Глава 9

У истоков времен существовал лишь один мир, Кахатис. Он был населен множеством рас, и каждому в нем находилось свое место, но не каждый был этим местом доволен… Слишком разными были существа, населявшие огромный материк и океаны, его омывающие. Вражда меж ними была неизбежна, как и крах Кахатиса.

Основные расы, населявшие Кахатис в шестисотом тысячелетии до эры Великого Переселения, – лакне, ильфы, люди, дарги и гномы.

Лакне – в переводе на человеческий язык демоны – жили обособленно и с другими расами пересекались лишь для торговли оружием, мехами и травами из непроходимых лесов-болот. Хотя некоторые из них в виде исключения устраивались наемниками. Воины лакне пользовались огромным спросом: им щедро платили за силу, выносливость, молчание, отсутствие милосердия и верность слову. Такого наемника невозможно было перекупить, переубедить или разжалобить. Притязаний на женщин иных рас они не имели, ибо пару могли найти лишь среди себе подобных.

Казалось бы, с какой стороны ни посмотри – всюду для нанимателя одни плюсы. Но был один маленький минус. Один раз в жизни, в половозрелом возрасте, у мужчин лакне наступал особый период, когда они практически полностью теряли над собой контроль. Наступал этот период внезапно и длился примерно год. Мужчина буквально за несколько дней терял нормальный облик, меняя ипостась и подчиняясь лишь животным инстинктам. Жуткий звероподобный перевертыш являл собой огромную опасность: ловкость и хитрость его практически не оставляли противникам шансов. И только предначертанная судьбой именно для него самка-лакне могла помочь обезумевшему успокоиться и вернуться в прежнее состояние. За подобную опасность натуры, за звериную суть демонов больше всего сторонились ильфы.

В людских сказках их принято называть эльфами. Высокомерные, магически одаренные и невероятно красивые, они также предпочитали селиться лишь на своей территории. Рождаемость у ильфов была не самой лучшей: пара могла произвести одного-двух детей за всю долгую жизнь. Жизнь длиною примерно в сто пятьдесят лет.

Селились ильфы в огромных замках, окруженных богатыми на дичь лесами, полноводными реками, чистейшими озерами и горами, в недрах которых таились драгоценные камни. Эти создания почитали мудрость, красоту и комфорт. И дорожили они себе подобными больше других, поэтому покой свой оберегали как можно тщательнее, предпочитая избегать контактов с другими расами. Женщин своих ильфы и вовсе чужакам не показывали, стремясь скрыть от посторонних их необычайную красоту, природную грацию и внутреннюю силу.

Осторожность ильфы проявляли не зря, ведь с севера их соседями были люди – озлобленные, лишенные магии существа, постоянно совершающие набеги на чужие земли. Им всегда и всего было мало: не хватало огромной, выделенной богами территории; недостаточно было уважения и почтения от других рас; их терзала постоянная нехватка золота, воды и сырья…

Людские женщины рожали столько детей, что мужчины часто не в силах были прокормить свои семьи. От безысходности, терзаемые голодом, подстрекаемые своими женщинами, мужчины теряли моральный облик и осваивали самое неприглядное ремесло: грабежи, войны, убийства… Сосед шел на соседа, брат на брата.

Иногда к власти приходил мудрый правитель, и ему удавалось навести временный порядок на землях людей: провести реформы и направить энергию толпы в мирное русло. Тогда возрождалось искусство, строились новые города, поднимался общий уровень жизни. Среди людей неожиданным образом обнаруживались настоящие таланты: поэты, архитекторы, ученые… Но такие времена, недаром называемые всеми другими расами затишьем, быстро заканчивались, и в погоне за властью и деньгами возрождались междоусобицы, перевороты и смертоубийства.

Война была сутью людей, наличие рабства – нормой. Никогда не знали они равноправия: пока одни наслаждались балами, другие умирали в трущобах от голода. Но как только озлобленность людской толпы достигала своего пика, на их территории вступали соседи с запада. Дарги.

Кровопийцы. Вампиры. Безжалостные существа с мертвыми телами, жаждущие испить жизнь живых до дна. Даргов люди ненавидели и боялись. «Кровь за кровь» – таков был издевательский девиз предводителя вампиров, приводившего свою стаю в людские земли на кормежку. Ни одна другая раса не вмешивалась в массовые убийства, молча наблюдая со стороны за беспощадным истреблением людей. «Сами напросились», – читалось на надменных лицах ильфов. «Без них станет спокойнее», – равнодушно пожимали плечами лакне. «От них слишком много проблем», – качали головой гномы. «Главное, что они не трогают нас», – переглядывались меж собой сирены…

Много было рас на Кахатисе, но ни одной не было дела друг до друга, все искали выгоды лишь для себя, и однажды боги, устав от равнодушия созданных ими существ, решили изменить давно устоявшийся порядок. Огромный материк был разорван на несколько равных частей, и раскиданы они были по разным измерениям. Так из одного мира появилось множество новых. Все расы были разделены и стали существовать отдельно друг от друга, пока не пришло время им вновь воссоединиться. И родился однажды первый Открывающий двери, и не было для него запретных территорий… Стал он проводником в миры иных рас, и началась новая история. Новая эра, названная эрой Великого Переселения.

