Глава 9

Все случилось почти мгновенно. Я оказалась совершенно не подготовленной к такой ситуации и даже мяукнуть не успела, как умертвие вцепилось мне в горло. Где-то позади скелетона мелькнуло перекошенное лицо Грогуна. Или мне показалось? Перед глазами заплясали язычки огня. Коша меня защищает? Или это от недостатка кислорода? Это была моя последняя связная мысль. Перед глазами мелькнула какая-то мешанина цветов и оттенков. Голову прострелила боль. И я провалилась куда-то во мрак.

– …Арант, либо ты сдерживаешь тут свою магию, либо убирайся из целительского крыла к демонам! – Чье-то раздраженное шипение пробилось в мой уютный мрак и вынудило прислушиваться: – И скелет свой забирай! Ты мне все потоки своей магией смерти сбиваешь!

– Извините, целитель Ордон. – Вот этот голос мне точно знаком. Декан, демоны его забери, Вирс. – Я не специально. Слишком волнуюсь. Что с девочкой?

– Позвоночник цел. Остальное восстановим. Но на это уйдет несколько дней.

– Исключено, мастер Ордон!

– Ты мне тут еще покомандуй, молокосос! – Кажется, целитель разозлился не на шутку. – Может, еще и лечить будешь сам?

– Если бы мог, то не стал бы вас беспокоить. Вы же знаете, – ух ты, а декан Вирс оказывается умеет говорить со смирением и не командовать, – у меня некромагия перекрыла все остальные направления. Я даже бытовым минимумом не владею.

– Тогда не смей мне указывать!

– А я и не указываю. Я вас очень прошу. Мне нужно сегодня же покинуть академию. И по несчастливому стечению обстоятельств ведьму мне нужно забрать с собой. Кстати, скелет, который сейчас пытается сожрать ваши микстуры, не мой. Это фамилиар Вильгельмины.

– Что?..

Голос целителя мгновенно растерял всю свою командность и осип. Я живо представила, как он выпучил глаза, услышав такую новость, и хихикнула про себя. Приятно шокировать окружающих.

– Арант, что за шуточки? Как может быть умертвие, пусть и высшее, фамилиаром ведьмы?

Невидимый мне декан вздохнул:

– А вот так. Я до сих пор не могу понять, где и как ошибся. Почему вместо того, чтобы уничтожить нежить, я впаял нить подчинения в связь ведьмы и фамилиара. Перелопатил уже все имеющиеся в академии фолианты по магии смерти. О таком даже намеков нет. И вот это и есть главная причина того, почему мне нужно забрать девочку с собой. Умертвие всегда подпитывает его хозяин. А тут хозяйка – ведьма. У нее нет магии смерти, она не может поддерживать нежизнь в крысе. Но и дать погибнуть нежити нельзя. Тогда погибнет и второй фамилиар.

– Мдаа… – задумчиво протянул целитель, – ситуация. Ну а чем поможет присутствие ведьмочки рядом с тобой?

– Поскольку я создал устойчивую связь между ними, то могу к ней подключаться и поддерживать умертвие в надлежащем состоянии.

– Так вот почему он вскочил и забегал, как только ты пришел! Хоть до этого и тихо помирал в уголке.

– Да. Я его подпитал и восстановил. Это можно делать и посредством амулета. Но на его изготовление требуется не менее трех дней. И начинать нужно обязательно в полнолуние, до которого еще целых шесть дней. Поэтому амулета нет. А мне нужно уехать.

– Теперь понимаю. – Едкая насмешка в голосе целителя почему-то царапнула по сердцу. – Арант, но ты ведь не маленький, должен понимать, что от проблем сбежать не удастся.

– Понимаю. Но мне нужна отсрочка.

Целитель вздохнул:

– Мальчишка! Ну хорошо, я волью в девочку максимум, который она выдержит. Но потом ей придется еще несколько дней отдыхать и принимать укрепляющие настойки. Впрочем, она ведьма и почти выпускница. Не сомневаюсь, что она и сама сумеет себя поставить на ноги. Главное, обеспечь ей необходимый покой. А теперь кыш отсюда! Иначе я точно ничего не смогу сделать. И убери это исчадие Нижнего мира от шкафчика с лекарствами!

Короткий смешок декана и строгий приказ:

– Ерш! Сиди рядом с хозяйкой! Позовешь меня, если ей будет грозить опасность!

– Опасность в целительском крыле? – Презрительное фырканье целителя. – Арант, ты уверен, что тебе не нужна моя помощь? По-моему, ты перетрудил голову!

Декан некромантов промолчал в ответ. В полной тишине Ершик процокал костями по полу. Потом раздался едва уловимый щелчок – кажется, закрылась входная дверь. Мне очень хотелось открыть глаза и осмотреться. Целитель сказал, что ничего серьезного нет, но почему-то телом владела жуткая слабость. Я не могла и пальцем пошевелить. Веки были словно чужие, и отказывались мне повиноваться. Губы как будто слиплись или склеились.

