Глава 3. Джонатан

В цирюльне удалось выручить целых двадцать золотых — Августина была вне себя от радости: для нее это была неплохая сумма, на которую она сможет нанять сиделку для отца на две-три недели, пока не заработает в «Приюте жаждущих» свои первые деньги.

Цирюльник развязал узел, разложил волосы по прилавку, долго протягивал их между пальцами, рассматривал на свет и даже нюхал, но в конце концов остался доволен товаром — еще бы, ведь накануне она почти час мыла их ароматным шампунем, чтобы приглушить запах бедности и болезни, казалось, въевшийся в ее прекрасную шевелюру навсегда.

Глядя на свои волосы со стороны, Тине впервые стало их немножечко жаль. Но совсем чуточку — весь резерв жалости и сострадания она истратила на медленно умирающего отца. А привязывая к поясу кошель с деньгами, в янтарно-карих глазах ее подозрительно защипало. Подозрительно — потому что слез там не было и не могло быть. Они все вылились давным-давно.

Переодевшись в женское и повязав на голову косынку, Тина отправилась на встречу к жениху. В последнее время он работал в порту, разгружая причалившие суда и загружая их местными товарами. Он постоянно менял места, чтобы найти более хорошие условия и высокий заработок — юноша на несколько лет старше самой Августины не только содержал вдовую мать и трех маленьких братьев, но и копил на крошечный домик (или хотя бы комнатку) в одном из самых дешевых районов Эльдрима.

Домик для новобрачных. Место рождения семьи Уэнсби, где Тина наконец-то сможет стать счастливой. Его еще не было, но в мечтах девушка регулярно посещала его: обставляла сделанной руками Джонатана мебелью, мыла тем самым приятно пахнущим порошком, просыпалась на рассвете под пение птиц и ждала мужа вечером с работы, накрыв ужин на стол... Этот домик часто снился ей и вообще казался таким реальным, что Августина не сомневалась — встреча с ним всего лишь вопрос времени!

Спустившись по одной из каменных лестниц, коих было в Эльдриме не счесть, девушка спустилась к морю — длинная пешеходная дорога петляла вдоль морского побережья. С одной стороны от нее теснились таверны, отели и магазинчики с дешевыми сувенирами для падких на искушения туристов, с другой дорога переходила в узкую полосу каменистого пляжа. Приезжих пока было не так много: их маленький город только готовился к началу сезона, отмывая столы, ремонтируя и убирая номера под сдачу, набирая персонал.

Еще каких-то пару недель, и на набережной станет не протолкнуться. Отели, таверны и магазины получат долгожданных клиентов, заломят цены в два раза выше зимних, стремясь извлечь максимум заработка из короткого иллирийского лета. Стремясь погреться у моря, в Эльдрим съедутся утонченные эльфы и агрессивные корки, город наводнят нимфы и духи природы — найяды и ореады, нахлынут гримлины-весельчаки для потехи публики... Но пока представители иных рас попадались не так часто, и по улицам в основном ходили люди.

Августина дошла района старого города, почти не запарившись — жара в начале первого летнего месяца стояла умеренная, к тому же, с моря постоянно дул свежий бриз. Бриз мог в любой момент превратиться в шквалистый ветер и ураган, и тогда тихое бирюзовое море в считанные минуты становилось черным, жадным до жертвоприношений бушующим монстром... Но пока погода миловала.

Небольшой порт находился почти напротив древней, утопающей в зелени крепости, стоящей полуразрушенным напоминаем былого величия Эльдрима. Дорога огибала край стены, сложенный из мощных каменных блоков, и вилась себе дальше вдоль пляжа, уводя в не такие густонаселенные, а после и вовсе пустынные берега Карнаакского моря. Но Августина свернула к узким пирсам, у которых выстроились лодки и яхты разных цветом и размеров. Джонатана она нашла около крупного, причалившего не так давно судна. Его рыжая макушка задорно блестела в солнечных лучах, делая юношу заметным издалека.

Тина подождала, пока жених освободится. Увидев девушку, Джо просиял и, подняв ее за талию, закружил на месте, вызывая зависть и веселые смешки друзей-грузчиков. После, никого не стесняясь, коротко чмокнул ее в губы и поставил на землю. С него градом лился пот. Капли на шее и лице Джонатана тоже блестели на солнце, придавая юноше праздничный и торжественный вид.

— Тина! — с чувством произнес он. — У меня грандиозная новость!

— Правда?

Немало битая жизнью Августина с подозрением относилась к любым грандиозным новостям, считая их угрозой привычному укладу.

— Я должен сам тебе все показать. Идем!

Почему-то он повел ее не в город, а дальше по деревянному пирсу, выстроенному перпендикулярно береговой линии и выступающему далеко в море. Девушка шла, держа жениха за руку и стараясь особо не глядеть в морские глубины, раскинувшиеся справа и слева от узкой полоски дерева: если и были на свете вещи помимо бедности, которых Тина боялась хуже смерти, то только моря и глубины.

— Пришли, — сияющий, как начищенный пятак, Джо остановился и развернул Августину в направлении запада.

Она проследила за его взглядом и не увидела ничего особенного. Вдоль линии пирса покачивались на воде яхты и небольшие парусные лодки, между ними поблескивала беспокойная, будто спина морского змея, изумрудно-зеленая вода. Одна из лодок — именно та, на которую с гордостью уставился ее жених — была настолько старой и убогой, что напоминала скорее древнее корыто, нежели плавучее средство. Девушка внимательнее посмотрела на суденышко и разглядела на его боку намалеванное свежей краской имя «Тина».

Земля, точнее доски, заходили ходуном под ее подгибающимися ногами. Августина отступила назад и села прямо на пирс. Ее светлая воздушная мечта врезалась в суровый берег реальности. А домик семьи Уэнсби, на который столько лет копил Джонатан, превратился в полусгнившую дырявую лодку, такую хлипкую, что Тина скорее согласилась бы сброситься со скалы, чем ступить на ее борт!

Парень тем временем перепрыгнул на судно и встал у руля, изображая капитана.

— Я открываю свое дело, Тина, представляешь? Мы будем ходить под парусами, вылавливать жемчуг, ловить рыбу и осьминогов. Да, со свадьбой придется подождать, зато у нас наконец-то появится достаточно денег и еды! Ее продавали по очень выгодной цене, грех было упустить такую возможность, Тина!

Он продолжал взахлеб перечислять что-то еще, но Августина его уже не слышала. Ужас накрыл ее с головой, она задыхалась под его гнетом, словно безысходность и отчаяние были чем-то осязаемым. Не будет у них с Джонатаном ни домика, ни даже комнатки. И еды с деньгами, вероятно, тоже — эта многострадальная колымага пойдет ко дну в первое же свое плавание...

Юноша был всецело поглощен своей новой «игрушкой» и даже не заметил, что косынка Августины, обычно слегка топорщившаяся из-за объемного пучка волос, теперь плотно облегает ее маленькую головку.

Где были его глаза, если он не заметил не только ее новой прически, но и ее сдержанной реакции? Что за духи-пройдохи так затуманили его рассудок, что он принял разбитую волнами яхту за удачное приобретение? И какого шайтана он решил назвать уродливую лодку именем своей молодой невесты?!

Что ж.

Августина поднялась на ноги и пошла прочь, не обращая внимания на удивленные окрики счастливого Джонатана. Значит, она приняла правильное решение, решив устроиться на работу.