Глава 19

ГЛАВА 19

— Это река? — я повертела головой, пытаясь определить, откуда идет звук.

— Да, скоро выйдем к ней. Дальше пойдем пешком по течению.

Хм, я не знала, радоваться этому или огорчаться. Ходить было не совсем приятно, а ехать после вчерашних “упражнений” неудобно. Впрочем, я не жаловалась. Если Ритар и заметил мою неуверенную походку, то не подал вида. А просить его немного облегчить последствия прошедшей ночи, язык не повернулся. Возможно, не продолжи мы утром, все было бы куда лучше. Но положенный поцелуй немного затянулся, а после останавливаться оказалось бы жестоко по отношению к нам обоим.

Что-то изменилось между нами. Я пока не могла объяснить, что именно, но заранее опасалась любых перемен. Раньше все и так едва укладывалось в рамки “хозяин — рабыня”. Сейчас даже от этого не осталось следа. Разве что ошейник…

У реки мы сделали остановку. Наемник не спешил и, показалось, пристальнее, чем обычно, вглядывался в деревья. По пути снова попадались межевальные камни. Каждый раз с одной и той же надписью. И если Ритар едва ли обращал на них внимание, я эти знаки воспринимала предупреждением. Возникало неприятное ощущение, будто непрошенным гостем иду по чужой земле. Возможно, так проявляла себя возвращающаяся сила, хотя, с тех пор как меня увезли в Номаду, никаких предчувствий и видений не было.

Мы уже сворачивались, когда сауры и левар одновременно зарычали. Ритар напряженно замер, потянулся к кинжалу, но опустил руку. А когда Ри оскалилась и дернулась вперед, положил ладонь на ее шею, успокаивая.

Кот шагнул ко мне, заслоняя от возможной опасности. Я оказалась позади всех и переводила взгляд с сауров на наемника, когда из-за деревьев вышли греяны. Трое мужчин, одетые лишь в полотнища на бедрах, встали полукругом, оттеснив к берегу и отрезав нам путь. Все молодые, подтянутые, белокожие, без цветных узоров, которые отличают старшее поколение. С блестящими русыми волосами. Горячие и дерзкие — заметно по сверкающим глазам. С виду мужчины были совершенно спокойны, но их с головой выдавали подрагивающие кисточки хвостов. Еще бы — копья против двух сауров и левара были невесть каким оружием. Тем не менее, наличие зубастой охраны не остудило желание туземцев познакомиться поближе.

— Кто вы и что делаете на земле греян? — заговорил на своем наречии тот, что стоял посередине. Смотрел он только на Ритара.

— Мы просто путники, идем на север, — вежливо ответил воин. — Но когда же территории греян успели разрастись до самых гор?

— Горы всегда были нашими, — с вызовом ответил явный главарь этой шайки.

— Разве граница не проходит у подножия? — настаивал на своем мужчина. И хвостатого это не обрадовало.

— Вот камни, на них написано, что земля наша! — ткнул в каменный столбик узловатым длинным пальцем тот, что стоял ближе к Ри.

Предчувствие не обмануло, и несмотря ни на что, это порадовало — сила понемногу возвращается. Теперь буду тщательнее прислушиваться к интуиции.

— Нет, — не проникся Ритар. — На них написано, что ваши предки были куда мудрее и могущественнее вас и по праву занимали свои земли. Вы же — жалкое их подобие, как ни прискорбно это признавать, — флегматично пожал плечами наемник. Это лишь взбесило наших гостей. Теперь уже третий дернулся в нашу сторону, но был остановлен рукой старшего товарища.

Я с опаской глянула на Ритара. Зачем он раззадоривает этих юнцов? Лишние трупы нам совсем ни к чему, а ведь если греяны полезут драться, все кончится откусанными головами.

Однако воин на меня не смотрел. Он скучающе осматривал с ног до головы главаря. К чести последнего, тот был более уравновешен, чем его спутники, хоть и заметно, что спокойствие давалось ему с трудом: широкие ноздри трепетали от тяжелого дыхания, глаза сверкали злостью, но большего хвостатый себе не позволял.