Пока я судорожно пыталась сообразить, как дать понять, что я уже пришла в себя, на мои виски легли сухие прохладные пальцы. И в тело словно горячая лавина потекла. Сначала было просто неприятно. Потом стало больно. Я хотела закричать, вывернуться из-под пальцев, причиняющих мне боль. Но тело по-прежнему было словно не мое. В конце концов я не выдержала, и отключилась. Последней связной мыслью было, что я ненавижу декана Вирса. Он всю мою жизнь наизнанку вывернул.

Второе мое возвращение в мир живых было менее познавательным. Зато более приятным.

– Мина… Мина, ты меня слышишь?

– Тшшш… Берн, спит она, не видишь? Не буди, а то если целитель нас тут обнаружит, мало точно не покажется. Заложит декану, а Вирс сегодня и так бешеный.

Второй голос мне был знаком. Я не могла вспомнить имя некроманта, но мы точно обедали вместе. Я открыла глаза:

– Я не сплю, мальчики.

Честно, я чуть не икнула: вокруг моей кровати столпился почти весь факультет некромантии. Руольф осторожно ставил цветы на тумбочку. Кто-то подкармливал сидящего у моей правой руки иргу фруктами. И абсолютно все виноватыми глазами смотрели на меня. Слово взял тот некромант, который сидел по другую сторону кровати от Руольфа:

– Мина, мы тут тебе гостинцев принесли… – Парень замялся и виновато опустил глаза: – Прости нас, пожалуйста. Мы не думали, что все может так обернуться.

Я насторожилась. Это он о чем? Быстрый осмотр толпы адептов в черных мантиях показал, что все абсолютно прячут от меня взгляд. Э? А чего я не знаю?

– Ребят, вы о чем? – Я осторожно приподнялась на подушке. Тело все еще плохо мне повиновалось.

– Мина, ты не подумай, никто специально такого не задумывал! Грогун просто предложил тебя проучить за то, что ты осталась с эльфом. Мы и подумать не могли, что катализатор попадет на скелет в тот момент, когда Грогун начнет ритуал…

Я ошарашенно захлопала глазами, пытаясь осмыслить услышанное:

– Так вы это специально? В смысле, намусорили в лаборатории?

Все еще ниже повесили головы. Кто-то из толпы с сожалением протянул:

– Мастрер Вирс сразу понял, что специально. Катализатор в этом обряде не используется. Нам всем за это дополнительно задан реферат на пятьдесят страниц с обязательными примерами. И примеры ни у кого не должны совпадать.

Я хмыкнула:

– Я бы вам посочувствовала, но объятия скелета меня не вдохновляют на это. Как еще шея цела оказалась!

Руольф печально вздохнул:

– Это еще не все. Там еще…

– Это еще что такое???

Вопль от порога заставил некромантов дружно подскочить. На тумбочке опасно закачался букет.

– Кто пустил? Кто разрешил? А ну-ка, вон все отсюда немедленно! Мне умертвия достаточно вполне! Еще и группа некромантов в придачу?! Ну уж нет! Я сейчас вызову вашего декана, и пусть он с вами разбирается!

Последняя угроза оказалась просто волшебной. Помещение опустело как по щелчку пальцев. Целитель закрыл дверь за последним некромантом и подошел ко мне:

– Как самочувствие?

– Сносно. – Я осторожно рассматривала главного целителя. – Слабость и тело плохо мне подчиняется.

– Мгу…

Целитель покосился на сидящих поверх моего одеяла фамилиаров. Ерш демонстративно щелкнул челюстями. Поднять руку и прихлопнуть наглое умертвие у меня не получилось. Зато я смогла схватить его за кости хвоста и дернуть. Ерш шлепнулся на спину и заболтал в воздухе конечностями. Я покраснела и смущенно извинилась перед целителем:

– Извините. Он больше так не будет.

– С трудом верится, – целитель чем-то постукивал в головах кровати и я его не видела, – после того, как он подгрыз ножку у шкафа с лекарствами и перевел все запасы конопляного семени.

Я шокировано уставилась на скелетон:

– Зачем?!

– Потом выясните. – У меня перед носом появился стакан, до половины наполненный какой-то жуткой бурдой. – Пейте.

Сопротивляться я не рискнула. И почти сразу после этого провалилась в сон. На этот раз действительно сон. И снились мне самые приятные сны – мне снилось, что ко мне в палату пришел Вериан.

Просыпаться было неимоверно жаль. Потому что, естественно, никакого эльфа в палате не было. Вообще никого не было. Если не считать свернувшегося клубочком у одной моей руки Кошу, и поблескивающего уже привычным потусторонним огнем глазниц Ершика у другой. Я осторожно потянулась, прислушиваясь к ощущениям. На удивление, самочувствие было отличным. Ни слабости, ни дурноты. Да и резерв был полнехонек.

Валяться уже не хотелось. На спинке кровати в изножье висело мое платье и мантия. Так что я без зазрения совести спрыгнула с постели, аккуратно отодвинув в сторону Ершика, и принялась одеваться. В первую очередь мне хотелось есть. Подозреваю, что в полубессознательном состоянии я пыталась как-то защититься от напавшего на меня скелета и опустошила свой резерв. Другого пояснения такому волчьему голоду у меня не было.

