Глава 20

ГЛАВА 20

Соседняя с моей комната оказалась кухней. Земляной пол устилали циновки. В углу напротив входа притулился небольшой очаг, рядом, у окошка стол, вдоль стен располагались деревянные полки со всевозможной утварью и припасами. Старейшины у греян не только руководили делами поселения, но и знали лекарское дело. Поэтому отдельное место в этой комнате отводилось для трав и сборов.

Сама хозяйка хлопотала у очага и не обратила на мое вторжение никакого внимания. Так мне казалось поначалу.

— Осмотрелась? — не поворачиваясь ко мне, поинтересовалась греяна. — Тогда садись за стол. Котика твоего подкормила, теперь твоя очередь.

— Мне бы помыться… — вяло возразила я. Поесть тоже было неплохо, и я не могла определиться, чего хочу больше.

— Садись, садись, — Линая поставила на стол миску с каким-то варевом. — До помывки еще дойти надо, а у тебя сил нет. — Рядом легла деревянная ложка.

Похлебка источала дивный аромат, поэтому я, не колеблясь, уселась на табурет, взялась за ложку и… вспомнила про отвар. Тщательнее принюхалась, присмотрелась к кусочкам овощей и чего-то мясного, плававшим в наваристом бульоне, помешала все это ложкой.

— А это из чего? Снова змея?

Старейшина добродушно усмехнулась.

— Нет, птица. Из нашего хозяйства. Достаточно одного раза, чтобы урок запомнить, а коли не запомнишь с первого, то и смысла нет. Ешь, не бойся. Мне нет нужды невесту внука травить.

Слова женщины успокоили. Только это настойчивое «невеста» неприятно царапало внутри. С одной стороны, хотелось все рассказать, объяснить ей, что она ошиблась. Но с другой, если Ритар намеренно скрыл правду, то кто я такая, чтобы лезть в его дела? Кто знает, не сделаю ли я хуже.

— Ты ешь-ешь, потом будешь думы думать, — вернул меня на землю голос старейшины. Греяна повернулась спиной и снова завозилась у очага.

Миска быстро опустела, а передо мной появилась кружка с травяным отваром и лепешка. Линая взяла себе тоже самое, села напротив, продолжая хитро поглядывать.

— Ты — хорошая девушка, — вдруг произнесла она. — Немного шебутная, да и терпения поднабраться не мешает, но ты моему внуку подходишь. Ему нужно о ком-то заботиться.

Заботиться? Я чуть было не подавилась лепешкой. Тщательно прожевала, запила, мысленно убеждая себя не ляпнуть ничего лишнего. Может, ему лучше домашнюю зверушку завести, а не рабыню?

— Почему вы так решили? Вы же обо мне ничего не знаете, — возразила осторожно. На что греяна загадочно улыбнулась:

— Я знаю о тебе все, что необходимо.

И пусть карие глаза смотрели более чем добродушно, а тон был весьма дружелюбен, по спине пробежал холодок. Отчего-то словам женщины я верила безоговорочно, хотя и не представляла, как она может что-то обо мне знать. Но если так, почему она упорно называет меня невестой?

— Делира…

Я вздрогнула от звука полного имени, а Линая, не обратив внимания на мою реакцию, продолжала:

— Тебе дано видеть будущее, а мне — ведать прошлое.

Я опустила глаза, не выдержала ее прямого взгляда. Обхватила кружку обеими руками, пытаясь осознать то, что сейчас услышала. Получается, греяна в курсе того, что со мной случилось, что Ритар меня выкупил, и что…

Снова посмотрела на эту загадочную женщину. Все то же добродушие, мудрость в глазах, намек на улыбку.

— Тогда вы знаете, что я никакая не невеста.

Греяна вздохнула. Будто пыталась донести до меня какую-то чрезвычайно простую вещь, но я все равно не поняла. Она встала и протянула мне руку.

— Пойдем, покажу кое-что.

Немного помедлила, прежде чем вложить свои пальцы в большую мозолистую ладонь. Так, держа за руку, меня провели в самое дальнее помещение, спрятанное в глубине дома. Обстановка мало чем отличалась от комнаты, в которой я отдыхала, разве что ковров и подушек было в разы больше. А еще на стене в деревянной раме висело зеркало.

К нему меня и подвела старейшина, встала за моей спиной, заметно возвышаясь, и положила руки на плечи.

— Что ты видишь?

Ответить удалось не сразу. В первую очередь я видела себя! За столько времени не искаженное отражение в воде или медном тазу, а в нормальном зеркале. Покровители, как я изменилась! Яркие волосы, что некогда ровными шелковистыми волнами лежали на плечах, потускнели, посеклись и торчали в разные стороны. Белая кожа, которой я гордилась, покрылась неровным загаром — где-то темно-коричневым, где-то красноватым, веснушки усеяли нос, губы потрескались. Прежними остались только глаза — так же сверкали зеленью, только казались больше и испуганней. Про одежду не стоило и упоминать: мужская рубашка и короткие штаны висели как на вешалке, серые от пыли и пота. Все, что выдавало во мне женщину — волосы да грудь. В вырезе горловины выступали острые ключицы. И в довершение ко всему этому ошейник с замком.

Я молча смотрела на блеклую тень прежней меня, пока отражение не смазалось. Глаза запекло, и лишь когда по щеке прокатилась горячая капля, я поняла, что плачу.

