31

Неделю спустя Марина – Следующий! – крикнула я в приоткрытую дверь, выпрямила спину и придала лицу строгое выражение. Как-никак, при исполнении! – Раса, вид магии, возраст и желаемый факультет? – задала положенный вопрос очередному абитуриенту, – или, как их тут называют, «соискателю» – лопоухому румяному пареньку с роскошным угольно-чёрным вороном на плече. Птица смотрела в мою сторону пустыми равнодушными глазами, в отличие от её хозяина, взиравшего на меня так, словно я была вершителем его судьбы. Увы, молодой человек, я тут всего лишь статист, регистрирующий желающих поступить в академию. – Ведьмак, целительская магия, – сообщил парень неожиданно густым басом, совершенно не подходившим его тщедушной фигуре. – Мне тридцать восемь лет, поступаю на лекарский факультет. Я аккуратно заполнила положенные графы в толстой регистрационной книге, как всегда тихо хихикнув над графой «возраст». По меркам этого мира мои тридцать четыре года, и правда, были почти детскими. Не зря леди Велветина сказала, что я совсем девочка. Эх, была бы у меня магия, сама бы могла поступить в академию! Погрустив в душе над своей волшебной бездарностью, выдала пареньку специальный браслет и инструкцию: – По нему будешь ходить в столовую, библиотеку и магазины на территории академии. Сейчас иди заселяйся и следи за информацией на магдосках в фойе своей общаги – там будут даты и места экзаменов. – В фойе чего, простите? – смутился паренек. – В фойе своего общежития. Общаги, – приобщила его к земной терминологии. Паренек с вороном исчез за дверью, и больше в кабинет никто не ломился. Так что я расслабленно откинулась на спинку стула и призадумалась. Уже неделю я работала в приёмной комиссии академии Ильдарии. Начала трудиться буквально на следующий день после эпических разборок в ректорском кабинете и безобразной сцены, случившейся в ректорской кровати. Фу, даже вспоминать о ней не хочу! Почему работать именно здесь? А больше негде! Хорошо, хоть сюда взяли – без магии в академии даже выдавать книги в библиотеке не возьмут. Я подперла щеку ладонью и огорчённо вздохнула – как бы прекрасно было, обладай я хоть каким-то волшебным свойством. Может, тогда не переживала бы так, что с возвращением на Землю у меня просто беда бедовая… Дверь распахнулась, не дав мне погрузиться в пучину отчаяния, и в кабинет ввалились два моих зелёных великана. – Марина! Сестрёнка! – прогудели на два голоса. – Котики мои! – взвизгнула я и кинулась к ним. С той встречи в моей спальне и потом в ректорском кабинете мы не виделись – опять братцы пропали, как сквозь землю провалились. – У тебя когда обед? – поинтересовался Ёкс. – Хотим пригласить тебя в трактирию. – Да у меня хоть когда обед – тут за режимом работы никто не следит, – обрадовалась я приглашению. Повесила на дверь табличку с сакраментальной фразой «Никого нет, приходите позже», и мы отправились в трактир неподалёку от академии, где я уже бывала. – Рассказывайте, куда пропали? – велела, когда мы разместились за деревянным столом возле окна и сделали заказ. – Нас отец свататься возил, – смущённо признался Шмок, а Ёкс недовольно нахмурился. – Вау! – восхитилась я. – Так вы теперь женихи? – Я жених, мне девушка понравилась, и нас обручили. А Ёкс от своей отказался, и теперь батюшка в гневе – он пообещал отцу девушек, что обеих в нашу семью возьмёт, – пропел Шмок и насмешливо взглянул на брата. – Она рыжая, – недовольно скривился старший брат. – Мне не нравится. Все рыжие – ведьмы, даже если у них нет метлы. – Да ты шовинист и расист. Смотреть надо на душу и сердце, а не на расу и волосы, – возмутилась я. – А ты, Марина, почему в приёмной комиссии работаешь? – Ёкс решил не углубляться в дискуссию и переключился на меня. Интересно, чем ему так ведьмы не угодили? Или какая-то огрела его своей метлой, когда он был ребёнком? Оставила, так сказать, психологическую травму на всю жизнь? – Где ещё мне работать? У меня выбор невелик. Или у вашего папеньки-короля жить, или работать в академии, чтобы мне не требовалась опека мужчины. Я насупилась, не желая вспоминать, что ещё есть вариант выйти замуж за гада-ректора – он мне за прошедшую неделю раз десять под разными соусами предлагал. Но этот вариант я даже в теории рассматривать не собиралась. – А что плохого, если тебя мужчина будет опекать? – парни недоумённо переглянулись. – Я всегда предпочитала сама зарабатывать, а не на шее у мужика сидеть. Жить привыкла одна, без оглядки на всяких там… И здесь не собираюсь изменять своим принципам, – нравоучительно произнесла я. Взяла ложку