– Кто такие Открывающие двери? – Оторвавшись от книги, я затуманенным взором уставилась на Азарда, лицо которого выражало вселенскую скорбь пополам с мыслями о массовых убийствах.

– Мне некогда, Мира, – отмахнулся шеф: мол, переспроси завтра, а лучше через год.

Весь стол демона был завален кипами бумаг, папок и небольшими, переливающимися изнутри огненными всполохами шариками. Один из них лежал очень близко к краю с моей стороны. Прямо вот очень. Еще чуть-чуть, и он сам упал бы к моим ногам. Ждать этого момента я не стала, логично рассудив, что от падения эта гадость может и взорваться. Поэтому, быстро привстав, аккуратно схватила шарик и… Он лопнул в моих руках!

– Мир-р-р-ра! – ревел шеф, пока я озадаченно рассматривала оседающие вокруг искорки. Они сыпались с потолка, облепляя стены, пол, стеллажи, диван и стол, оседая на бумаги и оставляя в них малюсенькие дырочки. Теперь документы выглядели словно кусочки ткани, изъеденные молью.

М-да, что ж меня никто не предупредил о наличии пиротехники в кабинете? Да и вообще, здоровье застраховать, что ли?

– Покажи руки! – В следующий миг я обнаружила шефа рядом с собой. Его немного трясло, но явно не от радости общения с любимой саирой.

– Вот. – Я флегматично покрутила руками перед носом демона и, опустив голову, печально вздохнула. Хотела как лучше, а вышло как всегда. И почему-то так грустно от этого стало, что даже виноватой себя не ощущала. Наверное, слишком устала от неожиданностей последних дней.

– Ожогов нет, – тем временем заключил Малихович, аккуратно осмотрев мои ладони. – Странно. Что ты почувствовала, когда сполох оказался в твоих руках?

Сполох – это, видимо, тот самый шарик? Угу, очень подходящее название.

– Раскаяние? – попыталась надавить на жалость я.

Демон поморщился – не поверил.

– Я имел в виду боль, жар, – подсказал он, указывая глазами на мои руки, – дискомфорт. Что-нибудь подобное?

– Ничего подобного. Только испугалась от вашего крика.

– Так, может, мне еще прощения попросить?! – снова повысил голос Малихович.

– Было бы очень кстати, – охотно согласилась я, краем глаза наблюдая, как тлеет большой черный лист на столе.

– Вон!!! – прокричал демон прямо мне в ухо. – И чтоб сидела в приемной как мышь в клетке!!! Тихо! Смирно! Безвылазно!!!

Кто я такая, чтобы спорить с начальством? Выскочив в приемную, прислонилась к захлопнувшейся за мной двери, перевела дыхание и прислушалась. Тихо. Только гул необычный появился. Пылесосит он там, что ли?

Внезапно я ощутила чье-то легкое прикосновение к своей руке. Резко обернувшись, увидела весьма озадаченную Ирму. Блондинка пристально меня осмотрела, после чего с любопытством осведомилась:

– Расскажешь?

– Нечего говорить-то, – как можно беззаботнее пожала плечами я.

– Угу, – покивала собеседница, – поэтому ты из кабинета своего эрда словно ужаленная выскочила. Кстати, твоя блузка дымится.

– Он у меня жуть какой жаркий мужик, – поделилась сокровенным я, похлопывая себя по плечу. Жаль: блузка, кажется, безнадежно испорчена – рукав прожжен в двух местах.

– Да, повезло, – натянуто улыбнулась Ирма, продолжая стоять над душой и переминаться с ноги на ногу. – Это точно, да…

Говорила блондинка невпопад и вообще думала о чем-то своем. Заметив эти странности, я попыталась обойти ее, чтобы тихо погоревать в своем уголочке. Не тут-то было. Девчонка встрепенулась и преградила мне путь, вперив суровый взгляд в мое удивленное лицо.

– Нам нужно поговорить, – выдало это трепетное создание совсем неподходящим ее облику серьезным тоном.

– Так я всегда «за». Говори. – Добродушно улыбнувшись, я снова попыталась пройти к своему столу. Безуспешно.

– Не здесь, – припечатала Ирма. – Выйдем на балкон, и я установлю кокон тишины. Даже у стен есть уши.

М-да. Кажется, весь этот мир помешался на шпионаже. Но мне приключений хватит. Причем с запасом как раз на год вперед.

– Эрд запретил покидать приемную.

– Мы быстро вернемся, – не отставала от меня блондинка.