Быстро смахнула слезы. Глянула на греяну, но та смотрела на мое отражение с ничего не выражающим лицом. Просто ждала мой ответ. Что она спрашивала? Что я вижу?

— Тень, — едва слышно прошептала. — Рабыню.

Линая чуть сжала мои плечи.

— А знаешь, что вижу я? Красивую девушку, на долю которой выпали трудные испытания, но она смогла их преодолеть. Где-то умом, где-то смелостью, граничащей с безрассудством, — одна рука женщины легла между лопаток на шрамы, а греяна хмыкнула: — без глупости тоже не обошлось. Но все это сделало тебя сильной женщиной, Ритару такая и нужна. А тебе нужен сильный мужчина.

— Это не отменяет того, что он надел на меня эту штуковину, — буркнула в ответ и подергала ненавистный ошейник.

— Дели, Дели. Не спеши с выводами, — рассмеялась греяна. — Я, конечно, недовольна тем, что мой внук не сделал все как положено, но теперь понимаю, почему. Разве мог он предложить тебе свою защиту прямо? Ты бы точно его отвергла. Поэтому Ритар сделал так, как посчитал нужным. Это не делает ему чести, но с твоим характером, милая, у него выбор был не велик.

Я нахмурилась. Ничего не поняла, почему наемник должен был предлагать мне защиту? Это же часть помолвки, а Ритар… Глупость какая-то! Он же сам сказал, что это и есть мое наказание.

Линая отошла от меня, достала с полки за занавеской шкатулку, явно самодельную. Я через зеркало наблюдала, как бабушка воина любовно огладила вещицу, открыла крышку и… достала ошейник. Похожий на мой, только без замочка.

— Ты знала, что у каждой греяны особенный читу-эль-тарсу?

Я повернулась, жадно рассматривая этот читу-эль-как-его-там. Линая позволила взять в руки тонкий кожаный ремешок. Цепочку выжженных букв разъединяла металлическая вставка с выбитым на ней узором. У меня металлический ободок полностью опоясывал ремешок и заканчивался двумя колечками, в которые продевался замочек. Здесь ничего такого не было. Но как же похож! Не удивительно, что греяны приняли меня за невесту.

— Его подарил мне муж, — в голосе старейшины послышалась грусть. Женщина ненадолго замолчала, но быстро встряхнулась, забрала читу и бережно убрала в шкатулку. — Как я сказала, у каждой греяны украшение свое, но чаще мужчина повторяет элементы украшения матери и привносит немного своего. В твоем случае я так понимаю, все дополнения были необходимой мерой, — снова хитрая улыбка. — Чтобы ручки не чесались снять.

Я глубоко вздохнула. То, что рассказывала бабушка Ритара было похоже на правду, но с чего бы ему на мне жениться? На случайной рабыне из борделя, которая к тому же пыталась его убить? К шайтам, зачем вообще было меня выкупать?

И если его объяснение про нехватку ласки я еще могла принять — ну рабыня и рабыня. Может, нормальные девушки его боялись, айкар все-таки. И характер не сахар. Но жениться на купленной в Номаду девке?

Еще раз внимательно осмотрела свой ошейник.

— Здесь нет никаких символов. Они ведь должны быть?

Поймала в зеркале довольный взгляд греяны.

— Есть, под пластинкой. Отодвинь немного и все увидишь.

Последовала совету. Проделать это было сложно, все-таки ошейник достаточно плотно прилегал к коже, а металл не давал простора для действий, но повозившись немного, я смогла оттянуть ремешок вниз. Много не нужно было — выжженные буквы стали видны сразу.

Я отшатнулась от зеркала. Резко выдохнула. Руки внезапно вспотели, пришлось вытереть ладони об штаны. В голове стало пусто и звонко.

— Убедилась?

Вот же… Чтоб тебя язар забодал и саур цапнул. Действительно греянский ошейник. Получается, без меня меня женили, да? Ритар под видом наказания нацепил на меня помолвочный чи-как-там-дальше, сделал невестой и…

Что “и” я додумать не успела, в комнату заглянул объект моих размышлений.

Невеста! Шайт тебя покусай, действительно невеста!

— Вот вы где! — улыбнулся мужчина. — Дел, ты хотела искупаться. Можем пойти сейчас.

К слову, мужчина избавился от рубашки, оставшись в одних штанах до колен, но на это я не сильно обратила внимание. На тот момент соображалось с трудом. Кажется, я просто стояла и потерянно взирала на наемника.

— Я дам тебе одежду, — вырвал из прострации довольный голос старейшины.

В итоге мне сгрузили в руки какой-то ярко-желтый сверток и выпроводили из комнаты в объятия Ритара. Мужчина удержал за плечи, пытливо заглянул в глаза.

— Дели, все хорошо? Что еще тебе сказала бабушка?

— Ничего такого, что бы ты сам не рассказал! — крикнула из комнаты Линая.

Я тряхнула головой, прогоняя оторопь.

“Невеста,” — повторила про себя, прислушалась к ощущениям и не поняла, какой статус меня устраивал больше. С одной стороны, рабыня — состояние бесправное, но (при некотором везении) временное. С другой, невеста — это почти жена, а жена — с правами (опять же при некотором везении), но на всю жизнь. Ну или как в моем прошлом случае, до кончины супруга. Вот и как быть?

Благоразумно отложив все на потом, растянула губы в фальшивой улыбке:

— Все нормально. Идем?

Наемник не поверил, но кивнул.

