Глава 6.

Возвращение

Ожидала я совсем не этого. Я должна была вернуться в свое время героем, почивать на лаврах славы и всеобщего признания — иначе зачем это все? Но будущего, в котором я героически спасла замок, больше нет. О нем знаем только мы с Эйденом, а потому все, что мне сейчас оставалось — следовать за двумя мужчинами, что вызвались меня сопроводить. К счастью, не в подземные темницы. План замка я по-прежнему помнила отлично, и нужный спуск остался далеко за нашими спинами.

Все это лишь очередной спектакль. Сталь сверкала в свете огней, озаряющих бесконечные коридоры так, словно могла причинить вред ведьме. Доблестные стражи вели меня куда-то вглубь не тронутого битвой замка так, словно это не был мой выбор.

Узнать бы только, какую роль мне подготовил принц на этот раз, и что вообще здесь произошло.

– Когда было нападение? – Спросила, не особо рассчитывая на ответ. А услышав закономерную тишину, повторила, выпуская тьму. – Сколько прошло времени после нападения на замок?

Человеческий разум беззащитен перед ведьминской силой. Пусть я и слаба после перемещения, моих сил хватило бы даже на то, чтобы избавиться от всей этой сомнительной компании и сбежать. Вот только бежать мне некуда, да и незачем. И, видимо, Эйден очень хорошо это понимает, раз не снабдил солдат даже самыми примитивными артефактами от темной силы.

Или приказ отдал вовсе не он.

– Две недели назад. – Отозвался наконец-то страж. Взгляд его стал каким-то стеклянным, но шаг не сбился. Полупрозрачные темные щупальца опутывали его лицо, лишая собственной воли.

Две недели. Если мы говорим об одном и том же нападении, то я промахнулась на целых две недели — непозволительно много для той, что должна контролировать время.

– Какой у вас приказ?

– Доставить в выделенные покои. Охранять.

Я хмыкнула. И ни слова про арест. Да и почерк Эйдена очень узнаваем — я словно наяву услышала его голос, произносящий эти слова.

Я хотела спросить что-то еще, но в голове ненавязчиво зашумело — индикатор того, что силы мои на исходе. В груди неприятно жгла досада: особый дар сжирал слишком много энергии, и если не научиться его контролировать в самое ближайшее время, то у меня будут большие проблемы.

Несмотря на это, открытые перспективы поражали. Время… оно по-настоящему бесценно. Один миг может разделить жизнь на “до и после”. Всего один миг отделяет живого человека с бьющимся сердцем от бездушного тела, что будет предано земле.

И в моей власти изменить целую последовательность таких мгновений, кроить будущее по своему усмотрению — осталось лишь разобраться, каким я хочу его видеть.

Мои цели не изменились. Я по-прежнему желаю ощутить тяжесть короны на своей голове вместо короткого поводка на шее.

Но клятва мне сейчас только на руку – именно она дает уверенность, что Эйден не воткнет мне кинжал в сердце.

Хотя с чего я вообще взяла, что это сделает именно он?

– Пришли. – Сообщил мне страж, останавливаясь у уже знакомой двери. – Служанка скоро прибудет.

Хотелось спросить, с каких это пор пленникам положена служанка, но я удержалась от ядовитых слов. Поиграем в принятие, пока положение вещей не станет более ясным.

Моя золотая клетка приветливо распахнула дверцу, а я, не колеблясь, шагнула внутрь. Потому что точно знала, что ее тонкие прутья больше не смогут меня удержать. Дверь закрылась, но удаляющихся шагов я не услышала – значит, остались караулить.

Я осмотрела знакомую гостиную, ощущая себя так, словно прошли годы с того момента, как я была здесь в последний раз. Мои вещи остались нетронуты, и почему-то это разозлило. Эйден словно нарочно демонстрирует, что знает каждый мой шаг наперед… или это я вижу подвох там, где его быть не может?

Раздался тихий стук в дверь.

– Войдите! – Злость все еще клокотала внутри, поэтому мой голос звучал резко. Прибывшая девушка была мне незнакома: старше предыдущей, со светлыми волосами, убранными под серый невзрачный чепец. Черты ее лица напоминали мне Эмили, что не способствовало хорошему настроению.

