Глава 25 Открытие лавки

Открытие мы назначили на первый день весны. Это было символично — просыпается природа и вдыхается новая жизнь в заброшенную лавку артефактов.

Вдобавок, погода последние дни радовала — снег начал таять, солнышко светило ярко, и я надеялась, что к моменту открытия лавки уже будет устойчивая тёплая погода.

На баннере я написала мелом: «Лавка артефактов леди-мага. Открытие в полдень», и Крум выставил её на улицу, чтобы с самого раннего утра привлекать прогуливающихся горожан. Впоследствии, я надеялась, на ней будет менее кричащая и вызывающая надпись, но сейчас мне нужен был пиар.

Пока мы готовили стол для выставки и ингредиенты для презентации, я давала последние наставления Круму и Нелле, которая, на удивление, тоже вызвалась участвовать.

Я была так рада, что решила поставить ещё один стол презентации на улице, чтобы производить наружную рекламу.

Во время нашей подготовки единственный взрослый и сильный мужчина, который, так-то, назвался моим женихом, с самого утра куда-то пропал, оставив с нами немногословного полисмена. Не того, который был до этого и пропустил ко мне угрожающего артефактора из гильдии, а другого. Но толку от нового мужика было мало — он просто застыл истуканом перед входом в лавку и отказывался от любого рода сотрудничества. Так что таскать все тяжёлые предметы пришлось нам самим до тех пор, пока не пришел сосед в компании своего племянника.

— Дорогая мисс Мэйс! — заулыбался мистер Лантер. — Мы не могли пропустить такое событие и готовы помогать вам со всей отдачей! Можете рассчитывать на нас сегодня!

Я была не настолько великодушна, чтобы отказаться от помощи, поэтому мгновенно запрягла их работой.

Мы успели с Крумом сделать не так много экземпляров каждого изобретения, но я планировала набрать достаточно будущих заказов, так что убелённому сединами старичку вручила журнал для записей и строго велела не пропустить ни одного жаждущего нашей продукции.

А вот мистеру Фреду Кронтону, племяннику соседа, досталась самая тяжёлая работа — он бесконечно таскал столы, приборы, переставлял их с места на место, пока я не уверилась, что всё стоит идеально. Даже мелькнула мысль, что бывший судья специально удрал, чтобы нам не помогать.

Как бы то ни было, а к полудню возле лавки собралась целая толпа, так что я даже растерялась, но потом, закинувшись порцией лекарств, которые до сих пор принимала в качестве восстановителя сил, я дала отмашку Нелле и Круму начинать замешивать тесто, а сама взяла в руки артефакт-громкоговоритель, который накануне удачно удалось выклянчить у фабриканта.

Сама я пока ни на какие вопросы не отвечала, отмалчиваясь на выпады журналистов и любопытство толпы.

По моей команде Крум начал готовить тесто для блинов: эффектно встряхнув фартуком, он привлёк внимание окружающих, затем повязал его вокруг талии и, как истинный артист, вытащил стеклянную банку с мукой, несколько яиц, кефир, масло, сахар, соль и соду с уксусом.

Тут я порадовалась, что погода сегодня прекрасная и никто не замёрзнет. Потому что изначально я думала большую часть демонстрации проводить внутри лавки, но сейчас стало понятно, что это невозможно — слишком много людей пришло. Так что внутри будет уже работа с потенциальными клиентами, а не с зеваками.

Тем временем мальчишка, словно фокусник, смешал миксером ингредиенты и показал интересующимся зрителям идеальное тесто без комочков.

Взяв в руки половник, он уверенным движением вылил тесто на уже разогретую блинницу с шестью кружочками для будущих блинов. Я сделала её на манер земных аналогов, благо, конструкция была совсем несложная — только верхняя панель и нагревательный элемент. Это они ещё не знают, что панели у меня съёмные.

В толпе поднялся недоуменный гул. Люди гадали, что такое странное ребенок делает из самых обычных продуктов. Я снова не стала ничего объяснять, лишь таинственно улыбнулась, когда парень перевернул первую партию, а потом снял с блинницы и разложил по тарелкам. Тут уже подключилась Нелла, добавила в каждую порцию по ложке сметаны и варенья, первая же показательно скрутила блин в трубочку и, ещё раз макнув в варенье, попробовала.

Учитывая, что домоправительница, как бы она сейчас не скрывала это, в первый раз пробовала блинчики, то ей было искренне интересно, что получится — это было видно по глазам. Когда я ей пару часов назад объясняла рецепт, она недоуменно пожимала плечами, искренне уверенная, что ничего путного из «тонких лепёшек не выйдет». И вот теперь её реакция была и мне интересна. Поэтому, когда она удивлённо приподняла брови, а потом с искренним удовольствием доела блин, уже у половины рядом стоящей толпы текли слюни.