Подумать только! За какие-то полчаса моя жизнь снова перевернулась с ног на голову. Большинство вопросов, которые я хотела задать наемнику, отпали сами собой от одного единственного откровения. Итак, теперь понятно, почему все считают меня невестой, потому что на мне шайтов греянский помолвочный ошейник, и сомнений в этом никаких. Оставалась призрачная надежда на то, что Ритар надел его с какой-то одному ему известной целью, а Линая, несмотря на свои способности, просто не увидела его истинных намерений. Такое весьма вероятно, ведь прошлое других людей, как и будущее, увидеть можно, но нельзя прочесть их мысли. Наемник сам сказал, что ошейник — мое наказание. Да и ритуал мы не проводили, ведь так?

После прохлады помещения воздух на улице показался раскаленным, но дышалось уже легче. Сейчас мне ничто не заслоняло обзор, и я вертела головой по сторонам, разглядывая расписные дома и жителей поселения. Под ногами крутились дети. Такие забавные. Мальчишки, как и взрослые мужчины, в одних набедренных повязках, а девочки в свободных рубахах до самых пят. Они носились между домов, кричали, смеялись, весело помахивая длинными хвостиками.

Внимание к нам не иссякло, жители все также оборачивались вслед, без стеснения разглядывали. Сперва я тушевалась под пристальными взорами, но не обнаружив на лицах греян ни настороженности, ни враждебности, начала присматриваться к ним в ответ. Мне все было в новинку. Одно дело — разглядывать картинки в книге, встречать редких послов или отдельных представителей этого народа у себя на родине, и совсем другое вот так вживую оказаться в поселении другой расы. В глазах рябило от ярких цветов. Одежда у женщин была однотипная, но совершенно разных расцветок. От солнечно-желтых до бордовых. Насыщенные глубокие цвета, никаких блеклых тонов. Будто эти яркие пятна могли разогнать тень от пальмьенов и добавить солнечных лучей. Пусть здесь было гораздо светлее, чем в джунглях, через которые нам пришлось идти, недостаток света все же чувствовался.

С большим вниманием я разглядывала женщин. Особенно молодых. Удача улыбнулась всего единожды: на одной из девушек тоже был ошейник. Правда, не ремешок, как у меня и Линаи, а плетеный шнурок, который, между прочим, не обхватывал шею удавкой, а лежал ожерельем.

Когда поселение осталось позади, я переключилась на растения и птиц. Гомон стоял такой, что закладывало уши. Цветы предусмотрительно не трогала, даже если они были необыкновенной красоты. Где-то читала, что в эти краях много ядовитых растений, а все, что ярко и красиво, по умолчанию опасно. В общем, я смотрела куда угодно, только не на спину идущего впереди Ритара. Случайных скользящих взглядов вполне хватало, чтобы в очередной раз оценить ширину плеч, полюбоваться, как перекатываются под кожей тугие мышцы. Казалось бы, что я там не видела? Давно успела все рассмотреть, еще в первую встречу, но нет, иногда ловила себя на том, что вместо кустов пялюсь на спину наемника. Ругалась про себя и снова вертела головой в поисках того, что требовало моего пристального внимания.

Шум воды с каждым нашим шагом становился все отчетливей. Поначалу я думала, что нашей целью являлась горная река, но на очередном витке тропинки, проходившей по самому краю обрывистого склона, в просвете между деревьев показался водопад. Речной поток с шумом падал с высоты, образуя у подножия своего препятствия небольшую лагуну. Толстые корни впивались в громады покрытых мхом камней, тонкие стебли трав как уставшие путники ползли к спасительному источнику, а вода переливалась изумрудной зеленью под солнечными лучами. Все дышало свежестью.

Мы спустились со склона и остановились на каменном берегу у самой воды.

— Здесь неглубоко, вода почти прозрачная, никто не водится, — не мог не съехидничать Ритар.

Закатила глаза.

— Теперь постоянно будешь это вспоминать?

Ответом стала широкая ухмылка:

— А как же? Я могу упустить такой повод?

— И правда, что это я, — проворчала себе под нос. Наемник только фыркнул и взялся за пояс штанов. Я тем временем посмотрела, наконец, что же такого впихнула в руки Линая. Развернула желтый сверток, который оказался местным платьем. Как его надевать, представляла лишь приблизительно, но подумала, что разберусь после. Аккуратно отложила на камень.

— Разденешься сама или как в прошлый раз? — надежда на то, что Ритар уйдет купаться и оставит меня в одиночестве, зачахла на корню. Я с вызовом уставилась на обнажившегося мужчину. Тот стоял, скрестив руки на груди, отчего мощные мышцы так притягательно бугрились и очень кстати отвлекали внимание от того, что ниже.

— Если отвернешься, справлюсь сама, — уперла руки в бока. Не то чтобы я стеснялась, нет. После всего, что между нами было, это совершенно бессмысленное занятие. Но некое чувство неловкости от столь пристального внимания присутствовало. Мне куда проще было раздеться в одиночестве и присоединиться позже. Только кто же позволит?

Ритар растянул губы в порочной улыбке, в голосе появились низкие урчащие нотки:

— Де-э-эли, девочка, ты все еще стесняешься меня? — и в глазах шайты отплясывали ритуальные танцы.

Вот же… Предательское тело отреагировало жаркой пульсацией между ног, по позвоночнику прокатилась дрожь. Воспоминания о прошедшей ночи были слишком свежи, чтобы оставаться спокойной.