Увидев меня, она остановилась. Глаза расширились от ужаса, веснушки побледнели. А я внезапно осознала, что по-прежнему выгляжу, как оживший кошмар из баек о ведьмах, коими простолюдины пугали своих детей.

– Госпожа прикажет подать ванну? – Она на удивление быстро взяла себя в руки, чем немало меня удивила.

– Прикажу. – Медленно проговорила я. – Как тебя зовут?

– София. – Ответила она поклонившись. Затем тяжело сглотнула и добавила: – Служить вам честь для меня. Все интереснее. Моя злость улеглась, уступая место холодному любопытству.

– Тогда приступай.

Я отошла к окну, чтобы не нервировать девчонку своим взглядом, и тут же усмехнулась своим мыслям. Эта “девчонка” едва ли старше меня, а я рассуждаю так, словно разница между нами измеряется десятилетиями.

Вообще, я могла бы вновь использовать тьму, чтобы вернуть себе приличный вид. Но, во-первых, как я уже выяснила, резерв у меня не бесконечный, и следует поберечь силы на тот случай, если условия моего пребывания в замке мне не понравятся. А во- вторых… одна только мысль о горячей ванне заставляла меня блаженно прикрыть глаза. После всех этих дней в “убежище”, мне было жизненно необходимо вновь почувствовать себя собой.

Я слушала успокаивающий шум воды, почувствовала запах эфирных масел, и, наконец, ощутила, как холодное, цепкое беспокойство, что сжало мое нутро когтистой лапой, начало отступать.

А через несколько минут я уже опустилась в воду, как раз в тот момент, когда раздался очередной стук в дверь. Откликнувшаяся на него София вернулась почти сразу с подносом, полным еды. У меня возникло стойкое чувство дежавю, не хватало только записки от Эйдена.

– Вам послание. – Сообщила девушка, протягивая сложенный вдвое лист бумаги. Мое сердце отчего-то забилось быстрее, но виду не подала. Нарочито медленно приняла письмо из ее рук, стараясь ничем не выдать волнение.

Дорогая Ассия,

Рад вашему возвращению. Будьте готовы через два часа к аудиенции с королем. Генерал Даррен сопроводит вас. Эйден

Рад возвращению. Я скомкала злосчастный лист бумаги, а затем испепелила прямо в руке. Разумеется, ты рад, Эйден. Самая важная фигура на шахматной доске вновь в твоем распоряжении.

Похоже, я горячилась, когда подумала, что клятва мне на руку. К такому невозможно привыкнуть. Невозможно оправдать ее ценность одним лишь условием, что я погибну не от руки Эйдена. Она душила меня одним лишь фактом своего существования, и от мысли, что я буду во власти младшего принца еще почти целый год, внутри поднимался протест. Хуже всего, что досрочного решения этой проблемы пока не предвиделось: снять ее может лишь Эйден или… его смерть.

Внутри все похолодело настолько, что вода стала казаться обжигающе горячей.

– Позвольте, я вымою ваши волосы. – Произнесла София, касаясь темных прядей. Ее тонкие пальцы добрались до кожи головы и принялись мягко массировать, распределяя приятно пахнущее средство. Я прикрыла глаза, пытаясь сосредоточиться на ее движениях и выбросить из головы все неприятные мысли.

И как-то неожиданно для самой себя расслабилась настолько, что чуть не уснула. Я и забыла, что в том прошлом я ушла с наступлением ночи, истратив при этом все свои силы — как физические, так и магические. А ведь сейчас день в самом разгаре: нужно держать лицо перед королем, перед Эйденом, перед генералом, перед любым, кто встанет у меня на пути.

Я широко зевала, когда выбиралась из ванны. И даже не спросила, почему выбранное платье оказалось черным и закрытым

— с длинными рукавами и широким вырезом лодочкой, что оставлял открытыми лишь ключицы.

Наряд хоть и был простым, но мне шел необычайно. Темная ведьма во всей своей смертельной красе, — примерно так я его охарактеризовала. Он словно подчеркивал мою нечеловеческую суть, и я задавалась вопросом, зачем это Эйдену? Хочет презентовать меня отцу, как самое совершенное оружие против врага?

Генерал Даррен явился ровно в назначенное время. Отец Эмили обвел меня презрительным взглядом, останавливаясь на глазах.

– Будь моя воля, – Буквально выплюнул он. – Ты бы уже горела на костре, предательница.