Наконец, греян обратил внимание на меня, прищурился, что-то прикидывая в уме. Надолго задержал взгляд в районе шеи, разглядывая ошейник, и, наконец, заговорил:

— Кто тебе эта женщина?

— Ты и сам видишь, — прозвучал спокойный ответ, а воин шагнул ближе ко мне. Неприязненно поморщилась — конечно, зачем пояснять, если всем видно, что рабыня.

— Почему по нашим традициям?

— Каждый волен выбирать, что ему по душе.

После этих слов греян нахмурился и обратился ко мне:

— Ты добровольно приняла его защиту? — Его неожиданно доброжелательный тон сбил с толку. Фраза смутно что-то напомнила, но я не успела ухватить эту мысль, как ее сменила другая:

— А разве это может быть добровольным? — тихо поинтересовалась у Ритара на родном языке.

— Просто кивни, — так же тихо ответил он.

Собственно, это я и намеревалась сделать. Других вариантов не было, да и компания греян меня не привлекала.

Главарь сощурился, не поверил.

— Вы идете с нами, пусть старейшина даст ответ. Тогда и решим, отпускать вас или нет, — важно изрек греян, а остальные закивали.

— Что? — я повернулась к Ритару. — Что это значит? Мы действительно пойдем с ними?

— Ну не убивать же этих малолеток, — пожал плечами наемник.

— А если этот старейшина скажет, что… Ну… Подтвердит их подозрения? — Я взволнованно вглядывалась в лицо воина, но не находила там и отголоска моей тревоги. Почему он всегда так убийственно спокоен, шайт его задери?

Ритар лукаво прищурился:

— А ты уже не хочешь сбежать?

Закатила глаза, буркнула недовольно:

— От тебя сбегать бессмысленно. Все равно найдешь.

— Рад, что ты это осознала. Только не пытаться и не хотеть — разные понятия, — наемник подошел вплотную, приподнял пальцами подбородок, поймав мой взгляд.

— Ты знаешь ответ, — призналась со вздохом и отвернулась.

— Да, знаю. А вот ты пока что нет, — бросив эту туманную фразу, мужчина подхватил наши сумки, нагрузил поклажей Ри и взял ее повод. Я снова посмотрела в сторону наших неожиданных сопровождающих, вспомнила, что ответа на свой вопрос так и не получила, и поспешила преградить путь наемнику.

— Так что, если они решат, что я с тобой не добровольно?

Воин улыбнулся, протянул руку к моему лицу, но в последний момент будто передумал и лишь завел за ухо выбившуюся прядь волос, легко пройдясь подушечками пальцев по коже.

— Что бы они не выдумали, я не дам тебя в обиду.

Никогда не переставала удивляться, насколько разнообразна и переменчива природа на нашей планете. Еще в юности, изучая различные уголки нашего мира, дивилась этому, не могла поверить, что у тех же греян могут расти совершенно другие деревья, непохожие на наши; что там могут жить животные, каких у нас не сыщешь. Теперь мне довелось увидеть все это воочию.

Казалось бы, мы только спустились с горы… Три часа пешком вниз по склону, следом за весело журчащей речкой, а будто очутились на другом конце мира. Если в горах воздух был свежим и бодрящим, то здесь с каждым пройденным шагом сильнее давила влажность. Дышать становилось тяжелее, солнечный свет тоненькими лучиками просачивался между плотными широкими листьями, но его было недостаточно, чтобы разогнать тень. Под высокими пальмьенами*, укрывшись в сумраке, тянулись к свету чашами листьев высокие травы, тонкие стебли впивались корнями в тела более удачливых собратьев, цвели и благоухали диковинные цветы. Под ногами хлюпала прель листьев и коры, а между мшистыми стволами проносились яркие птицы, разгоняя своими разноголосыми воплями мрачность этой обители.

