Глава 12
– Ведьма. – Беззлобно усмехнулся мастер Вирс в ответ на мой выпад.
Но глаза его оставались печальными. И я впервые за все время подумала не о том, что я не хочу замуж за некроманта, а о том, что для декана браслет на моей руке тоже стал крайне неприятным сюрпризом. Я отложила недоеденную булочку и тихо спросила:
– Почему? Почему вы вот так, покорно, принимаете чужое решение? Почему просто не снимете это с меня?
Мастер Вирс только вздохнул:
– Боюсь, Мина, не существует способа снять с тебя Tirmaiel. Во всяком случае, с живой.
Ничего себе новости! Я покосилась на странное украшение:
– Почему? Не понимаю. Любой артефакт можно снять, нужно лишь знать условия.
– Я его знаю.
– Какое? – Я почувствовала, что у меня даже глаза загорелись. Я подалась вперед, жадно всматриваясь в некроманта.
– Смерть избранницы. Это единственное условие передачи браслета.
Полюбовавшись на мою разочарованную мордашку, мастер Вирс наконец сжалился надо мной и пояснил:
– Этот браслет когда-то давно моя мама нашла в одной пещере в гномьих горах. Согласно древним легендам, в той пещере когда-то обитали драконы. Самое интересное, артефакт несколько раз пытались у мамы отобрать, в то время она была никому неизвестной магичкой средней силы. Но браслет неизменно возвращался к ней. В последнюю попытку маг, пытавшийся присвоить чужое, чуть не лишился руки. После этого попытки прекратились. А вскоре маме приснился дракон, бывший ранее владельцем браслета. – Мастер Вирс устало потер виски. Видимо, у него болела голова. – Мама никогда не рассказывала подробностей. Папа явно знает, что ей тогда приснилось, но тоже молчит. Нам с братом незадолго до смерти мама только сказала, что мы должны по очереди носить этот браслет, пока он не выберет себе хозяина. Позднее он станет обручальным для избранницы. Мы и носили. По году каждый. Пока десять лет назад он не трансформировался вот в такую ленту с черепушками. Стало понятно, что артефакт выбрал меня своим хозяином. Тогда я обустроил в своем доме схрон для него, и больше его оттуда не доставал. Моя кровь, плюс мертвая магия. Все было устроено так, что достать браслет могу только я. Или мои кровные родственники, если со мной что-то случится. – Он опять поморщился и потер висок. – Откуда мне было знать, что однажды в моем доме появится маленькое наглое умертвие, под завязку накачанное мертвой магией, моей мертвой магией, и легко обойдет все ловушки. А на утро я проснусь женихом ведьмы.
– Спасибо, хоть меня не обвиняете в краже браслета. – Я сходила и подняла брошенную у порога свою сумку.
– Ты что задумала? – Встревоженно поинтересовался некромант, наблюдая, как я выуживаю из сумки порошки и склянки с зельями.
Я ухмыльнулась:
– Отравить неугодного жениха.
Руки привычно отмеряли дозы и смешивали все в свободной чашке под настороженным взглядом мастер Вирса. Долив до половины объема обычной чистой воды, я подумала, и добавила туда же ложечку меда. Пользы почти никакой, зато хоть немного мерзкий вкус замаскирует. А вкус действительно отвратный. Одни только экскременты десмоди чего стоят. Размешав ложечкой полученную смесь, я прикинула, что сегодняшний день у некроманта вряд ли будет легче вчерашнего, и влила в микстуру толику силы. Укрепить некромантский организм тоником не помешает.
– Пейте. Не могу смотреть, как вы мучаетесь от головной боли.
Декан Вирс уставился на поставленную перед ним чашку, как на ядовитого паука.
– Что это?
Я невольно закатила глаза и, не удержавшись, поддразнила его:
– Сушеные паучьи лапки, сушеные болотные мухи, земля с кладбища, взятая в полнолуние…
Некромант позеленел. Я рассмеялась:
– Да что вы в самом деле! Травы там обыкновенные. И капелька моей магии. Я подумала, что, мучаясь от головной боли и недосыпа, вы дадите врагам незаслуженное преимущество.
Подозрительный взгляд синих некромантских глаз, и мастер Вирс осторожно понюхал содержимое чашки. А я порадовалась, что добавила мед и не сказала про экскременты. Все же пациенту не всегда нужно знать состав лекарства. Для его же блага.
