Глава 26.

Королева

Эйден на пару мгновений прикрыл глаза. Крепче прижал меня к себе. Я буквально тонула в его объятия. Словно в коконе, защищающем от всего мира.

– Боги… – выдохнул он, прикасаясь губами к моей макушке. – Это правда?

– Да. – Помедлила, прежде чем спросить. – Ты не рад?

– Конечно, рад. Просто… – Он шумно выдохнул, пытаясь подобрать слова. Впервые видела его в таком замешательстве.

– Просто что?

– Я так виноват перед тобой. Перед вами. – Он осторожно дотронулся до моего живота. Положил раскрытую ладонь, завороженно уставившись на нее. Словно пытаясь представить, что где-то там, под ней, растет его ребенок. Даже у меня пока получалось с трудом.

– Ты не мог это остановить. – Произнесла я. – Меня убила богиня руками твоей сестры.

– Я больше никому не позволю навредить тебе. Ни людям, ни богам. Ни себе. – Произнес он глубоким от переживаний голосом. Тьма его глаз завораживала.

– Что стало с Иви?

– Иви под арестом. – Эйден нахмурился, явно не желая говорить сейчас о ней. – Я… едва не казнил ее. Она получила твою силу, точнее, ее часть. Теперь она полноценная ведьма. Как и хотела.

– Уверена, не такой ценой. – Мягко произнесла я. Оправдывать собственного убийцу было странно, но у меня был здесь и свой интерес. – А Дэмиан Алмар?

– Занялся политикой. – Эйден зло усмехнулся. – Настаивает, чтобы Иви отдали ему. Честно говоря, я ее скорее казню, нежели пойду на его условия.

От тона, которым это было сказано, по коже побежали мурашки.

– Когда я была в том странном месте, то заключила сделку с Таль. Она вернула меня ради одной-единственной цели. –

Сказала я, тщательно отслеживая эмоции на его лице.

– И какой же? – В голосе послышалось напряжение.

– Таль не может влиять на твои решения. Судьба Иви сейчас принадлежит тебе в большей степени, чем ей. Ты сгноишь ее в темнице — не в силах простить и не в силах избавиться. Это ее будущее.

– И чего хочет богиня?

– Мести. Ты должен отдать Иви Дэмиану Алмар. Иначе… она обещала эту судьбу нашей дочери.

Повисла звенящая тишина, прерываемая лишь звуком кипящей воды. Кажется, отвар безнадежно испорчен. Я не глядя махнула рукой в его сторону, и огонь погас. Не хватало еще всю деревню спалить.

– Это… сложное решение. Я не могу принять его сейчас. – Ответил, наконец, Эйден.

– Я понимаю. – Я обхватила его за шею и заглянула в глаза. Приподнялась так, чтобы наши лица были на одном уровне. –

Призна́юсь, я думала скрыть это и действовать в обход. Но мы договорились быть честными друг с другом.

– Я ценю это, Ассия.

Было ужасно непривычно, что между нами все может быть… так. Что можно прямо озвучивать свои мысли. Делиться чувствами. Получать то же самое в ответ. Его руки дарили тепло, защиту. Его присутствие вдруг стало той незыблемой опорой, в которой я нуждалась.

Хотелось застыть в этом моменте. Провести в нем целую вечность. Держаться друг за друга так, словно ничего больше не осталось. Но есть еще одна тема, которую мы так и не затронули.

Что будет дальше?

Словно прочитав мои мысли, Эйден произнес:

– Завтра на рассвете поедем в столицу. Отряд продолжит миссию без нас.

– И кто будет рядом с тобой? Деревенская мышка Амалия? – Я призвала силу, возвращая себе образ белокурой знахарки. –

Или… я могу стать Эмили. Прикопаем ее под деревом, я даже знаю местечко тут неподалеку. Такой выбор никто не осудит.

Ожидала, что Эйден хотя бы улыбнется, но его лицо стало только мрачнее.

– Только ты, Ассия. – Он сузил глаза, обдавая меня волной антимагии. Личина спала. – Единственная, кого я хочу видеть рядом. Ты — моя жена, мать моих детей. Ты не будешь скрываться.

Я испытала смешанные эмоции. Благодарность с одной стороны. Страх — с другой. Вспомнила, как меня встретили на коронации: звенящая тишина, настороженные взгляды, презрение во взгляде. Могут ли вообще принять такую, как я?

Остро захотелось хотя бы одним глазком заглянуть в собственное будущее. Пока я еще могу.

***

Мы покинули жилище Агаты через час. Эйден крепко держал меня за руку, ведя в сторону раскинутого лагеря. Попадающиеся по пути члены отряда слегка кланялись, провожая нас любопытными взглядами. Вряд ли они знали меня в лицо, а потому недоумевали, увидев рядом с королем.