Я предвкушала увидеть известные древние храмы, но пока только зелено-коричневая масса мелькала перед глазами, да пот тек рекой. Рубашка моментально впитала в себя окружающую влагу и набрякла, неприятно липла к телу. Теперь я могла понять, почему греяны обходятся минимумом одежды. Очень хотелось пить, но тратить воду не спешила — кто знает, что нас ждет в ближайшее время. Левар тоже чувствовал себя неважно. Шерсть слиплась, а мой бедный Кот плелся, понурив голову и высунув язык. Кажется только местные жители и сауры чувствовали себя прекрасно. Ну и Ритар. Тому везде было хорошо, оно и понятно: айкар приучен к любым условиям. Я удивилась бы больше, будь это иначе.

По пути снова попадались камни. На этот раз новее, и надпись на них была крупней и отчетливей. К сожалению, что там написано, так и осталось для меня загадкой. Зато наемник, увидев третий такой камень, усмехнулся.

— Так как, говорите, называется ваше поселение? — обратился он к главарю на греянском.

— Тель-Минар, — бросил тот, не обернувшись.

А жаль, увидел бы, что ухмылка на лице воина стала значительно шире.

— Что тебя так веселит? — не выдержала я, на что получила загадочное:

— Скоро узнаешь.

— Угу, — буркнула в ответ. — Если выживу в этой парной.

К тому моменту, когда впереди показался просвет, а в нем замелькали хижины деревни, мне хотелось последовать примеру Кота и высунуть язык. А еще лучше нырнуть с головой в ледяную воду. Да где же ее взять?

Нас остановили на окраине. Главный в этой шайке молодых и рьяных махнул рукой и приказал:

— Ждите!

Двое других остались с нами. Охраняли.

— Когда можно будет отсюда уйти-и? — прохныкала я. Сил держаться не осталось никаких.

— Не думаю, что скоро. Держи, — Ритар протянул мне воду. Теплую и противную, как все здесь, но тем не менее желанную влагу.

— Как здесь вообще можно жить?

— Можно, еще как можно.

Воина мои стенания, казалось, волновали мало. Он с непонятным выражением лица осматривался вокруг. Будто… рад был здесь оказаться? Не-ет, бред какой-то. Я даже помотала головой — не иначе в сознании помутилось от духоты, — и привалилась лбом к плечу мужчины.

— Я постою так… немножко. Если ты не против, — пробормотала, мысленно усмехаясь про себя: вот тебе и воительница. Толку-то от моих умений, если меня свалит с ног воздух и солнце.

Ритар не замедлил обнять меня за талию, другой рукой прикоснулся ко лбу.

— Совсем плохо? — с участием спросил мужчина.

Меня хватило только чтобы невнятно кивнуть. В дороге еще пыталась держаться, а сейчас, когда мы почти достигли цели, совсем расклеилась.

Наемник тут же подхватил на руки.

— Пойдем-ка, они еще долго будут разбираться. В домах гораздо прохладней.

Затем последовал приказ саурам оставаться на месте, а Коту идти с нами. Ему тоже приходилось тяжко.

Греяны что-то промычали нам в след, но после короткого рыка Ритара заткнулись. Кажется, он велел им напоить ящеров, но в этом я не была уверена. Сознание так и норовило покинуть меня, но я из последних сил держала глаза открытыми, чтобы понять, куда движется воин. Перед глазами мелькали расписные глиняные хижины, крытые листьями, вслед нам смотрели удивленные греяны. Ритар же ни на кого не обращал внимание и шел к одному ему известной цели.

Вдруг резко стало холодно, и я вдохнула полной грудью. Голова кружиться не перестала, но живительная прохлада делала свое дело — терять сознание расхотелось. Я покрепче обняла наемника за шею и прислонила голову к его груди.

— Так лучше?

— Да, спасибо. Не думала, что я такая неженка, — пробормотала, оправдываясь.

— Просто не привыкла. Здесь весьма своеобразный климат.

Ритар осмотрелся и присел на скамейку у входа, вместе со мной на руках. Но не успели мы перевести дух, как из глубины дома послышались торопливые шаги.

— Что вы здесь делаете? — прошипел наш знакомый греян. — Как вы посмели войти в жилище старейшины?!