Мастер Вирс, не обнаружив визуально ничего подозрительного, выпил лекарство. И сразу скривился. Все же мед не сильно помог улучшить вкусовые качества.
– Ну вот. Теперь ждем результата. А пока я еще жив, – я недоуменно моргнула, – давай сюда своего скелета, я его подпитаю. Хоть он и не заслуживает этого.
Только после этих слов я поняла, что мастер Вирс сейчас просто шутит. Облегченно вздохнув и передав через стол вяло барахтающегося в руке Крыса, я опять взялась за забытую булочку, с любопытством наблюдая за работой некроманта. Хотя, смотреть особо было не на что. Потоков мертвой магии я не видела, так что для меня Ершик просто тыкался мордочкой в пустую ладонь мастера Вирса, сложенную лодочкой. С губ сорвался смешок. Мертвый скелет ест с пустой ладони воздух.
– Смешно? – Мастер Вирс легко и открыто мне улыбнулся. – Ну смейся. И да, лекарство твое, как ни странно, подействовало. Спасибо, Мина.
Наши взгляды встретились: мой, зеленый, и его, невероятно синий. И почему-то воздух вокруг словно зазвенел. Между нами протянулась невидимая тонкая нить, усеянная крошечными бриллиантами. И тихо пела непонятную и чарующую песню. Я разглядывала лицо некроманта и думала о том, что, возможно, все не так уж и ужасно, как мне кажется. Мастер Вирс – красивый мужчина. И…
Додумать мысль не получилось. В одно мгновение нить, связывающая меня и декана некромантов, исчезла. Воздух перестал хрустально звенеть. А между мной и мастером Вирсом развернулся портал, грозя утянуть в свое огненное нутро.
Я оглушительно завизжала, одновременно отскакивая в сторону и швыряя в портал недоеденной булочкой. Не везет мне сегодня со сдобой. Ни съесть, ни от врагов отбиться. Судорожно вспоминая, что я читала про дальние пространственные переходы, именуемые в народе порталами, я одновременно искала, за что зацепиться, чтобы не утащили в портал, и чем отбиваться, чтобы мало не показалось. Чтобы знали, как ведьм воровать!
Создавать пространственные переходы в нашем королевстве умели только три мага. Слишком много они требовали сил и умений. И чаще всего можно было столкнуться с амулетом перехода, чем с магом, его создавшим. Само собой, стоили эти амулеты, как половина королевского дворца. И по этой причине доступны были далеко не каждому. Обычно народ предпочитал путешествовать своим ходом – пешком или верхом на каком-нибудь животном. И дешевле, и для здоровья полезнее.
Все это в моей голове промелькнуло как молния. Промелькнуло и пропало. Потому что…
– Демоновы потроха! Арант, ты совсем сдурел в этой своей вонючей академии?!! Ты как родственников встречаешь???
Упс… Кажется, мой сдобный снаряд нашел свою цель.
***
Что-то было не так. Со мной что-то было не так. Глаза вроде и открыты, но я ничего, кроме тумана непонятного цвета, не вижу. Неужели я ослепла? Потому что уши исправно слышали. Хоть звук был и глухой, гулкий. Словно доносился глубоко из-под земли. Или из глубокой бочки. Может, в этом все дело? Но почему я тогда не чувствую своего тела?
Я постаралась унять бушующую внутри меня панику и сосредоточилась на звуках. Постепенно глухие и невнятные звуки сложились в голоса:
– Арант, уймись! Девчонка жива! И ты это знаешь не хуже меня! Не мешай работать целителю!
Арант? Так вроде бы зовут декана некромантов…
– Тогда почему она так долго не приходит в себя?!
Ого! Мастер Вирс умеет так орать? Вот уж не подозревала.
– Тебе еще раз повторить? Для нее же будет лучше, если она еще несколько дней проваляется без сознания. Во всех отношениях. Или тебе мало слов моих целителей? Так пригласи своих академиков! Может, хоть они тебе мозги на место вправят…Честное слово, я начинаю думать, что тебя тоже следует показать менталисту. Булочками в своего короля еще не швыряешься, но…
– Дядя!
– Да пошутил я, пошутил! Но девчонке и впрямь лучше пока побыть тут. Включи голову и подумай сам.
