Глава 5. Всегда читайте договор перед тем, как поставить подпись!

— Ку... курор... курортный о... тель «При... — Джонатан напрягался изо всех сил, всматриваясь в мелкие строчки.

— «Приют жаждущих», — подсказала Тина.

— име... нуемый в да.. дальней... шем ра.. работо...

— Работодателем?

— Наверное, — молодой человек сделал жадный глоток пива и снова глупо уставился в принесенный девушкой договор. Ему льстило, что в трудную минуту Тина обратилась именно к нему, но, стоило признать очевидное, такими темпами они будут читать до глубокой ночи.

Обеденного перерыва не хватит точно. Он смог вырваться из порта совсем ненадолго, да и сама Августина вскоре собиралась вернуться в свою злополучную гостиницу. Они присели в одном из прибрежных кафе, прямо на свежем воздухе с видом на море. Ценник здесь был слишком высоким, но можно было взять напитки и наслаждаться коротким отдыхом в хорошем заведении, втихомолку перекусывая принесенным Тиной пирогом с мясом.

Хотя то, чем он занимался сейчас, сложно было назвать «отдыхом».

— Давай ты прочитаешь, когда будет время, а потом перескажешь мне? — с надеждой обратилась к нему она.

— Не знаю, — Джонатан оторвался от сложного занятия и обессиленно привалился спиной к спинке скамьи. — Не нравится мне это, Тин. Почему ты вдруг устроилась на работу? Зачем тебе прямо сейчас впрягаться в лямку? Я сам пашу днем и ночью, чтобы обеспечить нам когда-нибудь приличную жизнь...

— Но этого мало, Джо! — любимая резко вскинула на него изумрудные глаза. — Твое «когда-нибудь» случится не раньше, чем на пенсии! Я тоже могу приносить пользу семье. Вместе мы сможем заработать больше!

Парень тяжело вздохнул, глядя на девушку. Она изменилась. И дело было не только в ее новой прическе и мужской одежде, что вкупе поначалу ввергли его в шок. Прежняя Тина не была так помешана на деньгах, и она никогда не сказала бы ему столь резкие слова. Его мягкая, нежная, трепетная девочка исчезла, явив миру другую Августину: с короткими лохматыми волосами, в грубой одеждой не по размеру и поникшим, но упрямым взором — без слез не взглянешь... Конечно, это началось уже давно, перемены происходили постепенно, но последняя неделя еще четче обозначила разрыв между той девушкой, которую он знал и любил, и другой ее ипостасью. Непривычной и в чем-то даже отталкивающей.

Уэнсби очень надеялся, что вторая Тина тоже вскоре станет ему родной.

— Но зачем ты пошла в этот подозрительный отель? — он потряс бумагой у нее перед носом. — В аналогичных гостиницах платят в три раза меньше! Кто тебе вообще про него рассказал?

— Одна женщина из нашего района. Подруга моей соседки — у нее в «Приюте» племянница работает, Луиза. Она дала мне объявление о поиске сотрудника и спросила, нет ли у меня знакомого парня, который находится в поисках работы.

— Но ты НЕ ПАРЕНЬ, Тина! — Джонатан схватился за волосы. Он совсем перестал понимать Августину — женщину, которую однажды хотел сделать матерью своих детей.

Да, он знал, что она несчастна — видел это по глазам и фигуре невесты. С тех самых пор, как заболел отец девушки, прежние легкость, огонь и радость покинули ее облик. И Джо вовсе не был уверен, что в его силах хоть как-то украсить и расцветить ее жизнь. Видит Светлый Лангостар, он делал все, что мог: работал с утра до ночи, чтобы помогать Августине деньгами, всегда был готов выслушать и утешить подругу... Но иногда ему казалось, что и этого слишком мало. А большего он не мог ей дать. У него самого ничего не было.

Но идти на такой рисковый шаг, даже не посоветовавшись с ним... Притворяться тем, кем не являешься, постоянно жить в страхе разоблачения — как ей только могла прийти в голову такая отчаянная идея?!

— Я могу делать все то же самое, что и мужчины, — гордо вскинула подбородок Тина. — И начальство мной почти полностью довольно.