– Нет. – Я решительно отодвинула липучку в сторону и все-таки протиснулась мимо нее. – Надо поговорить – излагай, а нет – так не мешай мне заниматься самоанализом и предаваться тоске по былой жизни.

– Я хочу, чтобы ты обучила меня, как выжить в твоем мире.

Опа. Оглянувшись, поморгала и осмотрелась. Кроме нас с Ирмой по-прежнему никого не было. Значит, послышалось. Махнув рукой, уселась в свое кресло и приготовилась отдаться в загребущие лапы депрессии.

– Ты что, оглохла, человек? – На мой стол приземлилась пятая точка, затянутая в отвратительно розовую мини-юбку. – Или набиваешь себе цену? Так вот, я не собираюсь платить за твои услуги больше, чем они стоят. Ну говори, что хочешь взамен?

– Твои волосы себе на парик.

Это вырвалось как-то само – меня слишком достала эта беседа. Хотелось покоя и тишины.

– Мои что? – ошарашенно переспросила Ирма, тихонько сдвигаясь к самому краешку стола.

– Что слышала. – Я злобно зыркнула на собеседницу. – Или режь, или не приставай.

Спустя несколько секунд долгожданного молчания послышалось уверенное:

– Да забирай! Я себе новые отращу. – Рука Ирмы потянулась к канцелярским ножницам. – Только учить будешь по высшему разряду! Чтоб я приехала и на Земле чувствовала себя как дома.

– Ты что, серьезно? – Пришла моя очередь недоверчиво моргать и качать головой. – Брось ножницы, я же пошутила. Зачем тебе это нужно? Ты – успешная, красивая… В саиры вот взяли.

– Я объясню. – Собеседница закатила глаза, устало вздохнула и встала, поманив меня за собой. – Только не здесь – не хочу, чтобы нас кто-то услышал.

Признаюсь, она меня заинтриговала. И вообще, Ирма вела себя совершенно неправильно. Не так, как всегда. Я привыкла видеть блондинку с глупым скучающим выражением лица, занимающуюся какой-то ерундой: она либо пела дифирамбы себе любимой, либо листала модные каталоги, либо с восторгом бегала по поручениям напыщенного эрда Суена. Раньше, но не теперь. Так в честь чего подобные метаморфозы? Покосившись на дверь кабинета Малиховича, я мысленно попросила прощения у демона и пошла за Ирмой. Не выйдет из меня послушной мышки, ох не выйдет…

Балкон, как его небрежно назвала моя спутница, и вправду находился «совсем рядом» – в том же крыле, что и приемная, но двумя этажами выше и дальше-дальше по бесчисленным коридорам.

«Азард меня убьет», – думала я, следуя за Ирмой. Однако добравшись наконец до места, переживать по поводу смерти от рук демона перестала: поняла, что он – меньшее зло. Дело в том, что вышли мы со спутницей не куда-нибудь, а на одну из крыш академии. Огромную, плоскую, находящуюся прямо между двумя башенками и являющую собой самый настоящий лес, хоть и в миниатюре. Здесь было все: кусты, деревья разной высоты, непонятные вьюнки и лианы… Но пугала даже не эта «роща чудес» на высоте пятиэтажного дома, а ее обитатели. На деревьях вили себе гнезда те самые птероцитавры – голуби, которых я намерена была обходить стороной до конца жизни!

– Капец, – только и смогла вымолвить я, упираясь спиной в захлопнувшуюся дверь.

– Ага, – счастливо подтвердила моя спутница, – красотищ-ща! Хоть и иллюзорная, но свобода! Площадь крыши увеличена за счет магии, где-то в глубине леса даже небольшое озеро есть!

И я бы попробовала восхититься, но тут и начал сбываться мой самый жуткий кошмар: один из монстров, сидящих на ближайшем дереве, сорвался вниз и подлетел к нам, остановившись буквально в паре метров. Я открыла рот на всю возможную ширину и приготовилась орать, да так, чтобы даже дух самопознания услышал и примчался узнать, что случилось. Но меня остановил ощутимый толчок в плечо.

– Тихо! – сурово сдвинув брови, произнесла Ирма. – Ты его напугаешь и нас выдашь. – Повернувшись к «голубю», она продолжила уже значительно ласковее: – Таскхне, прости, дружочек, я не принесла тебе ничего. Ну-ну, не расстраивайся, Ирма принесет тебе вкусненького чуть позже. А пока лети, мне нужно поговорить с этой леди.

Две пары глаз уставились на шокированную меня. Пару раз моргнув, поняла, что леди – это я и от меня ждут реакции. Судорожно покивав, попыталась улыбнуться поглядывающему на меня птероцитавру. Видимо, вышло не очень хорошо, потому что птичка попятилась, а спустя секунду и вовсе упорхнула в дальний угол крыши.

– Ты все-таки напугала его, – с укором покачала головой блондинка.

