ГЛАВА 20

Звонок раздался, когда Оливер выслушивал выводы столичных экспертов. Лорд Арчибальд распорядился держать его в курсе дела, но следователям идея отчитываться какому-то ректору пришлась не по душе, что они и демонстрировали, напустив на себя важный вид и стараясь впихнуть в свою речь как можно больше специальных, непонятных непосвященным терминов.

— Простите, я отвечу, — извинился Оливер.

— Милорд Райхон, — услышал он в трубке голос секретаря. — Вызывают с телефонной станции. Спрашивают, оплатите ли вы звонок некой Хелены.

Вежливая полуулыбка, надетая для столичных гостей, сползла с лица. Сжимавшая трубку рука задрожала. Но голос остался спокойным:

— Да, мистер Флин. Попросите соединить. Господа, — Оливер посмотрел на сидящих напротив магов, — прошу меня простить, это личный звонок…

Чопорные сыщики изобразили недоумение. Пришлось указать им взглядом на дверь. Потом ждать, пока они дойдут до нее, будто специально едва-едва волоча ноги, и слушать в это время перемежаемую треском коммутатора тишину.

— Нелл? — Голос все-таки дрогнул. — Нелл, это ты?

— Да…

— Откуда ты звонишь? Где ты?

— В Ньюсби. На портальной станции.

— Как?..

— Помолчи, пожалуйста. Помолчи и послушай…

Нелл прикрыла трубку рукой. Выдохнула медленно, повторяя про себя как заговор: «Так будет правильно. Так будет правильно. Так будет…» Вчера она позволила себе поверить в иной исход, замечталась, но нежданная встреча помогла вернуться в реальность.

— С тобой хотят увидеться. — Сью затравленно вжала голову в плечи. — Мы с Аланом ни при чем. Мы никому…

По спине прошел холодок, а пальцы сами собой сложились в почти забытую фигуру, готовые сплести чью-то смерть. И разжались тут же.

— Здравствуй, девочка.

— Профессор…

Не сосчитать, сколько раз Нелл представляла себе эту встречу и сколько раз отказывалась от нее. Летом в Глисете, когда она неведомо зачем побывала в собственном склепе, ей самую малость не хватило решимости. Или же достало благоразумия не тревожить человека, которому и без того многим обязана.

— Это ты. — Он первым бросился вперед. Не обнял в порыве, а принялся ощупывать ее. Руки, лицо, волосы. — Ты. Хвала всем богам. Жива.

И тогда уже обнял. Прижал к груди, а хватило бы сил, и на руки поднял бы, как в детстве. Или как тогда, когда вытаскивал ее из рушащегося павильона, ругаясь сквозь зубы и требуя, чтобы она не смела умирать. Ей удалось выполнить эту просьбу.

— Жива, — срывающимся шепотом повторила она.

Оглянулась на освещенные окна общежития и за руку потащила наставника вдоль темной аллеи. Куда и когда ушла Сюзанна, она не заметила.

— Ты куришь? — Профессор укоризненно покачал головой, и Нелл почувствовала себя ребенком, пойманным за очередной шалостью. Но машинально закуренную сигарету не выбросила. — Все мы меняемся, девочка. И, увы, не всегда к лучшему. Но ты? Как? Почему?

У него были те же вопросы, что и у Алана в первую встречу здесь. И сейчас Нелл ответила бы, но прежде сама должна была спросить:

— Как вы узнали, что я тут? Если не от Сюзанны, то от кого?

— Ох, Нелл, я не знал, но надеялся. К Хеймрику приходил человек, расспрашивал о тебе. Оливер Райхон, здешний ректор. Юлиус решил, что его послала твоя мать. В первые годы она часто приходила, писала, нанимала каких-то независимых детективов…

— Тратила впустую деньги, которые я оставила им с Эми, — мрачно резюмировала Нелл.

— Она не могла смириться, что тебя больше нет. Не верила в несчастный случай. Юлиус уже готов был показать ей те протоколы…

— Он показал их Оливеру Райхону.

— У милорда Райхона своеобразная репутация. Думаю, Хеймрик его побаивается. Как и многие, впрочем. Но это… это не важно. Юлиус пришел ко мне на следующий день. Жаловался на Клариссу. Опасался, что она может вновь поднять то дело. Они совсем не общаются теперь, а я по старой памяти… Мы с ней переписываемся. Встречаемся, когда есть такая возможность. Я подумал, что если бы она снова наняла кого-то, то предупредила бы меня. К тому же Оливер Райхон — не частный детектив, да? Но Хеймрик был так уверен, сказал, что Райхон точно встречайся с твоей матерью…

— Он почувствовал тень? — Сердце Нелл пропустило удар. — Мою тень?

