Глава 7

Мне удалось подобраться почти к самому повороту, за которым слышались голоса. Выглядывать из-за него я не рискнула. И так, если собеседники резко решат пойти в мою сторону, я вляпаюсь в неприятности по самые ушки. Саньята, а один из голосов совершенно точно принадлежал моему куратору, ведьма. А о мстительности ведьм давно ходят легенды. К тому же, мастер Саньята на редкость гордая ведьма. Сомневаюсь, что она обрадуется свидетелям ее унижения. А так униженно умолять мужчину можно только поступившись собственным достоинством.

– …ну почему ты позволяешь так с собой поступать?!

– Как так? – Мужской голос звучал невыразительно, глуховато. Мне показалось, что я не знаю собеседника куратора Саньяты. – Отказываюсь на тебе жениться? Я тебе уже неоднократно говорил – я не хозяин своей судьбе.

– Ты не понимаешь!..

– Нет, это ты меня не понимаешь, дорогая! – Горячие нотки злости, прорезавшиеся в мужском голосе, опалили мне кожу. – А ведь ты сама магичка, и должна понимать, что такое заклятие на крови!

– Нет! – Вопль Саньяты испуганной птицей забился под потолком коридора академии.

– Да! И не ори, пожалуйста, на всю академию! Я не горю желанием сделать свои проблемы общественным достоянием. Считаю на этом наш разговор оконченным. Теперь ты знаешь, что сделать тебя своею супругой я не могу. И я тебя сразу об этом предупреждал. Если ты себе что-то придумала, то это не мои проблемы.

Секундная пауза. И полустон-полурык от Саньяты:

– Да будь ты проклят, мой дорогой! Ты все равно женишься на ведьме, я тебе это обещаю! Не будь я Саньята Маргуер!

По коридору прошелестел горячий ветерок проклятья. Лизнул мои щеки, и я машинально выставила защиту. Кем бы ни был собеседник куратора, мне его жаль. Кажется, мастер Саньята, не контролируя себя от злости и унижения, вбухала в проклятье весь свой резерв. Мдаа… Теперь собеседнику Саньяты свадьбы с ведьмой не избежать. От такого ни один амулет не защитит. Хвала Святой Бригитте, что я не мужчина. А то и меня бы рикошетом зацепило бы.

Я осторожно попятилась от поворота. Не хватает еще для полноты счастья столкнуться с разозленным куратором. Собеседник мастера Саньяты явно ушел порталом. Иначе бы она поостереглась бы швыряться проклятиями. Не совсем же она безумна, чтобы потратить весь свой резерв, и остаться беззащитной перед сильным и рассвирепевшим магом. Так что сейчас она точно будет идти этим коридором, и наткнется на меня, красивую. С покорно болтающимся в руке Крысом и беспокойно вертящим по сторонам головой Кошмаром. И будет мне тогда вот тот самый пушистый зверь, который любит подкрадываться внезапно и кусать за самое неприличное, но такое красивое место у ведьмочек. На которое они обычно и ищут приключения.

Наверное, я родилась под счастливой звездой. Или у Святой Бригитты на меня свои планы. Ничем иным я не могу объяснить тот факт, что Саньята пролетела мимо меня разъяренной фурией, едва не оттоптав мне левую ногу, и при этом смотрела так, словно я – стена и стою на положенном месте.

Едва не икнув от ужаса при виде мастера, я растерянно проводила ее взглядом. Коша, что-то курлыкнув, потерся головой о мой подбородок, при этом довольно чувствительно уколов меня иглой капюшона. Я зашипела на питомца:

– Ты что творишь? Так хочется попасть разозленной ведьме на глаза?

Негодник снова что-то умильно курлыкнул, преданно заглядывая мне в лицо. И вот как на такого сердиться? Я вздохнула:

– Я тебе уже говорила: учись разговаривать! Не понимаю я, что ты от меня хочешь! И вообще, нам пора уже на практику. Нам давали только полчаса.