Предательница. А вот это уже интересно. Какого черта тут происходит? Мысли метались в голове, пока я изо всех сил пыталась выбрать правильную линию поведения. Но вскоре осознала, что она у меня теперь только одна. Тьма избрала меня, а я ее, и нет у меня другого пути, кроме как быть ведьмой.

– Как дочка поживает? – Оскалилась я, не скрывая угрозы в голосе. Лицо генерала напряглось, глаза потемнели, рука сжалась на рукояти меча… а через мгновение он развернулся и вышел из моей комнаты. Посчитав это за приглашение, я последовала следом, рассматривая его прямую, как палка спину.

По пути нам почти никто не встретился, словно замок внезапно опустел. Мы и правда направлялись в сторону королевских покоев, но не дойдя несколько метров до заветной двери, что я помнила с прошлого нападения, мы остановились.

– Это кабинет Его Величества. – Сухим голосом объявил генерал. – Я доложу о вашем прибытии.

Как быстро угрозы освежают память о правилах вежливости. Надо же, даже вспомнил, что к аристократке принято обращаться на “вы”. Я проводила его взглядом, ощущая вдруг неясное волнение. Сейчас будет решаться моя судьба… в который там раз? Казалось бы, можно уже и привыкнуть, но вот только мое сердце ускорилось, разгоняя тьму по венам.

В голове вдруг появилась нелепая мысль: а что если мне суждено быть королевой потому, что я выйду за отвратительного старика Маэлиса? Как далеко я готова пойти ради своих целей?

В проеме появился генерал Даррен, не давая мне развить эту мысль.

– Вас ожидают. – Сухо бросил он, а в следующий миг дверь широко распахнулась, пропуская меня в роскошно обставленный королевский кабинет.

Массивный стол из красного дерева, льющийся из окна свет. Одно из окон открыто, отчего температура на несколько градусов ниже, чем в остальной части замка. Боевые трофеи на стенах, картины в золоченых рамах. Мягкий ковер, заглушающий шаги.

И Эйден, что прислонился бедром к столешнице, и смотрит прямо на меня. На нем темная рубашка, темные штаны и такие же темные круги под глазами, словно бессонница стала его самым верным другом. Взгляд холодный, сосредоточенный.

– Благодарю, генерал. – Произнес он, продолжал смотреть на меня. – Можете быть свободны.

За моей спиной послышались шаги, дверь тихо закрылась. А я внезапно осознала, что в кабинете мы совсем одни.

– Его Величество не посчитал нужным поучаствовать в судьбе его верной подданной? – Последние два слова произнесла с явной насмешкой. Эйден всматривался в мое лицо еще несколько секунд, прежде чем кивнуть на диван, приглашая меня сесть. Сам при этом занял массивное кресло за столом и смахнул в выдвижной ящик какие-то бумаги. Щелкнул замок.

– Я рад, что ты вернулась, Ассия. – Наконец, проговорил Эйден, вновь фокусируясь на мне. – Боюсь, что Мэлис Третий не сможет почтить нас своим присутствием. Он мертв.

– Но… – Начала я, и тут до меня начало доходить. Не просто доходить, а доходить. – Как так получилось? – Медленно спросила, подаваясь вперед.

– Кто бы мог знать, что короля отравят? Очень редкое растение, и растет как раз в Далмарийской империи. Невосполнимая утрата, все королевство в трауре. Я велел подготовить для тебя подходящие случаю одеяния. Надеюсь, они пришлись тебе по вкусу.

Любые слова, готовые сейчас сорваться с губ, застряли в пересохшем горле. Он же шутит, да? Скажите мне, что он просто издевается. Рассказывала ли я об отравлении Маэлиса? Сомневаюсь, что могла упустить такую важную деталь.

– Король умер. – Все так же медленно повторила я, смакуя каждое слово. Лицо Эйдена оставалось невозмутимым, словно мы обсуждали погоду за окном. – Твои братья хоть живы? Или их тоже постигла трагическая непредвиденная случайность?

Мой голос сочился сарказмом, но, кажется, Эйдена это не задевало. Он рассматривал меня так, словно видел впервые.

– Я и забыл, какая ты… – он сделал паузу, словно искал подходящее слово. – Другая.

– Тебя это расстраивает, Эйден? – Я склонила голову набок, безо всяких слов понимая, что он хотел вложить в это емкое определение.