Вдох, глубокий выдох. Резко повернулась спиной и закусила губу. Стянула рубашку, штаны, еще раз фыркнула и гордо прошествовала мимо веселящегося наемника к воде. Пока прикидывала, как не растянуться на камнях, воин снова все решил по-своему. Подхватил на руки и вместе со мной довольно быстро преодолел препятствие. Я тем временем поглядывала на воду, ожидая, когда же она скроет все «лишнее», и можно будет соскочить с рук мужчины, пока меня не окунули с головой. Вот только к моему величайшему разочарованию Ритар дошел до самого водопада, и воды ему было чуть выше колена. Ну что за невезение?

— Надеюсь, бросать меня в эту лужу ты не собираешься? — вздернула бровь.

— За кого ты меня принимаешь? — наигранно возмутился воин, но на ноги все же поставил, не преминув ощутимо сжать ладонями мою попу.

От ответного пинка по голени его спасла исключительно неровность дна — я неудачно стала на мелкий камешек, который ощутимо впивался в стопу. Поэтому пришлось срочно отступать на ровный песок. Только так, а не потому, что наши тела практически соприкасались. Стоило сделать шаг назад, как на голову полились прохладные струи воды.

М-м-м, блаженство. Всегда мечтала постоять под водопадом. Собственно, мечта сбылась. Не совсем так, как хотелось, но сейчас все тоже весьма недурно.

Я повернулась к Ритару спиной, так мне было легче переносить его пронизывающий взгляд. Зажмурилась от воды, сосредоточилась на льющемся на голову потоке и на некоторое время выпала из реальности. Вода приняла меня в свои объятья, ласкала разгоряченную кожу, скользила по плечам, спине.

Я подняла руки, запустила пальцы в волосы, массируя голову. Сейчас бы кусочек мыла…

Ритар приблизился как всегда неожиданно. Вздрогнула, почувствовав его руку на талии, и замерла в ожидании. Мужчина плавно подтолкнул меня вперед, вывел из-под струй под каменный навес. Стена воды укрыла нас, отрезала от остального мира, оставив наедине друг с другом. Все вдруг стало таким далеким и неважным. Достаточно было одного — ощущения спокойствия и надежности в объятиях этого мужчины. Я откинулась спиной на грудь Ритара и улыбнулась, когда тот прижал сильнее и прислонился щекой к моим волосам. Его рука тем временем своевольничала в районе моей груди, но я даже не подумала возражать.

— Смотри, что у меня есть, — проурчал на ухо этот соблазнитель.

Скосила глаза на протянутую руку, которая не была занята важной миссией, и чуть не завизжала от восторга. Мыло! Покровители, это ли не счастье? Кажется, последний раз я видела его еще в Номаду. Сияя от восторга, повернулась к наемнику и бросилась ему на шею.

— Спасибо!

— Вот уж не думал, что когда-нибудь меня будут так благодарить за простое мыло, — усмехнулся тот.

В честь такого события мыться самостоятельно мне не позволили. Ритар непреклонно развернул меня обратно и принялся намыливать. Делал он это со всей тщательностью, не пропуская на одного крохотного участка тела. Старательно промывал волосы, массировал шею, плечи, медленно скользил вдоль рук, гладил спину, более вдумчиво растирал ягодицы и грудь, уделив особое внимание соскам. К этому моменту я едва стояла на ногах и кусала губы, чтобы не сорваться на стоны. Никогда бы не подумала, что простое мытье можно превратить в откровенные ласки. Внутри теплой волной разливалось желание, скручивалось в тугую пружину внизу живота, собиралось жаркой пульсацией между ног. Дыхание давно сбилось с ритма, только рваные вдохи-выдохи и давящая тяжесть за ребрами.

Ритар тоже не остался равнодушным. Пусть контролировал себя он гораздо лучше, но его выдавал вздыбленный член, скользивший между моих ягодиц. Каюсь, не удержалась, потерлась о налитый ствол и довольно заурчала под страстный рык мужчины.

Наемник резко развернул меня к себе, одарив тяжелым взглядом.

— Стой смирно, — низким с хрипотцой голосом проговорил он и наградил шлепком пониже спины.

— Ай! — возмутилась больше для порядка, а продолжить не успела. Ритар легко провел по плечам, уже намыленным груди и животу, и как-то совершенно неожиданно опустился передо мной на колено. Пальцы осторожно прошлись по набухшим складочкам лона, заставив судорожно вдохнуть. Выдохнуть получилось только когда мужские руки двинулись ниже по бедру. Я схватилась за плечи воина, удерживая равновесие, а Ритар поднял мою ногу под колено, чтобы намылить стопу. И, шайт его задери, делал он это так проникновенно, что блаженный стон вырвался сам по себе. То же повторилось со второй ногой, только в этот раз он еще немного задержался, растирая пальцы. Никогда бы не подумала, что там может найтись столько чувствительных точек.

— Твоя очередь, Дели, — проговорил наемник поднявшись и не преминув огладить руками мое тело снизу вверх.

Откровенно говоря, я не сразу сообразила, что от меня требуется. Только когда увидела протянутый кусочек мыла, заметно убавивший в размере. Странное предвкушение завладело мыслями. В теле поселилась небывалая легкость и щекотное ощущение от того, что я собиралась сделать.

Взяв в руки мыло, позволила себе легкую улыбку. Это будет интересно.