Скелетон в моей руке дернулся и принялся извиваться, выкручиваясь из захвата. Словно пытался мне возразить. Я слегка покраснела, опустила вредного Крыса на пол и недовольно фыркнула:

– Ну подумаешь, приукрасила слегка. Мне давали полчаса. И что? Можно подумать, что, если бы вы вернулись раньше, а я позднее, то это что-то бы изменило для вас. Так чего ты вредничаешь? Как ерш, честное слово. Чуть что, и сразу все колючки кверху. – Крыс задрал кверху морду и что-то прощелкал немаленькими зубами. Я насмешливо фыркнула в ответ: – Ты еще и огрызаться будешь? Вот как назову тебя Ершом! Будешь тогда знать, как огрызаться! В конце концов, ирга вон выбрал себе имя Кошмар. А ты чем лучше?

Крысеныш подскочил возмущенно, в полете размахивая всеми пятью конечностями. Я невольно засмеялась:

– Костями лучше? Так и у ирги кости есть!

– Темное проклятье! – Теперь настала моя очередь подскакивать. Неожиданно появившийся на лестнице Грогун напугал меня до икотки. – Мастер Вирс ее ищет везде, а она тут со своим скелетом забавляется!

– А ты пойди на меня пожалуйся! – С трудом переведя дух от испуга, я ядовито улыбнулась мерзкому адепту. – Я тебе тогда такое зелье от запаха сварю, что к тебе даже скунс побрезгует приблизиться!

С этими словами я с независимым видом продефилировала мимо ошалевшего Грогуна. А вот так тебе! Хватит мне и того, что я вынуждена с вашим куратором постоянно соглашаться.

В лаборатории никого не было. Опешивший от моего выпада Грогун остался стоять на лестнице, и я не стала его ждать. Больно он мне нужен. Пристроив сумку на уже привычное место, и посадив на нее Кошу, я принялась разгребать тот бардак, который невольно образовался в процессе варки зелья для бальзамирования. И заодно, раскладывая все ненужное по местам, я отбирала и складывала на стол то, что нужно для приготовления зелья от запаха. Пока мастер Вирс занят с третьекурсниками, я его быстренько сварганю. А то очень не люблю быть должной. А если все пройдет гладко, то тут же и приворот можно сварить для ректора. Главное, составляющие добыть так, чтобы преподаватели не узнали.

Наверное, я точно родилась под счастливой звездой. Обо мне словно все забыли. Я спокойно завершила уборку. И так же спокойно сварила заготовку под зелье. По моей задумке, после применения, это зелье должно было источать запах утренней свежести. Очень простой и без претензий. Зато тем, кто будет им пользоваться, не придется объяснять, где они его взяли. Зелье с таким запахом продается в восьми из десяти магических лавок и аптек. Варится практически из того, что есть под рукой. Вся «изюминка» – заговор на родниковую воду, которая добавляется уже после того, как зелье сварено и остужено.

Мне всегда было удобно заговаривать любую жидкость, налив ее в склянку с узким горлышком. Не знаю почему. Ширина горлышка и объем посуды никак не влияли на процесс заговаривания. Влиял только поток магической энергии. Многие наливали жидкость в первую попавшуюся тару. Куратор Саньята, при отсутствии другой посуды, вполне могла взять для этих целей обычную кружку, из которой перед этим пила чай.

Единственная подходящая для моих целей склянка в лаборатории оказалась, мягко говоря, не очень чистой. Я уже домывала ее, когда под гневное курлыканье ирги и отчаянный стрекот скелета входная дверь распахнулась. И меня посетило дежавю.

Все это уже было в моей жизни. И совсем недавно. Почти сорванная с петель несчастная дверь. Сыплющаяся с потолка побелка. И разъяренный некромант на пороге. Только некрошара в руках не было.

Я так и застыла со склянкой в руке. А мастер Вирс тремя размашистыми шагами преодолел расстояние от порога до стола, и схватил котелок с заготовкой под зелье. Впервые за все время я порадовалась тому, что некромастер никогда не снимает капюшон. Не знаю, до какой стадии бешенства дошел декан, но из-под свисающей до подбородка ткани на моих глазах заструился потусторонне-зеленый свет. Я ведьма. Но мне совершенно не стыдно признаться: от ужаса мое тело стало как будто ватным. Пальцы разжались сами собой, и злосчастная склянка полетела на пол.

