Глава 9.

Дни в темнице превратились для Навии в дни размышлений. О себе, о роде и родовом долге, о старом короле, который своим необдуманным поступком заложил основы вражды. И снова о маркизе. Он родной брат короля Дамирена. Родной по отцу. Матери разные. А если он наденет этот перстень? Сочтёт ли магия его новым королём? Сложно всё. Получается, что Виллен тоже имеет королевскую кровь. И он, хотя и не сын, но племянник короля.

Но про себя женщина твёрдо знала одно: она обязана провести обряд с артефактом для королевской семьи. Это её долг. Дело её чести. Дело родовой чести. А для этого, она должна выжить, должна сохранить артефакт и должна сохранить королевскую династию.

Погружённая в эти размышления, Навия не сразу услышала, что засов в двери пришёл в движение, и она стала открываться. Женщина насторожилась. В это время её обычно не беспокоили. Стражник, стоящий сейчас у двери, был явно не отсюда, судя по чистой, и опрятной форме. Он молча кивнул головой, показывая на выход и Навии ничего не оставалось, как последовать приказу. Шагая сзади, стражник отдавал короткие приказы, диктуя направление:

– Вперёд, наверх, влево, прямо, лестница, второй этаж, вперёд. Стой.

Они остановились перед дверью и стражник, подтолкнув её и коротко стукнув в дверь, тут же открыл её. Они вошли в довольно просторный кабинет, в котором находился маркиз и женщина восемнадцать лет назад родившая принца Виллена. Навия её сразу узнала. Лэри Заренда.

Маркиз отдал короткий приказ, и стражник вышел. Они остались в кабинете втроём. Маркиз вышел из-за стола и остановился перед Навией.

– Лэри Навия Редди, как мы сегодня узнали вы стали любовницей Чёрного Герцога, так называют в Галидоре и Керале вашего избранника. Это интересный факт. И он много может дать для решения нашей проблемы.

Навия пока молчала. Пусть выскажется: больше информации – больше вариантов. Да и что говорить? Раз им известны такие «подробности». Лорд Тривели между тем продолжил:

– Как вам мой сын? Он здоров?

– Простите, лорд. Я видела ребёнка только в родах. И не могу ничего сказать о принце. Но думаю, что, как и все королевские дети он здоров.

– Видишь, Заренда, – обернулся он к женщине, – она оказывается прекрасно помнит, как выглядел новорождённый ребёнок восемнадцать лет назад и совсем забыла, где находится этот грыхов артефакт.

(Грых – мелкий степной хищник с резким запахом).

– Я тоже помню эту целительницу. Роды были трудными, Кервуд, и тебе надо благодарить её, что твой сын остался жив.

И она учтиво склонила голову, адресуя поклон Навии.

– Я благодарна вам, лэри, за помощь.

– Ну, ладно! Хватит расшаркиваться! Не забывай, что эта особа – хранительница артефакта, о котором ты сама мне рассказала десять лет назад. Почему же только сейчас это стало так важно?

– Потому что артефакт может применить только хранитель. И я узнала об этом недавно,– ответила советница. – Кроме того, я чувствую, что ко мне проявляют интерес люди из королевства. Интересуются, где живу, где бываю, в каких отношениях с тобой.

– Ну, уж не в тех, о каких они думают, – коротко хохотнул маркиз.

– Я думаю, что лэри Навии это неинтересно. Но ей интересно будет узнать, что осмотр её поместья не принёс результата и артефакт не найден, а это значит, что: либо он утерян, либо он уже у советника

– И вас сейчас привели для того, чтобы договориться с советником, – вступил в разговор маркиз. – Или он отдаёт артефакт, или вас отдадут в казармы, лишив магии. Всё честно. На кону самое дорогое.

– Да вы игрок, лорд Тривели, – нарочито спокойно сказала Навия, хотя вся её сущность заледенела от гнева, представив, что ей предстоит. А то, что этот зверь в человеческом обличье способен на такие подлости, Навия вполне могла поверить после нескольких допросов с его участием.

Но сейчас надо было попробовать узнать побольше о планах маркиза. Надо было попробовать его разговорить. И Навия попыталась это сделать.

– Но что если аристократы королевства не поддержат смену династии? Как вообще вы хотите занять трон?