– Вовсе нет. Ты меня любая… радуешь. – Он откинулся на спинку кресла и устало прикрыл глаза. И этот простой жест вдруг сделал его каким-то близким и понятным, настолько, что внутри что-то сжалось. – Полагаю, у тебя много вопросов. Спрашивай.

– Ксандр и Лестер живы? – Повторила я вопрос, который он проигнорировал несколько мгновений назад.

– Боги, Ассия, неужели ты думаешь, что я способен на братоубийство в борьбе за престол? – Возмущение в его голосе граничило с насмешкой. – Конечно, они живы и в добром здравии.

– Тогда как? – Спросила я с откровенным негодованием. Все мои планы, все мои стремления лопнули как мыльный пузырь, стоило осознать, что королем стал именно Эйден. Он, как всегда, всех одурачил — даже там, где, казалось, это было невозможно. И хуже всего то, что я отчасти была этому рада: кто, как не он, сможет исправить ошибки своего отца. Ведь ради этого все задумывалось, верно? – Ты отказался претендовать на трон!

– Я отказался участвовать в Турнире Достойных. – Спокойным тоном поправил он. – Том самом, что должен был определить, кто из нас троих станет преемником отца. Однако в законе есть поправка: в случае смерти короля и наличия военного положения в королевстве, его возглавляет тот, кто получит поддержку большинства. Это Совет, военная верхушка, аристократия. Знаешь, что произошло в ту ночь?

– Просвяти меня. – Процедила я, уже понимая к чему он ведет.

– Севран оре Дисгат в сопровождении группы предателей деактивировал защитный артефакт на крыше замка прямо во время королевского бала. В саду открылся портал, через который должна была проникнуть вражеская армия. Вот только они не ожидали, что мятежников почти моментально схватит стража, а королевский маг сможет восстановить работоспособность защиты уже через пять минут. Те жалкие силы, что проникли на нашу территорию, были встречены моим личным отрядом. Предатели оказались брошены в темницы, а дочь их предводителя, – многозначительный взгляд на меня. – Сбежала, не оставив следов. Предположительно, к своему жениху в Далмарийской империи.

В оглушительной тишине мой удивленный смех звучал абсолютно неуместно.

– Знала бы, какой меня тут ждет прием, то непременно так и поступила. – Широко улыбаясь, ответила я. – И что меня ждет дальше? Темница по соседству с папочкой?

– У меня на тебя совсем другие планы, Ассия. – Произнес Эйден. На лице его не было и тени улыбки. – Пожалуйста, выслушай мое предложение и тщательно его обдумай.

– Так говоришь, словно у меня есть выбор не принять любое твое предложение. – Я вскинула бровь и демонстративно провела пальцем по ладони в том месте, где Эйден однажды сделал надрез для заключения клятвы.

– Справедливо. – Кивнул он. – Я не буду влиять на твое решение. Оно требует доброй воли. – Он сделал паузу, о чем-то напряженно размышляя. – Я, Эйден оре Карст, отказываюсь от клятвы, данной Ассией оре Дисгат. Наша кровь разъединится и связь потеряет силу. Слово дано и не может быть взято обратно.

По телу прошлась горячая волна, а внутри словно струна лопнула. Ладонь заныла, и я крепко сжала ее в кулак, ожидая, когда неприятные ощущения схлынут. Это произошло уже через пару мгновений, и я перевела сузившийся взор на Эйдена.

– И где подвох? – Почти ласково спросила я, ощущая острое желание убедиться, что моего поводка больше нет.

– Его нет. – Хмуро ответил он, словно и сам не был рад принятому решению. – Проверь сама. Соври мне. В планах у меня было вцепиться ему в глотку, но я все же мило улыбнулась и произнесла:

– Трахаешься ты отвратительно. – И затем с фальшивым испугом: – О нет, клятва все еще работает!

Выражение его лица было просто непередаваемым. Настолько, что я не смогла удержать издевательский хохот. На меня вдруг нахлынуло такое облегчение, почти эйфория, что я забыла, где и с кем нахожусь.

– Надеюсь, мне не придется искать, чем заткнуть твой лживый рот, чтобы ты выслушала мое предложение… – начал он, чем рассмешил меня еще больше. Как мило, что он отсылается к моим же собственным словам! Нет, определенно у меня талант выводить его из себя, иначе и не объяснишь, почему он смотрит с таким неприкрытым раздражением.