– Думаешь, самая умная? Вильгельмина, я не ожидал от тебя подобной дурости! Как ты посмела варить приворот для меня и у меня на факультете?

Я смогла только еле слышно пискнуть:

– Это не то, что вы подумали, масте…

– Не то? – От рева взбешенного некроманта вздрогнул и чуть не слетел с головы его капюшон. А Крыс с Кошей у него за спиной пригнулись, как от сильного порыва ветра. – Чтоб ты знала, ненормальная ведьма, на меня не действуют привороты!

Я затрясла головой. Да что с ним такое! Вбежал, как зомби укушенный, перепугал до икоты, орет, а теперь еще и слова сказать не дает!

– Не веришь? Ладно. Я тебе сейчас докажу. Раз и навсегда.

И прежде, чем я успела сказать, что я ему верю, прежде, чем успела пояснить, что он держит в руках, декан Вирс просто взял… и выпил содержимое котелка!!!

***

И это тоже уже в моей жизни было. Буквально несколько дней назад. С той лишь разницей, что тогда еще не было Ершика и сидела я за ужином отдельно от некромантов. Сегодня они взяли меня в плен еще на факультете. И так, под конвоем, и провели в столовую. Руольф собственноручно принес мне тарелки с похлебкой и мясным рагу. Кто-то еще, я не уследила кто, поставил передо мной компот. Некроманты даже Коше принесли фруктов!

Такая забота трогала до слез. Но я все равно не могла заставить себя поесть. Аппетит в очередной раз помахал мне ручкой. Вяло болтала ложкой в похлебке и вспоминала все, что случилось сегодня на моей сумасшедшей практике.

– Мина, да хватит тебе уже киснуть! Декан Вирс не зверь. Тем более, что ты не виновата в случившемся. И даже более того, сделала все, чтобы исправить ситуацию.

Я подняла глаза на говорившего. Руольф. Ну кто бы сомневался. Уже не только я, но и все его товарищи знали, что я нравлюсь этому второкурснику. Да и сложно было засомневаться, видя его трогательную заботу. Я вздохнула:

– Хорошо тебе говорить. Это же не ты без разрешения варил на некромантстком факультете зелье для устранения запаха. Не ты сорвал практикум у двух групп сразу посредством спаивания заготовки под зелье декану. Хорошо хоть остудить успела! А то была бы еще виновата в том, что покалечила путем причинения ожогов.

В ответ на мое унылое ворчание над столом полетели смешки.

– Мина, не переживай так! Это пусть Грогун переживает. И додумался же! С чего он вообще решил, что ты варишь приворотное зелье?

Я пожала плечами. Откуда я знаю, с чего он так решил. Может, отмстить мне захотел. И вообще. Хорошо им смеяться. У них всего-то сорванный практикум из-за того, что к их преподавателю дрестун в гости пришел. А я теперь не представляю, как мастеру Вирсу в глаза буду смотреть.

Я только дернулась, чтобы предотвратить беду, а мастер Вирс уже успел опорожнить котелок. Опустевшая посуда глухо бухнула об стол. Моя рука, поднятая в непонятном мне самой жесте, без сил упала.

– Вот, безмозглая вы адептка! – Мастер Вирс сделал шаг в мою сторону. – Видите? Ни малейшего желания зацеловать вас или отвести к алтарю! Наоборот, я испытываю сейчас жесточайшее желание вас удушить за вашу глупость!

Мне стало неимоверно обидно. Я ведь не хотела ничего плохого. Всего лишь согласилась помочь его же адептам. Вот недаром люди говорят, что добрые дела всегда наказуемы. Промолчать у меня не получилось.

– Это ненадолго. – Я мрачно уставилась на некромастера. – Максимум, через пять минут, и то, если вы завтракали, у вас появится совершенно другое желание. И я бы на вашем месте уже сейчас выдвигалась по направлению к уборной.

Некромант тут же перестал на меня рычать и подозрительно, с недоумением поинтересовался:

– А уборная тут при чем?