Они никак не могли взять в толк, зачем я решила готовить на улице. Ведь обычно артефакторы просто приглашали в свою лавку самых богатых горожан, а потом несколько часов разливались соловьём, какие они молодцы и какой у них прекрасный ассортимент, который, по большому счёту, ничем не отличался от того, что продаётся у соседа. Но здесь… Здесь было что-то новенькое.

Поэтому, когда Нелла, загадочно улыбнувшись, протянула первую бумажную тарелку рядом стоящему ребёнку, от неё сначала шарахнулись, а потом восхищённо заблестели глазами.

По моей команде Фред вынес и установил рядом со столом баннер, на котором вместо старой надписи значилось: «Бесплатные блинчики для всех желающих!»

Что тут началось!

Буквально через несколько минут я поняла, что придётся выносить второй стол для Неллы, которая, следуя моему рецепту, записанному на бумаге, и изредка подглядывая за горделивым Крумом, тоже начала замешивать тесто. И вот она-то искренне восхитилась удобством миксера, что, конечно, не осталось незамеченным.

Народ хватал блины, съедал и снова голодными глазами смотрел на двух поваров, бесконечно готовящих и раздающих.

Пришлось Фреду формировать некое подобие очереди, чтобы досталось всем желающим, а самому следить за порядком, потому что людей, привлечённых халявой, всё прибавлялось. И тут я порадовалась, что ингредиенты для блинов такие доступные — реши я угощать окружающих мясом, уже бы разорилась.

Я нервно смотрела за всё растущей очередью и понимала, что мы не сможем накормить всех желающих, даже если я и мистер Лантер тоже встанем за столы. Но мне нельзя, иначе некому будет проводить презентацию.

Тут мне по плечу постучали двумя пальцами.

Развернувшись, я увидела лорда Фэлтона и стоящую ним группу мужчин, женщин и даже детей. Среди них была мать Крума, которая мне дружелюбно махала рукой.

— Мисс Мэйс, помощь нужна? — улыбнулся фабрикант.

— Да!!! — воскликнула я, чуть не плача. — Очень нужна.

Аристократ кивнул, и по его указу мужчины понесли к демонстрационной площадке крепкие столы, скатерти и продукты.

— Встав сегодня утром, я услышал от своего поверенного слушок, что людей на открытии будет намного больше, чем изначально планировалось, — подойдя ко мне, пояснил фабрикант, накидывая на мои плечи лёгкий полушубок. — Тогда я взял на себя смелость изучить твой рецепт для бли-инов, — старательно выговорил он, — и поехал искать помощников, и закупаться продуктами. Мы немного задержались, прошу прощения.

— Ничего страшного, вы вовремя! — со слезами на глазах кивнула я, наблюдая за тем, как пришедшие женщины моют руки и повязывают фартуки.

— Артефактов на всех хватит? — поинтересовался мужчина.

Я посчитала — прибавилось шесть столов. Миксеров у меня хватит на всех, а вот блинниц есть ещё только пять штук.

— На последнем столе будет стоять большой бойлер с водой для чая. Будем наливать всем горячий чай, — решила я пожертвовать демонстрационным образцом, который я планировала предложить ресторанам вместе с бумажными стаканчиками. Они были довольно хрупкими и быстро намокали, но я надеялась, что со временем смогу усовершенствовать технологию, а пока велела наливать чая не больше половины.

— Только у меня чая мало, — спохватилась, когда уже огромный бак установили на столе.

По одному движению руки лорда, к нему подбежал один из мужчин и, получив в руки золотой, умчался в ближайшую лавку за чаем.

Я благодарно взглянула на мужчину.

— Спасибо.

— Для моей невесты — всё, что угодно, — впервые за всё время улыбнулся искренней улыбкой он.

И так эти слова были сказаны, что на секунду… буквально на секунду я пожелала, чтобы они были искренними, честными, а наша помолвка настоящей.

Я не успела ответить, как услышала звук разливающейся по улице музыки — освободившиеся от дел мужчины расселись на принесённых корзинах и ящиках и достали довольно простые с виду музыкальные инструменты. Было здесь и что-то типа гармошек, и дудочки, и даже аналог балалайки, скрещенной с гитарой.

Полилась весёлая, радостная мелодия, несколько мужчин запели сильными чистыми голосами, и люди в толпе заулыбались, дети начали танцевать, а взрослые даже иногда подпевать.

Следующие полчаса я инструктировала пришедших женщин, как делать тесто и печь блины. У многих первые получались комом, но стоящая вокруг детвора мигом съедала неудавшиеся экземпляры. Братья и сестры Крума взялись обслуживать столик с чаем, разливая быстро вскипевшую воду, в которую я бросила заварку, по стаканам, а потом раздавая её всем желающим.