Секундной паузы мне хватило, чтобы усомниться в собственном здравомыслии. Неужели, они говорят обо мне? Неужели из портала должен был выйти наш король? А что он забыл у нас в академии? Вернее, в доме декана Вирса?
Вновь послышался голос декана некромантов:
– Да понимаю я, что пока эльфы не убрались с нашей территории, Мина будет в опасности. Но и ты пойми меня. Вирсариниэль снова будет попеременно виснуть что на мне, что на моем брате. И если я в силу принадлежности магии от приворота защищен, то, что делать с братом – ума не приложу.
– Да ты у нас, – второй голос коротко и смачно хохотнул, – теперь вообще к марьяжным планам непригоден! Подумать только, будущий первый советник будущего короля, и женат на ведьме? Тебе самому-то не страшно?
– Нет, Мину я не боюсь. А вот как подумаю о знакомстве с тещей, так всего передергивает.
– Ну да, ну да. Теща – ведьма, и это не иносказательно.
– Да тут еще не все так просто. Я узнавал, мать Мины – вторая по силе ведьма в ковене. Я вообще не представляю, как она отнесется к тому, что ее дочь отныне связана брачными обязательствами и не сможет присутствовать на шабашах.
– Не только не сможет, но и обязана в кратчайшее время изучить этикет. Ведовсво ведовстом, но герцогиня не может быть невежей.
Этикет? Герцогиня?!
– Не представляю, как я ей об этом буду говорить…
– Прямо, племянничек, прямо. Хватит уже играть в недомолвки и загадки. Раз Tirmaiel не только ее принял, как невесту, но и трансформировался под ее потребности, то она уже практически член семьи. Глупо и дальше скрывать от нее информацию. Глупо, недальновидно и опасно.
– Понимаю…
Голос мастера Вирса звучал глухо и как-то тоскливо, что ли. Или не мастера Вирса, а будущего герцога Овирсальского?
– Что тебя тревожит, племянник? Не веришь, что с девушкой все будет хорошо? Не злись, но все вышло, как нельзя лучше. Если хочешь, я извинюсь перед ней, когда она придет в себя, убивать ее никто не хотел. Я лишь чуточку вышел из себя. Согласись, трудно оставаться невозмутимым, когда тебе в глаз прилетает кем-то обкусанный кусок хлеба. Хоть король с бланшем под глазом – это как-то не совсем по-королевски, но пережить можно. Но, согласись, когда короля атакуют неизвестные твари сразу по выходу из перехода, то тут уже любой заволнуется!
Послышался до боли знакомый смешок некроманта:
– Если бы ты не пытался схватить Мину руками, то ее фамилиары тебя бы не тронули.
– Хорошенькое дело! А чем мне нужно было ее хватать, чтобы не дать швырнуть вслед булке еще и склянку с непонятной жидкостью? Ногами, что ли?
– Дядя!
– Да что ты заладил: дядя-дядя!
– Там не было ничего опасного. Мина за пару минут до твоего прихода смешивала мне микстуру от головной боли. Еще и, кажется, тоник добавила. Я не спал почти всю ночь, но после ее зелья стал как новенький.
– То-то я смотрю, почти вся еда на столе восстала и бросилась на меня же! Опасно, однако, иметь племянника-некроманта! Если не эльфы убийцу подошлют, так нечисть какая-то, подосланная любящим родственником, точно укокошит!
– Извини, дядя, я не специально. Просто переволновался.
– Ага. Последний раз, помнится, ты так волновался тогда, когда кузен застал тебя и твоего брата за попыткой напялить на любимую гончую кузена панталоны, честно уворованные у моей фаворитки. Тогда, помнится, разом во всем поместье поднялись все скелеты и дохляки.
– Дядя! Мне было тогда всего пять лет!
– И хвала богам! Не представляю, что бы мы делали с нашествием нечисти, будь ты постарше. И так для всех слуг кузену пришлось приглашать мага. Чтоб лечил от заикания. Даже матерые мужики до смерти перепугались полчищ полуразложившихся тушек крыс и мышей и пикирующих с небес скелетов мелких птичек.
Декан Вирс вздохнул:
– Ладно, я понял. Ты решил мне заговорить зубы. Все так плохо?
– У нас все отлично, племянник, лучше и быть не может!