– А при том. Я согласилась удовлетворить просьбу ваших же адептов, и сварить для них зелье для устранения неприятного запаха. А вы взяли, и загубили всю мою работу! Взяли, и выпили заготовку под него! А поскольку обычно это зелье используется для наружного применения, то в его состав входят травки, которые ни один нормальный человек в здравом уме не станет употреблять внутрь одновременно. С чего вы вообще решили, что я варю приворот для вас? – Я начала потихоньку заводится. Впрочем, как всегда в последние дни в присутствии одного конкретного некроманта. С убийственной точностью можно утверждать, что декан Вирс является моим раздражителем. – Вы считаете себя настолько неотразимым? Жаль вас разочаровывать, но черная тряпка, в которую вы замотались с ног до головы, неотразимости и романтизма вам не добавляет! И вообще! – Я окинула некроманта злым взглядом, торопливо выискивая в его фигуре хоть один изъян. – У вас подбородок безвольный! В такой невозможно влюбиться! Да будь вы последним живым мужчиной в этом мире, я и то бы даже не взглянула на вас!

Ответом на мой пламенный спитч была ошеломленная тишина и возмущенное бурчание некромантского живота. Реакция пошла.

Хотела бы я сказать, что некромант побледнел от осознания своей ошибки. Но проклятый капюшон надежно скрывал мимику мастера Вирса. Он только замер ненадолго. И кажется, совершенно не потому, что устыдился своего поступка. Его рука нервно дернулась к все громче возмущающемуся животу. В следующий момент некромант развернулся и выскочил за дверь. Вопросов, куда он с такой скоростью помчался, у меня не возникло.

С минуту мне потребовалось, чтобы успокоиться и перевести дух. А потом я осознала, что в очередной раз забылась, и в запале наболтала слишком много гадостей не просто преподавателю, а декану некромантского факультета!

Со стоном осев на пол, я закрыла лицо руками. Святая Бригитта! Ну где был мой ум? Мало того, что отравила и в нужник засунула как минимум на несколько часов, так еще и гадостей наговорила, напрочь забыв, кто передо мной! Теперь мне конец. Вернее, не мне, адептов у нас убивать запрещено, но вот моя практика плакала крокодильими слезами. Декан Вирс мне все припомнит, прежде чем даст характеристику. Если вообще ее даст.

Мягко и ласково курлыкая, об меня потерся Коша. С другой стороны от меня что-то прощелкал Ершик. Я слабо улыбнулась своему зверью:

– Прибьет меня некромант. Как есть, прибьет! И почему у меня мозг отключается в его присутствии? Почему я элементарно забываю о том, что он преподаватель и декан? А еще – руководитель моей практики, будь она неладна… Раньше у меня таких проблем с преподавателями не было.

Коша снова что-то курлыкнул и опять потерся об меня, как бы невзначай подталкивая в сторону стола. Опасливо покосившись на иглы его капюшона, я вяло поинтересовалась:

– Ну что ты хочешь? Что тебе от меня нужно?

Теперь к подталкиваниям присоединился еще и Ерш, недовольно щелкая на меня челюстями.

Искоса взглянув на эти зубки, я предпочла встать. На столе царил полнейший хаос. И за это мне не раз попадало от мамочки. Она у меня на редкость аккуратная и чистоплотная ведьма. А я… Не умею я аккуратно варить зелья. У меня на рабочем месте всегда все вверх дном. Так сказать, рабочий беспорядок. А тут еще и посреди остатков неиспользованных трав грязный котелок стоит. Я поморщилась и принялась сгребать мусор, отсортировывая пригодные к использованию травы. Повертев в руках совершенно целую серебристую веточку полыни, я замерла, пораженная неожиданно пришедшей в голову мыслью.

Да, я не собиралась устраивать общую чистку организма декану Вирсу. Он сам сглупил, не спросив, выпил ведьминское варево. Но ведь я могу ему помочь? Может, он тогда не будет так на меня злится, когда наконец выползет из нужника. Если выползет. Я поперхнулась смешком от гаденькой мыслишки и принялась за работу.

Скрепляющее зелье – одно из самых простых. В академии его даже не изучают. Считается, что такой минимум должна уметь каждая уважающая себя женщина. А ведьмочек этому учат в первые десять лет жизни.