— Может, тебе стоило устроиться певицей в один из этих баров?.. — голос Джонатана дрогнул. — Ты ведь чудесно поешь...

Августина чуть было не поперхнулась водой. Она готова была к чему угодно: мыть, скаблить, драить и готовить — но только не к тому, на что намекал Джо.

— Думаешь, я настолько в безвыходной ситуации, чтобы продавать себя первому встречному? — возмутилась она. — Разве ты не знаешь, чем промышляют певички после того, как поют на сцене? Ты готов обречь меня на такую судьбу?!

— НЕТ, ТИНА! Конечно же, нет! — у парня волосы встали дыбом от ее слов. Джонатана охватил ледяной ужас, ярость и возмущение, стоило ему только представить, что его нежную и наивную девочку станут лапать своими грязными ручищами мерзкие туристы с толстыми кошельками! — Но я не думаю, что все певицы — обязательно проститутки.

— Молва ходит именно такая. Я не хочу петь на публику, Джо. Только для тебя и... отца. Прочти договор, пожалуйста, а вечером встретимся, и ты мне перескажешь его содержание.

Она вздохнула и обратила взгляд к сияющей бликами поверхности моря. Последний ливень шел больше двух недель назад, муть и грязь, приносимая льющимися с гор дождевыми потоками, давно улеглась, и вода уже снова стала прозрачной, будто слезы младенца. Желающих искупаться в прохладном море находилось все больше.

Тина в который раз невольно позавидовала резвящимся на мелководье людям и нелюдям: юные эльдримовцы с малых лет учатся плавать, нырять и ходить по морю на лодках. Им не страшна не ледяная по весне вода, ни сильные волны, ни причудливые и зачастую опасные существа из глубин. Конечно, выживали не все. Но те, кого стихия щадила, вырастали смелыми рыбаками и мореплавателями. Такими, каким мечтал стать и Джо.

И одна лишь Августина не бегала со сверстниками на пляж, не брызгалась вместе со всеми и не визжала, когда кто-нибудь из компании друзей вдруг решал схватить ее за талию и повалить в воду. Она была «бракованной» эльдримкой: до состояния панической трясучки боялась моря и не купалась даже в самый сильный зной.

Это началось с тех самых пор, когда, будучи девочкой лет пяти, Тина чуть не утонула, плавая с другой малышней без присмотра родителей. Девушка прекрасно помнила тот ужасный случай, хотя лучше было бы уже забыть: дело было совсем рядом с берегом, в том месте, где дно предательски резко уходило на глубину. Совсем рядом плескались другие дети, на пляже сидели взрослые, разговаривая между собой и совсем не замечая того, что буквально в нескольких метрах от них захлебывается в воде маленькая девочка... А у нее не было сил ни на то, чтобы крикнуть, ни даже поднять руку — она отчаянно сопротивлялась смерти, с трудом удерживая нос на поверхности.

Она практически умерла тогда. В какой-то жуткий миг ноги и тело стали пудовыми и утянули девочку вниз. Она видела солнечный свет, преломляющийся в воде и разливающийся серебристым молоком по морской глади над ее головой... Но потом вдруг чья-то рука схватила Августину за волосы и вытащила на поверхность. Это был мальчик на пару лет старше нее самой, очень сильный и очень храбрый. Он помог ей выбраться на берег и ждал, пока она откашляется и придет в себя. И находился рядом еще долгие-долгие годы.

Его звали Джонатан.

— Хорошо, — скрипя сердцем, парень свернул договор обратно в трубочку и убрал его в сумку. — Вечером встретимся у тебя.

— Спасибо. Ты самый-самый лучший, — белокурая девушка встала, обогнула стол и поцеловала жениха в надутые губы, случайно пощекотав его шелковистыми обрубками волос. — Постараюсь быть пораньше, но вряд ли получится: сегодня заезд гостей.

— Пока, — парень смотрел вслед любимой, пока толпа праздношатающихся туристов не скрыла ее с глаз.

Они оба еще не знали, что сегодня Тина не вернется домой.