Я даже дар речи на миг потеряла. Так жалко «бедную птичку» стало, ага…

– Он напугал меня гораздо больше!

– Таскхне безобиден, Мирата. Он ест лишь морепродукты и кое-какие травы.

– Угу, это ты так думаешь, а я предпочитаю перебдеть. Скажи-ка лучше, многие в Рейване разговаривают с этими? – указала подбородком в сторону деревьев.

– Нет, только потомки лесного народа, – беспечно пожала плечиками девушка. – Моя мама – нимфа, а отец – демон. Дар передался мне почти без изъяна, хотя иногда я все же путаю термины, ведь кровь разбавлена. Я – смеска.

Последнюю фразу девушка произнесла едва слышно. В ее голосе мне послышалась печаль. Хотя кто их разберет, этих местных?

– А я – просто человек, – хмыкнула и снова покосилась на деревья, – но поняла все, что ты говорила птероцитавру.

– Говорить с животными ты не сможешь при всем желании, – терпеливо поясняла блондинка, – но мою речь ты понимаешь. Это дар приспособленки проявляется.

Ох, бедная моя голова! Столько нюансов на меня одну – это чересчур.

Девушка тем временем подошла ко мне и, взяв за руку, подтащила ближе к цветущей буйным цветом флоре.

– Хватит подпирать собой дверь, – пробубнила она. – Постой здесь, сейчас я сделаю полог, и мы поговорим о деле.

Я стояла. Стояла и смотрела вокруг, словно умалишенная, впервые выпущенная из своей палаты на прогулку. Магический лес жил своей жизнью: пели птички, цвели цветочки, стрекотали кузнечики. Я очень надеюсь, что это были кузнечики…

– Готово! – Моя спутница удовлетворенно потерла ладошки и осмотрела голубовато-прозрачное марево, накрывшее нас двоих.

Я ощутила себя той самой мышкой, которой велел быть Малихович, только не в клетке, а в большой стеклянной банке, перевернутой горлышком вниз. Надеюсь, воздух не кончится.

– С чего бы начать? – запоздало задумалась Ирма. – Пожалуй, с главного! – Она с размаху ткнула указательным пальцем мне в грудь и закричала: – Какого Хула ты меня выдала?!

Голос у блондинки оказался очень громким, у меня даже в ушах зазвенело. А птероцитавры – ничего, как сидели на деревьях, так и сидят. Значит, работает купол.

– Ты слышишь меня, человек?! – продолжала разоряться моя странная собеседница. – Я спрашиваю, зачем тебя понесло к Хаарону?!

– Тебе-то какое дело? – Невозмутимости моей не было предела. – Захочу, еще раз пойду! И никто мне не помешает.

Разве что сердце остановится от страха, а так никто.

– Ты просто не понимаешь, что натворила, – уже спокойней заговорила Ирма.

– Так поясни.

– Моя жизнь кончена, – зашептала блондинка. На миг мне показалось, что она вот-вот разревется, но нет – девушка быстро взяла себя в руки и продолжила говорить, сверкая глазами, полными непролитых слез: – Я – полукровка. Дочь демона и лесной нимфы. Ни то ни се, понимаешь? Даже у тебя чистая кровь, человек, а я – смесок. Такой я родилась, но не смирилась! У меня был план, придуманный за много лет до твоего появления! И ты все разрушила за несколько дней. Всё – надежды, мечты, веру в светлое будущее.

– Ирма, я…

– Не перебивай меня! – Блондинка топнула ножкой и сжала кулаки. – У меня был план. Несколько простых продуманных действий. Первое – достичь совершеннолетия, второе – продать невинность подороже и третье – купить себе приглашения на лучшие балы. Я бы вышла замуж за какого-нибудь старого толстосума и тогда…

– Потрясающий план. – Не удержалась от шпильки, виновата. – Всю жизнь подкладывать свое тело под богачей. И долго ты его придумывала? Теперь понимаю, почему на Землю хочешь, у нас там даже специальная профессия для таких, как ты, есть.

– Таких, как я? Смесков?

– Проституток.

– Заткнись! – взвизгнула Ирма. – Ты не смеешь говорить со мной так! Ты ничего не знаешь!!!

– Ну, это мы уже проходили. – Я разочарованно вздохнула и повернулась к выходу.

– Нет, постой! Хорошо, я больше не стану кричать. Я и не собиралась. – Ирма нервно всхлипнула. – Это все ты. Талант у тебя такой, видимо, выводить на эмоции. Ладно, слушай. Я начну с событий многолетней давности, но постараюсь быть краткой.

Итак, родители моей рассказчицы оказались выходцами с Золия, материка смесков. Отец – демон высшего ранга, мать – лесная нимфа из Эльтиаралина. Когда боги разорвали Кахатис, все расы оказались в разных мирах. Один из таких миров был назван Эльтиаралином, он стал домом для эльфов, русалок, нимф и сирен.