– Мы с Дамиреном – родные братья. Но от меня отец отказался, выслав мать в маркизат. Артефакт может признать меня правителем. И против его признания никто не посмеет выступить. Это – божественная магия.

– Но артефакт создавался как раз для выявления чистоты крови?

Навия сознательно не применила слова «бастард», чтобы не злить маркиза ещё больше. Он признает именно Дамирена.

– Это ещё вопрос, уважаемая хранительница. Королева Магорета – чужачка. Принцесса из далёкой страны. А моя мать – наследница маркизата. У нас общая магия.

Крылья тонкого носа маркиза хищно дрогнули и раздулись от мощного вдоха. А последующий выкрик не оставил сомнений в его цели:

– Я должен стать королём Бассумера! Я должен сидеть на троне в Филахе! – жёсткий, яркий маниакальный блеск появился в его глазах.

«Этот не отступит, – подумала Навия, – не отступит и не передумает. Для таких существует только одно право – его.» Навия постаралась спокойно глядеть в его глаза, но внутри её буквально захлёстывали гнев, ярость и страх. Гнев и ярость от того, что этот человек, не думая ввергает массы людей в состояние войны. Потому что, кто же добровольно отдаст королевство. Страх от того, что этот человек невменяем. Он захвачен идеей реванша и борьбы и никакие доводы к миру не услышит. Но она ещё раз попыталась отвлечь его внимание.

– Зачем же вы тогда оставили в королевстве сына? И он рос в чужой семье? Лэри Заренда, как вы согласились на это?! – обратилась к советнице Навия. – Ведь это ваш сын!!!

Лэри Заренда болезненно и некрасиво сморщилась, горькая складка привычно появилась в уголке рта, но она удержала себя в руках, а маркиз резко бросил:

– Мой сын – жертва во имя свободы маркизата. Если артефакт не примет меня, то я помогу освободить очередь к трону для своего сына. Можно сказать, что я сделал его специально.

Он похабно улыбнулся лэри Заренде: Прости дорогая.

– А, как и когда вы ему скажете, что он ваш сын? Вы думаете, что он примет вас, как отца?

– Когда придёт время. А примет или нет мне неважно. Но хватит разговоров, – и маркиз тронул большой кристалл связи, стоящий на столе.

Произнеся имя герцога Карпади, маркиз и женщины вместе с ним стали ждать появления в кристалле герцога.

«Как скайп, – мимолётно подумала Навия-Василина, – всё-таки магия очень даже может заменять технику и наоборот». Но тут кристалл заработал и Навия увидела суровое лицо герцога.

– Чем обязан? – хмуро поинтересовался он у маркиза.

И по одной этой фразе Навия поняла, что отношения этих двух мужчин сложные и недружелюбные.

– Пока всего лишь вопросом, – спокойно ответил тот.

– Вам знакома эта лэри? – И маркиз отошёл в сторону, открывая герцогу Навию, стоящую за его спиной.

Герцог стиснул кулаки и коротко ответил: Да.

– И что: никаких «дорогая», «что с тобой сделали?», «я тебя спасу», – язвительно спросил маркиз.

– Нет, – также коротко бросил советник, – говорите, что надо.

– Мы оба знаем, что мне нужен артефакт.

– Он вам бесполезен, маркиз. У лэри его нет. Так что она вам тоже бесполезна. Предлагаю вернуть лэри и договариваться предметно. И заметьте, пока я не отдаю приказ о магической блокаде вашего замка.

– О! Уже угрозы?

Маркиз откинулся на спинку кресла и вперил взгляд в Навию. Затем перевёл его на советника.

– Нет. Об освобождении лэри Редди не может быть и речи. Она ключ к артефакту. Так что будет ждать его появления у меня в гостях. Да и за вами советник легче будет наблюдать. Никогда не видел, чтобы Чёрный герцог так бесился от бессилья.

Навия посмотрела на Ташерега. Его лицо застыло каменной маской и только желваки перекатывались под кожей, показывая его еле сдерживаемую ярость. Она кивнула ему, как бы говоря, что всё в порядке, пусть не волнуется. Но его взгляд уже заметил и синяки, и истощённый, потрёпанный вид. Глаза герцога опасно сощурились и обратились теперь к маркизу.

