Глава 16

— Йорик, — решилась я, когда пес доел свою порцию и с надеждой уставился на нетронутую тарелку. — Где наш рогатый защитник? Ищи, малыш. У нас ужин стынет. И хозяйка сегодня добрая.

Йорик тявкнул, понял команду (или учуял возможность выпросить еще еды) и рванул вглубь дома. Его звонкий лай вскоре донесся откуда-то со стороны восточного коридора.

Черт стоял у открытой двери в Храм Времени. Стоял неподвижно, заложив руки за спину, его высокая фигура в холщовой робе резко выделялась на фоне зияющей за дверью темноты. Йорик сидел у его ног, тихо поскуливая и оглядываясь на меня.

Хотя мои шаги звучали вполне отчетливо, мужчина даже не вздрогнул. Он смотрел вглубь библиотеки. Его поза была напряженной, сосредоточенной. Как у человека, пытающегося разгадать сложную головоломку или вспомнить что-то очень важное.

— Молодец, малыш! — похвалила я радостно завилявшего хвостом пса и поинтересовалась у Редиса: — Ужин ждет. Чего ты тут стоишь?

Тот медленно обернулся. Зеленые глаза в свете керосинки, которую я держала в руках, были темными, нечитаемыми. Ни злости, ни высокомерия. Только глубокая, почти болезненная задумчивость.

Черт молча посмотрел на меня, потом снова в черный провал двери.

— Здесь… — его голос был низким и хрипловатым, — здесь должно быть что-то важное. Я чувствую.

Мне тоже казалось, что в столь идеальном порядке наверняка сохранилось что-то очень важное. Пусть не сама разгадка, но подсказка, как нам победить Хаос.

Храм Времени манил войти и меня. Царящий внутри застоявшийся покой нарушали лишь тиканье и бой часов — не назойливые, а такие… убаюкивающе-гипнотические. После дня, полного гремлинских воплей и лязга ломов, это было как манна небесная для ушей.

Йорик, кстати, в библиотеку не рвался, усевшись у порога, как будто охраняя вход в другое измерение. Что, в общем-то, было недалеко от истины.

Зато Редис уже был внутри. Зашел как к себе домой. Только вот выражение лица у него было не «ой, как мило», а «мама дорогая!». Он медленно поворачивался, впитывая взглядом каждый стеллаж, каждый мерцающий циферблат. Его пальцы нервно сжимались и разжимались, сминая ткань холщовой робы.

— Ну что, ваше сиятельство? — осторожно спросила я, шагнув за порог и с наслаждением вдыхая запах воска и старой кожи. — Узнаете родные пенаты?

Черт не ответил. Прошел вдоль стены и остановился у огромных напольных часов в углу. Дубовый корпус, бронзовые гири, маятник, мерно качающийся, как сердце комнаты. Протянув руку, он провел пальцами по резной панели под циферблатом, где была вырезана какая-то сложная розетка.

— «Хранитель»… — прошептал Редис так тихо, что я едва расслышала. Голос был странный — отрешенный. — Его привезли после большого пожара в Восточном Поместье. Говорили, что часы остановили огонь, но это глупость. Просто вовремя сработал механизм отвода дыма в дымоходной шахте… — Он замолчал, резко отдернув руку, будто обжегшись. Зеленый взгляд метнулся ко мне, полный паники и непонимания. — Откуда я это знаю?!

— Может, в прошлой жизни был пожарным? — пошутила я, пытаясь снять напряжение.

Но внутри все ёкнуло. Мой черт знал не просто известную всем легенду, а технические детали.

Редис фыркнул и двинулся дальше, будто на автопилоте. Остановился у каминных часов с эмалевым циферблатом, изображающим охоту на единорога.

— А эти раньше принадлежали герцогине Элеоноре: их ей подарили, зная, что она обожала охоту. Но еще она ненавидела часы. Говорила, тиканье сводит с ума. — Черт сначала снисходительно хмыкнул, а потом со злостью топнул ногой, напугав крутящегося рядом Йорика. — Почему я это помню?! Откуда это все лезет?!

Редис выглядел потерянным и злым. На себя, на библиотеку, на проклятые часы, которые что-то будили в его пустой голове. Он прошел к стеллажу, не глядя ткнул пальцем в толстый фолиант в синем кожаном переплете с тиснеными звездами.

— «Хроники Лунных Приливов и Их Влияния на Магию Подземелий»… — пробормотал он название, которое я даже выговорить с первого раза не смогла бы. — Тут ошибка на странице двести тридцать четвертой. В формуле расчета резонанса. Автор перепутал коэффициент вязкости эфира с… — Черт замер, заметив мой изумленно-напряженный взгляд. — Я… я не читал этого! Я даже не знаю, что это за книга!

Он отшатнулся от стеллажа, как от гремучей змеи. Его дыхание участилось. Редис был похож на дикого зверя в клетке собственной памяти. Или ее отсутствия.

— Эй, спокойно. — Я сделала шаг к нему. — Может, ты просто слишком начитанное привидение? Крутился здесь, пока не превратился в статуэтку? Или это интуиция?

На самом деле я понимала, что несу бред, просто надо же было как-то успокоить разволновавшегося черта.

Он не ответил. Просто отвернулся и направился к большому письменному столу, склонился над открытой записной книжкой. Его лицо было сосредоточенным, почти отрешенным.

Там на странице были схемы какого-то механизма с комментариями, я мельком глянула, когда мы заходили сюда днем, и запомнила, потому что ничегошеньки не поняла. Йорик подошел и устроился у моих ног, наблюдая за Редисом с собачьим любопытством.

Рогатый черт взял перо из стакана. Окунул его в чернильницу, которая, к моему удивлению, оказалась не сухой. И… начал писать. Рядом с одной из схем. Быстро, уверенно, почти не глядя.

Естественно, я подошла поближе и наклонилась, чтобы рассмотреть. Почерк Редиса был другим. Более угловатым, стремительным, чем аккуратные строчки в книжке. Но… мама дорогая! Как же они были похожи. Очень похожи! Та же манера выводить заглавные «Р», тот же наклон, та же энергичная подача пера. Почерк Лукаса в контракте был другим. Чистым, каллиграфическим, холодным. А этот…

И тут я подняла голову и на верхней полке стеллажа слева от стола заметила толстенный том в темно-бордовом переплете. Заголовок золотом едва читался в полумраке: «Энциклопедия Порядка». Вдруг эта книга поможет мне разобраться в происходящем безумии?! Он манил меня к себе, как магнит.

Стремянки рядом конечно же не было. Зато у стола стоял массивный дубовый стул с высокой спинкой. Я пододвинула его к стеллажу, залезла, поняла, что не дотягиваюсь, и почти не задумываясь встала на вроде бы крепкий с виду подлокотник. Приподнялась на цыпочки, потянулась к вожделенному фолианту… Пальцы уже коснулись корешка…