– Это по-настоящему дивное место, – с восхищением рассказывала Ирма. – Природа там исключительная, земля плодородная, воздух чистый и свежий…

– Конечно, если все работоспособное население в Рейван перебралось. Здесь все гадите, а там красота…

– Мира! Ты ведь не понимаешь, о чем говоришь! – Тонкие брови блондинки гневно сошлись на переносице. – Эльтиаралин – моя мечта, но… Его правила слишком строгие. Да и как иначе сохранить все то ценное, что есть в мире, если не с помощью железных правил? И тем они строже для жителей, чем ниже их социальный статус.

– Так твоя мать из тамошних крестьянок? – догадалась я.

– Да нет же! Мама из почтенного древнего и уважаемого рода. Но от нее отреклись.

– Э-э-э…

– Ты вообще умеешь молчать?! Бесишь. – Ирма прижала пальцы к вискам, демонстрируя то ли крайнюю степень задумчивости, то ли головную боль, вызванную моими словами.

Я милостиво кивнула и сложила руки на груди, готовая слушать дальше.

– Спасибо. Итак, от моей мамы отреклись из-за ее выбора. Отец приезжал в Эльтиаралин с официальным визитом и полюбил лесную нимфу. Полюбил, обаял и увез с собой, обложив весь ее род грязными словами и выкопав ее храмину. Он очень импульсивный у нас.

– Чего он выкопал?

– Храмину, – покивала Ирма. – Это такое дерево своеобразное. Когда рождается нимфа, ее отец срезает саженец со своего дерева и сажает храмину для дочери, совершая особый ритуал привязки. Так поступают веками, тысячелетиями. Все нимфы связаны с лесом, в котором родились, поэтому они так заботятся о природе. Случись что-то с храминами – погибнут и они.

А потом появился мой отец. Все были против их союза, ведь нимфа не может жить вдали от своих корней дольше трех лет. Даже самые сильные погибают от магического истощения. А остаться на Эльтиаралине он не мог – закон запрещает жить там чужакам, не имеющим крови обитающих в этом мире рас.

В общем, ему разрешили попрощаться с мамой и послали в обратный путь одного. Он отказался идти в заданном направлении и придумал новый план. Выкопав храмину мамы, отдал большую часть своих сил на их перенос и обоснование в Рейване. Теперь он – демон низшего ранга, а она – первая беглая нимфа. От нее отреклись родные, его отказались принять после содеянного. Нашей семье повезло, что на Рейване есть Золий – материк смесков с весьма щадящими законами.

– Ничего себе история. – Я печально улыбнулась. – Все отвернулись. Да и сами они наверняка быстро поняли, что натворили, раскаялись и живут, ненавидя друг дружку.

– Нет. – Блондинка тоже заулыбалась. – Родители обожают друг друга. Живут душа в душу и плевать им на всех остальных. – Ирма снова нахмурилась. – Им плевать, а мне нет! Я хочу нормальной жизни. Хочу на балы высших, хочу огромный дом на берегу моря, хочу ни от кого не зависеть, не пресмыкаться, не ловить на себе насмешливые взгляды! И я была близка к поставленной цели, но тут появилась ты!

– Можно с этого места поподробней? Чем я конкретно тебе насолила?

– Начнем с того, что эрд Эйсилим выбрал из всех предложенных саир человека. И тогда его друг и подпевала эрд Суен решил последовать примеру. Из трех вариантов, среди которых были также высшая демонесса и демоница низшего уровня, он предпочел оказать великую честь мне! Полукровке. Благотворитель прямо, так его растак! Уважил! Ползай, полукровка, у него в ногах и умирай от дикого восторга.

– Хм, а Азард говорил мне, что стать саирой – это честь. Выходит, врал?

– Не врал, – с досадой махнула рукой Ирма. – У таких богатеев, как наши эрды, каждая желает стать тенью. Он обеспечит, приласкает, а потом на волю отпустит без обязательств – сказка прямо. Но у меня сделка с другим почти была заключена. На избавление от девичества, за баснословную сумму, между прочим. Я себя берегла как могла, чтоб побольше денег с первого раза заработать, а тут этот выскочка нарисовался с ордером от Совета провидиц. И знаешь что? В случае секса со своим эрдом во время его переходного периода саира не получает дополнительной оплаты. Шиш мне, а не выгода! Как тебе такая подстава?

– Мне уже начинать извиняться? – с сомнением спросила я. Ну вот честно, не видела причин гореть от стыда. Не виноватая я, это все демоны…

– Погоди! Дальше больше! Только я смирилась с тем, что стану саирой этого зануды, – взмах руки в неопределенном направлении, – только подобрала нужную тактику общения с ним и начала разрабатывать новый план, как раскрутить эту нечисть на деньги и остаться девицей с перспективой, как ты снова влезла не в свое дело!

– Никуда я не лезла, надо больно.