И пока он бросался громкими словами, на которые мы не обращали никакого внимания, из-за его спины выступила женщина. Высокая, как и все здесь, статная, с длинными седыми волосами, в пурпурном одеянии — полотнище, обернутом в несколько слоев вокруг тела, конец которого был перекинут через плечо и свободно свисал сзади, — и яркими цветными узорами на открытых участках морщинистой кожи. По человеческим меркам я бы дала этой женщине лет шестьдесят, но учитывая продолжительность жизни греян, ей наверняка было около сотни. Тем не менее, ясный взгляд карих глаз лучился озорством молодости.

— Ниаль, успокойся, мой мальчик. Это желанные гости в моем доме.

— Но… — греян ошарашенно повернулся к хозяйке жилища.

— Никаких “но”, — строго отрезала та. — Разве не будет бабушка рада возвращению своего блудного внука?

Мне показалось, я ослышалась. Но когда Ритар встал, так и продолжая держать меня на руках, и тепло произнес:

— Здравствуй, ба! — мир сошел с оси.

Серьезно? Греяна — его бабушка?!

Я снова с головы до ног осмотрела “бабушку”, и мой взгляд против воли прикипел к хвосту женщины, обвившем ее ногу.

Глядя на мое шокированное выражение лица, греяна рассмеялась, а с ней и Ритар. Наемник весело шепнул на ухо:

— Не настолько бабушка, Дели. Мы не кровные родственники.

Как же тут не выдохнуть?

— Ступай, Ниаль. Дальше я сама. Спасибо, что поймал этого засранца, — добродушно усмехнулась греяна и отпустила недовольного мужчину.

— И пусть напоят сауров, — бросил ему вслед наемник. — Можно и покормить, чтобы никого не сожрали.

Злобный взгляд в спину айкара, пожалуй, видела только я.

— Не стой на пороге, духам вход заслоняешь, — проворчала греяна. — Неси свою невесту, пусть полежит. Сейчас отвар сделаю, быстро на ноги поставлю. А ты со мной, котик.

Женщина удалилась куда-то вглубь дома, левар доверчиво потрусил за ней. Ритар следом, но прошел в другую комнату, спрятанную в конце короткого коридора за шторами.

Большая, просторная, как и все у греян, — не удивительно, с их-то ростом. Небогато, но уютно обставленная. Огромная кровать, с цветастым покрывалом и множеством подушек, светлые занавески на небольшом округлом окошке, низкий столик под ним, ручной умывальник, да коврик — вот и все убранство. В стене напротив кровати — ниши полок, скрытые плотными шторами, такими же, как и на входе.

— Ничего не изменилось, — хмыкнул мужчина и уложил меня на мягкую постель. Сам присел на край, приложил руку ко лбу. — Лучше?

Я совсем растерялась. Лежала, смотрела на своего вроде бы хозяина и не могла произнести ни слова.

— Дел, я же не изверг, в конце концов, — поморщился Ритар. Он отвернулся, собрался встать, но я накрыла ладонью его руку.

— Спасибо. Просто… не ожидала, — я от досады закусила губу, снова не то ляпнула. Но ведь действительно не ожидала, что он будет так беспокоиться о рабыне. Раньше только рычал, а сейчас… Зачем это участие во взгляде?

— Мы шли сюда? — ушла от неудобной темы.

— Нет. Я не хотел делать крюк.

— А долго еще? — спрашивать “куда” все равно бесполезно.

— Около двух недель.

Две недели на север? Серьезно? Но ведь это…

Я нахмурилась, переваривая услышанное. Пусть две недели — понятие неточное, пусть северное направление — тоже приблизительное, в любом случае, куда бы мы не пришли, это будет недалеко от дома. Значит, есть надежда…

— Даже не думай.

Я удостоилась строгого взгляда, поумерила предательский блеск в глазах и поспешила перевести тему:

— А как зовут твою бабушку?

— Линая, — ответит Ритар и, подумав, добавил: — Она бывает немного… напористой, ты только не спорь с ней.

— Мне послышалось или она решила, что я… твоя невеста?

Ответить наемник не успел. В комнату вплыла его бабушка, что при немалом росте выглядело удивительно. Женщина была даже чуть выше Ритара, что уж говорить обо мне? Рядом с ней я выглядела ребенком. Она жестом отогнала внука и грациозно опустилась на кровать. Нет, не села, именно опустилась.