Зелье я сварила очень быстро. Так же быстро остудила. И даже перелила в подходящую склянку. И передо мной встал вопрос: а как отдать лекарство болящему? Представив, как я, в соответствии с правилами академии прежде, чем войти, благовоспитанно стучу в дверь, за которой декан сидит в позе гордого орла, я поперхнулась воздухом. За такое он меня не только прибьет, но еще и утопит в нужнике. Да и я не готова созерцать декана некромантов в капюшоне и без штанов. И что мне делать? Кому в таком случае поручить столь ответственное дело?

Мой взгляд сначала упал на иргу. Но Кошмара было жаль. Проводить на нем эксперименты не хотелось. А то останется у меня только скелет. Если останется. Ерш! Точно!

Я хищно посмотрела на ожившие кости. Вот ему точно ничего не будет.

– Ершик, миленький, а сходи, пожалуйста, в одно место?..

Скелет попятился, отрицательно мотая черепушкой из стороны в сторону. Словно почуял какую-то подлянку. Но меня так просто было не сбить с намеченного курса. Улыбнувшись еще шире, я закивала:

– Да, да, да! Возьми вот эту скляночку, найди декана Вирса, и отдай ему. Я сейчас напишу записку.

Вредный скелетон и не подумал останавливаться. Но внезапно сзади его подпер мой неожиданный союзник – ирга. Кошмар перегородил скелетону путь к бегству и что-то гневно прошипел. Я с любопытством наблюдала, как Ерш сначала замер, опешив, а потом покорно повернулся ко мне. Словно признавая нашу с Кошей безоговорочную победу. Как только я, торопливо нацарапав на бумажке пояснения и инструкцию, как принимать капли, прикрепила записку к склянке, Ерш гневно сверкнул на нас с иргой синим огнем пустых глазниц, схватил склянку и тут же растворился в бледном сиянии магического перехода.

Я крякнула. Надеюсь, у декана сердце крепкое, а кишечник уже пустой. Остальные последствия внезапного появления скелетона с бутылкой не так страшны.

– Мина, ну хватит уже киснуть, честное слово! – Ко мне наклонился Руольф, вырывая из тягостных воспоминаний. – Декан Вирс не злой и всегда справедливый. Ты же его не заставляла. Он сам решил, что в котелке приворот. Вернее, это Грогун ему наябедничал, что ты пошла варить приворотное зелье. Вот пусть Грогун теперь и боится. Мастер никому не позволит обманывать его безнаказанно. А вот тебе бояться точно нечего – приворот не варила, и мастеру помогла.

Я икнула. Меня до сих пор беспокоил способ передачи микстуры некромастеру.

– Думаешь, Ершик его не довел до сердечного приступа? – Я с надеждой уставилась на Руольфа.

Будущие некроманты заржали. Паренек, который сидел напротив меня, имя его я не могла вспомнить, отмахнулся:

– Неее, его таким не проймешь. В начале прошлого года, когда мы еще толком ничего не умели, – ага, значит, парень второкурсник, из группы Руольфа, – над нами решили пошутить старшекурсники. Выбрали, гады, историю некромантии. Нам ее мастер Гельда должна была читать, а она змей всяких боится – жуть просто. И вот представь себе, сидим, ждем начала лекции, а мастер Гельда запаздывает. И тут открывается дверь, входит декан Вирс. Оказалось, у нас замена. А старшекурсники об этом не знали. Приготовили все заранее. Декан Вирс подходит к кафедре, опирается на стол рукой, и начинает нам рассказывать. А тут откуда ни возьмись – на столе появляется змея. Ползет к руке декана и начинает подниматься вверх, опутывая своими кольцами декану предплечье. А декан как будто и не видит, и не чувствует ничего. Тогда со змеи начала плоть слазить, оголяя скелет. Мы даже дышать боялись. Мастер Гельда уже бы, наверное, по потолку бы от страха бегала! А декан Вирс только дождался, пока змея вся на его руку заползет, и начал на ее примере пояснять деление умертвий на стадии и степени. Так всю лекцию и прочел со змеиным скелетом на руке. А как только раздался сигнал окончания занятий, он резко открыл входную дверь, и в аудиторию ввалились два старшекурсника. Те самые, что и придумали шутку со змеей. Вот им тогда досталось по первое число!