– Угу, а кто к Хаарону пошел? Из-за кого курсы для приспособленцев устраивают? Жили мы спокойно, никто про нас и не знал. А теперь этот… дух самопознания всех поименно перечислил! Обязал нас явиться и учиться.

– Нас? – Мои глаза стремительно округлялись от понимания. – Ты тоже понимаешь языки?

– Понимаю. И это ужасно! Я не хочу карьеру, я хочу удовольствий! Когда мы отучимся, нас закидают предложениями со всех миров, и при этом ни один нормальный мужчина не захочет меня в жены.

– В каком смысле «нормальный»?

– Богатый!

– А-а-а. Не преувеличивай, с твоими-то данными…

– К Хулу данные! Дар приспособленки очень-очень редкий и проявляется только у тех, в ком магии – кот наплакал. У низших рас или смесков. Это – клеймо! Словно тебе на лбу напишут черными несмываемыми чернилами: «Я – представительница низших слоев общества, иметь со мной серьезные связи стыдно!»

– Однако… – Мне было о чем подумать.

Значит, если отучусь здесь, то смогу работать в Рейване. Или даже в том самом Энте… Этина… как его там? В общем, в любом из миров. Раньше в мою голову подобные идеи не закрадывались. А ведь заработать и стать независимой – это именно то, чего я давно хотела.

– Эй, человек, ты вообще меня слушаешь? – Ирма снова ткнула меня пальцем в грудь.

– Слушай, прекрати так ко мне обращаться, я ведь не называю тебя помесью бульдога с носорогом? Нет. Потому что я воспитанная девочка.

– Воспитаннее только Тарина с ее вечно недовольной физиономией и угрозами подсыпать мне слабительное в чай.

– Да, саиры в этом году все как на подбор, – согласилась я.

Мы захихикали. Нервно, немного истерично, но слаженно.

– Так вот, Мирата, – спустя пару секунд вновь подала голос блондинка, – я решила выучиться и уехать в мир людей. Там найду демона, выгодно продам девичество и куплю огромный дом. У вас самые подходящие условия – никто не может заставить меня работать.

– А здесь что же, заставляют?

– Здесь могут прислать приказ от Совета провидиц, и все, не отвертишься. Им обязаны подчиняться абсолютно все жители Рейвана и трех других миров. Все, кроме вашего.

– А мы неплохо устроились, – обрадовалась я. – Пожалуй, я с тобой домой рвану. Осталось только год здесь выжить.

– И девственность не потерять, – охотно закивала Ирма.

– И не помереть случайно, заказав себе ядовитую еду или посетив не тот кабинет, – печально заметила я.

– Я научу тебя, как здесь все устроено, – воодушевленно предложила собеседница, – а ты научишь меня правилам вашего мира!

– Это прекрасная сделка, только мне неизвестно, кто там управляет нами. Могу лишь про быт и взаимоотношения рассказать, географию еще, историю там…

– Мне это и нужно! Договор?

– Да, – я счастливо улыбнулась, – договор!

И тут все «голуби» вспорхнули вверх. Разом. Вместе. Беззвучно.

– Ой, – шепнула Ирма, прикрыв губы рукой, – что это? Надо купол убрать.

Нехорошее предчувствие змеей заползло в душу. Голубоватое марево над нами растаяло, а следом пропали последние крохи надежды на лучшее…

– Мир-р-ра!!! – кричал мой дорогой шеф откуда-то снизу.

Попадос.

– Ну я это… пойду, что ли? – Блондинка скоренько рванула к двери.

– Подожди, как это «пойду»? А мне что делать? – Я шокированно огляделась по сторонам. – Мне же самой дорогу назад не найти! А демон уже явно на пределе, надо бежать к нему. И вообще, если Малихович меня убьет – никто тебе не поможет освоиться на Земле!

– А ты пайк включи, – посоветовала девчонка, – дотронься до шарика и пошли мысленно команду «Включить». Он тебя сам найдет. Я здесь буду лишней. Удачи!

Дверь захлопнулась. Мышка в клетке, как и просили. Сделав все, как сказала блондинка, тут же услышала в голове тихое:

«Входящий вызов, принимаете?»

«Принимаю», – выдохнув, подумала я.

«Где ты?!»

«На крыше вашей академии. В лесу», – вяло ответила я.

«Стой там!!!»

Он пришел быстро. Очень-очень быстро. Я даже заподозрила, что есть какой-то другой проход, ведущий напрямую снизу сюда.

Дверь отворилась и с грохотом ударилась о стену. На пороге стоял Азард Малихович. Рогатый, красноглазый, когтистый. Нужно было что-то сказать, и срочно.

– Искали меня? – с напускным спокойствием осведомилась любимая саира эрда Эйсилима. – А я тут это… голубей вот кормила.

Он зарычал и двинулся на меня, обнажая клыки в широченной улыбке. А может, к черту вежливость? Да, так оно всяко лучше будет.

