Глава 26

Руки обожгло столь сильно, что всё моё тело заполыхало, точно я шагнула в костер. Огненные языки поползли вверх, лизнули сухожилия, пронзили живот.

Боль отрезвляла.

Ресницы дернулись, и ослепительный свет ударил в глаза.

Либо я умерла и очутилась в райских кущах (что сомнительно, с моей-то биографией), либо благополучно очнулась.

Вроде бы второе. Ура!

Впрочем, рано радоваться. Во мне не хватило сил даже на полноценный вздох. С трудом разлепила веки, сфокусировала взгляд. Всё та же наполненная ванна и лежащая в ней Тина, посиневшая от холода.

Сколько длилось забытье? Оно казалось долгим и вязким, но, судя по тому, как тяжело дышал в углу Джон, прошло не так много времени.

Это хорошо. Наверное.

Сложно соображать, когда с ладоней будто бы заживо содрали кожу, а в голове бьет набатом.

Я видела, как в руках мистера Пирса мелькнул окровавленный скальпель. Он вновь склонился над бесчувственной Тиной, приложил два пальца к её шее, проверяя пульс.

— Всё нормально, время есть, — успокоил самого себя.

Этот псих её прикончит. Вот так запросто, прямо на моих глазах. А потом переключится на меня саму. В итоге Эдварда встретят три свеженьких мертвеца с дурацкими записками. Почему-то в голову пришла фраза лично для меня: «Она была слишком рогата».

Ха-ха.

Даже шутить не получается. Мысли увязают в болоте.

Так, надо попытаться сконцентрироваться.

Скальпель коснулся кожи, но лекарь не спешил надавливать. Зашептал что-то, накрывал свободной ладонью лоб обнаженной девушки. Дьявольские заклинания или просто бредни  — не могла разобрать.

Я подняла из глубины себя все ресурсы. До единого. До жалкой капли. Не прошу многого. Всего один удар. Возможность откинуть этого психопата и спастись. Ну же. Согласна хоть на цепь, хоть на хлыст, хоть на энергетическую волну.

Наверное, кто-то наверху (или внизу, смотря с какой стороны глянуть) меня услышал, потому что в пальцах появилась чувствительность. Крохи силы устремились по нервным окончаниям. Дрожащая рука взметнулась вверх, и мистера Пирса отбросило в другую часть ванной комнаты.

Сжимающий окровавленный бок Джон воспользовался моментом и кинулся на него. Даже не повалил, а попросту придавил весом своего тела. Лекарь зашипел что-то, откинул с себя моего телохранителя. Неудивительно, тот был слишком слаб. Страшно представить, каких усилий стоил ему этот бросок.

Тот, кого мы так долго искали, спокойно поднялся на ноги, отряхнул штанину, словно его заботила невидимая соринка на ней.

Я тоже встала, пусть и нетвердо, держась за стенку.

— Значит, ты его настоящая истинная пара? — Мистер Пирс причмокнул. — Неужели в тебе тоже есть это?

— Что это?

Я загородила собой Тину. Глупое желание, но хоть так.

— То, что делает тебя особенной. Жалко, что я не смог прочувствовать тебя в прошлый раз. Твой ручной щенок мешал. — Он с ненавистью глянул на побелевшего Джона, отпихнул его ногой как мешок с картошкой. — Потерял целую порцию снадобья зазря. Да ещё не связал недуг императора и то, что в тот день ты выпила моё снадобье. Не понял, что вы связаны, и он помог тебе очухаться. Как жаль, как жаль. Но если ты по-настоящему истинная, всё можно исправить. Прямо сейчас.

До меня дошло. Тот успокаивающее зелье, которое я приняла из рук лекаря. Вот из-за чего я видела Кирату. Оно до сих пор горчило на моих губах отравой.

Получается, в прошлый раз Эдвард умудрился разделить со мной его действие, и потому я проснулась? А сейчас?..

Лежащий мужчина вновь застонал, совсем слабо. Сквозь ладонь, что судорожно сжимала бок, сочилась кровь, выплескивалась, заливала собой одежду и пол.

Джон не выживет. Не дождется помощи, даже если я смогу перехитрить лекаря.

Поток воздуха сорвался с моих ладоней.

Но я метила не в хладнокровного убийцу.

В Джона. Чтобы хоть как-то залатать ему рану. Слабые исцеляющие чары всё же лучше, чем ничего.

Той энергии, что сохранилась во мне, не хватило бы на полноценную атаку. Я не смогла бы обездвижить этого чокнутого врачевателя, не смогла бы отбросить в сторону. Зато я смогла ненадолго продлить жизнь хорошему человеку.

И если найду способ переиграть лекаря, то и у Джона появится крошечный шанс на спасение.