— Клариссы. — Наставник успокаивающе погладил ее по плечу. — Он решил, что это была Кларисса. Юлиус хорошо помнил вас обеих, но семейное сходство сильно, а тебя он давно списал со счетов. А я знал, что это наверняка не она. Но нужно было убедиться, поговорить с ней. Они с Эми сейчас перебрались…

— В столицу, к Лэйгипам, я в курсе, — протараторила Нелл. Проникший в душу страх не уходил от ласкового поглаживания, и она закурила еще одну сигарету. Иногда дым прогонял кошмары.

— Да, пришлось потратить время. Когда подтвердилось, что Кларисса никого не посылала…

— А Хеймрик с ней связывался?

— Нет. Не беспокойся об этом. Но Райхон… Ты не удивилась, когда я сказал о нем. Ты знала?

— Узнала буквально вчера.

— Ты?..

— Нет. Ему известно лишь то, что рассказал милорд Юлиус.

— Но зачем ему это? Чего он хочет?

— Меня.

Питер Вилберт недоуменно нахмурился.

Нелл глубоко затянулась.

— Мы с ним любовники, — выдохнула вместе с дымом. Увидела, как изменилось лицо наставника, и не сдержала усмешки. — Вот такая я теперь плохая девочка. Курю и сплю с собственным куратором.

— Он принуждает тебя? — Наставник негодующе сжал кулаки. — Шантажирует?

— О боги, нет, конечно! Он…

Самое безумное и непредсказуемое, что было в ее новой жизни. Но, наверное, и самое чудесное…

— Он предлагает мне защиту.

— Думаешь, он даст тебе ее?

Во всяком случае, попытается.

Осознание этого избавило от последних сомнений, и решение она приняла задолго до того, как простилась до утра с бывшим куратором и давним другом семьи.

Потом была ночь без лжи.

Нелл собиралась увезти ее в своей памяти.

Но она не желала тащить еще с собой и тяжесть несказанных слов.

— …Помолчи и послушай. Вчера ты сказал, что знаешь меня. Но и я тебя знаю, Олли…

Ей давно хотелось назвать его так. Пусть хотя бы это желание сбудется.

Коммутатор трещал негромко, но раздражающе, мешая прислушаться к далекому голосу. Оливер с силой притиснул к уху трубку, и сжимавшие ее пальцы уперлись в щеку. Печатка врезалась в кожу, чтобы оставить квадратную отметину-клеймо, но он этого не чувствовал.

— …Я тебя знаю, Олли. Знаю, какой ты под этими строгими костюмами и сдержанными манерами. Знаю, как ты устал от всего этого. Жизнь не оправдала ожиданий, работа не приносит удовлетворения, друзья заняты собой, а женщины уходят к другим до того, как успеют увидеть тебя настоящего… Со мной в этом плане было проще. Случай помог. И ты, наверное, решил, что я нужна тебе, чтобы что-то изменить. Но это не так. Ты можешь жить, как тебе хочется, и без меня. Отдыхать на островах, наслаждаться оперой, ходить в этот свой клуб анонимных драчунов. Это — только твой выбор. Живи, радуйся. Если тебе нужна женщина, с которой можно разделить эту радость, она появится. Обязательно.

— Мне нужна ты.

— Нет. Не нужна. Ты это придумал.

— Нелл, пожалуйста…

— Пожалуйста, — повторила она жалобно. — Не перебивай. Иначе…

Короткий щелчок — где-то в Ньюсби тонкие белые пальцы угрожающе легли на рычаг телефонного аппарата.

— Это лишь фантазии, Олли. Пустые фантазии. Ты не исправишь моего прошлого, но я могу испортить твое будущее. Не хочу дожидаться дня, когда ты это поймешь. А ты поймешь однажды, но до того… Не ищи меня. Я помню, на что ты способен, но это бесполезно. Даже если сорвешься сейчас из академии, меня здесь уже не будет. Информация о перемещениях конфиденциальна, но я не сомневаюсь, ты сможешь и ее добыть… Только в том городе, где я окажусь через несколько минут, тоже будет портальная станция. Или вокзал. Или порт… Мое свидетельство осталось в академии, так что имя придется подыскать другое. Элеонор Мэйнард ничего не стоит без документов… А твой запасной план — он никуда не годится. Сам рассказывал, как тяжело найти человека на огромной площади среди миллионов других людей, даже если это человек-маяк. И поисковые артефакты не помогут, если тот человек знает, как от них закрыться. Не трать время и силы… Береги себя. Пожалуйста. Тебе еще разбираться с бомбистами, помнишь? Не стоит отвлекаться на глупости… Вот. Это все, пожалуй…

— Нелл!

