Или к тому моменту мое ожидание настигнет такого апогея, что я попросту брошу вызов судьбе?

– Спасибо. – Поблагодарила я. Швея критически осматривала меня со всех сторон, и лишь удовлетворившись конечным результатом, велела своим ассистенкам помочь мне снять наряд. Мы с Иви дождались, когда они покинут комнату, и только после этого, принцесса произнесла с мечтательными интонациями в голосе:

– Не могу поверить, что бал уже завтра. Как и в то, что вы с Эйденом поженились, никому не сказав. Это так романтично! Я вспомнила наши шатания по потайным коридорам и последующие за этим события и скептически хмыкнула.

Конечно же, принцесса пока была первая и единственная, кто узнал о столь знаменательном событии — брат сообщил. Я не признавалась, но это было очень даже кстати. Мне был просто необходим хоть кто-то, с кем я могла это все обсудить.

– В тот момент мне так не казалось.

– Представь, что ты могла бы отмотать время вспять… Какой была бы твоя идеальная свадьба? – Спросила она, а глаза блестят хитро-хитро. Мне хочется надеяться, что с этим вопросом ее подослал ко мне Эйден — вдруг захотел исправить свои ошибки?

– Ну, во-первых… – начала я, задумавшись, какой представляла свою свадьбу, будучи совсем юной девушкой.

Герта закрепляет фату на моих волосах. Отец берет меня под руку и ведет к жениху. Церемония, конечно же, проходит в саду нашего родового замка. Стоит весна, цветут персиковые и вишневые деревья, их лепестки медленно ложатся на землю.

Я моргнула, внезапно представив обгорелый сад. Каменные развалины вместо дома, в котором я выросла. Мертвого отца и его последние слова. Удаляющуюся карету Герты.

– Во-первых, я могу отмотать время вспять. И если бы желала что-то исправить, то непременно бы это сделала. – Отрезала я, почувствовав, что настроение резко испортилось.

– Серьезно? – Иви вытаращила глаза, и я только сейчас осознала, что о природе моей силы мало, что известно остальным.

Воспоминания стираются вместе с исчезнувшим будущим. – Это же… невероятно!

– Твоя способность была не менее исключительной. – Вдруг вспомнила я запись в дневнике Эйдена. – Если не ошибаюсь, то ясновидение.

Почему-то этот факт сейчас вызывает неясное волнение. Если поглотившая этот мощный дар ведьма могла предвидеть будущее, то как она допустила свою смерть? Тем более от рук молодого и неопытного Эйдена, что на тот момент даже не был инквизитором?

Самый надежный способ узнать — спросить об этом своего теперь уже мужа. После коронации, что состоится завтра, мне предстоит официально переехать в королевские покои. А уж там у нас будет намного больше возможностей поговорить. Даже не так: больше возможностей для всего.

Внутри вдруг зажглась несмелая надежда, что со временем мы сможем преодолеть разногласия, открыться друг другу. Я цепляюсь за нее всем своим существом, впервые за последние недели ощущая, что не одна.

Моя жизнь изменится завтра. Завтра…

Оно наступило так быстро. Одарило замерзшую землю солнечными лучами, что разбавили красками серые пейзажи за окном. Наполнило замок гостями, смехом, воодушевлением, разговорами.

В центре сплетен — король и не покидающая свои покои Эмили. Церемония, что официально названа “брачной”, намечена на полдень, но, кажется, все уже начали подозревать, что что-то идет не по плану. Жрецу сообщили, что его услуги сегодня не понадобятся. Слуги разбирают арку, украшенную цветами — мне оставалось только догадываться, откуда их взяли в таком количестве в последний месяц осени.

– Свадьба сорвана?…

– Слышала, генерал Даррен оказался предателем…

– Где король?..

Я стояла в небольшой отдельной комнате, наблюдая за приготовлениями в тронном зале через небольшое окно. Казалось, что огромное помещение забито битком, но с каждым мгновением гостей прибывало все больше. Их взгляд прикован к лежащей на алой подушке короне — символу власти, а разговоры не стихают ни на секунду. На фоне играет ненавязчивая мелодия — в ней какие-то трагические нотки, от которых моя кожа покрывается мурашками.