Я только и смогла выдохнуть:

– Ужас…

Второкурсник опять отмахнулся:

– Да где там!.. Ничего им декан не сделал. Хотя, говорят, на выпускных экзаменах присутствовал лично, и этой парочке пришлось попотеть, чтобы сдать экзамен. А после выпуска один из этих двух, Ойлор, сделал предложение мастеру Гельде, и они поженились.

Прикрыв глаза, я покачала головой:

– И это выпускник! Неужели другого способа поухаживать за девушкой не нашлось? Там скелет змеи. Мне – скелет крысы… Ведьмаки уже в пятнадцать лет дарят ведьмочкам цветы и приглашают прогуляться под луной.

Будущие некроманты переглянулись. А я спрятала хитрую улыбку. Незачем им знать, что обычно ведьмаки дарят букеты из волчьего лыка и белены.

Некромантам все же удалось меня хотя бы частично успокоить. Я немного поела мясного рагу и покормила Кошу. И даже улыбнулась в ответ на какую-то дурацкую шутку. В чем-то некроманты правы: ничего непоправимого не случилось. А если декан Вирс не злопамятен, то и вовсе переживать не о чем. Мне главное, чтобы практику подписал. Остальное переживу.

По завершению обеда некроманты начали уговаривать меня пойти с ними, посидеть в общей гостиной. Практикум у них отменили в связи с нездоровьем декана, и делать им до вечера было совершенно нечего. Я отказалась. У меня было незавершенное дело – зелье для устранения неприятных запахов.

На факультете некромантии было очень тихо. Большинство адептов и преподаватели с ними проходили практику вне стен академии. Младшим курсам сегодня дали выходной. Поеживаясь и поминутно оглядываясь, я быстро прошмыгнула за уже ставшую родной дверь. Кто его знает, какие тут системы охраны? Вдруг во внеурочное время умертвия бродят по коридорам? Впрочем, я очень быстро выкинула подобные мысли из головы. Привычная работа заняла не только руки, но и голову. Мерно помешивая плюющееся пузырями варево и подкладывая в определенные моменты нужные травки, я отдыхала. Люблю это дело. Какое счастье, что я родилась ведьмой. А не, скажем, некромантом. А то пришлось бы бегать по всем кладбищам от умертвий.

До вечера я успела сварить не только обещанное некромантам зелье для устранения неприятных запахов. Особо мудрить в этот раз я не стала. Все равно о моем обещании уже даже декан знал. Поэтому я пошла по самому простому пути, и плевать, что будущие некроманты будут поголовно благоухать лавандой. Благо, в лаборатории оказались целые залежи этой ароматной травки. Зато мне никуда не пришлось ходить, и не пришлось ломать голову, переделывая формулу под определенные нужды.

Сварив, охладив и заговорив зелье, я перелила его в самый большой бутыль, какой только нашелся в лаборатории. И поставила в центр стола на почетное место. Дальше пусть разбираются сами. Хотят, пусть разливают по порциям. Хотят, пользуют из одного бутылька.

А дальше, поминутно вздрагивая от каждого шороха, я отправила иргу и скелетона, чтобы наблюдали за коридором и предупредили меня в случае появления на горизонте посторонних. А сама принялась варить основу под приворотное зелье.

Приворотные зелья все, какие ни возьми, довольно простые в приготовлении. Именно по этой причине одно время они были слишком сильно распространены. Пока далекий предок нынешнего короля, чудом избежав женитьбы на крайне неподходящей на роль королевы девушке, не издал указ, запрещающий изготовление, хранение, распространение и применение этих зелий под страхом смертной казни.

Позже казнь заменили блокировкой магии и вечной ссылкой на каторжные работы. А вот запрет остался и поныне.