Я встала за спину наемника, окинула восхищенным взглядом открывшийся вид и прикоснулась рукой. Поначалу робко, боясь сделать лишнее движение и, чего уж там, все еще стесняясь своих желаний, а потом незаметно для себя вошла во вкус, и с удовольствием оглаживала мощные плечи, попутно их разминая, крепкие руки, рельефную спину. Дошла до ягодиц и немного растерялась. Одно дело касаться мужчины в порыве страсти, когда не отдаешь отчет своим действиям, и совсем другое вот так. Потому эту пикантную часть тела оставила на потом, в надежде, что отсрочка и дальнейшее омовение раскрепостят меня достаточно для столь интимных прикосновений. Заставила Ритара повернуться и… уткнулась взглядом в еще более пикантную деталь. Чтоб тебя саур….

Показалось, его член стал еще больше. Сейчас он выглядел просто огромным, и я не представляла, как вот это все помещалось во мне, не причиняя боли.

Низ живота отозвался спазмом, между ног стало влажно, и я закусила губу и поспешила отвести глаза, чтобы наемник не заметил моей реакции. Только разве от него что-то укроешь?

В темных омутах Ритара веселились шайты, загадочная и немного самодовольная улыбка не сходила с губ. Чувствуя, как жар заливает щеки, я фыркнула и с силой надавила на плечи мужчины, чтобы тот опустился на колени, и можно было помыть ему голову. Естественно, мои потуги были как муха для саура, и пока воин не соизволил, ничего сделать не получилось.

Одного не учла: из такого положения ему было гораздо удобнее продолжать соблазнять меня. И пока я занималась совершенно невинным мытьем головы, Ритар дышал мне в пупок и придерживал за попу, не забывая массировать особо понравившуюся часть тела.

Однако самое интересное ждало впереди. А вернее спереди. Я тянула с волосами как могла, но наемник, явно разгадав причину моей медлительности, решил все сам. Встал, перехватил мои руки и уверенно положил себе на грудь. И все это молча и не сводя с меня голодного взгляда. Даже колени задрожали.

Я неохотно подчинились, быстро намылила его спереди, опустилась к ногам, старательно отводя взгляд от практически упирающегося в лицо мужского достоинства. Даже незаметно для себя провела по его ягодицам, и, о чудо, гром не грянул. Мыло почти иссякло, поэтому, посчитав свою миссию завершенной, я встала, держа в руках крохотный обмылок.

Бежать было некуда, поэтому оставалось только замереть перед мужчиной, смотря на того самым невинным взглядом из моего арсенала. В голове зудела мысль, что подобной выходки мне не спустят. Собственно, так и вышло.

— Девочка моя, — проурчал воин, — ты кое-что забыла. — И такая порочная улыбка появилась на его губах, что мое сердце ухнуло куда-то в желудок, а ноги в миг ослабли.

В ответ получился сдавленный писк:

— Р-разве?

Собственный приговор с легкостью прочла в его глазах.

Вот же… Никак без этого не обойтись?

— Не бойся, — прошептал наглый соблазнитель.

— Я не… боюсь, — пролепетала, противореча своим же словам, и гулко сглотнула, в то время как Ритар взял в плен мою руку и пальцами поглаживал ладонь, неотрывно смотря в глаза. Опасный хищник нашел свою добычу и готовится к броску.

Так же, не отпуская взгляда, он положил мою руку на член, заставив плотно обхватить пальцами. Я со свистом втянула воздух. На ощупь мужской орган был шелковисто-гладкий, но в то же время каменно-твердый, горячий, пульсирующий. Ритар несколько раз направил мою руку вверх-вниз по стволу, показывая, как правильно, и предоставил свободу. Я завороженно наблюдала за своими действиями, хмелея от новых ощущений и собственной смелости. Внизу живота нарастала пульсация, я то и дело сжимала мышцы, чтобы немного унять это сладкое томление, но становилось только хуже. Во рту пересохло, за ребрами тяжело ухало сердце. Никогда бы не подумала, что подобные прикосновения к мужчине будут так… возбуждать.

Я провела большим пальцем по головке, растерла выступившую на кончике каплю, Ритар резко вдохнул. На мгновение замерла, вскинула голову, чтобы понять, не сделала ли что-то не так, но встретившись с ним глазами, возобновила движения, больше не отрываясь от лица мужчины. Голодный, жаркий, подернутый поволокой наслаждения взгляд приковал к себе. С каким-то шальным восторгом поняла, что Ритару нравится то, что я делаю, что он получает удовольствие от моих ласк так же, как и я от его. Женское начало во мне ликовало. Я откровенно наслаждалась моментом своего превосходства, кратким мигом власти над этим мужчиной. Осознание его зависимого положения взвинтило накал моего собственного удовольствия на немыслимую высоту.

Я наблюдала за малейшими изменениями на лице наемника, отмечала полуприкрытые веки, приоткрытый рот, то как он расслабленно откидывает назад голову, но тут же наклоняет вперед, чтобы впиться в меня взглядом. Поддавшись порыву, сжала пальцы чуть сильнее, наградой мне стал глухой стон мужчины. Ритар наклонился, уперся лбом в мой лоб, а потом погрузил пальцы в мои волосы на затылке, притянул к себе и впился в губы жадным поцелуем. Наши языки ласкали друг друга в диком танце, в то время как я не останавливала движения рукой. Быстрее, резче. Но этого показалось мало, я добавила вторую руку. Быстро приспособилась к движениям, словно всегда знала, как правильно.

— Да, девочка, вот так, — простонал мне в губы воин и сам толкнулся бедрами в мои ладони.