Охраны больше чем обычно: я могла рассмотреть в толпе и замковую стражу, и магов, и даже несколько человек в инквизиторской форме. Интересно, что они почувствуют, узнав, что ведьма стала их королевой?

И что почувствую я?

– Вот ты где. – Эйден подошел неслышно, но все мое нутро уловило его присутствие так отчетливо, словно он предстал перед моими глазами. Руки обвили талию, притянули к себе, и я ощутила спиной его сильное тело. – Волнуешься?

– Немного. А ты? – Я словно только сейчас осознала всю тяжесть последствий, на которые он себя обрек. Вряд ли такой союз будет способствовать объединению народа вокруг короля. Нам предстоит длинный путь — чтобы изменить мнение народа не только обо мне, но и обо всех ведьмах. Естественно, если у нас получится взять их силу под контроль.

– Я не волнуюсь, Ассия. Я рад. – Произнес он так твердо, что я невольно развернулась в его руках, чтобы увидеть выражение лица. Ни капли насмешки, ни грамма сомнений. Оно и вправду было на редкость спокойным и расслабленным. Я видела столько его масок, что мой взгляд невольно застыл, изучая каждую черту.

– Рад? – Мой голос был пропитан недоверием. – И чему же?

– Тому, что смогу при всех назвать тебя своей. Что несмотря на все то, что между нами произошло, мы здесь. – Его хриплый голос пронизан эмоциями, и мои собственные вибрируют в унисон. – Мы не можем изменить прошлое, но… как ты думаешь, мы могли бы начать с чистого листа?

Страница наших судеб исписана, исчеркана, смята, испачкана. Она пропитана болью, обманом, ненавистью, страстью, отчаянием. Разве можно ее просто перевернуть и, взглянув на чистый лист, забыть все, что было на обратной стороне? Разве можно простить?

– Я не знаю, Эйден.

– Знаешь, о чем я подумал, когда увидел тебя на том балу в Дисгате? Что во всем мире нет девушки прекрасней.

Я поспешно отвернулась, чтобы он не заметил растерянного выражения моего лица. Зачем он говорит мне это сейчас? Что это меняет?

– Когда я впервые увидела тебя, мне показалось, что мы знакомы всю жизнь. – Тем не менее ответила я, уставившись перед собой невидящим взглядом. Происходящее за стеной вдруг перестало иметь всякое значение.

– Как думаешь, будь мы тогда просто Ассией и Эйденом, у нас был бы шанс? – Его низкий голос завораживает, заставляет меня окончательно забыть, где я нахожусь. Мне хочется закрыть глаза и вновь оказаться в том дне — когда моей главной проблемой было не опозориться перед местным сбродом.

– Несомненно.

– Тогда давай представим, что это наша первая встреча. Ты спустилась в зал, я покорен. Пробиваюсь сквозь толпу твоих поклонников, чтобы пригласить на танец… – Его голос звучал так беззаботно, что я не сдержала смешок.

– Сначала со своими поклонницами разберись. Они облепили тебя так, что невозможно было найти в толпе.

– Не сбивай. – В его голосе ответная улыбка. – Я подхожу к тебе и наконец-то говорю: “Ассия оре Дисгат, позвольте пригласить вас на следующий танец”? Как думаешь, ты бы согласилась?

Я все же закрыла глаза, представляя себе эту сцену. В веренице смазанных лиц вдруг появляется его — то самое, что заставило мое сердце биться чаще, а щеки пылать. Я смотрю в серые глаза, затем на протянутую согласно этикету руку. В горле пересохло от волнения.

– Да. – Произношу я в своем видении и наяву.

Тепло его тела исчезает, а через пару мгновений Эйден оказывается передо мной. Я распахиваю глаза и вижу его ладонь — точно такую же, как и в представленной сцене.

– Сейчас? Нас уже ждут, и…

– Всего один танец. – Мягко произнес он. – Пожалуйста.

Что-то в его интонации заставляет меня согласиться. Я протянула руку в ответ, приседая в реверансе. Эйден коротко поклонился, а после притянул меня к себе, положив руку на талию. Из тронного зала льется мелодия — она пронизана светлой грустью и тихой радостью, надеждой и обреченностью. Она поднимает из глубин моего сердца все самые сокровенные чувства, выворачивает меня наизнанку.