С основой я закончила почти одновременно с раздавшимся сигналом об окончании учебного дня. Все тело болело. Спина отказывалась разгибаться, как ей положено. Но самую сложную часть работы я уже выполнила: основа была готова. Теперь мне необходимо было придумать на кого привораживать, добыть его волос или ноготь, и волос ректора. Остальную работу можно было завершить и у себя в комнате. Варить больше ничего не нужно. А где заговаривать – совершенно не играет роли.

Приведя после себя лабораторию в самый идеальный вид, я спрятала в сумку флакончик с основой под приворот. До ужина оставалось совсем мало времени, но идти в столовую с запрещенным зельем в обнимку не хотелось. Это академия. И самый действующий закон подлости здесь срабатывает на несколько порядков чаще, чем где-то в другом месте. А мне совсем не хочется, чтобы кто-то у меня обнаружил прямой билет на каторжные работы. Это только звучит смешно. На самом деле нужно соблюдать полнейшую осторожность.

Именно с такими мыслями я добралась до собственной комнаты. А там меня уже поджидал сюрприз.

Я никак не ожидала, что, открыв двери в свою комнату, обнаружу за ней Олу и Симу. По идее, подруги должны были вернуться из города гораздо позднее. Но они были тут. Что-то жарко обсуждали и выглядели несколько потрепанными. Увидев меня, обе взвизгнули:

– Мина!

– Какое счастье, что ты зашла перед ужином! Мы уже думали, что тебя придется силой отбивать и вытаскивать из-за стола некромантов!

Я мрачно перекривляла возбужденную Симу:

– Три ха-ха! Еще немного, и вам действительно придется вызволять меня от некромантов.

Я села на собственную кровать. Девчонки насторожились:

– Мина, ты что опять натворила? – Ола присела рядом со мной и участливо заглянула мне в лицо.

– А почему сразу я? – Не ожидала, что подружки будут обо мне такого мнения.

Ола и Сима подозрительно переглянулись между собой. И я невольно насторожилась:

– Девочки, рассказывайте! А то мне уже страшно. Что вы знаете такого, чего не знаю я?

На мое удивление лица девчонок мгновенно приобрели заговорщицкий вид. Сима тоже плюхнулась рядом со мной:

– Мы тебе сейчас такого расскажем, Мина! Ты обзавидуешься!

Я скептически посмотрела на подругу. Даже не представляю, что могло произойти такого, чтобы я обзавидовалась? Ола тоже усмехнулась:

– Не сомневайся, Мина, точно обзавидуешься.

– Ну так рассказывайте уже! А то скоро ужин начнется!

Прямо напротив нас на полу рядком уселись Коша и Ершик, одинаково сложив передние лапки на животах. И преданно уставились на нас. Девчонки расхохотались:

– Вам тоже интересно? Мина, – Сима потянулась было к скелетону, но вынуждена была отдернуть руку после того, как Ершик клацнул зубами в непосредственной близости от ее пальцев, – какие же они у тебя милые!

Я вспомнила весь длинный сегодняшний день, и вздохнула:

– Ага, очень милые. Особенно Ерш. Особенно когда крал у ректора чашку эльфийской лумы и нес ее мне.

Девчонки, как и ожидалось, взвизгнули от смеха:

– Что?!

– Рассказывай!

Я отмахнулась:

– Потом. Сначала вы. Что у вас за новости такие?

На этот раз подружки не стали тянуть кота за хвост. Сима хитро усмехнулась и заговорила с самым заговорщицким видом. В то время, как Ола демонстративно закатила глаза:

– Старый герцог Овирсальский решил удалиться на покой и передать дела своему наследнику. А перед этим решил его женить.

Я фыркнула:

– Тоже мне новость! Я с утра знаю о том, что герцог собирается женить обоих своих сыновей! Мне уже даже приворотное попытались заказать.

Девочки разочарованно застонали:

– Ну так не честно! Ты осталась в академии, но знаешь больше, чем мы, которые проходят практику в городе.

– Почем не честно? У вас-то явно практика проходит гораздо спокойнее, чем у меня. Мне уже скоро никакие успокоительные микстуры не помогут. И вообще молоко от черного единорога пора выдавать за вредность. Поэтому все честно. Должна же быть для меня хоть какая-то компенсация?

– А кто заказал? – Это Ола.