Шатер Эйдена выделялся среди остальных. Был больше, а еще находился в самом центре лагеря. Неподалеку потрескивал костер, на котором готовили ужин. По периметру расхаживали маги, выставляя защиту.

– Мы уже обнаружили пятнадцать неинициированных ведьм. – Эйден вводил меня в курс дела будничным тоном, не обращая никакого внимания на реакцию подданных. – Они отправились в столицу позавчера. Нет смысла таскать их с собой по всему королевству.

– Разумно. – Отозвалась я, также старательно игнорируя чужое внимание.

– Ваше Величество, вы вернулись! – Раздался позади голос Эмили, когда до шатра оставалось пару метров. Ее голос сорвался в конце — видимо, меня заметила. Я остановилась и медленно обернулась, глядя в ее расширившиеся от священного ужаса глаза. Она окинула взглядом мое платье, накидку, и в них зажглось понимание.

– Да, я вернулась. – Невозмутимо ответила я, несмотря на то, что фраза явно адресовалась королю. Лагерь замер. Все внимание оказалось приковано к нам.

– Ваша королева, Ассия оре Карст жива. И она сейчас перед вами. – Голос Эйдена разнесся над поляной подобно грому. Рука легла на мою талию в защитном жесте.

– Слава Королеве! – Раздался нестройный гул голосов. Наиболее искренне прозвучало от магов — возможно, некоторые из них были в тронном зале, когда все произошло. Или слышали подробности от представителей своей братии.

Эмили сжала руки в кулаки. Лицо побелело, как снег.

– Ваше Величество. – Произнесла она, глядя прямо на меня. – Могу я поговорить с вами наедине? Прошу, всего одна минута.

Я непонимающе нахмурилась. Хочет поговорить со мной? Или Эйденом?

– Нет. – В голосе Эйдена звенела сталь. Рука на моей талии напряглась.

– Я имела в виду Ее Вели…

– Ее Величество не принимает визитеров. – Отрезал он, не давая мне и слово вставить. – Если тебе есть что сказать, то говори здесь и сейчас.

Эмили колебалась секунду, прежде чем развернуться и направиться в сторону своей палатки. Я почему-то не могла отвести взгляд от ее прямой как палка спины. Осторожно проверила магией.

Не девственница.

Ревность комом встала поперек горла, не давая дышать.

– Пойдем, Ассия. – Эйден потянул меня к входу в шатер. Внутри оказалось на удивление тепло. Я медленно сняла накидку, ощущая, как пальцы подрагивают от целой бури эмоций. Что Эмили хотела: тогда, в хижине знахарки и сейчас?

– Ты с ней спал? – Спросила, потому что больше не могла держать этот вопрос в себе. – Я… не буду ревновать, просто хочу знать.

Врала. Конечно же, я врала. Даже думать не хочу, что будет, если ответ окажется положительным.

– Разумеется, нет. – Отрезал он таким тоном, словно я спросила несусветную глупость. Но семя сомнений уже было посеяно.

Взошло на благодатной почве, заставляя меня отступить от него на шаг.

– Я… скоро вернусь. – Я даже накидку не накинула, вышла как есть. Эйден выругался и направился следом. Я почувствовала, как на плечи ложится теплая ткань. – Я иду к Эмили.

– Я догадался. – Произнес он напряженным голосом. – Не веришь мне.

Я ничего не ответила. Сама не знала, верила или нет. Но чувствовала, что если не закрою этот вопрос сейчас, то он, словно червь, будет разъедать меня и дальше.

Палатка Эмили ожидаемо оказалась совсем недалеко, в центре лагеря. Совсем небольшая — уверена, что кроме постели и личных вещей там ничего нет. Девушка стояла рядом с ней, на бледном лице крайнее волнение.

– Ты хотела поговорить. – При моем приближении она вскинула голову, а затем неуверенно кивнула. На моего мужа и вовсе старалась не смотреть. – Что ж, идем.

Секундная заминка, и мы направились в сторону леса. Шли мы недолго, минут десять, прежде чем оказались за пределами лагеря. Рука Эйдена предупредительно сжалась на эфесе меча, а взгляд неотрывно следил за бывшей невестой, словно видел в ней угрозу.

Было бы смешно, если бы она и в самом деле уже не пыталась меня убить.

– Я создам звуконепроницаемую зону. Можешь говорить все, что считаешь нужным. – Произнесла громко, ставя в известность сразу всех.

Эмили сдержанно кивнула. Как мне показалось, с облегчением.

– Я готова. – Произнесла я. – У тебя есть десять минут.