и сунула её в тарелку с супом, которую поставила передо мной рослая подавальщица в кокетливом розовом передничке. Вообще, как я заметила, дамы в этом мире любили женственные наряды с пышными юбками, открытыми плечами и корсетами на шнуровках. Смотрелось, да, очень привлекательно. Но я такой надеть отказалась наотрез, сколько меня гад Даниланис ни уговаривал. Так и ходила в своих земных брючках и блузке. А ректор пусть скажет спасибо, что я вообще согласилась взять у него немного местных денег. Взаймы, конечно, до первой зарплаты – мне ведь надо как-то здесь жить, пока не найду способ вернуться домой. Я снова нахмурилась и сердито засопела – опять Станислас в мои мысли лезет, как уже влез в жизнь, так бессовестно сломав её. И пусть он утверждает, что не виноват в том, что я попала в портал, – не верю, как говорил Станиславский! Стопудово приложился к этому безобразию. В трактир ввалилась шумная компания молодёжи. Пять парней и две девушки. Смеясь и толкаясь, заняли стол неподалёку от нас. Я их помнила – буквально вчера всех видела в своём кабинете. Они меня тоже узнали. Начали наперебой здороваться, с любопытством поглядывая на моих спутников – как я поняла, огры в академии нечастые персоны. Ребята сделали заказ и, дожидаясь, пока им принесут еду, принялись громко болтать, так что мы невольно слышали весь их разговор. – Вы знаете, что Нэтали Арайская собирается поступать в академию? Дочка декана Арайского, – воскликнула одна из девушек, хорошенькая шатенка с шоколадными глазами и мягкими движениями. Оборотница, если мне не изменяет память, факультет общей магии. Я навострила уши – дочка декана Арайского? Того самого жирдяя, что чуть не сослал меня на рудники? Которого я обязательно пну при первом удобном случае? – Странно, – протянула её подруга, не очень красивая платиновая блондинка, тоже оборотница, но собравшаяся поступать на факультет артефакторов. – Нэтали такая сильная магичка, и у неё отличное домашнее образование, зачем ей академия? Я прищурила глаза и, не забывая с аппетитом жевать, продолжила слушать. – Говорят, Нэтали удивительная красавица. Надеюсь, она будет учиться в моей группе, – мечтательно протянул один из парней, рослый плечистый оборотень, будущий боевик. – Что ей делать на боевом? – ревниво возмутилась блондинка. Понизила голос и добавила таинственным тоном: – И вообще, я уверена, она здесь совсем не для учёбы… Взгляды устремились на её ставшее загадочным лицо. Я так вообще свернула уши воронками и ловила каждое её слово – неведомая дочка декана меня заинтересовала. Если папаша такое гуано, то дочура, скорее всего, та же самая субстанция. И у меня эта неведомая Нэтали заранее вызывала неприятные подозрения. Блондинка ещё немного понизила голос и торжествующе зашептала: – Ректор Даниланис – вот причина её появления здесь! Нэтали давно охотится за ним и собирается быть к нему как можно ближе. Для этого и поступает в академию. Вот это да! Я от услышанного едва не подавилась пирогом, который как раз пыталась откусить. Ну, ректоришка, гад винторогий! Придёшь ты ещё ко мне со своими мерзкими предложениями наглой руки и блудливого сердца! Я тебе такое устрою, казанова недоделанный! "Кракс!" – тарелка с хлебом, на которую я в этот момент смотрела, разломилась на две части. – Марина… – осторожно позвал Шмок, – что с тобой? Я подняла на братьев глаза: – Всё в порядке. А что? – Ну… у тебя такое лицо сделалось… И тарелку вон сломала. Я перевела недоумённый взгляд на глиняные обломки, заваленные кусками хлеба. Пожала плечами. – При чём здесь я? Просто тарелка бракованная попалась – с трещинами была, вот и лопнула сама по себе. – Ну да, сама по себе, – недоверчиво протянул Ёкс. – Надо тебе свою магию научиться контролировать, сестра. Не то проблем не оберёшься. Я прищурилась: – Магию? С этого места поподробнее, мальчики… Через час я сидела в своём кабинете, злая как тысяча чертей. Сопела и чуть не огнём плевалась от бешенства – ну, Даниланис, ну гад. Магии, значит, у меня нет?! Всё, теперь ходи и оглядывайся, чудовище! Дверь кабинета открылась. Я повернула голову и обомлела. На пороге стояла неземной красоты девушка и надменно меня рассматривала. В свою очередь, я пялилась на неё и потрясённо молчала – бывает же такая красота! И ведь не в косметике дело, и не в фильтрах инсты… Вау, как говорится. Оценив моё состояние, красавица на миг презрительно поджала губы и чарующим голосом мифической сирены произнесла: – Хватит глазеть на меня, милочка. Живо приступай к выполнению своих обязанностей. Моё имя Нэтали Арайская.