– Да чем так вредна твоя практика, что тебе требуется такой бесценный ингредиент? – Сима. Все-таки вредная она. Хоть я ее и люблю.

Я вздохнула:

– Девчонки, идемте ужинать. Я в обед почти ничего не ела. По дороге расскажу, чем богат сегодняшний день.

Сима с готовностью вскочила:

– Идем. Мы тоже сегодня без обеда остались. В городе все дамочки как с ума сошли: ищут приворотное зелье если не для себя, то для своих дочерей, сестер, племянниц, и так далее. Как только герцог Овирсальский объявил, что через неделю в ратуше состоится прием-смотрины, город накрыла волна безумия. Все ищут ведьм, чтобы заказать приворот. Вот ректор и распорядился оставить нас без обеда, потом вернуть в академию. И до самого приема прервать прохождение практики в городе. Будем у мастера Саньяты румяна варить. – И Сима скривилась.

– И ведь никого не останавливает, что Овирсальский – наместник и кровный родственник короля. За доказанный факт использования приворота почти наверняка будет смертная казнь, а не каторга. – Ола тоже встала и отряхнула юбку. – Даже не думают о том, как будут сыновьям наместника подливать приворот. Ненормальные людишки! Так рисковать ради герцогской короны. Было бы в этом что-то хорошее. А то ведь золотая клетка: туда не ходи, это не делай, юбка должна быть не выше щиколоток, ругаться нельзя. И так далее! То ли дело – ведьма и независимая магичка!

Ола с независимым видом оправила укороченное до нельзя форменное платье. Ведьмочкам прощались подобные шалости с формой.

Я тоже встала.

– Сейчас, девочки, только заготовку припрячу.

С этими словами я выудила из сумки заветную скляночку. А у подружек загорелись глаза. Сима вообще подскочила на месте:

– Когда сварила???? Ты ж моя умничка! Неужели варила под носом у некроманта? Он не догадался?

Я вспомнила взбешенного мастера Вирса с котелком не заговоренного зелья для устранения неприятных запахов. Улыбка сама собой растянула мои губы:

– Ой, девочки! Я вам сейчас такое расскажууу….

Пока мы шли в столовую, пока выбирали, что хотим на ужин и рассаживались за столиком, я как раз успела рассказать девчонкам все, что произошло со мной за этот длинный безумный день. Из противоположного угла столовой на меня обиженно смотрели брошенные некроманты. Сима облизнула ложку:

– Дааа, мать, смотри, доведешь мужика до ручки!

Я отмахнулась:

– Да что он мне сделает! Максимум, практику не подпишет. Но даже это решаемо. А убить – все равно не убьет. По уставу у нас запрещено уничтожать адептов. Более того, мастера несут личную ответственность за жизнь и здоровье своих подопечных!

Девчонки прыснули:

– Хорошо, что не наоборот! Святая Бригитта! Мне уже жаль декана некромантов. – Ола всегда была очень добросердечной и жалостливой

Сима наоборот, была несколько более жесткой в суждениях и намного более практичной по жизни. В общем, настоящая ведьма:

–Если он так уверенно вылакал котелок того, что считал приворотным зельем, значит, точно не действуют. А жаль. Сейчас бы приворожили, и был бы он у тебя в кармане, Мина. А потом бы уже разобралась: нужен он тебе или нет. Не нужен был бы – дала бы антидот. А нужен – так бы и женила на себе. Все же выпуск не за горами. Нужно уже сейчас задумываться о своем месте под солнцем.

Я даже икнула:

– Сима, ты что такое говоришь! Ведьма и некромант! Пару хуже придумать сложно!

– Это тебе так кажется! Некроманты зарабатывают даже побольше боевиков. Они же и дела с наследством помогают решать. И народ от нечисти защищают. Что такое боевик? Тьфу! Только и способен фаерболами швыряться! Проку от него…

– Говоришь, проку от нас нет?..

Мы замерли, услышав знакомый зловещий голос. Лично я чуть не застонала. Над нашим столиком возвышалась злая Дайна. Святая Бригитта! Ну надо же было так вляпаться! Я с трудом подавила стон.