– Хорошо. Я назначаю вам встречу на границе. Завтра. Место и время вам укажут в вестнике. Присутствие лэри Редди на встрече обязательно. Я должен убедиться, что с ней всё в порядке. Мне придётся доложить его величеству о ваших требованиях.

– Докладывайте. Это ваша обязанность.

Кристалл погас и в кабинете установилась тишина. Навия пошевелила плечами, сбрасывая напряжение вынужденной позы, и обратилась к маркизу:

– Вам не на что надеяться, лорд Тривели. Как хранитель артефакта я могу сказать совершенно точно: он не признает вас, несмотря на то, что вы тоже сын короля. Для артефакта важен брак, освещённый в храме Фируны. Кем бы ни была ваша мать, но она не была королевой.

Жёсткая пощёчина тут же отпечаталась на лице Навии, а голова резко мотнулась в сторону.

– Как смеешь ты, с*ка, обсуждать мою мать!

Вторая пощёчина и голова Навии мотнулась в другую сторону. «Зверь! Подлец! – вскипела Навия и лишь огромным усилием воли заставила себя промолчать. – Не-е -т! Это тебе с рук не сойдёт! Трон тебе надо?! А вот хрен тебе!» – ворвалось словечко из Васиного мира.

Внешне же Навия только вскинула гордо голову и, глядя маркизу в лицо повторила:

– Вам не на что надеяться.

Маркиз взревел и выскочил из кабинета, хлопнув дверью. Его советница встала и, подойдя к Навии вплотную, тихо спросила:

– Как живёт мой сын?

– Я сказала правду, графиня. Меня восемнадцать лет не было в столице, и я никогда не видела вашего сына после родов. Но, судя потому, что никаких слухов и сплетен о нём нет, с мальчиком всё в порядке.

– Не рассчитывайте на помощь, хранительница. Кервуд ещё сдерживается, разговаривая с вами, потому что знает, что помощь хранителя с артефактом должна быть добровольной. Но он – непредсказуем. И не стоит его злить намеренно.

Графиня отвернулась и вызвала стражу. У Навии мелькнула было мысль привлечь к помощи графиню, но после её слов поняла, что та ничего не будет делать во вред маркизу. Либо она уже отравлена его идеями, либо она его боится. В любом случае помогать Навии она не собирается, а что делает вид доброй тётушки, так это – только вид. И Навия замолчала, не реагируя больше на попытки графини заговорить с ней.

В принципе, она всё уже поняла и увидела, что хотела. Оставаться здесь дольше не было смысла. Как не было смысла испытывать на себе настроение маркиза. Она же не мазохистка. Поэтому магесса приняла решение бежать завтра, во время встречи с герцогом. Судя по всему, целую армию маркиз с собой брать не будет. А на нескольких человек. Пусть даже несколько десятков человек, силы её заклинания должно хватить.

Навия впервые собиралась использовать целительскую магию не по назначению. Но у неё не было выхода. Да, и не убивать же она их собралась. Что можно нанести вред здоровью стражников или случайных людей Навия может и подумала мельком, но сразу отмела эту мысль. Нет, стражников было не жалко, но это вряд ли ускорило бы её освобождение, а только обозлило бы и маркиза, и охрану. Ведь никакой другой магией, кроме целительской Навия не обладала. А бежать через весь маркизат без амулетов и артефактов-стихийников – глупо. Поэтому она собиралась провести последнюю ночь в маркизате, занимаясь медитацией и концентрацией силы. Она ей пригодится завтра.

***

– … Нет, исход встречи пока не поддаётся прогнозу. Поэтому прошу ваше величество вместе с семьёй укрыться в летней резиденции. Во-первых, она находится в горах. Во-вторых, она хорошо защищена. В-третьих, там сейчас несколько архимагов, на случай магических атак и отряд стражи в триста человек на случай физического нападения. В-четвёртых, здесь останется двойник вашего величества. Думаю, что этих мер будет достаточно.

Советник серьёзно готовился к встрече с маркизом. И даже предложил королю уехать на время из столицы, в чём сейчас его и уговаривал. Разговор по кристаллу насторожил советника тем, что маркиз выглядел магически нестабильно. И главным признаком этого был маниакальный блеск глаз. Поэтому герцог серьёзно опасался провокаций со стороны маркиза и его сторонников. Отсюда и желание защитить королевскую семью.