Выйдя из палаты, я столкнулась с незнакомой целительницей и осторожно проинформировала ее, что чувствую себя хорошо и уже ухожу. То ли у целительницы была инструкция меня отпустить, когда встану, то ли она вообще была не в курсе происходящего, но от меня только отмахнулись. Я облегченно вздохнула и почти побежала из целительского крыла. Свобода! Но сначала столовая! Надеюсь, там для меня найдется что-то посерьезнее лечебных бульончиков, которыми целители так любят потчевать своих пациентов. Кстати, я и их не видела. Только противную бурду в качестве лекарства выпила.

Еще у палаты я подобрала и сунула в сумку сильно недовольного таким обращением Ерша. Коша сидел, как обычно, у меня на левом плече и крепко держался коготками за ткань. Так что сейчас мне ничто не мешало развить приличную скорость. Только для того, чтобы за дверями целительского крыла на скорости в кого-то врезаться.

Противно заверещал на ухо Коша. Его, беднягу, видимо чуть не скинуло от удара. Да я и сама, чувствительно приложившись лбом о что-то твердое, отлетела в противоположную сторону. Не упала только чудом. Вернее, меня подхватили чьи-то сильные руки. В лицо пахнуло нагретым летним солнцем лугом и земляникой. Сердце в груди сделало кульбит.

– Вериан!

Я взвизгнула от радости. Опьяняюще-медовый голос эльфа нежнейшей пуховкой прошелся по моему телу:

– Мина! Ты уже в порядке? Я узнал, что у тебя на практике случился несчастный случай и ты оказалась у целителей. Вот, – он смущенно продемонстрировал мне какие-то незнакомые цветы, собранные в небольшой букетик, – шел тебя проведать.

Букетик перекочевал в мои руки, и я с наслаждением вдохнула чарующий пряный аромат:

– Какая прелесть! Что это? – От запаха крохотных золотистых соцветий кружилась голова. – Это из вашего леса?

– Да. – Вериан чуть смущенно опустил зеленые глаза. – Мне хотелось тебя порадовать. А то мы как-то некрасиво расстались в прошлый раз, и я подумал, что неприятности с тобой случились из-за того, что я тебя расстроил.

Изнутри меня что-то поднялось бурной волной, распирая ребра от радости. Не раздумывая, я выпалила:

– Это была такая ерунда, что я уже все позабыла!

Зеленые глаза, глядящие на меня, не отрываясь, загадочно блеснули:

– Спасибо, Мина! Ты очень хорошая. – Вериан поймал мои ладошки и поднес их к губам. Поцеловал сначала одну. Потом вторую, не отрывая от меня глаз. – Я соскучился за тобой.

Голос эльфа согревал и обволакивал. Обтекал мое тело, собираясь где-то у меня за спиной. Словно формируя крылья. Мне даже показалось, что еще немного, и я взлечу. Что я уже немного приподнялась над полом. Святая Бригитта! Неужели мои мечты так быстро сбываются?

– Мина, – сладкий голос Вериана стал чуть виноватым, – мне очень неловко тебя просить. Тем более, что ты сама только что от целителей…

– Вериан! Не говори ерунды! – Я даже подскочила от возмущения. – Я в полном порядке! И охотно тебе помогу! Говори, что нужно сделать!

Улыбка Вериана засияла как маленькое солнышко, освещая все вокруг меня:

– Мина, ты – прелесть! Только не говори никому, пожалуйста. В этой просьбе нет ничего из ряда вон выходящего, такое случается часто. Дело в том, – Вериан на миг помрачнел, прикусив губу, и дальше рассказывал уже не так живо и радостно: – понимаешь, у меня есть друг среди людей. И он мне очень дорог. Несколько лет назад он женился. По очень большой любви. На очень хорошей девушке. Тарра почти как ты, только простой, неодаренный человек. Харн ее очень любит. И все было бы хорошо, но у них нет детей. Я уговаривал Харна показать жену нашим целителям. Но ты же знаешь, как большинство эльфов относиться к простым людям.

Я кивнула. Эльфы и магов не слишком-то уважали. А уж неодаренные для них и вовсе были пустым местом.

– Ну вот. Харн отказался подвергать жену таким испытаниям. Потому что даже если я и попрошу за них, отношение целителя к простым людям только по моему слову не изменится.

Какой Вериан молодец! У меня сладко заныло сердце. Заботится о простых людях!

– Я долго искал возможность им помочь. И вот недавно в одной нашей книге нашел рецепт одной настойки. Она должна помочь Тарре понести. Вот только одна беда: у меня ничего не получается. Все же рецепт рассчитан на травников. Не могла бы ты…

Я воскликнула, не дожидаясь окончания тирады:

– Да, конечно! Я сварю эту настойку! Нужно только договориться на ведовском о свободной лаборатории. К некромантам я не пойду. Там у них большинство заклятий под запретом. Еще ненароком чего-то разрушу, меня Вирс потом своим адептам отдаст в качестве учебного пособия!