Только бы Эдвард меня услышал…

— Неразумно, — мужчина покачал головой, взглянув на стражника. — Ты потратила последнее на того, кто всё равно умрет. Не противься мне, поддайся, стань частью моей коллекции, её завершением, главным экспонатом. Ты мечтала о короне? Я короную тебя величием. Послужи во имя высшей цели. Обещаю, что не причиню тебе боли.

— Пошел ты…

— Иди ко мне, не сопротивляйся, — баюкал лекарь тем самым голосом, которым однажды разговаривал со мной в подворотне. — Праведному делу всегда требуется жертва. Настоящая жертва, чтобы окропить великой кровью тела…

Даже его походка изменилась, потяжелела, и движения стали плавными, почти гипнотизирующими. Он слился с теми речами, которые твердил дрожащими губами. Над верхней губой выступила испарина. В его глазах появилась рыбья пустота. Лекарь переменился, стянул оболочку, которой прикрывался долгие годы.  

Я почувствовала, как перед глазами тускнеет, и мне опять становится дурно. Ноги вновь подкашиваются, в ушах молотит кровь.

Удар за ударом.

Бум-бум-бум.

Лекарь совсем рядом. Я попыталась отпихнуть его, но ослабшие руки поднялись и тотчас опустились, неспособные даже согнуться.

Вся моя сила уходила на поддержание жизни Джона.

Я сама загнала себя в угол.

Оставалось только рухнуть в новый обморок и тем самым сильно облегчить мистеру Пирсу жизнь. Он закончит начатое, а я...

Всё переменилось в мгновение.

Снаружи донеслись шаги. Дверь в комнату открылась. Тихо. Почти невесомо.

Услышав посторонние звуки, лекарь оказался за моей спиной и дернул меня за волосы, прижимая к себе. Лезвие ткнулось мне в ключицу, поползло выше, по сонной артерии.

— Следующий шаг, император, и я перережу вашей птичке горло, — сказал психопат, даже не дождавшись, когда Эдвард войдет в ванную комнату.

Он надавил сильнее.

— Чего ты хочешь? — решительно спросил император из спальни. — Что тебе нужно?

— Вы, великий правитель. Только вы.

Что?..

Трудно мыслить здраво, когда тебя пытаются прирезать, но всё-таки я пыталась сложить воедино кусочки головоломки.

Зачем ему Эдвард? Принести в жертву вслед за остальными?

Так у Джереми Пирса был миллиард возможностей расправиться с императором в моменты его болезни. Да и с общей канвой это не вяжется. Эдвард меньше всего похож на невесту.

Чего он хочет? Попросить выкуп, начать шантажировать моей жизнью?

Нет, какой-то бред.

Моя подбитая шкурка ничегошеньки не стоит, а на дешевые манипуляции Эдвард всё равно не клюнет. Пусть я недолго знакома с ним, но изучила неплохо. Он не из тех, кто всплеснет руками и скажет: "Бери что хочешь, только не трогай её!"

Ровно в ту секунду, когда я подумала о неподкупности императора, тот произнес:

— Я сделаю то, что ты попросишь. Но, для начала, объяснись. И отпусти девушку, — Эдвард выступил на свет, но не перешагнул порог ванной комнаты. — Таковы мои условия.

Так и стоял в дверях, осознавая весь масштаб бедствия. Окровавленный Джон, бездыханная Тина, ну и в довесок я —  с приставленным к шее скальпелем. Лицо его окаменело, взгляд цепко улавливал детали. Он будто просчитывал варианты, отметал один за другим, представлял ситуацию с разных сторон.

— Отложите оружие, император.

Меч упал к ногам, и Эдвард отпихнул его в сторону. Обернулся во тьму спальни, словно в последний раз взглянул на пути к отступлению и понял: тех не имеется.

— Что тебе нужно, Джереми? — голос мужчины был обманчиво спокоен, но я ощущала, как клокочет внутри него ярость. — Ты хочешь провести жертвоприношение, не так ли? Ради чего? Чтобы высвободить демоническую кровь? — он не ждал ответа, но лекарь за моей спиной затаил дыхание и на секунду застыл. — Я прав? Чья кровь тебе нужна? Моя?

— Откуда вы… — задохнулся мистер Пирс, лезвие в его пальцах дрогнуло.

Я перестала дышать. Будет обидно, если случайно зарежу саму себя неловким поворотом головы.

Какая нелепая смерть.

— За последние сутки я чуть больше узнал про свою природу. Одного не пойму. Зачем ты убиваешь невинных девушек? Ну же. Скажи мне. Раз ты поставил меня в безвыходную ситуацию и явно не выпустишь живым, позволь хотя бы понять твои мотивы. Неужели я не заслужил правды?

Эдвард спрашивал лекаря, но смотрел мне в глаза. Безотрывно. Не позволяя отвернуться. Словно зрительным контактом поддерживал, успокаивал.

Я не помню его таким. Предельно собран, невероятно решителен. Кажется, если будет нужно — он сам шагнет под лезвие. Позволит убить себя, только бы спасти нас.