Король раздражённо отбросил в сторону стилос, который крутил в руках.

– Я не привык, дорогой советник, скрываться от опасности. И я маг, надеюсь не самый слабый в этом королевстве.

Королева успокаивающе положила руку на его колено. Они сидели рядом на короткой софе в кабинете короля, а напротив них мерил шагами кабинет герцог Карпади.

– Нет, – повторил он ещё раз, – я видел его глаза. Он стал ещё более безумен. И теперь может решиться на всё, чтобы исполнить свои цели. Предлагаю на завтрашних переговорах захватить маркиза и этим обезглавить заговор. Всех участников – арестовать. В маркизате дополнительно разместить отряды внутренней стражи. Издать указ о прощении тех, кто добровольно перейдёт на сторону короля и принесёт магическую клятву.

Внести в артефакт «Око» функцию ограничения дееспособности короля. Чтобы он мог иметь детей только от законных жён.

Королева улыбнулась, а король хмыкнул и заметил:

– А не слишком ли ты замахнулся? Может хочешь, чтобы у меня и не стоял ни на кого, кроме жены? Прости, дорогая, – поцеловал он руку жене.

Королева хмыкнула, но благоразумно промолчала на такие откровения мужа. Она прекрасно знала всех его любовниц и фавориток. Но договор есть договор. И о верности там не было ни слова. Хотя сама королева супружескому долгу была верна и похождения мужа её очень ранили. Но: нет любви. Король никогда её не любил и не обещал ей этого. А нет любви – нет и верности. И насильно этого не исправить. Но она мечтала уже не о любви, а, хотя бы об уважении. Однако Дамирен был из тех мужчин, уважение которых женщине добиться трудно. Магорета вот – не смогла. Она вздохнула и опустила глаза, полные обиды и понимания.

– Ну, что вы, ваше величество! Я же не варвар, до такого не додумался.

Они переглянулись и невольно усмехнулись. Каждый из них знал о другом немало пикантных подробностей. Но серьёзность момента не давала повода для веселья и все трое вернулись к обсуждению встречи с маркизом.

Но через некоторое время королева перебила их рассуждения вопросом:

– Всё это важно, я согласна. Но, что делать с мальчиком? Как и когда ему обо всё рассказать? Надеюсь, вы оба понимаете, что сделать это нужно как можно скорее? Иначе он получит информацию из других рук. И я не уверена, что она будет в нашу пользу.

Король замер, напряжённо глядя на жену.

– Ты, как всегда, права, дорогая. Но я не смогу уже относиться к нему, как к сыну. Теперь и навсегда я буду видеть в нём черты моего врага. Пожалуй, если бы сейчас щенок был здесь, он бы не выжил. Так меня обмануть! Меня!!! Которого опасаются все соседи и не только. О чём они думали?!

Герцог поморщился от его последнего выкрика, но переждав всплеск королевских эмоций, скупо заметил:

– Мальчика все считали вашим сыном восемнадцать лет. Давайте подождём с решениями до проверки артефактом. А после неё подумаем, как удалить его от двора, не вызывая лишних разговоров. Её величество права. Нам не нужен враг, нам нужен, если не друг, то надёжный союзник. Вы сами создали эту проблему, признав ребёнка любовницы своим сыном.

***

«Ничего себе! – мысленно присвистнула Василина, прослеживая взглядом бесконечную широкую просеку, которая рассекала лес, отделяя королевство от маркизата. Когда-то она была линией государственной границы, но теперь только маркизат поддерживал её в нормальном состоянии. Королевству в этом не было нужды, так как и сам маркизат теперь входил в его состав. Но правители маркизата не хотели мириться с этим фактом и продолжали считать просеку границей.

Именно сюда на безлюдный участок и переместились участники переговоров. Безопасность маркиза обеспечивали отборные отряды наёмников. Правда их было не так много, около ста человек. Со стороны королевства ещё никого не было. Или они не показывались пока.

Навию с охраной разместили в небольшом домике, который когда-то служил жилищем для пограничных нарядов. В окно она видела противоположную сторону просеки, а, чтобы увидеть свою сторону, надо было открыть дверь.