Со мной же творилось что-то невероятное. От его голоса, сбившегося дыхания, словно разряды маленьких молний пронзали тело. Голова кружилась, собственные стоны рвались наружу. Я набросилась на губы мужчины, посасывая, прикусывая, как он делал со мной.

— М-м-м, Дели, еще чуть-чуть.

Убрала одну руку, другой немного ускорила движения, завороженно наблюдая, пока мужское семя не выплеснулось мне в кулак.

— Ты — чудо, — довольно блеснул черными очами наемник и крепко поцеловал.

Мы все-таки вымылись под водопадом. Конечно же Ритар не смог удержать руки при себе и довел меня до разрядки. После такой помывки у меня оставались силы только дойти до деревни и завалиться спать, однако у наемника имелось предложение получше.

— Здесь недалеко древний храм. Можем заглянуть по дороге.

— Это который? — вяло уточнила, воюя с местным платьем. Желтое полотно так и норовило выскользнуть из рук и совсем не хотело надеваться как следует.

Ритар молча забрал у меня платье.

— Нужно вот так. Сначала оборачиваешь как полотенце, закрепляешь.

— Так во-от для чего эта прищепка.

— Затем один виток вокруг талии, два раза наискосок по бедрам, — комментировал мужчина свои действия, — еще виток наверх, и конец перекидываешь вперед через плечо. Если будет мешать, можно заткнуть сбоку.

— Нет уж. Я и так чувствую себя личинкой, — хмыкнула, осматриваясь с ног до головы. Наряд выглядел не как у Линаи. Если Старейшина была укутана с ног до головы, то у меня ткань свисала по бокам чуть ниже колена, а спереди и сзади расходилась в стороны, благодаря чему мои ноги не путались в подоле. Терзало только одно:

— Эта конструкция с меня не сползет?

— По деревьям не лазай, и все будет нормально.

— И на том спасибо, — я вздохнула, осторожно нацепила сандалии, и сделала несколько пробных шагов. Что ж, в таком варианте одеяния идти было довольно удобно.

Повертевшись и так, и эдак, убедившись, что одежда не спадет при движении, я спокойно двинулась за наемником. Уже привычная кривоватая насмешка не сходила с его губ, но, к счастью, от комментариев мужчина воздержался.

— Так про какой храм ты говорил?

— Древний, — коротко бросил воин.

— Какой из них? — продолжила настаивать.

— Тот, что поблизости, — пожал плечами Ритар.

От такого ответа я опешила и затормозила.

— Ты издеваешься?

— Нет, он действительно совсем рядом, — будничным тоном отозвался мужчина и обернулся — глаза его смеялись.

— Но если ты еще немного здесь постоишь, начну издеваться.

У меня не нашлось слов для достойного ответа.

— Дели, шевелись, скоро стемнеет.

Закатила глаза. Месть за танцы с платьем? Ну-ну.

— А кто виноват, что мы так задержались? — я семенила следом за размашистыми шагами мужчины.

— Ты, кто ж еще!

— Ах вот как?! — каков нахал!

— Да, — Ритар резко повернулся, и я влетела в него, не успев затормозить. — Нельзя же быть такой соблазнительной, — снова этот завораживающий голос, от которого хочется растечься лужицей у его ног. Покровители… А этот взгляд, от которого мурашки строем бегут по спине? И…

«Не теряй голову, Дел! Разве ты не боялась влюбиться по уши в хозяина и исполнять все его прихоти? Остановись, пока не поздно!

А если я на самом деле его невеста?

И что это поменяет?»

Я уже тянулась к наемнику за поцелуем, когда внутренний диалог пришел к логическому завершению. Мысленно обругала себя за глупость и отвернулась. Нельзя спешить. Он конечно хорош, но голову терять не стоит.

— Пойдем! А то я снова окажусь виноватой! Мне же интересно, что за храм ты хотел показать.

Решительным шагом я двинулась мимо застывшего мужчины.

— А кое-кто совсем осмелел, — неопределенно протянул воин.

Стараясь не оглядываться, осторожно поинтересовалась:

— Это плохо?

— Всяко лучше, чем дрожащая мышь. Но сильно не наглей, — Ритар придержал меня за плечо и обошел, чтобы быть впереди.

Некоторое время мы продвигались в молчании. Растительность стала плотнее, под ногами вились корни, тропинка то и дело терялась в занавесях из зеленых листьев. У очередной такой "шторы" мы притормозили.

— Ты спрашивала про храм…

О да! Неужели мне раскроют эту тайну?

И Ритар театральным жестом отодвинул в сторону зеленые побеги…

— Не может быть!

В проеме виднелись грязно бежевые стены монументального строения. Я смело шагнула в арку и пропала. Мы зашли с угла храма, но с такого ракурса его можно было увидеть почти весь. Время и природа не пощадили камень. Строение утопало в зелени, по стенам вились лианы, а полуразрушенные ступени обвивали толстые корни. Изначально светлые плиты потемнели от времени и сырости, местами почернели и покрылись мхом. Но даже столь плачевный вид не умалял величия этого памятника архитектуры.

Не замечая ничего вокруг, я практически добежала до центрального входа, подняла голову вверх, охватывая восхищенным взглядом трехглавое строение…

— Невероятно… Это… Это…

— Да, храм Аль-Киары, богини любви, — подтвердил мою догадку мужчина.