Настоящий император — не тот человек, кто копается в бумажках и раздает приказы, а тот, кто способен встать перед лицом смерти и заглянуть ей в лицо. Не испугаться. Не сломаться.

Уверена, если бы речь шла об империи, он бы поступил так же.

Интересно, что именно он узнал? О чем говорит? Что за демоническая кровь и как её высвободить?

 — Кто-то в твоей семье смертельно болен? — предположил Эдвард. — Родители или дети? Твоя возлюбленная?

— Семья? Увы, её нет, — отчеканил мистер Пирс, хватаясь за меня сильнее. — Если бы у меня были родные люди, я бы принес их в жертву. Всех до единого. Цель оправдывает средства. Но, к сожалению или счастью, первородная магия всё ещё заперта во мне.

Его длинные острые ногти впились мне в плечо. Я шикнула от боли.

Ничего не понимаю. Что за первородная магия?

Мистер Пирс — колдун?

— Ясно. Значит, болен ты сам.

Кажется, Эдвард угодил прямиком в цель. Я слышала спиной, как забилось сердце лекаря, как участилось его дыхание, как раздувались крылья носа.

— И ты хочешь, чтобы моя кровь даровала тебе жизнь, — не вопрос, но утверждение. — Тогда почему ты убиваешь этих девушек?

Император сел на пол, скрестив ноги и уперев локти в колени. Расслабленно так уселся, практически как при разговоре с лучшим другом.

Э-э-э. Вообще-то нас тут убивают. Эй!

Я из последних сил сдерживала заклинание над Джоном.

Нам не до болтовни...

Если честно, я ожидала, что у Эдварда есть запасной план, как выбраться от заварушки с наименьшими потерями. Но такое чувство, что ему действительно хочется обсудить детали убийств.

Зато мистер Пирс успокоился. Сложно видеть реальную угрозу в том, кто не проявляет никаких эмоций.

— Чтобы получить исцеляющую кровь, нужна жертва, — монотонно заговорил он. — Я пытаюсь принести её великим демонам, но те не внемлют моим словам. Я наблюдаю за вами давно, но ваш демонический дар не проявляется. Никак. Не пойму, в чем причина.

— Причина в том, дурень, что ты губишь неповинных девиц, которые не имеют ко мне никакого отношения. Жертва должна быть близка магу. Кровь за кровь, — сказал он мрачно, будто бы повторял чьи-то слова. — Возможно, подойдет любимый человек, но не факт. Но с чего ты взял, что невесты для меня что-то значат?

— Определенно значат. Я просил у самого дьявола ответа, и мне было послано видение. Одна из претенденток должна стать той самой, которая пробудит древнюю кровь. Меня направляют сами темные боги, они не могли лгать, —  внезапно он задохнулся от осознания. — Если вы говорите, что может сгодиться любимая женщина... Виктория. Ваша истинная. Как же я сразу не понял! Вы любите её!

Он шумно задышал мне в ухо.

Захотелось помотать головой со словами: "Не любит он меня, отстаньте, пожалуйста".

Но Эдвард сам прекрасно справился с признанием.

— Ты вновь ошибаешься, — лениво качнул он головой. — Я никогда не любил эту девушку. Я связан с нею, но не испытываю ничего, кроме физического влечения. А потому твоя жертва будет напрасной.

Если честно, эти слова вышибли из состояния шаткого равновесия. Потому что, сказав их, император отвернулся от меня с легким отвращением.

Наверное, он обманывал.

Или?..

Ведь в каждом произнесенном слове есть доля правды. Да и как можно полюбить кого-то за несколько недель знакомства.

— Вы лжете, — голос лекаря хрустнул. — Вы пытаетесь сбить меня с пути. Долгие годы я синтезировал нужное зелье, чтобы высвободить кровь. Я наизусть изучил ритуал. Я знал, что жертва должна попасть в безвременье.

— Но просчитался с выбором. У меня будут ещё вопросы. Например, про ту, что погибла в подворотне. Или про записки. Но потом.

— Когда же это — потом? Не будет никакого потом, император. Я выполнил вашу просьбу, теперь же...

— Потом непременно будет. Виктория, не двигайся, — с усмешкой сказал Эдвард, хотя я и так стояла недвижима.

А затем загудела натянутая тетива, и над его головой просвистела стрела.

"Мимо", — подумала я обреченно, но ошиблась.

Наконечник вонзился ровнехонько в плечо мистера Пирса. От силы удара его отбросило в сторону.

За императорской спиной появился мой брат. В руках он сжимал арбалет. Не самое любимое оружие Стэна, но он умел им управляться безошибочно.

Проблема заключалась в другом. Падая, лекарь полоснул меня лезвием. Самым кончиком, почти мимолетно.

Но иногда легкого касания хватает, чтобы довершить начатое...