Вериан слегка опешил:

– Да я и не собирался тебя отправлять к некромантам. Я вообще-то привез все, что нужно, и установил у себя в комнате. Видишь ли, – он слегка замялся, – в состав настойки входят две довольно редкие эльфийские травки. Нам запрещено вывозить их на территории людей. Мне крупно влетит, если в Вечном Лесу узнают, что я нарушил запрет. Поэтому, может быть, ты согласишься…

Голос Вериана становился все тише, пока не умолк совсем. А у меня стало горячо на сердце:

– Не волнуйся, ничего не случится! Я никому ничего не скажу. В комнате варить, так в комнате. Какая разница. Идем. Быстрее начнем, быстрее ты сможешь помочь своему другу.

А у самой сердце заколотилось как птичка в груди. Я так долго мечтала о возможности попасть в комнату к Вериану, такие планы строила. А тут все само плывет мне в руки. Не иначе, Святая Бригитта помогает мне в свершении моих задумок!

Я так увлеклась сиянием зеленых, как молодая листва, глаз, что не заметила ни как мы дошли до комнаты Вериана, ни как в нее вошли. Немного я опомнилась лишь когда Вериан, ласково целуя мне пальчики попеременно на обеих руках, подвел меня к столу и смущенно продемонстрировал открытую книгу:

– Вот, смотри, вроде бы рецепт не сложный. Я тщательно отмерил все травки. Но в конце сказано, что зелье должно стать прозрачным, как слеза девы. Это признак того, что все сделано верно и зелье готово к употреблению. А у меня оно почему-то стало непонятного цвета. Что не так?

Я отняла руки у Вериана и прочла рецепт, возблагодарив про себя матушку, которая еще до академии заставила меня выучить староэльфийское наречие. На нем давно уже никто не говорит. Но этим языком записано много рецептов. Особенно косметики.

Из того, что я увидела, ничего сложного не было: закладка ингредиентов в определенном порядке, причем, даже дозировка была приблизительной, а не точной, варка в любое время дня и ночи, режим помешивания свободный. И никаких тебе сушеных мухоморов, вяленых паучьих лапок и экскрементов летучей мыши. Какая жалость. А так хотелось похвастаться своими умениями. Единственная тонкость состояла в том, что готовое зелье необходимо было очень резко охладить с наивысшей точки кипения. Я посмотрела на Вериана, едва не утонув снова в его зеленых глазах:

– А как ты охлаждал зелье?

Эльф пожал плечами:

– Приоткрыл окно и выставил на подоконник.

Я расхохоталась:

– Балда! – Зеленый взгляд слегка заледенел. – Только зря травы перевел. Вот это для кого написано?

Я ткнула пальцем в нужную строчку, вынуждая Вериана склониться над книгой. А сама смотрела на пепельную макушку идеально гладких волос и тихо млела. Да! Святая Бригитта меня любит! Отсюда я выйду уже невестой Вериана.

Эльф, прочитав требуемое, недоуменно уставился на меня:

– И что? Тут какая-то ведьмовская хитрость? Как это «быстрое охлаждение с наивысшей точки кипения»? Я же специально поставил котелок на сквозняк, чтобы он быстро остыл.

Пришлось прикусить губу, чтобы не рассмеяться. Все же стихийники слишком далеки от ведовства и целительства.

– Вериан, «быстрое охлаждение с наивысшей точки кипения» означает, что зелье необходимо прогревать на максимуме до того момента, как оно забурлит и начнет испаряться. После этого его необходимо снять с огня и быстро охладить специальным амулетом. У тебя есть такой?

Эльф ошарашенно покачал головой:

– Значит, сегодня не выйдет…

Я все-таки рассмеялась:

– Выйдет! У меня есть такой амулет. У каждой ведьмы он есть. Правда, – я помрачнела, – мой почти разряжен. На сегодня хватит, а потом мне придется кого-то искать, чтобы зарядить его.

Вериан опять поймал меня за руку, повернул кисть ладонью вверх и ласково поцеловал серединку ладошки:

– Не придется. Я вообще-то таким не занимаюсь, но для тебя заряжу амулет. Тогда приступаем?

Я согласно кивнула.

Вериан устроился сбоку стола, постоянно смущая и волнуя меня взглядом. Для него мне хотелось быть лучше, ловчее и действовать уверенно и профессионально. Каюсь, но я развела целый ритуал там, где можно было обойтись самыми простыми движениями. Уж очень хотелось покрасоваться перед любимым. Я особым способом измельчала сухие стебли и выкладывала их красивыми кучками, как на витрине в ведьмовской лавке. Аккуратно и равномерно помешивала варево, добавляя измельченные травы. И, между делом, кокетливо поправляла выбившиеся из косы рыжие прядки, изредка поглядывая на улыбающегося эльфа.