— Прости.

Щелчок — и тишина. Даже треска не слышно.

Шумно стало спустя минуту.

Влетевший в кабинет Флин замер в дверях и уставился на лежащий на полу телефон. Затем медленно перевел взгляд на валяющуюся в ярде от него трубку.

— Нужен новый аппарат. Закажите, — холодно приказал Оливер.

И звуковую защиту кабинета давно пора обновить.

— Там, — секретарь икнул и указал себе за спину, — господа ждут.

— Скажите господам, чтобы шли… к инспектору Крейгу. Меня не будет… Сколько понадобится, столько и не будет.

В Ньюсби он побывал. И нужную информацию из портальщика вытащил. И за переход, повторяя маршрут Нелл, заплатил не задумываясь. Но в том городе, как она и сказала, было несколько станций. Не считая вокзала и порта. И тысячи людей, среди которых, как ни старайся, не отыскать того, кто знает, как укрыться от поисковых артефактов…

В купе было тепло и уютно. Мягкий диванчик манил прилечь, перестук колес убаюкивал, но Нелл упрямо сидела, вглядываясь в темноту за окном, не замечая собственного отражения в стекле.

— Поздно уже, — сказал профессор Вилберт.

С этим не поспоришь. Поздно что-то менять, поздно сожалеть.

— Идите к себе, если устали, — улыбнулась она. — Не стоило тратиться на билеты в первом классе, чтобы сидеть, словно в общем вагоне. А я почитаю еще немного.

Книга лежала у нее на коленях, но Нелл так и не открыла ее, достав из сумки.

— Не хочу оставлять тебя, — покачал головой наставник.

Он и вчера говорил это. Что не оставит ее больше. Корил за то, что она не пришла к нему сразу же, даже не сообщила, что жива. Злился напоказ и называл ее глупой девчонкой.

Как итог — поезд и два соседних куне, которые профессор оплатил сам, как и портальный переход, хоть Нелл и предлагала компенсировать затраты. Она ведь успела побывать в банке, сняла со счета остаток денег и забрала из хранилища коробочку с амулетами Оуэна. Средств хватило бы не на одну поездку. Правда, без спутника Нелл ехала бы не первым классом. И в другом направлении. Но у профессора дом на западе Арлона. Далеко, почти в лесах, где практически нет людей и невероятно красиво, особенно летом. В детстве Нелл часто слышала об этом доме, доставшемся другу отца от родителей, и мечтала там побывать. Но тогда не сложилось, а сейчас…

Сейчас мечты уже не те.

— Наставник, скажите… Вчера вы обмолвились, что Оливера Райхона боятся. Хеймрик, еще кто-то… Почему?

— Не то чтобы боятся, — поморщился профессор. — Разумно опасаются. Милорд Райхон на хорошем счету в министерстве, у него влиятельные покровители. А остальное… Слухи. Ничем не подтвержденные, но оттого еще более настораживающие.

— Например?

— Дело библиотекаря. Ты наверняка слышала, семь лет назад об этом писали все газеты.

— Я не читаю газет после… Не читаю. Что это было за дело?

— Сложное. Странное. Некий маг провел в академии ритуал изменения реальности. Считалось, что все это — сказки. Но оказалось, нет. Оливер Райхон принимал непосредственное участие в расследовании. В результате преступник погиб, а все записи о ритуале были уничтожены. Но некоторые считают, что Райхон оставил их себе, и предпочитают не связываться с человеком, способным… На что угодно способным…

— Чушь. — Нелл уверенно тряхнула головой.

— Возможно, — покладисто согласился наставник. — Но ему необязательно использовать древние ритуалы, чтобы поквитаться с обидчиками. Он ведь мастер проклятий. И далеко не теоретик.

— Это тоже слухи?

— Иначе он не сидел бы сейчас в ректорском кресле. Но этим слухам я склонен верить. Хеймрик… Ты же помнишь его страсть собирать компромат на всех и каждого? Так вот, Хеймрик некогда покопался в той истории. История давняя, свидетельств как таковых не осталось, да их и не искали, но все же… Тебе известно, что у милорда Оливера была сестра?

Нелл кивнула.