Развернувшись, я со всех ног рванула в глубь леса. Мчалась я быстро, неудержимо и не разбирая дороги. Догнали меня, правда, еще быстрее. Не успела я окончательно перепугаться и впасть в отчаяние, как была прижата к широкой каменной груди демона и уведомлена в самую макушку:

– Попалась.

Я забилась в его железных объятиях, пытаясь вырваться, но все оказалось тщетно. Однако стоило на секунду затихнуть, дабы перевести дух, как меня, словно игрушку, приподняли в воздухе и развернули к лесу задом, к демону передом.

Стало жутко. Азарда трясло, но не от страха, а от бешенства, отголоски которого видны были в его ярко-красных глазах. Ноздри демона часто расширялись, словно он – хищник, принюхивающийся к жертве. Образ дополняли впалые щеки, обтянутые кожей скулы и острые клыки рядом с моим лицом.

– Ты боишься, Мира? – тихим бархатным голосом проговорил мой личный кошмар.

Я вздрогнула и снова попыталась бежать, но была схвачена за волосы. Небрежным рывком он притянул меня к себе и заставил откинуть голову назад. Большой палец его правой руки с силой прошелся по моим приоткрытым губам, вызывая тем самым еще больший трепет и страх.

Возможно, впервые за все время нашего знакомства я не ощущала вожделения или возбуждения от его прикосновений. Наоборот, хотелось оказаться как можно дальше от этого дикого, безжалостного, чужого существа, игравшего со мной в кошки-мышки.

– Азард… – начала я свою пламенную речь. Начала и тут же закончила под напором его сухих жестких губ. Демон в буквальном смысле заткнул мне рот поцелуем. Подобием поцелуя. Не было ни ласки, ни нежности. Я чувствовала лишь неистовый напор и желание показать, кто хозяин. Он подавлял, сминая губы, ранил кожу клыками, отравляя мои мысли и чувства ненавистью и злобой. В какой-то момент я даже хотела сдаться, но тут его когти рванули блузку, глубоко оцарапав плечо. И я, зашипев от боли, выплеснула всю свою ярость, вгрызаясь в его губы своими зубами.

Во рту появился терпкий привкус железа, по парку разнесся вой Малиховича: не ожидал, скотина, что стану сопротивляться? Раскатисто расхохотавшись, я шмыгнула носом и приготовилась к новой порции «нравоучений». Лишь бы не бил…

Но демон, отпрянув от меня, словно девица от извращенца, помотал головой и посмотрел вокруг с немалой долей удивления. В его взгляде явно читалось непонимание происходящего. Этот гад или шикарный актер, или больной садист с амнезией. Хотя мне без разницы: ни то ни другое его не красило.

– Дальше что? – спросила, нервно озираясь. – Убьешь и закопаешь прямо здесь? Или сначала изнасилуешь?

– Мира… – Малихович пробежался недоверчивым цепким взглядом по моему лицу, остановившись на губах и подбородке, перепачканных кровавыми потеками. Кожу саднило, плечо болело, душа рыдала в голос, но я очень старалась оставаться внешне спокойной.

– Я слушаю, – подбодрила демона.

Подняв к лицу руки, он посмотрел на следы содеянного. Моя кровь украшала подушечки пальцев. Демон зарычал, а я дернулась всем телом, ожидая нового нападения.

Но он лишь схватил мою руку и поволок за собой к выходу. Молча, решительно, ничего не объясняя и не извиняясь. Как всегда. Лишь спустя несколько лестничных пролетов и три коридора я услышала спокойный голос начальства:

– Больше никогда не уходи с выключенным пайком.

Вот так. Получи, Мира, под дых и возрадуйся, что обошлось малой кровью.

– Сюда, – продолжил Малихович. Передо мной распахнулась ярко-желтая дверь. – Это медицинский пункт, входи. Асмиальтиасхель тебе поможет.

– Мне поможет только пробуждение от этого кошмара, – пробурчала я, нервно стряхивая его руку со своей. Ишь ты, заботливый демон, редчайший экспонат! В гробу я его заботу видела. Тьфу-тьфу-тьфу, где здесь дерево?

– Приветствую вас, господин ректор. – Нам с демоном, меньше всего сейчас напоминающим «господина», улыбнулась роскошная девушка с заостренными кверху ушками и длинными распущенными волосами цвета расплавленного золота. – Чем обязана?

– Ильфа, – прошептала я, не успев уследить за языком.

– Полукровка, – поправил меня шеф-педант. – Но обладает исключительными способностями. Асмиальтиасхель, помоги моей саире. Она… была травмирована из-за своей природной неосторожности.

Мои брови сами по себе взметнулись вверх, а с языка сорвалось язвительное:

– Я такая неуклюжая: то губы в кровь искусаю, то плечо о дверной косяк порежу. Надеюсь, с лестницы упасть не придется.