От его улыбки захватывало дух и кружилась голова. Лишь понимание того, что у меня нет права на ошибку, удерживало мое внимание и не позволяло напутать. Но мои мысли упорно возвращались к тому моменту, когда зелье будет готово. Как он будет меня благодарить? Поцелует? Предложит ценный подарок? Я судорожно искала способ сократить дистанцию между нами до минимума. Травы стремительно таяли на столе. Вериан внимательно следил за моими руками. Идея все не приходила.

И вот настал момент истины. Торжественно щелкнув по самонагревающейся плитке, я внимательно следила за варевом. Особой ошибки не будет, если перегрею, но Вериан хотел «слезу девы»? Он ее получит!

Как только варево начало испаряться, я сдернула котелок с плитки на стол и мгновенно окунула в него активированный амулет. И одновременно с этим дверь в комнату Вериана распахнулась настежь. А мне захотелось протереть глаза. Я сплю или грежу?

Каким чудом я не заорала на всю академия, не знаю сама. Скорее всего, я просто потеряла голос от ужаса. И нет, мне за это не стыдно. Потому что я ведьма, а не некромант. Потому что на пороге стоял самый настоящий скелет, увенчанный золотистым эльфийским флердоранжем. Даже я знала, что это символ верности и чистоты. А у скелета с цветочного венца еще и тончайшая вуаль свешивалась почти до самого пола! Ни дать, ни взять, юная эльфийка перед брачным обрядом. Только пустые глазницы подозрительно светятся потусторонним синим огнем. Я растерянно моргнула. Скелетон слегка склонил черепушку к левому плечу. Венок съехал туда, где когда-то было прелестное эльфийское ушко.

– Верианалиоринель, любимый мой! – От первых же звуков хриплого, словно пропитого и прокуренного голоса, я чуть под стол не рухнула. Ну и невеста! – Наконец я тебя нашла! Ты готов завершить обряд?

В полном онемении я переводила взгляд с гостьи на совершенно не по-эльфийски вытаращившего глаза Вериана и обратно. Мысли в голове впали в священный экстаз. И только через несколько секунд у меня получилось сформировать хотя бы один вопрос:

– Вериан, это что?..

Я сама почувствовала, насколько ревниво и мерзко прозвучали слова. Но все же не настолько, чтобы пытаться изменить мне прическу! Своею косою я оправданно горжусь, а проклятая скелетина, взревев прокуренным басом, бросилась на меня, сходу вцепившись мне в основание косы. От неожиданности, и в попытках отвоевать свои волосы у нежданной гостьи, я не устояла на ногах. И мы вместе со скелетом куда-то улетели.

Приземление можно было считать почти удачным. Если бы не одно «но»: оживший скелет, изрыгая настоящие тролльи ругательства, пытался добраться до моего горла и проредить густоту моих рыжих волос. Пыхтя и отбиваясь от костистых лап, я краем уха услышала, как где-то совсем рядом со мной прозвучал изумленный до нельзя голос Вериана:

– Мелиолирионель?.. Но… как?.. Ты же умерла?..

А откуда-то из другого конца комнаты:

– Что тут происходит?! Это же… Демоны!

– Сами вы демоны! – Пропыхтела я, пытаясь не допустить ревнивую мертвую эльфийку к своему горлу. – Снимите с меня эту дуру! Пока она мне косу не оторвала!

Скелетон слетел с меня словно осенний лист, задутый ветром. Правда, совсем не с силой палого листочка нежить упрямо тянула меня за косу. Я заорала от боли. Приятного мало, когда тебя пытаются подвесить за волосы. Вот только мой вопль ничего в этой жизни не изменил. Я полетела следом за скелетоном. Но на этот раз что-то пошло не так. Потому что приземлилась я отнюдь не на кости.

***

«Что-то зачастила я в кабинет ректора. Не к добру это!» Я осторожно покосилась на хмурого мастера Герхорта. Задумавшись, ректор машинально отстукивал пальцами по столу какую-то одному ему ведомую мелодию, глядя прямо перед собой пустыми глазами. Мне стало как-то не уютно. Как он узнал про то, что случилось в комнате Вериана? Ведь именно ректор сдернул с меня распоясавшийся скелет.

А вот свалилась я уже на подошедшего декана некромантов. Как раз в тот момент, когда он торопливо плел какую-то сеть для поимки нежити. Как итог – плетение сбилось и в незаконченном, вывернутом наизнанку состоянии, упало на нас с некромантом. И все бы ничего, мне было вполне удобно лежать на декане. Даже увидела выглянувшие из-под капюшона губы, от злости поджатые до синевы тонкой кожи. Да только сеть блокировала потоки магии. И сам декан Вирс не мог снять с нас эту проклятую ловушку. Скелет, всласть посмеявшись надо мной, погрозив ректору костистым кулаком и послав Вериану воздушный поцелуй, выскочил за дверь и был таков. А нам пришлось лежать и ждать, пока не появиться кто-то из подчиненных мастера Вирса и не снимет с нас эту дрянь.