– Я сейчас поддамся искушению сходить в гости к мастеру Иннелиту. На ужин. В компании двух скелетов. Или трех. Нечаянно так прихвачу их с собой. Ты же сам только что сказал, что я иногда не контролирую свою силу. Как ты думаешь, дядя, как быстро в такой компании королевский менталист расскажет мне то, что я хочу знать?
– Ох и вредный ты, племянничек! – Я мысленно согласилась с говорящим. Очень вредный. – Ты хоть осознаешь, что угрожаешь сейчас своему королю?
Ответом была тишина. То ли мастер Вирс просто пристально смотрел на собеседника, то ли еще что. Но это было сделано в тишине. И достаточно убедительно, чтобы король сдался:
– Ладно. В конце концов, тебя это тоже касается.
– Напрямую, заметь.
– Возможно. Ведьму твою обработали очень качественно. Блоки и установки видимо делал вампир. Эльфы на такое даже с эльфийским очарованием не способны. Говоришь, этот мерзавец держался очень уверенно? Так есть с чего. При обычном поверхностном сканировании ни один менталист бы ничего не обнаружил. Ну подумаешь, расследование бы зашло в тупик. Остроухий бы нашел повод скрыться в своем лесу. А ведьма либо сама себя бы уничтожила, либо, скорее всего, нарвалась бы на какую-нибудь миленькую самоубийственную историю, типа той, что случилась у тебя на кухне. Это хорошо, что она напала на меня…
– Она не нападала!
– Ты мне еще поговори! Она напала! Но к счастью, я не злой, это раз, отходчивый, это два. Менталист был под боком и уже готов к работе – это три. А в бессознательном состоянии человека сканировать намного легче. Так что я всем нам оказал величайшую услугу, вырубив твою ведьму. Иннелит получил возможность беспрепятственно просканировать глубокие слои ее памяти.
– Это же опасно!
– Только если человек в сознании и активно сопротивляется. А так, твоей ведьме могла бы грозить максимум мигрень. Но пока ее выведут из лечебного сна, и она пройдет. Зато мы выявили все самоубийственные установки и блоки в ее сознании и удалили их без вреда для девчонки. Теперь ей не захочется больше искать смертельных приключений на свою голову. Мне вот только одно интересно: неужели никто не заметил изменений в ее поведении? Или она никому вообще не нужна?
– Да тут так совпало, дядя, я ее забрал к себе на факультет для прохождения практики. Это само по себе уже выбило ее из колеи. Потом еще куча совершенно неординарных приключений, которых ранее в ее жизни не было. Ну вот так как-то…
– Мда… Едва не проворонили серьезное внушение. Вовремя спохватились.
– Не совсем, дядя, и вовремя. Еще немного, и Верианалиоринелю удались бы все его гнусные планы. Да и сейчас этому мерзавцу удалось скрыться. А тут половина его родни в гости пожаловала. В общем, прости дядя, но я сомневаюсь, что у тебя получится показательно казнить этого мерзавца. Просто потому, что ты его не поймаешь. Свои его прикроют и тихонько переправят домой, в лес. А я бы всю свою силу с удовольствием отдал бы за право покопаться в его мозгах.
Первое, что я увидела после пробуждения, это глаза моих фамилиаров. Я радостно ухмыльнулась, увидев сидящих рядком иргу и скелетона:
– Привет, мои хорошие!
Я с удовольствием потянулась. Тело словно звенело и пело. Не знаю, сколько я спала, но отдохнула на славу. Погладив и Кошу, и Ершика по головам, я осторожно их отпихнула в сторону и сползла с кровати. В комнате было сумрачно, видимо, я проснулась слишком рано, и девчонки еще спали. Но уже через пару секунд я поняла, что я не в своей комнате, и подружек рядом тоже нету.
Растерянно оглядывая комнату, я испытывала странное чувство: вроде бы я знала это место. Кажется, это был дом декана Вирса. Но в то же время обстановка мне была не знакома. Тяжелая резная мебель из темного дерева, темно-зеленые занавеси на окнах, серебристо-бежевые медальоны в простенках и пол, покрытый настолько темным ковром, что тот казался мне черным. Осторожно ступая по нему босыми ногами, я подошла поближе к окну. Под знакомыми кряжистыми дубами притаился сумрак. Оттого и в комнате было не слишком светло. Озадаченно изучив тоже отчего-то знакомый пейзаж, я вернулась к кровати, по пути заглянув в огромное, почти от пола до потолка, тускловатое зеркало. Я была чуть бледнее, чем обычно, и под глазами залегли тени. Но в целом, все было, как всегда. Что же со мною случилось?