Женщина твёрдо решила воспользоваться ситуацией и бежать. Сейчас ей предстояло только ознакомиться с местностью и продумать хотя бы примерный план. Главное, оказаться на территории королевства. Там маркиз её так просто не достанет. Теперь, наученная предательством сестры, она собиралась постоянно носить охранный амулет.

Ну, и что греха таить: она рассчитывала на помощь герцога. Навия твёрдо верила, что если он будет здесь, то обязательно ей поможет.

Вначале ничего не происходило, но где-то через час раздался звук сигнального рога с другой стороны просеки и на открытое пространство вышел герцог в сопровождении ещё троих воинов. Навия остановилась у окна, наблюдая за разворачивающимся действием.

Навстречу герцогу вышел маркиз и тоже с тремя наёмниками. Обе группы остановились друг против друга в нескольких шагах. Поскольку расстояние было невелико, Навия могла слышать голоса мужчин. Герцог приветствовал противников и сразу потребовал показать лэри Редди. Маркиз усмехнулся и сделал знак рукой охраннику у двери. Тот открыл её и, не заходя в помещение, велел Навии выходить. Теперь она увидела и эту сторону просеки. Здесь наёмники не скрываясь стояли тремя большими группами на значительном расстоянии друг от друга, прикрывая фланги расположения и тыл. Часть из них была вооружена арбалетами. И наверняка болты имели антимагические наконечники. Домик стоял почти посередине между фланговыми группами.

Со стороны королевства никаких воинов видно не было. Но никто не сомневался, что они есть. Несколько арбалетчиков из отряда маркиза держали под прицелом герцога и его людей. Навия поняла, что бежать просто вперёд, пересекая просеку, не получится. Её убьют прежде, чем она сделает несколько шагов. Поэтому она послушно вышла вперёд, чтобы герцог её видел и остановилась, не доходя до маркиза несколько шагов.

– Приветствую тебя, Чёрный герцог. Давно не виделись, – начал маркиз.

– Давно, – угрожающе-жёстко ответил советник и сразу обратился к Навии:

– Лэри Редди, как вы себя чувствуете? С вами всё в порядке?

– Да, лорд советник, всё нормально, – ответила Навия. И, пользуясь тем, что лорд смотрел прямо на неё сделала пальцами знак, означающий у наёмников «движение, бег», надеясь, что герцог её поймёт. И он прикрыл глаза, показывая, что заметил её жест. Советник повернулся к маркизу и спросил:

– Каковы ваши конкретные требования?

– Признание кровного родства с королевским родом Кетвелар, – немедленно ответил маркиз. – Признание моего права на трон Бассумера. Признание моего сына Виллена наследником Бассумера.

Маркиз сложил руки на груди и выжидающе уставился на герцога.

– Скромно, – только и заметил тот. – Но вы же понимаете, что требуете невозможного.

– Почему же? Если Дамирен добровольно уступит трон, то это не будет считаться переворотом и магия Кетвеларов, на которой завязана охрана дворца, примет меня, как нового правителя.

– Его величество никогда на это не пойдёт.

– Тогда они никогда не получат лэри Навию. А она – ключ к артефакту «Око», и королевский род не сможет больше быть уверенным в чистоте крови своих наследников. Ведь применить артефакт по назначению может только хранитель.

Пока мужчины так напряжённо разговаривали, Навия делала незаметные шаги в сторону дома. Она хотела уйти с открытого пространства и получить прикрытие, хотя бы от одной группы наёмников. Возникшая в разговоре пауза заставила её замереть на месте.

Маркиз обернулся и окинул её цепким взглядом, но не заметив ничего особенного вновь перевёл взгляд на герцога. Герцог же нарочито равнодушно отвернулся в сторону. Наёмники в отдалении негромко переговаривались. Кажется, что слишком внимательно за ней не смотрели. «Жаль всё же, что я не владею стихийной магией, – подумала Навия, – сейчас бы портал и всё. Никаких проблем».