Но это было не самое страшное. Сеть оказалась с каким-то секретом. А именно: каждое мало-мальски активное движение она воспринимала, как попытку к бегству. И сжималась еще сильнее. Из-за необдуманных действий одного вредного декана я оказалась притиснута к мужскому телу, как ветчина к куску хлеба. Тело было вроде ничего. Но вот досада: как только нас накрыла сеть, с меня словно пелена спала. Помимо всего прочего я ощутила зверский голод. И вспомнила, что прямиком из целительского крыла собиралась в столовую. А оказалась почему-то у Вериана в комнате. Нет, я не жалуюсь, я давно об этом мечтала. Но от тарелки каши тоже бы не отказалась.

Но и это оказалось не самым страшным. Настоящий ужас наступил, когда прохаживающийся по комнате в ожидании подмоги с факультета некромантии ректор заинтересовался тем, что стояло и лежало на столе. Надо сказать, виноват в этом Вериан. Лежа на теплом теле некромастера, я снизу видела, как эльф пытается осторожно спрятать котелок с готовым зельем. Заметил это и мастер Герхорт. Содержимое котелка его не особо взволновало. Но все же он отодвинул емкость так, чтобы Вериан не смог до него дотянуться. Эльф побледнел. А ректор подтянул к себе поближе книгу с рецептами. Вчитался. И лицо его вытянулось. Он оглянулся на лежащих на полу нас с некромантом:

– Вирс, знаешь, что это такое? – Ректор приподнял со стола книгу и слегка потряс ею в воздухе.

Некромастер подо мною вздохнул:

– Откуда? Я даже до стола добраться не успел. Что там?

– А это, друг мой, – голос ректора как-то странно задребезжал, словно ему не хватало воздуха или он вдруг резко состарился, – рецепт одного из десяти зелий, за которые любой маг вправе казнить без суда и следствия. Зелье для блокирования магических потоков.

Я не смогла не возмутиться:

– Ерунда! Я варила зелье от бесплодия! Вы, наверное, страничку нечаянно перелистнули!

В комнате настала звенящая тишина. Отчетливо прозвучал скрип чьих-то зубов и тихий шелест переворачиваемых страниц. А потом голос ректора:

– Темное проклятье! Да тут собраны все десять смертельных зелий и еще куча всего запрещенного! Откуда это у вас, адепты?

Вериан молчал. Я пожала плечами:

– Не знаю. Я совершенно точно варила зелье от бесплодия. Могу перечислить все ингредиенты.

Ректор помолчал, а потом холодно бросил в пустоту:

– Разберемся. Зелье и тетрадь с рецептами я забираю.

Вот так и получилось, что после того, как пришедший профессор Нугран распутал сковывающую нас с деканом Вирсом сеть, я, Вериан, декан Вирс и ректор оказались в кабинете у последнего. Котелок был отдан спешно вызванному мастеру Саньяте. И сейчас мы с Верианом стояли перед ректором в ожидании вердикта.

Ректор наконец пришел к какому-то определенному выводу. Перестал барабанить пальцами по столу и посмотрел на меня и Вериана:

– Верианалиоринель, я хочу услышать твою версию событий. Что произошло?

Вериан пожал плечами:

– Сам не могу ничего понять. Я действительно попросил Мину сварить зелье для одного моего хорошего друга. Вы же знаете, ректор Герхорт, я – стихийник. И хоть все эльфы дружат с лесом и могут договориться с любой травой, сварить зелье для многих непосильная задача. Поэтому я обратился к знакомой ведьме за помощью. В обмен пообещал зарядить для нее амулет.

Ректор хмыкнул. А я вдруг ощутила смутное беспокойство. Вериан не соврал ни словом. Он действительно обратился за помощью к тому, кому доверял. И в зельях он совершенно точно не разбирался. И амулет пообещал зарядить. Хоть для других этого и не делал. Так почему же у меня словно иголочка ледяная в сердце воткнулась?

Обдумать все и проанализировать у меня не получилось. За спиной распахнулась входная дверь:

– Ректор Герхорт…

Архимаг поднял голову:

– Входи, Саньята. Что скажешь?

– Питомцы Вильгельмины испортили вашу дверь! Я…

Договорить Саньяте не дали. Да и я с трудом удержалась на ногах под натиском прорвавшихся в кабинет Коши и Ершика. Первый мигом привычно занял мое левое плечо. Второй скакал, клацая костями, до тех пор, пока я не нагнулась и не подхватила его на руки. И оба моих фамилиара дружно зашипели в сторону стоящего рядом со мной Вериана. У Коши из ноздрей угрожающе вырвался дымок. Бедняге эльфу пришлось отодвинуться в сторону, преграждая дорогу озабоченной ведьме. За что и получил какое-то проклятие. Я не успела разглядеть какое. Кажется, это было проклятие икоты с каким-то дополнительным условием.

Дождавшись, пока мрачно зыркающая исподлобья ведьма обойдет препятствие в виде эльфа и подойдет к его столу, ректор поинтересовался:

– Так что там с моей дверью?

– Сверху слегка обуглена, снизу основательно погрызена.