– От людей всего можно ожидать, – пожала плечиками Асми… бла-бла-бла-ель, окидывая меня ледяным презрительным взглядом.

Все, детка, подругами нам точно не быть! Да и здороваться при встрече вряд ли стану: много чести.

– А вы много чистокровных людей встречали? – уточнила я делано безразличным тоном. – Как там, кстати, погода, на Золии? Вы же с материка смесков?

Красотку перекосило, отчего у меня на душе весело защебетали птички. Сделал своему врагу гадость – на сердце радость!

– Что именно нужно сделать с этим человеком, господин ректор? – злобно сопя, спросила Асма (буду ее так называть). – Укоротить язык?

– Ты разве не услышала меня? – В голосе демона появились стальные нотки. – Девушка – моя саира. Знай свое место, Асмиальтиасхель.

К моему удивлению, и без того слишком светлокожая ильфа побледнела еще сильнее и, чинно кивнув, поманила меня к себе.

А я не гордая: подошла, присела рядышком, затихла в ожидании.

– Не шевелитесь, госпожа саира, – проговорила красотка, поднимая свои ладони к моему лицу. – Закройте глаза и расслабьтесь, я не причиню вреда.

Вот так бы сразу! Во всех мирах мораль одинаковая: необходимо откровенно нахамить новому знакомому или пригрозить расправой, чтобы получить взамен доброжелательное отношение. Редко когда происходит иначе.

Покосившись на Азарда, подпирающего входную дверь, я удовлетворенно вздохнула и закрыла глаза. Вот парадокс: он меня искусал в порыве гнева, а я все еще ищу у него защиты и доверяю гаду. Слишком уж я добрая и наивная, пора браться за свое воспитание. Эх, мне бы Баху повидать. Где же ты, мой всезнающий домовой?

– Готово. – Мелодичный голос Асмы заставил меня вздрогнуть и распахнуть глаза. – С ранами на лице я справилась, а вот плечо придется подлечить мазью. Сейчас выдам вам лекарство и бинты из резерва.

– Спасибо, – искренне поблагодарила я, с удивлением ощупывая собственные губы. О событиях на крыше теперь свидетельствовало лишь мое слегка побаливающее плечо. Ай да Асма, ай да кудесница! Прям расцеловала бы ее, не будь она такой заносчивой мымрой.

– Не стоит благодарности. – Ильфа добродушно улыбнулась в ответ. Прямо не верится, что это она десять минут назад бросала на меня брезгливые взгляды. Леди переменчивость, кажется, очень боится моего Азардушку. То-то же! Хотя я и сама его побаиваюсь, чего уж там…

– Идем, Мира, – подал голос тот, кто занимал мои мысли.

Я кивнула и, печально вздохнув, пошла следом за шефом. На этот раз наше молчание было недолгим, мы миновали всего один лестничный пролет, как демон заговорил снова:

– Думаю, тебе пора домой. На сегодня ты достаточно сделала для академии и меня лично. Дух самопознания проводит прием, Жанет занята оформлением прошедших отбор, мои замы и заведующие кафедрами сбились с ног из-за непреднамеренного начала учебного семестра, Аногриз в моем кабинете восстанавливает документы, подвергнутые самому настоящему вандализму… Здание гудит словно улей. Можешь быть собой довольна, драгоценная моя, и спокойно спать.

– Боюсь, разодранное вами плечо и жуткая психологическая травма, добрый вы мой, не дадут быстро заснуть, – парировала смелая я, сжимая в руке баночку с драгоценной заживляющей мазью.

Малихович обернулся и застыл на месте, заставляя тем самым остановиться и меня. Мы смотрели в глаза друг другу несколько очень длинных секунд, после чего демон устало спросил:

– Сильно напугал?

– Да, – честно призналась я.

– И ты меня напугала, глупая человечка. – Азард нервно поправил воротник рубашки и, сурово сдвинув брови поближе друг к другу, продолжил разговор с ненаглядной саирой: – Неужели трудно хоть раз сделать, как я прошу?

– Нет, просто…

– Просто тебе наплевать на запреты. И я так понимаю, что один Хул знает, куда тебя занесет в следующий раз.

– Да кто такой этот Хул?

– Бог глупости, Мира!

– Вот оно что! – разозлилась я. – Значит, мне благоволит бог глупости? Интересно, какой из них ведет тебя? Явно это кто-то непредусмотрительный, недальновидный и не умеющий держать себя в руках!

– Именно так и есть! И если ты не научишься выполнять мои указания, то пеняй на себя! – прорычал Азард. Его красные глаза полыхнули злобой, а губы сжались в жесткую непримиримую линию.

Ну вот, я точно саира от Хула: мало того что успокоить своего эрда не могу, еще и сама подпитываю его гнев. А ведь демон мне платит деньги за свое спокойствие… Эх, чувствую, квартальных и тринадцатой зарплаты нам с моей жабой не видать.