Сколько противоречивых слов я слышала об этой древности! Путешественники, странствовавшие по греянской земле, непременно пытались дойти до этого храма. Мало кому удавалось, ведь хвостатый народ не любит делиться своими сокровищами и провожать иноземцев не берется. Лишь немногим удалось отыскать заветную цель среди джунглей. И те путевые записки, что они оставили, описывали храм как величайшее строение на планете, монументальный памятник древности, и одновременно с этим как самое развратное и безнравственное творение. Сделанные ими зарисовки повергали в шок. Лично я не видела в них ничего постыдного, обнаженные тела не вызывали никакого протеста, ведь это естественное состояние любого живого существа. Однако то, что предстало моим глазам, не имело ничего общего с картинками из книг.

Мы поднялись по ветхим ступеням, миновали арку, у которой стояли статуи прислужниц богини и… попали в царство чувственности и порока. Иначе я не могла это описать. Напротив входа по центру располагался жертвенник. Прямоугольная плоская платформа, окруженная колоннами с изображениями все тех же прислужниц. В глубине храма, где располагалось святилище, высилась статуя Аль-Киары. Богиня сидела, скрестив ноги. В одной руке, которую она держала на уровне живота ладонью вверх, свесив ножку, спал младенец. В другой у статуи был кубок. С напитком любви, если верить книгам. Скульптор запечатлел чувственную улыбку на полных губах, глубокий, таинственный взгляд. Свободные одежды обнажали одну грудь и живот. Несмотря на климат и плачевное состояние самого храма, статуя прекрасно сохранилась. Я подошла ближе, рассматривая сияющие золоченые узоры на теле богини.

— Греяны не совсем забросили храм, — пояснил Ритар. — Сил местных не хватает, чтобы содержать всю постройку в достойном виде, но о святилище они заботятся. Раньше здесь был целый комплекс и огромный город. Из-за частых междоусобных стычек и дележки территории цивилизация греян постепенно приходила в упадок. Не обошлось и без болезней. Крупные города пустели. Легче было выжить в небольших поселениях. Постепенно народ пришел к укладу, который есть сейчас и сохраняется на протяжении почти тысячи лет. Эти места оказались заброшены, более мелкие храмы разрушились от времени. Этот один из немногих, что уцелел.

— Почему греяны не используют его? Ведь они до сих пор поклоняются этим богам.

— Слишком далеко. Новая столица далеко на востоке. Мелкие поселения практически изолированы друг от друга. Проще построить собственное святилище, чем тратить несколько недель, чтобы добраться сюда. Даже местные приходят только по особым случаям.

— Как жаль, — я печально вздохнула, оглядываясь по сторонам. — Такая красота и затеряна в джунглях.

— С другой стороны, она целее, пока сюда нет доступа. Согласись, не каждый поймет священный смысл этого места.

— Да уж, — пробормотала я, разглядывая изображения на стенах. Те зарисовки обнаженных тел, что были широко известны, оказались самым невинным из всех украшений. Весь храм опоясывали скульптуры греян, занимавшихся любовью. И если это я могла принять — святилище богини любви все-таки, то позы, в которых предавались страсти запечатленные существа, повергали в шок. Никогда бы не подумала, что это можно делать, стоя на голове или вообще… с тремя мужчинами сразу. Покровители!

Я чувствовала, что с каждым увиденным сюжетом, краснею все больше. Жар заливал не только щеки и уши, а уже перекинулся на шею. Скульптор был весьма талантлив, ибо сумел запечатлеть процесс в мельчайших деталях.

— Познавательно, не находишь?

От хриплого голоса наемника, прозвучавшего над самым ухом, я едва не подпрыгнула.

— Это вообще возможно? — ткнула пальцем в больше всего поразившую картинку. Дева на ней извивалась под немыслимым углом, принимая в себя член одного партнера и лаская рукой другого. И похоже, ей было вполне комфортно.

— Нет ничего не возможного, Дел, — Ритар прижался ко мне со спины и положил руку на живот.

От этого невинного прикосновения у меня едва не подкосились ноги. Несомненно во всем виновато это место, а еще то, что вместо каменной девы я попыталась представить себя. Между ног стало влажно, но пришлось гнать от себя всякие развратные образы.

Это же древний храм! Вряд ли когда-либо удастся побывать здесь снова.

Я ловко вывернулась из рук Ритара и увеличила расстояние между нами. Помимо столь необычных картин здесь было на что посмотреть. Например, на удивительно достоверные скульптуры животных. Не только существующих сейчас, а вымерших или вообще мифических. Хотя, кто знает, может, они тоже когда-то существовали, просто настолько давно, что никто в это не верит. Почти всю северную стену занимало еще одно изображение Аль-Киары, сидящей верхом на прекрасном флейре.

— По поверьям греян, боги прибыли в этот мир с неба, на флейрах. Эти животные были их защитниками и помощниками.

— И куда делись эти боги?

— Вернулись обратно в небесные чертоги, оставив на этой планете своих соглядатаев. Но постепенно, стараниями людей, вымерли и флейры.

— Или вернулись обратно, — предположила я.

— Возможно, кто знает, — не стал рушить мои надежды наемник.

— Ты сказал, что местные используют храм. Чтобы помолиться Аль-Киаре или для чего-то еще?

— Молиться они могут и в поселении. Линая, как старейшина, проводит необходимые обряды. А вот для скрепления союза греяны приходят сюда.