Саньята холодно мне улыбнулась. Ректор вздохнул:

– Ладно, с дверью разберемся потом. Это не столь важно. Что с зельем? От чего оно?

– Сварено строго по рецепту.

В кабинете и так было не особо шумно. Теперь же и вовсе наступила мертвая тишина. Три пары преподавательских глаз в упор уставились на меня. Я не выдержала, и нервно взвизгнула:

– Я варила зелье от бесплодия! Я могу перечислить все ингредиенты, которые туда клала!

Саньята медленно скрестила руки на груди:

– А тогда как в котелке оказалось зелье для блокирования магических каналов? Ты забыла, что можно сделать при помощи этого зелья? Забыла, что именно из-за этих десяти рецептов ведьм очень долго и упорно истребляли? Что с тобою случилось в последнее время, Вильгельмина? Тебя словно подменили! Раньше ты была отличницей и лучшей адепткой ведовского факультета. А сейчас от тебя одни неприятности, и одна другой серьезнее. Ты хоть понимаешь, что архимаг Герхорт просто обязан сейчас казнить тебя, не сходя с места?

Я стояла, ни жива не мертва. Может, мне это все только снится? И сейчас я проснусь, и ничего не будет… Точно! Это просто кошмар! Со мною в реальности просто не могло такого случится!

– Саньята, – архимаг вдруг прищурился и посмотрел на моего куратора, – а как давно проявились странности в поведении Вильгельмины?

Ведьма выпрямилась:

– Да совсем недавно. Вот, считайте, с того дня, как у нее появился фамилиар.

Архимаг и декан некромантов синхронно посмотрели сначала на Саньяту, а потом повернулись ко мне. Я невольно поежилась, не понимая причины такого пристального интереса к своей скромной персоне.

– Неужели внушение? Как ты думаешь, Арант?

Мастер Вирс передернул плечами:

– Не знаю. Я с таким не сталкивался вообще. Но проверить бы не мешало.

– Проверить? – Куратор Саньята на ощупь нашла стул позади себя и упала на него. – Как? Ведь тихо такое не сделаешь. Все менталисты работают на корону. Если запросить такого специалиста, то придется пояснять зачем. А если выплывет эта история…

– Спасибо, Саньята, за справку, – насмешливо осадил ведьму архимаг, – а то я запамятовал что-то. Возраст, видимо.

Саньята покраснела.

– Извините, мастер Герхарт. Я просто в ужасе от произошедшего.

– Мы все в ужасе. Но нужно собраться и разобраться в произошедшем. На кону не только жизни адептов, – Вериан рядом со мной вскинулся, – но и честь нашего учебного заведения. И я бы сказал, что честь Академии важней. Вы что-то хотели сказать, Верианалиоринель?

Вериан почтительно склонил голову:

– Прошу прощения, архимаг Герхорт, вы хотели сказать жизнь адептки?

Архимаг насмешливо блеснул глазами и пригладил свою заплетенную бороду. Сегодня кос было две.

– Нет, Верианалиоринель, я сказал именно то, что хотел сказать. Вы тоже были там. Более того, это была ваша комната. Так что виноваты не меньше адептки Вильгельмины.

Я ожидала всего, чего угодно, но не того, что Вериан, милый и добрый Вериан, нахмурится, выпрямится во весь рост и мрачно выдаст:

– Рискнете меня обвинить и поссорится с Повелителем Вечного леса? Если считаете, что я виноват, я готов хоть сегодня отказаться от диплома и вернуться домой. И вы сами знаете, что это единственный приемлемый выход в моем случае.

Не только я, но и куратор Саньята ошарашенно уставилась на эльфа. Зато декан некромантов презрительно фыркнул:

– Архимаг Герхорт может и не рискнет. Ему за всю академию отвечать нужно. А вот я такими условностями не связан, принц, и вы это знаете. Будьте уверены: я сделаю все, чтобы докопаться до истины. И если вы виновны, то понесете заслуженное наказание. И это будет отнюдь не возвращение в Вечный лес!

И опять декан Вирс назвал Вериана принцем! Неужели это правда? Я как-то по-новому посмотрела на напряженного эльфа, стоящего рядом.

– Не посмеешь! – Вериан выплюнул это некромастеру с такой ненавистью, что я невольно отшатнулась от него.

– Ти-хо! – Для весомости распоряжения архимаг даже ладонью по столу хлопнул. – Для начала нужно во всем разобраться. А уже потом обвинениями швыряться. Саньята, – архимаг посмотрел на моего куратора, – мне нужно задокументированное по всем правилам свидетельство исследования данного зелья. Ты одна его проводила?

От возмущения мастер Саньята даже вскочила:

– Как можно! Все, кто в этот момент находился на Ведовском факультете, присутствовали. Свидетельство подписало шесть человек вместе со мною.

Ректор улыбнулся в бороду:

– Это очень хорошо. Далее, сейчас поможешь вытянуть воспоминания из фамилиаров Вильгельмины. Это должно пролить свет на происходящее.

– Хорошо, мастер Герхорт.