– Я хотела попросить об одолжении. – Голос Эмили звучал глухо. – Зелье… способное избавиться от нежелательной беременности. Все, кого я просила, мне отказали. Мне больше не к кому обратиться.

Мое сердце пропустило удар. Ладони вспотели. Просьба казалась такой… неожиданной. Неправильной.

– И кто отец? – Я одновременно жаждала и боялась услышать ответ. Ее губы искривились в жалкой усмешке.

– Какая разница? – С вызовом произнесла она. – Я совершила ошибку. Ты трахалась с чужим женихом, так что не тебе меня судить.

В ее голосе звенели слезы. Глаза буравили Эйдена, что стоял за моей спиной. Было в ее взгляде какое-то болезненное отчаяние.

Мое сердце не дрогнуло.

– Радуешься, да? – Тем временем продолжала она, переводя взгляд на меня. Из ее голубых глаз брызнули слезы. – Злорадствуешь, как низко я пала? Я всего лишь хотела любви! Капельку тепла хотела, понимаешь? Я просто хотела вновь почувствовать, каково это — быть любимой. Ты лишила меня всего! Ты жизнь мою поломала, ведьма!

Я слушала поток откровений, чувствуя себя так, словно купалась в грязи. Даже после всего произошедшего, она винила меня.

Не Эйдена. Не себя, пошедшую на отчаянный шаг. А меня.

Стало очевидно главное — с кем бы она ни связалась, это был не мой муж. Интересно, на что она надеялась, оставаясь рядом с королем? Что сможет лечь под него, а после женить?

Впрочем… ничего бы у нее не вышло.

– Я не стану делать подобное зелье. – Произнесла я. Эмили всхлипнула. Выглядела так, словно я ее ударила. – Попросту потому, что ты не беременна.

– Но… – Долетело мне вслед. Я развернулась в сторону лагеря, не желая тратить на нее больше не минуты. Пусть сама разбирается со своими проблемами. Тьма не видела в ней новой жизни, да если бы это было и так… разве я могла взять такую ношу на себя? Убить нерожденное дитя, чьим бы оно ни было?

Живот неприятно крутило от стресса, и я невольно накрыла его рукой. Краем глаза уловила, как Эйден сделал знак постовым, чтобы они сопроводили Эмили до ее палатки.

– Ты слышал? – Спросила я спустя несколько минут, шагая в сторону шатра.

– Все до последнего слова. – Подтвердил он. – Клянусь, я и пальцем ее не коснулся, с тех пор как… задолго до того, как мы официально расстались.

– Прости, что не поверила.

– Доверие не появляется по нашему желанию, Ассия. – Мягко проговорил он, приподнимая ткань, чтобы я могла пройти в шатер первой. – Но мы будем стараться, верно?

Я кивнула, чувствуя, как когтистая лапа ревности отпускает мое сердце. Руки Эйдена сомкнулись вокруг моей талии.

– Ты голодная?

Я неопределенно пожала плечами. Со всеми переживаниями я забыла, когда ела в последний раз, и внезапно ощутила просто звериный голод.

– Да.

– Побудь здесь. Я скоро вернусь.

Эйдена не было буквально пару минут, а вернулся он с двумя металлическими плошками, от которых исходил пар. Я почему- то представила, как король расталкивает очередь перед костром, чтобы первым получить наши порции. Или отбирает их у проходящих мимо членов отряда.

На губах заиграла легкая улыбка.

Эйден заметил. Жадно впился в мое лицо глазами.

– Кажется, я наконец-то узнал, как заслужить благосклонность жены. Нужно всего лишь прихватить с собой поесть. – Поддразнил он меня, улыбаясь в ответ. Я завороженно уставилась на то, как изменилось его лицо. Напряжение ушло. В уголках глаз появились лучики морщин. Жесткий взгляд сменился на другой — непринужденный и расслабленный. Мое сердце пропустило удар.

Почему мы так редко улыбались друг другу? Нам столько всего нужно наверстать.

Мы ели горячую кашу, приготовленную на костре. Не было в ней ничего необычного — слегка недоваренная, в меру соленая, с кусочками куриного мяса. Но почему-то для меня она имела особенный вкус. Вкус зарождающегося доверия. Вкус первых шагов навстречу друг другу. Вкус, от которого я как никогда чувствовала себя живой.

Мы легли спать почти сразу после ужина. Эйден прижимал меня к себе, вдыхал запах волос, целовал везде, куда мог дотянуться. Словно никак не мог насытиться этими прикосновениями.

Я уснула, едва голова коснулась подушки, но сквозь сон продолжала чувствовать его руки. Эйден не спал. Трогал, гладил, что- то тихо шептал. И лишь проснувшись окончательно с рассветом, я поняла, что это длилось всю ночь.