— Ее убили, — продолжил Вилберт. — Давно, уже и не припомню, сколько лет прошло. Рассказывали, что ее муж что-то не поделил с бандой, заправлявшей в городке, где они жили. Его тоже убили. А спустя полгода в том городе не было уже банды. Полиция не рвалась разбираться, но знающие люди сделали выводы. Правда, широкого распространения эти выводы не получили, Райхон в ту пору еще никому не был интересен. Когда его назначили ректором Королевской академии, неприятная история всплыла, но ненадолго. У людей, сделавших столь стремительную карьеру, всегда находятся завистники, так что все разговоры списали на их происки.

Нелл поймала свой взгляд в отражении и усмехнулась.

— Наверняка так и было.

— Ты настолько уверена в его непогрешимости? — Наставник пыхтел, как тащивший их поезд локомотив. — А я, знаешь ли, готов поверить во все, что угодно, когда речь идет о человеке, который, пользуясь положением, склоняет юных девиц к… порочным связям…

— Я уже не юная девица, — напомнила Нелл. — И давайте не будем обсуждать мои порочные связи? Боюсь разочаровать вас еще больше.

Профессор смутился. Пробормотал что-то виновато. Умолк и уставился на свои ботинки.

Прежде он не был таким. Казалось, в ту ночь он постарел не только внешне, но и внутренне сделался ворчливым стариком, который сперва сунет нос не в свое дело, а после извиняется, в душе сохраняя уверенность в том, что прав и зря непутевая молодежь не слушает его советов. А может, он и правда состарился за прошедшие годы. Сколько ему сейчас? Шестьдесят пять? Семьдесят? Нелл помнила, что Вилберт был старше ее отца, но забыла на сколько лет. Она и свой настоящий возраст иногда забывала. Сложно считать годы, когда не празднуешь дней рождения.

— Вы телеграфировали Хеймрику? — сменила она тему.

— Успеется. Я в бессрочном отпуске. Если не появлюсь, обо мне и не вспомнят. Многое поменялось после твоей… после твоего ухода. Отношения — в первую очередь. Юлиус оставил меня в университете по старой памяти, но группы после вашей я уже не курировал, читал общий курс, с каждым годом все меньше и меньше часов. Замену мне найдут без труда.

— А как же ваш проект?

— Твой проект, — тяжело вздохнул Вилберт. — Ты его и закончишь.

— Нет.

— Значит, о нем можно забыть.

— А о Хеймрике?

— Ты его боишься? — пытливо прищурился профессор.

— Разумно опасаюсь, — ответила Нелл его словами. — Не хочу, чтобы он знал.

— Да-да, лучше так. Юлиус, конечно, тот еще проныра, и у него всюду свои люди, но…

— Всюду? — насторожилась Нелл. — И в академии?

— Возможно. — Демонолог сморщил лоб, что-то припоминая. — Был один мальчишка, менталист. Юлиус чуть ли не преемника в нем видел. Но на втором курсе парень отличился не лучшим образом. Ему понравилась девушка, но взаимности он не добился… традиционным образом… Однако стойкое чувство внушить не смог. Когда девушка избавилась от влияния, тяжело восприняла случившееся. Или ментальное воздействие так на ней сказалось. Она покончила с собой.

— А тот парень?

— Он был несовершеннолетним, и все же без вмешательства Юлиуса дело вряд ли замяли бы. Юнца исключили из университета, но я слышал от кого-то, что он якобы поступил в академию. Кажется, взял имя матери, начал с нуля, выбрал другую специальность. Но если и так, он мог устроиться и без помощи Хеймрика. А возможно, это всего лишь слухи. Как и в случае с Оливером Райхоном. Прости, что возвращаюсь к этому, Нелл, но… еще не поздно вернуться. Если ты не сомневаешься в этом человеке, если думаешь, что он защитит тебя. Если готова ему довериться…

Впереди показался освещенный фонарями переезд, и Нелл отвернулась от окна.

— Говорите, о том деле, о деле библиотекаря, писали все газеты? — спросила будто рассеянно.

Вилберт кивнул. Ответ Нелл он понял.

Разговор заглох, и профессор, снова вспомнив о том, что время уже позднее, поплелся в свое купе. После его ухода от двери потянуло магией. Тонкая паутинка повисла в проеме — не заслон, просто сигналка: стоит Нелл выйти в коридор, и наставник выскочит узнать, что случилось и не нужна ли ей помощь.

А помощь ей не нужна.

Вот чаю бы…

Она аккуратно разомкнула сигнальный контур, не разрушая заклинание, а лишь освобождая проход. Чтобы вызвать проводника, достаточно было потянуть за шнурок, но ей хотелось пройтись.