Когда я уверилась, что всё идёт как надо и никто не нуждается больше в моём контроле, я взяла в руки артефакт-громкоговоритель, который накануне выпросила у фабриканта, и громко объявила:

— Уважаемые джентльмены, леди! Я с огромным удовольствием приветствую вас на открытии моей лавки артефактов. Она будет необычной лавкой. Тут не будут продаваться всем известные приборы. В моей мастерской вы сможете найти что-то совершенно новое, а возможно — и заказать. Сегодня я представляю вам коллекцию кухонной бытовой техники, способной облегчить быт любой женщины, накормить большую толпу гостей или же оптимизировать работу ресторанов и пекарен. Сейчас я приглашаю внутрь тех, кто хочет посмотреть ассортимент товара, и внутри лавки я расскажу о каждом устройстве подробней. Вы сможете приобрести его на месте или же заказать на будущее. Все остальные могут продолжать наслаждаться праздником. Сегодня у нас всё бесплатно!

Я мысленно пожелала кошельку лорда не лопнуть и, под аплодисменты толпы, показательно разрезала красную ленточку, которую прямо сейчас быстренько принёс мистер Лантер и натянул, привязав один конец к ручке на двери.

Фабрикант подал мне руку, и мы вместе вошли внутрь, куда быстро набилась любопытная публика. К моей радости, среди пришедших было много состоятельных людей, если судить по одежде, а значит, был шанс, что передо мной — потенциальные покупатели.

Я разливалась соловьём, рассказывая и демонстрируя приборы. Если на мультиварку многие недоуменно хмурились, потому что она была довольно сложной конструкции и не совсем было понятно, зачем ею пользоваться, если есть обыкновенная кастрюля, то выскочившие из тостера тосты произвели фурор.

Как бы то ни было, в течение получаса я распродала все экземпляры бытовой техники, кроме выставочных образцов, которые мне пришлось буквально силой отбирать у заинтересованных покупателей.

Зато мистер Лантер не остался без работы — напялив на нос очки, он записывал и записывал новые заказы — я только страницы успевала считать. Боюсь, если дальше так пойдёт, то скоро придётся нанимать помощников.

В тот момент, когда я провела пятую по счёту презентацию для новой порции знати, к нам с лордом Фэлтоном подошёл мой сосед и обратился к моему спутнику:

— Сэр, могу я с вами поговорить?

Бывший судья нахмурился, так что старику пришлось просить ещё раз.

— Это не займёт много времени.

Мужчина переглянулся со мной.

— Не отходите с этого места.

— Даже не сдвинусь, — пообещала я.

Они ушли на второй этаж через перекрытую лестницу, а я осталась внизу.

Сначала со мной поговорил владелец кофейни на Бронзовом переулке. Его интересовали технические характеристики миксера. Я же, почуяв скорую прибыль, схематично нарисовала ему стационарный миксер и объяснила принцип работы, аргументируя тем, что для профессиональной кондитерской нужен более мощный агрегат. Тот, который сможет взбивать долго без помощи человека и не греться.

Видя, как загораются у покупателя глаза, я лично записала его заказ и пообещала представить первый экземпляр для экспериментов в течение месяца. Так что мужчина ушёл не просто довольный, но ещё и без четверти золотого, который я запросила в качестве предоплаты.

Только я расслабилась, как меня за локоть схватила восторженная графиня Ништен.

— Кэтрин, это потрясающе! Вы произвели фурор! Я знала, что женское начало в вас победит! Давно было пора показать мужчинам, где их место!

Я испуганно вытаращилась на неё, пытаясь осторожно и не привлекая внимания вырвать свой локоть.

— Ваше сиятельство? Какое начало? Какое место я должна показать?

Мой взгляд в панике запрыгал по окружающим людям, выискивая моего временного жениха.

Откуда она здесь?! Я была уверена, что после истории с картиной её арестовали!

И самый главный вопрос — что мне делать?!

Фабриканта нигде не было.

Как и мистера Лантера. Все остальные мои помощники были на улице.

— Ох, Кэтрин! — рассмеялась она. — Ну вы прямо словно с неба свалились! Конечно, я говорю о вас и вашей чудесной лавке! Вы сделали невозможное, открыв её вопреки прогнозам неприятелей, вопреки здравому смыслу и даже закону. Я слышала разговоры о том, что вы хотите представить линейку товаров для женщин, но никто не верил, что она действительно начнёт пользоваться спросом.

Я нервно улыбнулась и постаралась избежать разговора.

— Ваша сиятельство, прошу прощения, но мне совершенно необходимо…

— О, дорогая, а вы знакомы с сэром Тобиасом Мэтью? — перебила она меня, буквально подтаскивая к дородному господину в серебряном фраке. — Он возглавляет гильдию артефакторов Миртбери!