Как и его прикосновения, что наполнены нежностью. Как и взгляд, в котором я вижу отражение собственных эмоций. Может, у нас и правда есть шанс?

***

Тихо настолько, что слышно, как под потолком жужжит муха. Ее Величество Ассия оре Карст поднимается на тронное возвышение и встает рядом с мужем. Это имя мне непривычно — создается ощущение, что все это происходит не со мной. Момент нашей общей слабости закончился, и теперь мы возвышаемся перед целой толпой, что не спешит приветствовать свою новую королеву. На лице Эйдена жесткое выражение. На моем – легкая улыбка.

Не скажу, что ожидала иной реакции — в конце концов, у них даже не было времени подготовиться и осмыслить эту новость. Дары и сладкие речи, что они приготовили, предназначались Эмили. Но она стоит вместе с ними в толпе: бледное лицо, потухший взгляд, руки комкают кружевной платок, что она то и дело прикладывает к лицу. И отнюдь не из-за счастья за молодых.

Остался последний шаг: водрузить корону на мою голову, после гости смогут направиться в бальный зал, чтобы присоединиться к торжеству в честь королевской четы. Все, что мне сейчас хотелось — поскорее закончить и приложиться к бокалу вина, чтобы стереть воспоминания о последних тридцати минутах.

Ликованием тут и не пахнет, но они смирятся. Иначе и быть не может…

Я склоняюсь перед Эйденом. В его руках целое произведение искусства: золото и драгоценные камни. Эту корону носила его мать и еще десятки достойнейших женщин Аэлории. А теперь буду носить я — темная ведьма, которую большинство из присутствующих презирает просто за цвет моих глаз и волос.

– Клянешься ли ты, Ассия оре Карст, защищать свой народ и заботиться о нем? – Голос Эйдена гремит на весь тронный зал, отражаясь от стен и возвращаясь коротким эхом.

– Клянусь!

Я повторяю это слово несколько раз в ответ на каждый вопрос клятвы. А после этого моих волос наконец-то касается драгоценный металл. Яркая вспышка ослепляет, и спустя пару секунд я понимаю, что она исходит от моего платья.

В толпе раздается аханье, чьи-то возгласы, а я со все растущим волнением наблюдаю, как мой наряд меняется, превращаясь в произведение искусства под стать короне. Золотое шитье, бриллианты… Все внутри скручивается в тугой узел паники. Это платье я узнаю из миллиона.

Платье, в котором я умру.

Я перевела ошеломленный взгляд на Эйдена, не замечая даже, что зрители церемонии наконец-то расщедрились на рукоплескания.

– Что это? – Прохрипела я, чувствуя, как горло сдавило цепенящим ужасом.

– Королевский маг предложил. – Кажется, моя обеспокоенность передалась и ему. – Что-то не так?

– Все не так! – Прошипела я, чувствуя себя так, словно в любой момент готова была расплакаться. Разочарование, острое, словно иглы, пронзало меня насквозь. Чистый лист оказался последним в нашей истории — осталось только заполнить его финальной сценой. – Почему ты не предупредил? Почему ты никогда не спрашиваешь моего мнения?!

– Ассия, что происходит? – Он схватил меня за предплечья и заглянул в глаза.

– Мое чертово будущее, вот что происходит. – Бессильно простонала я. – Моя сила, мои видения. Я видела свою смерть. Я умру в этом чертовом платье… и с короной на голове.

Последние слова я произнесла почти шепотом, что потонул в овациях гостей. Наверно, со стороны наша поза выглядела так, словно мы вот-вот готовы поцеловаться. Лицо Эйдена застыло, словно восковая маска — кажется, он все равно услышал.

– Повтори, что ты сказала. – Он медленно моргнул, глядя на меня так, словно видел впервые в жизни.

– Кто-то должен воткнуть мне кинжал прямо в сердце. А я даже до сих пор не уверена, что это не ты.

Хватка на моих предплечьях стала настолько стальная, что я поморщилась от боли. Однако Эйден этого не заметил. Он продолжал смотреть на меня расширяющимися глазами, в которых вдруг разверзлась целая бездна.

А в следующий миг зал содрогнулся.