— Не спится? — добродушно улыбнулся немолодой пышноусый мужчина, при ее появлении поспешно водрузивший на лысину форменную фуражку. — Впервые так далеко едете?

Она неопределенно пожала плечами.

Тем же ответила на предложение принести к чаю печенья.

— Тяжело с непривычки, — посочувствовал проводник. — Трясет, шатает. Если задремать не получится, так через час в Брентон прибываем. Пятнадцать минут стоять будем, можно по перрону погулять. По тверди земной, так сказать.

— Брентон — это город? — заинтересовалась Нелл. — Большой?

— Немаленький.

— Хорошо. — Она отстраненно кивнула, уже погрузившись в водоворот сумбурных мыслей. — Печенье… принесите, пожалуйста. И принадлежности для письма…

Профессор Вилберт так храпел во сне, что не пришлось задействовать магию: демонолога было прекрасно слышно за закрытой дверью и сквозь колесный перестук. Нелл не знала, храпел ли он так до той ночи или это — еще один признак неестественно ранней старости. В одном она не сомневалась: старость, любая, что пришедшая с годами, что вызванная встречей с высшим демоном, должна быть тихой и размеренной, лишенной тревог.

Нелл думала об этом, когда, сложив законченное письмо, рассматривала в окно хорошо освещенное здание брентонского вокзала. Судя по массивному строению с куполообразной крышей и огромными окнами, за которыми просматривались просторные залы, город действительно был большим и богатым. Нелл наблюдала за сошедшими с поезда пассажирами, смотрела, как некоторые из них заходят внутрь вокзала, а остальные идут в обход к решетке, за которой выстроились в рядок наемные экипажи и несколько автомобилей. Одни сами несут свой багаж, а рядом с другими толкает тележку носильщик. Но все они торопились войти в зал ожидания или в салон кеба: в Брентоне шел дождь, и гулять в такую погоду по перрону желающих не нашлось.

Нелл тоже гулять не собиралась.

— Мисс! Всего две минуты осталось… Мисс!

Через две минуты поезд тронулся. Нелл следила за отправлением из окна экипажа.

— Спокойной ночи, наставник, — пожелала шепотом. — И спокойной жизни.

В большом городе Брентоне имелись две портальные станции. Она попросила отвезти ее на ближайшую.

Утро Нелл встретила далеко от дождя. Вместо него тут с неба валил крупными хлопьями снег. Белый-белый. Ей понадобились две сигареты, чтобы свыкнуться с этой белизной, но прежде холод пробрался под слишком тонкое для местного климата пальто, и повисшие на ресницах слезы превратились в тяжелые льдинки.

Денег, оставшихся после перехода, хватало на покупку теплой одежды, но сначала нужно было убедиться, что трата не станет напрасной, и, вместо того чтобы искать магазины, Нелл узнала адрес конторы, занимавшейся наймом охотников и следопытов. Магов они тоже брали. Север жил зверобойным промыслом, и помощь одаренных в этом деле ценилась высоко.

— Уверены, мисс? — Единственный работник конторы, моложавый брюнет с тонкими вощеными усиками, с сомнением оглядел посетительницу. — Маги нам, конечно, нужны, но условия…

— Меня интересуют только условия оплаты, — холодно, так холодно, как было на улицах затерянного в снегах городка, отрезала Нелл.

— Оплата зависит от того, насколько вы можете быть полезны. Теоретическая магия — это… хм…

— Это солидный объем базовых знаний практически во всех областях применения дара.

Наемщик не был магом, и Нелл без опаски сунула ему под нос бумажку, превращенную с помощью наводящего иллюзию амулета в диплом.

— Лечить умеете? — спросил мужчина.

— Кровь остановлю, шины наложу, снадобья, если будет из чего, приготовлю.

— А с погодой как?

— Заслон от ветра выставлю.

— Льды подвигать? Телекинез, или как оно там?..

— Я — пиротик. — Нелл разожгла на ладони огонек и на мгновение позволила ему вырасти в столб лизнувшего потолок пламени. — Растоплю, если понадобится.

Через час у нее были высокие сапоги на меху, мохнатая шапка и шуба, не новая, но теплая. В рукаве шубы лежал свернутый трубочкой контракт на имя Эрики Нолан. Через полгода, когда срок найма истечет, она вернется в этот городок и посетит другую контору — ту, что ведает гражданскими актами. Заявит о пропаже паспорта и на основании внесенных в контракт данных получит новые документы.

Начальный план на очередную новую жизнь готов.