— Здравствуйте, — пробормотала я, застигнутая врасплох появлением конкурента. Нет, я предполагала, что другие артефакторы могут прийти на открытие, но мне казалось, что они могли бы захотеть сорвать представление. Я даже морально готовилась к подобным неувязкам. Но вот к тому, что они захотят со мной дружественно поболтать, я готова не была.

— Рад познакомиться, Кэтрин Мэйс, — усмехнулся он, окидывая мою фигуру сальным взглядом, — у вас чудесные помощники. Я попробовал на улице лепёшку вашего рецепта, и даже не смотря на то, что она продукт для бедных кварталов, всё равно довольно вкусна. Не могу не признать, что это довольно интересная акция. Милые детки перед тем, как я зашёл сюда, снабдили меня несколькими порциями горячего чая.

Он протянул мне мой собственный стаканчик, второй, сняв со столика рядом, передал графине.

Я скупо улыбнулась.

— Благодарю.

— Нынче странный век, вы не находите? — вдруг поинтересовался он. — Женщины становятся артефакторами, а из открытия дорогой лавки устраивают балаган для простолюдинов.

— Это называется маркетинг, — сухо проговорила я, резко теряя желание продолжать светскую беседу.

— Это называется женский подход, — усмехнулся он.

И в этот момент я его узнала. Выпирающее пузо, презрительный голос, аляповатая одежда и вот эта ухмылка. Пусть я тогда не видела лица человека, который пришёл мне угрожать, но сейчас я была уверена, что это он и есть. Мне казалось, такой, как он, не рискнёт прийти лично, боясь быть узнанным...

Чтобы скрыть волнение, я приблизила стаканчик с чаем к губам, и в этот момент его вырвала у меня из рук ладонь вернувшегося лорда.

Злобно сжав стаканчик в руках, он даже не обратил внимания на то, что по его рукаву потекла тёмная жидкость.

— Вы совсем страх потеряли, заявляться к моей невесте?!

— Фэлтон, дружище! — улыбнулся мужчина. — Я просто хотел поздравить коллегу с первым днем работы. Разве это страшно?

— Поздравить? Какое милое поздравление, — зарычал фабрикант, делая знак стоящему на улицу полисмену. — Но должен сказать, вашему должнику не удалось меня отвлечь, у ваших подельников не получилось сжечь бумаги из шкатулки, хотя они радостно сожгли целую стопку искаляканных листов, прежде чем их арестовали, а у вас лично не получилось отравить Кэтрин!

В лавку зашло несколько полицейских, а артефактор побелел от ярости.

— Что за бред?! Я не знаю ни о каких подельниках и никогда в жизни не дал бы женщине яда! Ты вылил весь чай для того, чтобы была возможность меня оболгать. Любая экспертиза бы доказала, что ты врёшь и яда там нет!

— Действительно, — усмехнулся мужчина, задвигая меня за спину и вырывая стакан из рук вскрикнувшей графини, — во всех трёх стаканах был безобидный реагент. Настолько безобидный, что вы с вашей дамой легко бы выпили его, а потом бы доказывали суду, что чисты, как стёклышки, и если даже что-то в организм попало, то оно никак не связано с общим делом. И были бы правы, потому что, чтобы стать ядом, он должен соединиться со вторым компонентом — настойкой, которую ваш сводный брат прописал моей невесте в качестве лекарства от усталости!

Я испуганно ахнула, прижав руку ко рту. Те самые эликсиры, что я принимала вторую неделю?! Он хочет сказать, что врач — их сообщник?! Они пытались меня отравить?!

Меня за руку тронула шершавая ладонь соседа.

Он показал глазами на второй этаж, призывая меня покинуть место событий.

Тем временем артефактор из белого приобрёл зелёный оттенок и, увидев направившегося к нему полисмена, завизжал на тонкой ноте.

— Лантер! Ты пожалеешь, старик, что предал меня! Подлая тварь!

— Тобиас! — взвизгнула вдова.

Его схватили под руки, а ещё один полисмен протянул руки к графине.

Женщина испуганно вскрикнула, отпрыгнула в сторону от судьи, оказавшись от меня на расстоянии пары метров.

В тот момент, когда её за локоть схватил служитель закона, она зашипела рассерженной кошкой и, задрав юбку, выхватила привязанный к лодыжке дамский револьвер.

Вскинув руку в мою сторону, она нажала на курок прежде, чем её руку отбросили вверх.

Прогремел взрыв, а я испуганно зажмурилась и упала на пол, сбитая чьим-то телом.

Пространство наполнилось криками, визгами и истеричным ором судьи.

Приоткрыв глаза, я встретилась с болезненно расширенными глазами соседа.

— Кэтрин, простите… — прошептал он, а потом его голова рухнула мне на живот, а я закричала…