Она ещё раз оглянулась. Только стражник у двери домика глядел прямо на неё. «Пора», – решила женщина и резко выбросила заклинание стазиса, которое обычно применяют для тяжело раненых, чтобы обездвижить их на время лечения, направляя его на наёмников и, оставляя герцогу возможность сразиться с маркизом. Набросить стазис на всех у неё всё равно не хватит сил. Но обездвижить большую часть противника она смогла. Правда, ненадолго. Поэтому надо было торопиться. Но тот, что стоял рядом с ней успел бросить в неё нож, который прочертив красную черту по руке, оставил на ней магическую метку. Навия почувствовала на себе чужую магию, но снимать метку не было времени: она уже со всех ног мчалась через просеку к лесу.

Краем глаза она видела, как сошлись в бою герцог и маркиз. Как откуда-то появился отряд королевской гвардии. Их мундиры замелькали между застывшими рядами наёмников. Но она это уже не видела. Навия продолжала бежать, стремясь скрыться за деревьями и не попасть под стрелы или заклинания от той группы наёмников, которые остались вне поля действия стазиса.

«Только бы успеть, – билась в сознании мысль. – Дальше… ещё дальше… Слава Фируне – лес…». Платье путалось в ногах, мешало и тормозило бег. Навия приостановилась и, подняв подол, закрутила его узлом на талии. Теперь юбка доходила ей до колена. А что ноги оцарапаются – не беда. И магесса опять устремилась вперёд. Наконец, она остановилась и тяжело привалилась к стволу ближайшего дерева. Ни бежать, ни даже просто двигаться Навия больше не могла. И она медленно сползла по стволу на землю и села, тяжело дыша, опираясь на дерево спиной и плечами. Всё. Выдохлась.

Женщина заставила себя прислушаться к звукам леса. Погони вроде не слышно. Но потревоженные птицы щебечут уж слишком активно. Поэтому, как ни велика была усталость, магесса взяла себя в руки и через короткое время заставила себя встать, чтобы продолжить движение. Но теперь не лишь бы куда. Теперь она целенаправленно искала ручей или реку, потому что только проточная вода смывает след. Любой: и физический, и магический.

И на её счастье такой ручей, быстрый и достаточно глубокий, обнаружился неподалёку. Пройдя по нему метров сто и для верности несколько раз окунувшись с головой, Навия вышла на крутой берег там, где его рассекала глубокая расщелина и поднялась по ней наверх. Одного взгляда стало достаточно, чтобы понять: она оказалась на территории королевского заповедника. Только здесь росли синие и голубые ели и только здесь среди леса встречались массивные каменные столбы разной формы и величины. Говорят, что они были наследием магической войны в далёкой древности.

Навия устала очень. Да, и магии расходовала много и сейчас её резерв был практически пуст. Поэтому она решила поискать грот или пещерку, чтобы отдохнуть и залечить порезы и ссадины, появившиеся от бега по лесу. Обойдя ближайший останец (так в народе называли эти огромные каменные образования), Навия обнаружила на высоте примерно в два человеческих роста небольшой грот или вход в пещеру. Снизу это было не разобрать. Оглядев глыбу, женщина наметила путь подъёма и осторожно начала продвигаться наверх. Вскоре её усилия увенчались успехом, и она оказалась у входа в небольшую пещерку. Первым делом она сняла платье и хорошенько отжав его расправила на камне для просушки. Платье превратилось за эти дни в грязную тряпку, но сейчас в ручье с него сошёл хотя бы запах каземата. А вот лёгкие туфли погибли совсем, тонкая подошва оторвалась и держалась на честном слове, но сейчас Навии не было сил заниматься всем этим. Она с облегчением растянулась на тёплых, прогретых солнцем, камнях рядом со входом, который был укрыт от взглядов снизу густым кустом колючего терновника, непонятно как сумевшего вырасти на этом камне. Закрыла глаза, пригрелась и… уснула.

***

Разбудил её запах мяса, запечённого на костре. Он проникал в ноздри, дразнил и призывал к действию. Но, проснувшись, Навия сразу вспомнила, где она и что с ней было. Кроме того, она обнаружила, что укрыта какой-то одеждой. Поэтому открывать глаза не торопилась. А вначале прислушалась, пытаясь определить кто здесь хозяйничает. И где здесь: здесь наверху в гроте или здесь внизу у подножия камня?

Хозяйничали в гроте. Значит Навию видели. Конечно видели, раз чем-то укрыли. И почти сразу она услышала знакомый и уже родной голос, который с улыбкой произнёс:

– Открывай глаза, Нави, я чувствую, что ты уже проснулась.