Саньята с готовностью шагнула к его столу. А я похолодела: я точно помнила, как на момент нашей встречи с Верианом Коша сидел у меня на плече. Ершик сидел у меня в сумке, крайне недовольный подобным обращением. Куда они делись потом, я вспомнить не могла, хоть убей. Но мне казалось очень подозрительным то, что они не помогали мне отбиваться от напавшего на меня скелета. Были ли мои фамилиары со мной в комнате Вериана, вспомнить не получилось.

А через пять минут я уже совершенно точно знала, что в комнате Вериана ни Коши, ни Ерша не было. Оба фамилиара помнили последним мой приказ что-то принести. Коше было дано задание взять в моей комнате записку со стола и отнести ее в библиотеку. Ерша же и вовсе я зачем-то отправила на факультет некромантии. У меня подкосились ноги.

Ректор Герхорт раздраженно побарабанил пальцами по столу:

– Не нравится мне это все. Очень не нравится. Слишком сильно похоже на грамотную подставу. Просчитано все, вплоть до мелочей.

Декан Вирс невесело хмыкнул:

– Ну да. Если бы один ревнивый идиот не выпустил из контура скелет эльфийки, то мы бы ничего и не узнали до тех пор, пока не стало бы уже поздно. Поэтому я настаиваю на ментальной проверке. С менталистом помогу.

Ректор вздохнул:

– Поддерживаю. Необходимо во всем разобраться.

Из своего угла несмело подала голос мастер Саньята. Она вообще после проверки фамилиаров как-то скисла, что ли.

– Я бы предложила изолировать до начал проверки Верианалиоринеля и Вильгельмину. Чтобы они не смогли договориться.

Вериан с холодной надменностью посмотрел на моего куратора. А мне почему-то подумалось, что Вериана тоже словно подменили. Может, на нас на обоих воздействовали? И в этом вся причина?

– Согласен, Саньята. Изоляция необходима. – Ректор встал и подошел к шкафу в углу.

Вериан по-змеиному прошипел ему в спину:

– Не имеете права! Я наследник…

– Ошибаетесь, юноша, – покопавшись в шкафу и что-то оттуда взяв, ректор вернулся к нам, – поступив на обучение в мое учебное заведение, вы тем самым стали обычным адептом и признали мою власть, как ректора. Стали таким же адептом, как и все. Безо всяких привилегий. Уверен, вам известно о том, что я отвечаю за каждого адепта в этих стенах. А также за их поведение. И в случае проступков имею право карать, не взирая на титулы и заслуги. А в данном случае, – ректор взял левую руку Вериана и что-то ловко на нем защелкнул, – речь идет даже не о наказании, а всего лишь о разбирательстве. И я в своем праве. А вы так рьяно отказываетесь помочь во всем разобраться, что я начинаю думать о вашей причастности к этой некрасивой истории.

Вериан пошатнулся и недоуменно покосился на свою руку. А потом ошарашенно уставился на ректора:

– Блокиратор магии? Вы не имеете права!

Неожиданно добрый седой старичок Герхорт, в образе которого очень любил выступать ректор, в одну секунду превратился в могущественного мага. Очень злого мага:

– Я уже это слышал, Верианалиоринель. Повторяю еще раз специально для тебя: до разбирательства с менталистом вы оба будете в блокираторах. Мне не нужны лишние неприятные сюрпризы. Достаточно того, что уже есть.

Лицо Вериана приобрело жесткое выражение. Но спорить он больше не стал. Ректор удовлетворенно наклонил голову:

– Отлично. Если выяснится, что вы, Верианалиоринель, не при чем, я первый принесу извинения вам и Вечному лесу. А пока идите к себе. Вам запрещено покидать свои комнаты вплоть до особого распоряжения. Еду вам будут приносить.

Ректор сделал какой-то странный пасс. Я ничего не увидела, но Вериан дернулся. Его губы дрогнули, словно он хотел заорать или зарыдать. Но эльф молча вышел из кабинета ректора.

– С вашего позволения, мастрер Герхорт, – Саньята почтительно склонила голову, – мне тоже нужно идти. Первый курс ждет. Осмелюсь только напомнить, что Вильгельмина живет в комнате не одна.

Архимаг жестом отпустил моего куратора. И мы остались втроем. Если не считать Кошу и Ершика, которые льнули ко мне, как мошкара к свечке.

Некоторое время было тихо. А потом архимаг вздохнул:

– Что же с тобой делать, девочка? У ведьм и так магии почти нет. А с блокиратором ты вообще будешь легкой добычей для любого. Разве что…– Он покосился на некромастера. – Арант, а ты ведь живешь у нас не в общежитии?

Некромант явно напрягся под своей мантией:

– Мастер Герхорт, вы ведь знаете причину.

– Знаю. Потому и организовал тебе отдельное жилье. И никогда не возражал. А сейчас просто прошу: возьми девочку к себе. Это ненадолго. А дом у тебя двухэтажный. Тесно не будет. И у тебя она точно будет в безопасности.

Некромант застонал, словно у него разом заныли все зубы.