Я ломала над этим голову все время, что натягивала на себя форменное платье и приводила в порядок волосы. Еще одна странность: я откуда-то знала, что за небольшой дверью слева от меня находится роскошная ванная комната с кучей всяческих косметических средств, по большей части эльфийской работы. Но расчески ни в ванной, ни в спальне не было. Волосы нужно было расчесывать при помощи заклинания.
Чем сильнее я пыталась вспомнить хоть что-то, тем сильнее болела у меня голова. В конце концов, так и не найдя логичного пояснения всем странностям, и не вспомнив ничего, что могло бы мне помочь сориентироваться, я схватилась за виски. В голове словно гномы начали добычу особо ценной руды. Мне срочно нужна была моя сумка. Обычно я не носила с собой готовое зелье от головной боли. Но его можно было легко составить из того, что у меня в сумке имелось. Вот только самой сумки в комнате я не видела. И где я ее могла оставить?
Хрустальный перезвон разлился в воздухе как раз в тот момент, когда я уже собиралась отправить на поиски сумки Кошмара. Этот звон был так до не возможного похож на тот, что звенел в мамочкиной лавке, когда новый клиент открывал входную дверь, что я неосознанно отправилась встречать пришедшего. И опомнилась только в коридоре у самой лестницы. В мамулиной лавке не было лестницы. Мамулина лавка была одноэтажной. А я сейчас нахожусь в доме некроманта. Я застыла на месте. Что со мною творится?
Надо сказать, что вышла я из комнаты вовремя. И так же вовремя остановилась наверху лестницы. Внизу распахнулась входная дверь. Я ее не видела со своего места, но услышала легкие быстрые шаги. Вошедшая – несомненно женщина. Через секунду я в этом убедилась:
– Вирс! Хвала Святой Бригитте! – Голос совершенно точно принадлежал моему куратору. И Саньята была не просто взволнована. Она была очень нервной. Я поежилась. Когда куратор нервничала, адептам всегда перепадало по первое число. – Ты здесь!
– А где я еще мог быть по-твоему? – Голос декана Вирса наоборот, был совершенно спокоен. – И что вообще случилось? Почему ты тут?
– По академии бродят странные слухи.
– Прости, но я не улавливаю связи.
Голос Саньяты изменился, стал усталым и тоскливым:
– Все ты понимаешь, Арант. Я волнуюсь за тебя. В городе эльфийское представительство. В академии шушукаются по углам, что ты убил их наследника и эльфы приехали требовать справедливости. А тебя нет уже третий день. Мне кажется вполне естественным, что я заподозрила в слухах немалую долю истины. Арант, что происходит?
Долгий вздох некроманта, и:
– Ты сама-то понимаешь, что говоришь? Неужели я бы спокойно сидел у себя дома, если бы действительно был виноват в смерти Верианалиоринеля?
– У тебя достаточно высокопоставленные родственники, с которыми даже эльфам приходится считаться.
– Согласен. Но в таком случае тут я бы точно не сидел. Дядя бы этого не допустил. Саньята, прими дружеский совет: поменьше слушай, сплетни.
– Я волнуюсь!
– Обо мне? Или о том, что другая, а не ты наденет герцогскую корону? Я тебе уже неоднократно говорил: я собой не распоряжаюсь. От меня никак не зависит выбор будущей супруги. Перестань меня преследовать, Саньята, от этого ничего не изменится. И вообще, решение уже принято, так что ты опоздала. А сейчас уходи.
Пара секунд тишины. А потом каблучки моего куратора сердито процокали на выход. Следом хлопнула входная дверь. Саньята ушла. А я осталась стоять наверху и кусать губы. Подслушивать всегда нехорошо. Но кто бы мне пояснил, отчего мне так неприятны слова главной ведьмы?
Потоптавшись несколько минут на месте, я пошла вниз. Голова уже почти прошла, но найти свою сумку все равно было нужно. Заодно и узнаю, что я тут делаю, и что вообще происходит. Просто так болтать о том, что мастер Вирс убил Вериана, не будут.