На последних словах я немного напряглась. На мне греянский ошейник, старейшина утверждает, что я — невеста Ритара, храм богини любви, скрепление союза… Нет нет нет! Ритар не мог так подло поступить…

— Проводят свадебный обряд? — уточнила, хмуро разглядывая лицо мужчины. Однако воин мой взгляд выдержал.

— Нет, обряд единения. Его проходят уже после свадьбы, когда собираются зачать потомство.

— То есть… — пришедшая в голову мысль лишила дара речи.

— Именно, — ухмыльнулся наемник. — Жертвенник здесь вовсе не для подношений.

М-да. Собственно, чему я удивляюсь? Если оглянуться вокруг, то предназначение храма становится понятно. Еще и богиня с ребенком и напитком. Вот только не любви, а скорее страсти.

Пока я осознавала услышанное, Ритар стоял передо мной и смотрел. Хотя нет, раздевал взглядом. И стоило мне это заметить, как мужчина начал медленно надвигаться на меня, оттесняя к стене.

— Ритар, — предупреждающе вскинула руки, — даже не думай.

Шаг назад, еще один, спиной почувствовала прохладу камня.

— Прекрати, — голос дрогнул, когда айкар подошел вплотную и упер ладони в стену по обе стороны от меня.

— В таком месте… разве можно… удержаться? — наемник провел носом по виску вдоль кромки волос.

Приподнял мой подбородок, обжигая темным взглядом. Коснулся подушечкой большого пальца моих губ. У меня внутри все замерло в ожидании. Сердце сжалось, воздух застрял в легких— ни вдохнуть ни выдохнуть — а я как в трансе смотрела на мужчину и ждала… Ждала, когда его губы накроют мои.

И только когда тягучий сладкий поцелуй прервался, смогла озвучить волновавшую мысль:

— Но ведь мы не женаты…

Ритар отстранился, скользнул по моему лицу задумчивым взглядом.

— Нет, но разве это мешает?

Я опустила глаза.

Да, это мешало. Просто секс — это одно, а вот секс в храме, куда приходят для зачатия — совершенно другое. Мне бы с собственным положением разобраться и хоть немного определиться с будущим. Какой к шайтам ребенок, он шутит?

— Не волнуйся, я не для этого тебя сюда привел, — усмехнулся мужчина в ответ на мое замешательство.

— А для чего?

Темная бровь насмешливо изогнулась.

— Побывать в этих краях и не увидеть легенду? На твоем месте я бы себе этого не простил, — весело проговорил Ритар. И я ему поверила. Улыбнулась в ответ, но тут же нахмурилась. Пусть я немного успокоилась, но разговор со старейшиной все еще волновал. Чем не лучшее время прояснить этот вопрос с айкаром?

Глубоко вдохнула и резко выдохнула, как перед прыжком в воду. Коснулась пальцами ремешка на шее:

— Линая сказала, что это — греянский ошейник.

На лице Ритара не промелькнуло ни одной эмоции.

— Который надевают на помолвку, — уточнила то, что он и без меня прекрасно знал. Снова никакой реакции. Мужчина ждал, пока я выскажусь. А у меня не получалось выразить словами то смятение, что буйствовало внутри. Да и что сказать, если я не знала, на что надеюсь больше.

— Я — твоя невеста?

— Какой ответ ты хочешь услышать? — спокойно уточнил воин.

— Ответ? — его слова привели в замешательство. Разве есть варианты? — Я хочу знать правду, Ритар.

Мужчина протянул руку и осторожно провел пальцами по щеке.

— Это действительно греянский читу-эль-тарсу, который надевают на помолвку, — ровно проговорил он.

— Мне почему-то слышится «но».

Легкая улыбка тронула губы мужчины.

— Но… Я не греян, Дели.

Я опустила глаза, осмысливая сказанное. По всему выходило, что Ритар вовсе не обязан следовать верованиям этого народа, соответственно, несмотря на то, что ошейник греянский, ни о какой помолвке речи не идет? Взглянула на мужчину, ища подтверждения своим домыслам. Тот как всегда все понял.

— Тогда почему именно читу? А не обычный ошейник?

— Ты бы хотела расхаживать в железке? — смоляная бровь взмыла вверх.

— Я бы вообще хотела обойтись без него, — буркнула в сторону и насупилась. Ритар с ухмылкой развел руками:

— Сама виновата. — И продолжил уже серьезно: — Я предполагал, что мы наткнемся на хвостатых. Надеялся, что удастся обойти, но, как видишь, не вышло. И все бы ничего, но греяны весьма негативно относятся к рабству.

— Поэтому ты представил меня своей невестой, — продолжила за него.

И вроде бы все так, сама же об этом думала, но что-то царапало в словах мужчины. Понять бы что…

— Почему ты не рассказал правду Линае? Она ведь уверена, что…

— Разве тебе она поверила? — перебил Ритар.

И то верно. Я же пыталась ей объяснить, но старейшина настояла на своем. Возможно, к внуку греяна бы прислушалась, но зачем это ему.

Наемник прочел ответ в моих глазах, кивнул, резко развернулся и направился на выход.

— Завтра мы уйдем. Тебе достаточно подыграть сегодня вечером, — бросил он через плечо. — Если не все рассмотрела, поторопись, нужно до темна вернуться в поселение.

Я же стояла и смотрела на удаляющуюся фигуру. Вот и выяснила. Никакая я не невеста. Только почему от этого стало грустно?

Мысленно обругав себя за собственные метания, вышла из храма, напоследок окинула взглядом строение, стараясь запечатлеть его в памяти, и двинулась за наемником.