— Вот, выпей, детка. Скоро станет лучше.

Мне протянули глиняную кружку. По внешнему виду и запаху опознать содержимое не удалось. Я слегка пригубила, ощутив приятный фруктовый вкус на языке, чуть вязкий, но однозначно освежающий, и осушила кружку в несколько глотков.

— Вкусно, а что это? — поинтересовалась, протягивая женщине емкость. Греяна тепло улыбнулась и выдала:

— Отвар из змеиных потрохов.

Улыбка стремительно сползла с моего лица, горло перехватило, но, к счастью, от позора спас наемник:

— Ба! Это была неудачная шутка! — серьезность тона, впрочем, нисколько не расстроила великовозрастную шутницу. Та пожала плечиком, встала и наставительно проговорила:

— Для твоего положения, милая, пора бы знать, что стоит проверять еду и питье. А уж ведьме вовсе непростительна подобная небрежность. Ничему жизнь не учит?

С этими словами греяна вышла, оставив меня в полном замешательстве. Для моего положения? Это какого, рабыни? Или имелось в виду нечто другое… Как она поняла, что я ведьма?

Ритар снова оказался рядом.

— Не обращай внимание. На нее иногда находит, но Линая точно не желала зла.

Я кивнула, не вслушиваясь в слова. В голове царил сплошной сумбур, и я совсем забыла, что вопрос о невесте остался без ответа.

Ритар оставил меня отдыхать, перед тем как сопроводить к обещанному душу. Вскоре ко мне присоединился довольный левар, запрыгнул на кровать и занял большую ее половину. Я терпеливо лежала, игнорируя липнувшую к телу одежду, рассеянно поглаживала пальцами густую шерсть и перебирала в памяти все, что знала про греян.

Некогда одна из великих цивилизаций утратила свое могущество много веков назад. Сейчас от огромного государства осталось несколько крупных городов и древние храмы в непроходимых джунглях. Почти всю территорию занимали небольшие поселения, как Тель-Минар. А вот столице присущ весьма оживленный темп жизни, правда, во многом за счет представителей других рас. Там же находились посольства, в том числе и Верстанское.

Венец Правителя, как и везде, передавался по наследству. А вот в поселениях старейшину избирали, как завещано предками: по старшинству. Пары греяны образовывали по взаимной симпатии. Никогда не старалась запомнить детали, но точно знала, что помолвка занимала длительное время. Жених предлагал невесте свое покровительство…

— Нет… Защиту, — прошептала вслух, осененная догадкой.

Точно-точно. Защиту, а невеста…

“Ты добровольно приняла его защиту?” — всплыл в памяти голос Ниаля.

Но почему он посчитал, что мы с Ритаром помолвлены?

“Кто тебе эта женщина… Почему по нашим обычаям…”

— И смотрел на ошейник, — я нахмурилась. Рука легла на токий ремешок. — Помолвка, помолвка, греяны… — бормоча себе под нос, воскрешала перед глазами страницы учебника.

Помолвка была как-то связана с украшением. Кажется, его надевали после обручения. Да, тоненький шнурок или лента с древними символами. Но на картинке это действительно было украшение, никак не ошейник. Не мог же Ниаль перепутать и посчитать рабский атрибут символом помолвки? Ведь совсем не похожи! Но, судя по его словам, именно так и вышло.

“Почему по нашим обычаям?”

“Каждый волен выбирать то, что ему по душе…”

Почему Ритар не возразил? Почему не сказал, что я — рабыня? Посчитал, что так безопасней? Еще и бабушка эта… Ведь она сразу назвала меня невестой. И снова наемник не сказал правду. Негоже внуку старейшины таскать с собой не пойми кого? Или хотел выглядеть лучше в ее глазах? У греян рабство не в чести, возможно, поэтому он скрыл мой статус. А знает ли старейшина вообще хоть что-то о своем внуке? Известно ли ей, что он айкар?

— Уууу, — голова трещала от мыслей. Попытка расставить все по местам провалилась с треском, вопросов только прибавилось. Поэтому я решительно встала с кровати и отправилась на поиски того, кто мог на них ответить.