При воспоминании об эльфе в груди что-то екнуло. И тут же голова заболела с утроенной силой. Я была вынуждена замереть на месте, прислонившись плечом к стене, потому что глаза от боли словно ослепли. Я не видела, куда ставить ноги. Пространство перед глазами плыло и качалось. Меня подташнивало. В уши настойчиво лез чей-то шепот. Тихий. Едва-едва различимый. Но от него мне становилось еще хуже. Связно думать не получалось. Я дышала и то урывками, стараясь хоть так успокоить взбунтовавшийся желудок.
Мне потребовалось несколько минут, чтобы хоть немного прийти в себя. Когда боль почти утихла и улеглась тошнота, а зрение ко мне вернулось, я облегченно вздохнула. Со мной явно что-то было не так. Наверное, стоит не микстуры собственного сочинения глотать, а обратиться к целителям. Может, я вчера перенапряглась на занятиях? Хотя, при магическом истощении вроде бы не такие симптомы. Теряясь в догадках, я продолжила путь вниз. С тем, чтобы замереть на последней ступени.
Стремительно, словно за ней гнались демоны, в комнату вбежала мастер Саньята. Ей вдогонку летел хрустальный перезвон дверного сторожа. Не заметив на лестнице меня, куратор бросилась вглубь комнаты:
– Нет, Арант, я так не могу!
– Что такое?
Несколько озадаченный мастер Вирс поднялся ведьме навстречу из кресла, в котором до этого тихо сидел. Наши с ним взгляды встретились за секунду до того, как Саньята повисла у него на шее и впилась поцелуем в губы.
Это оказалось сродни удару дубиной по голове. В голове мгновенно воцарился сумбур. С одной стороны – потрясение от того, что я увидела мастера Вирса без его вечного капюшона. Хотя разум почему-то вопил, что все верно, я имею право видеть его таким. А еще почему-то я точно знала, что у некроманта невероятно синие глаза. И это было странно.
С другой стороны, хоть я и знала о том, что Саньята давно и безуспешно преследует некроманта, ее поведение не только оскорбило меня до глубины души, но и вызвало почему-то злые собственнические мысли по отношению к мастеру Вирсу. Я с трудом справилась с мгновенно возникшим желанием вцепиться в волосы собственному куратору. Меня настолько это ошеломило, что я чуть не пропустила дальнейшее развитие событий:
– Саньята, ты с ума сошла!
Мастер Вирс осторожно, но непреклонно отцепил от себя ведьму, и даже отступил от нее на шаг. Правда, куратор попыталась вновь сократить между ними расстояние до минимума. Но декан ей этого не позволил.
– Саньята, стой, где стоишь! Не вынуждай меня применять к тебе силу!
Я прижалась спиной к стене, сглатывая странную горечь. На мое счастье куратор меня еще пока не видела. И я старалась даже дышать поменьше, чтобы не привлекать к себе внимание разозленной ведьмы.
– Я все равно добьюсь своего!
Мастер Вирс медленно покачал головой:
– Уже нет. Ты опоздала, Саньята. Я тебя предупреждал. Я никогда собой не распоряжался. А теперь тем более. Я более не свободен. У меня уже есть невеста.
Секунду куратор недоверчиво смотрела на декана некромантов. А потом запрокинула голову и расхохоталась каким-то мертвым, жутким смехом. Горько. С отчаянной решимостью.
– Какая-нибудь графинька с белой костью? Нет, Арант. Ты все равно женишься на ведьме. Я тебе это гарантирую. Запомни: у тебя есть невеста только до тех пор, пока я не узнала, кто она. Лучше откажись от девчонки сейчас. Пожалей дуреху.
– Осторожнее, Саньята. – Спокойный голос мастера Вирса вдруг налился какой-то пугающей силой. – Ты сейчас угрожаешь члену королевской семьи. И нет, можешь не утруждаться: девушка уже под защитой моей магии. Тронь ее – и я мгновенно об этом узнаю. А после этого меня ничто не остановит. Так что не разрушай собственную жизнь.
Несколько долгих секунд куратор и декан некромантов смотрели друг на друга. И мне с моего места казалось, что вокруг них даже воздух уплотнился и окрасился всеми цветами радуги. Саньята первой прервала эту дуэль взглядов:
– Посмотрим. Но потом не говори, что я тебя не предупреждала.
Куратор развернулась на каблуках и, не глядя по сторонам на мое превеликое счастье, вылетела вон из дома декана некроманта. Только гул пошел гулять по комнатам от захлопнутой со все силы двери.