– Своей невесте будешь затыкать. Кстати, как она поживает? – Насмешливо ответила я, уже чувствуя, что победа в этой словесной схватке осталась за мной.

– Замечательно. Уже через месяц ты сможешь к ней обращаться “Ваше Величество”. – Голос Эйдена вновь стал ровным и спокойным, словно с разговором об Эмили он обрел твердую почву под ногами. Захотелось скривиться, но я равнодушно пожала плечами.

– Поздравляю. Полагаю, генерал Даррен очень этого ждет. Уверена, он активнее поддерживал твое восхождение на престол.

Браво, Эйден. Отличная партия… во всех смыслах. – В моем голосе чистая насмешка.

Я не была там, но картина уже начала складываться довольно однозначная. Эйдену нужна была поддержка Совета – уверена, что на его стороне были все, кто еще сохранял лояльность короне. Военную поддержку обеспечил отец Эмили, а аристократы… просто склоняются к тому, в чьих руках сосредоточена сила и власть. Теперь мне даже стало понятно, почему со свадьбой так затянули: всегда был шанс, что что-то пойдет не так, и генерал попросту не хотел ставить под удар дочурку.

Какой заботливый папаша. Не то что мой.

Теперь я даже начала отдаленно понимать, как отказ участвовать в турнире был ему на руку. Внимание аристократии все это время было приковано к нему – мятежному принцу, беспокоящемуся о будущем страны. А его братья, видимо, не были достаточно дальновидны, чтобы увидеть в нем угрозу. Эйдену надлежало стать их руками, а не головой, что носит корону.

За всеми этими простыми действиями скрывались годы работы, связи, построенные по кирпичикам. И, признаюсь, это не могло не вызывать восхищение.

– Боюсь, что лавры за все эти достижения принадлежат тебе. – Голос Эйдена вдруг стал злым, а лицо превратилось в маску.

– Восемь лет, Ассия. Восемь лет я следовал пути, что ты мне указала.

– Не смей перекладывать на меня ответственность. – Отчеканила я вставая. Оперлась руками об стол, нависая над ним. – Ты сам выбрал его. Ты мог бы предотвратить это все другим способом! Не впутывая меня!

– У тебя пока не было возможности узнать, как работает эта сила. А вот у меня было очень много времени, и его я потратил в королевской библиотеке, пытаясь собрать хоть что-то из тех крох информации! События невозможно изменить, Ассия. Ты стерла то будущее только потому, что тебе суждено было это сделать. И попробуй я изменить ход событий, последствия для всего мира могли бы быть катастрофическими. Но… даже если бы это было не так. Давай на секунду представим, что у меня был выбор.

Эйден тоже поднялся со своего места и отзеркалил мою позу. Мне пришлось задрать голову, чтобы продолжать смотреть ему в глаза.

– Зачем мне было менять будущее, в котором я точно знаю день и место нападения? Где я мог самолично пройтись по стану врага незамеченным, слушая планы, оценивая их вооружение, количество бойцов, а затем получить возможность их уничтожить? И как ты думаешь, какой выбор был более правильным: кинуть на передовую одну сильную ведьму, зная, что она выживет и всего лишь попадет в прошлое, или позволить далмарийцам залить Аэлорию кровью?

– Всего лишь? – Почти неслышно выдохнула я, а в голове вновь пронеслись моменты боли и унижения, что я пережила в том ненавистном прошлом.

Лицо Эйдена приблизилось почти вплотную к моему – я даже почувствовала его глубокое, теплое дыхание на своей коже. Я понимала его точку зрения: она была правильной до зубовного скрежета и логичной, как сами законы мироздания.

Я ошиблась, когда посчитала, что Эйден выбрал меня. Он всегда выбирал всех, кроме меня. Для него я на той чаше весов, что бесконечно движется вверх.

Горькое разочарование разлилось внутри, словно я до последнего не желала принимать эту правду. Словно его жадные прикосновения в прошлом и настоящем хоть что-то значили. Словно это его “я даже самому себе не хочу тебя отдавать” имело хоть какой-то смысл.