– Как ты меня нашёл? – спросила она, поднимаясь и накидывая на себя рубаху герцога.

– На тебе след маячка остался. Слабый, но мне хватило. Охранник на тебя успел кинуть. – герцог обнял её свободной рукой и притянул к себе поближе, целуя в макушку. Вторая рука была занята мясом, которое он переворачивал, запекая его прямо на камне.

– Но ты не беспокойся. Наёмники схвачены почти все, благодаря тебе.

– А маркиз? – спросила Навия, подняв голову и встречаясь с Ташем взглядом.

– Ему удалось уйти порталом. Но его ищут и ловят. Королевским указом он объявлен изменником и врагом королевства.

Навия расстроилась. Бегство маркиза означало только одно: их противостояние продолжится.

– Что будем делать?

– Прямо сейчас поедим и начнём восстанавливать магию. Я почти весь резерв растратил. Да и ты тоже. А потом поговорим.

И было в этом «поговорим» столько предвкушения, что Навия даже забеспокоилась, пытаясь угадать тему разговора.

Потом они поели, долго медитировали, восстанавливая магическое равновесие. Но у Навии не проходило ощущение, что всё это – прелюдия к серьёзному разговору. Так и вышло.

Они молча сидели у костра в гроте. Ташерег обнимал её за талию, прижимая к себе, а Навия теребила, перебирала, гладила пальцы его руки, которой он её обнимал. И в этой тишине и идиллии советник вдруг произнёс:

– Нави, нам надо быстро пожениться. Я понимаю, что все женщины хотят романтики, цветов и подарков. Но я не могу ухаживать за тобой долго. Чтобы защитить тебя и девочку мне надо на тебе жениться. Тогда никто не посмеет нанести вам вред, зная о последствиях.

Вот, что-то такое Навия и предполагала. И если Таш думал, что обижает её, то он ошибся. Ей не важны были внешние проявления ухаживаний. Гораздо важнее было чувствовать искреннюю заботу, внимание и поддержку. Можно сто раз сказать «люблю» и совсем не любить. А можно не говорить, испытывая стеснение или следуя характеру, но много раз доказывать свою любовь. Герцог мало говорил о любви. Но как быстро Навия привыкла опираться на его плечо. Как быстро поверила, что он поможет, поддержит, не бросит. Всегда.

Она повернулась к герцогу и провела ладонями по его щекам. Ладони ощутили лёгкую колючую щетину. Провела пальцами по бровям. Они ощутили шелковистость густых смолянистых дуг. Суровое, мужественное, красивое и такое родное лицо. Прикоснулась к губам в лёгком поцелуе.

– Таши, я согласна. Я сама думала об этом. Но, что будет с графиней? Ведь она любит девочку.

– Тётушка, если захочет может жить с нами.

– А с нами – это где?

– С нами – это в моём замке, там, где вы жили. Тебе понравилось, кстати?

– Да, спасибо. Мы с малышкой чувствовали себя, как дома.

– Вы и были дома. Прошу простить меня за вторжение посторонних. Поверь, родная, больше этого не повториться. И никакие особы из моего прошлого не омрачат твои дни. Я уже достаточно наказан за своё легкомыслие: тебя умудрились убрать из моего собственного замка. Не наказывай меня ещё больше своей обидой.

Герцог поцеловал Навию куда-то в ухо и притянул к себе ещё ближе.

– Я не обижаюсь и даже не думала этого делать, Таши. Но охранные заклинания придётся усиливать. Я собираюсь перевезти к тебе «Око». Найдётся у тебя надёжное хранилище?

– Найдётся. И ты права, король торопит с обрядом проверки. Да и маркиз ушёл и неизвестно ещё, что он предпримет. Так что, «Око» надо перевезти быстрее.

Они замолчали и долго ещё сидели у костра, обнявшись, даря друг другу лёгкие мимолётные поцелуи и испытывая невыразимое блаженство от присутствия рядом дорогого и любимого человека. «И никаких страстей египетских, – всплыла в сознании фраза из прежнего мира, – Вася усмехнулась, крепче обняла герцога, забираясь к нему подмышку и, угнездившись, задремала под его рукой, убаюканная негой и поцелуями.