В наступившей после ухода Саньяты тишине ясно прозвучало цоканье костей Ершика, спускавшегося по ступеням. И вскоре меня за ногу обняли косточки его лапок. Почему Ерш не воспользовался порталом, для меня осталось загадкой. Но я послушно наклонилась и подхватила умертвие на руки. В ту же секунду на плечо мне опустился Кошмар и что-то нежно закурлыкал на ухо.
Мастер Вирс грустно усмехнулся и подошел к нам поближе:
– Прости, Мина, за эту безобразную сцену. Не думал, что Саньята на такое способна.
Синие глаза декана смотрели на меня как-то устало и выжидающе, что ли. Я пожала плечами, стараясь не стряхнуть с плеча Кошу:
– Мастер Саньята всегда была такой. Кстати, если она сказала, что вы женитесь на ведьме, то так и будет, не сомневайтесь.
Где-то на задворках сознания шевелилась какая-то мысль по поводу женитьбы на ведьме. Но я никак не могла ее ухватить. Было сложно сосредоточится под внимательным взглядом синих глаз. А когда мастер Вирс сделал еще один шаг ближе ко мне и осторожно погладил по руке, в голове совсем стало пусто. Я ошарашенно уставилась на декана.
– Мина, я рад, что с тобою все хорошо. А на счет женитьбы на ведьме… – Он зарылся пальцами в свои темные волосы и взлохматил их. – Я уже в курсе и даже согласен. Я понимаю, что избежать этого не удастся. Главное, чтобы ты не возражала.
Я глупо моргнула:
– А при чем тут я? Это вам с вашей невестой нужно договариваться. А не со мной.
– Да как бы… – мастер Вирс повторно зарылся длинными тонкими пальцами в свои волосы, наведя на голове еще больший беспорядок. И вдруг замер, уставившись на меня: – Мина, а как ты себя чувствуешь? Что ты вообще помнишь?
Меня несколько удивило поведение декана некромантов и постановка вопроса, но я послушно ответила:
– Вроде бы неплохо. Но временами накатывает ужасная головная боль. Даже тошнить начинает. А на счет того, что я помню, то тут сложнее. Я вот откуда-то знаю про то, что куратор Саньята ни словом не соврала, и что я нахожусь у вас в доме. Хотя почему я тут, вспомнить не удалось. А еще – не могу понять, почему вы сняли вдруг капюшон мантии. Ведь вы всегда ходили в нем. И как только он вам не мешал?
Мастер Вирс вдруг помрачнел:
– А когда сильнее всего болит голова, можешь сказать?
Я задумчиво почесала свободной рукой ластящегося ко мне иргу. Судя по всему, голова начинала болеть тогда, когда я пыталась что-то вспомнить.
– Сильнее всего болела голова, когда я вспомнила Вериана. Ну эльфа знакомого. Про него еще мастер Саньята говорила, что ходят сплетни, будто вы его убили.
Лицо некроманта как будто потемнело. Он скрипнул зубами.
– Наверное, стоит его действительно убить. За то, что он с тобою сделал.
Я неприлично разинула рот от такого заявления:
– А… А что Вериан такого со мной сделал? Он же всегда же такой милый и обходительный со мной…
Декан некромантов, в этот момент что-то искавший в кармане мантии, замер месте. Синие, как озера, его глазищи полыхнули жутким огнем и подозрительно впились в меня:
– И как долго он с тобой был обходительным?
Пожав плечами, я спокойно ответила, хоть внутри уже начинало ворочаться что-то, подозрительно похожее на злость. Кто он мне такой, чтобы требовать ответа?
– Да почти с самого первого моего дня в академии.
А вот теперь мне стало по настоящему страшно. Ну просто потому, что я наконец поняла, почему мастер Вирс обычно не снимает капюшон. Да потому что при виде такого его лица все приличные девушки просто обязаны упасть в обморок! На меня смотрел настоящий некромант. Очень злой некромант!
– Мина, у меня нет настроения вытягивать из тебя ответ по одному слову! Рассказывай! Когда, сколько и с чего началось!
Я попятилась. Слишком уж страшно выглядел сейчас мастер Вирс. Но сбежать некромант мне не дал, цепко ухватив меня за руку. Запястье пронзила острая боль. И я взвизгнула.