– Вы поступили абсолютно правильно, Ваше Величество. – Криво ухмыльнулась я, отступая и проводя тем самым черту между нами. Вечно собранный Эйден почему-то выглядел так, словно я его ударила: взгляд стал стеклянным, губы сжались в линию. – Я готова выслушать ваше предложение.

– Я хочу, чтобы ты заняла место своего отца в Совете. – Произнес он, возвращаясь в кресло. Не хотелось признавать, но ему удалось меня удивить.

– Я? Советница? – Мои брови взлетели вверх, спина выпрямилась еще сильнее, если это вообще было возможно. – Тебе уже так надоела корона, что не терпится быть свергнутым из-за… не очень дальновидных решений?

– Никто не справится лучше. Жители арронда благоволят тебе, даже прекрасно зная, что ты ведьма. Не смотри на меня так, я осведомлен о твоих юношеских годах лучше, чем хотел бы.

– Ты за мной следил? – В моем голосе чистое возмущение. – Все эти годы?

Ну, конечно, Эйден не мог попросту оставить меня в покое, зная, что в одном из древних родов, приближенных к королю, подрастает ведьма. Можно было и догадаться.

– Присматривал. – Поморщился он, переводя взгляд на окно — туда, где закатное солнце окрасило небо в золотистые цвета.

– Это неважно. Твой арронд стратегически значим для всей Аэлории. Он соседствует с Далмарийской империей, и нам важна лояльность его жителей. Любой наместник, прибывший под твоим именем, будет встречен с меньшей настороженностью, чем незнакомый им управленец.

– Наместник? – Я все пыталась угнаться за ходом его мысли. Я-то думала, он хочет сослать меня с глаз долой, словно ставшую неугодной любовницу.

– Твое присутствие нужно мне здесь, в столице. Как и полагается всем членам Совета в период военного положения. –

Продолжил он.

– Я женщина. Даже если не брать во внимание то, что я ведьма с клеймом предательницы…

Я растерянно выдохнула, не зная, как еще объяснить, насколько радикальной была эта идея. Но Эйден это все уже знал, и весь его вид говорил о том, что предложение возникло в его голове не только что. Оно было тщательно выверено, взвешено, а после представлено мне.

И, черт возьми, оно было настолько привлекательным, что хотелось согласиться, не раздумывая. Вот только… Эйден ничего не делает просто так, а, значит, где-то прячется двойное дно.

– Разве ты не хочешь, чтобы тебя воспринимали, как силу, с которой нужно считаться? – Он словно мысли мои читал. – Разве не хочешь показать, чего стоит Ассия оре Дисгат? От меня ты получишь поддержку и благосклонность. Больше никто не посмеет назвать тебя предательницей. От тебя я жду всего лишь клятву. Обычную вассальную клятву, что давал твой отец моему.

Я продолжила рассматривать его с подозрением, пытаясь понять, какую игру он затеял на этот раз.

– Ты не сказал, что будет, если я откажусь.

Давай же, Эйден, вот твой шанс надавить на меня и показать свое истинное лицо. Шантаж, угрозы – все как ты любишь.

– Обсудим это, если ты откажешься. – Медленно произнес он, окидывая меня нечитаемым взглядом. А я поняла, что не откажусь. Только не от этой игры.

– Мне нужно подумать. – С моих губ сорвался вздох, полный досады – словно это я делала ему одолжение, а не наоборот. –

Взамен я хочу повидаться с отцом.

Моя просьба ему не понравилась, но король отрывисто кивнул. Король… привыкну ли я когда-либо к этому его титулу? Скорее не так: удержит ли он его достаточно долго, чтобы я смогла привыкнуть. Ведь наверняка Ксандр и Лестер не в восторге от подобного развития событий.

На последней мысли что-то темное заворочалось внутри, а я едва смогла подавить предвкушающую улыбку. Точно… возможно, еще не все потеряно.

– Возвращайся к себе, Ассия. Тебе нужен отдых. – Произнес Эйден. – Генерал проводит тебя.

– Тебе он нужен не меньше. – Зачем-то произнесла я так, словно меня заботило его состояние. – Выглядишь отвратительно.

– Зато ты… – Начал он, но тут замолк и устало прикрыл глаза. – Неважно. Забыл сказать, что приготовил для тебя подарок, но он подождет до завтра. А теперь иди.

Он повелительно махнул рукой и потянулся за какими-то бумагами, переключая внимание на них. А я вышла, даже не попрощавшись.