***

Путь до столицы занял пять дней. Мы могли бы воспользоваться артефактами переноса, но, честно говоря, я была рада провести это время наедине. Мы много разговаривали. Эйден рассказывал о своем прошлом, а у меня было чувство, что до этого момента я его и не знала совсем.

От этого было еще удивительнее, что мою жизнь он знал чуть ли не лучше меня. Он приезжал в Дисгат множество раз. Его люди следили за каждым моим шагом. Даже тому, что инквизиторы до меня не добрались, я была обязана в первую очередь ему.

А я-то все это время думала, что самая умная и вожу всех за нос. Смешно.

Чем-то эта поездка напоминала наши первые дни вместе. Неприметная одежда, фальшивые имена, чужая личина. Только в этот раз я направляюсь за ним добровольно, а не под действием клятвы. Он больше не несет угрозу, а желает меня защитить. Спрашивает о моем комфорте, как я себя чувствую. Крепко обнимает по ночам так, словно я в любой момент могу исчезнуть.

О том, что Эйдена мучили кошмары, я узнала в первую ночь. Проснулась от его мучительного стона, не зная, что происходит.

Ему больно? Отравили? Дурной сон?

– Эйден! – Позвала я. Потрясла его за плечо, а затем коснулась лба, покрытого холодной испариной.

Его глаза распахнулись. Абсолютно черные, с искрами серебра, тонущими на самой глубине. Он медленно перевел взгляд на меня. Моргнул, и радужка начала понемногу светлеть.

– Ассия. – Хрипло произнес он с каким-то мучительным облегчением.

– Ты стонал… – Прошептала я. – Плохой сон?

– Очень плохой. – Он прочистил горло и перевел взгляд на окно. Стояла глубокая ночь. Ни один луч света не пробивался через плотно закрытые ставни. – Извини, я тебя разбудил.

Я помотала головой — мол, ничего страшного. Легла рядом. Подумав, придвинулась вплотную, положила голову на плечо и закинула ногу на его торс. Ладонью почувствовала, как быстро бьется его сердце.

Эйден обнял меня в ответ. В его руках тепло, уютно, спокойно. Его тьма оберегала меня, тянулась, окутывала — я чувствовала это всем своим существом.

– Расскажешь, что тебе приснилось?

– Не хочу. – Отрезал он успокаиваясь. – Просто побудь рядом.

Я вздохнула. Провела пальцами по сильной груди, что мерно вздымалась в такт его дыханию. Спустилась на живот. Было в этом что-то волнующее — беспрепятственно касаться его. Знать, что только мне это позволено.

Мой мужчина. Мой муж.

Никогда, мне кажется, не привыкну.

– А ведь у нас даже брачной ночи не было. – Произнесла я вслух. Буквально почувствовала, как его мысли сворачивают в новое русло. Пальцы на моем плече принялись медленно поглаживать чувствительную кожу.

– Не хочу навредить тебе или ребенку. – Слегка охрипшим голосом произнес он. – Ты только оправилась от раны. Кончик моего рта дернулся в улыбке.

– А, ну тогда ладно. – Делано равнодушным тоном согласилась я. Поудобнее устроилась в его руках, якобы случайно задевая пах ногой. Его член дернулся, наливаясь возбуждением.

А меня каким-то торжеством затопило. Моя ладонь вновь пришла в движение, вырисовывая узоры на его животе. Точнее, выводила буквы своего имени, словно стараясь заклеймить. Интересно, заметил?

Держался он долго. Секунд пять.

– С другой стороны… – Он повернулся набок, подхватывая мою ногу под коленом, чтобы та не сползла с его тела. – Ничего не случится, если я поцелую свою жену.

– Абсолютно ничего не случится. – Самым серьезным голосом подтвердила я. Его рука скользнула выше по бедру, приподнимая ткань ночнушки. Накрыла ягодицу и слегка сжала.

Мое тело отреагировало мгновенно. Чувственная дрожь зародилась под кожей.

– Все никак не могу поверить, что ты здесь, со мной. – Хрипло произнес он, зарываясь лицом в мою шею. – Носишь моего ребенка. А мне словно этого мало. Внутри постоянный голод. Хочу обладать тобой. Поглотить. Иногда мне кажется, что с ума схожу.

Его слова ошеломляли настолько, что я даже не сразу нашла что сказать.

– Если это безумие, то я твое лекарство. Прими меня. Станет легче. Нам обоим.

Эйден развернул меня на спину, нависая сверху. Тьма в его взгляде, тьма закручивается воронкой вокруг нас, тьма внутри. И в самом ее центре лишь мы одни. Просто Эйден. Просто Ассия.

Просто мы.