21. Алексей

Тренировка подошла к концу, и я ждал, пока дети переоденутся, и их разберут родители. – Алексей Анатольевич! – звонкий голос семилетней Даши заставил меня обернуться. Она стояла, переминаясь с ноги на ногу, в своих ярко-розовых гольфах с блёстками. В руках – немного помятый лист бумаги, явно вырванный из альбома для рисования. – Даш, тренировка закончилась, – я потянулся за бутылкой воды. – Увидимся во вторник. – Да я не поэтому. А вы… – она покраснела и вдруг сунула мне в руки тот самый листок. – А вы нарисовали валентинку для своей любимой девушки? Я замер. На бумаге красовался кривоватый, но старательно раскрашенный маркерами рисунок: два человечка. Один – с тренерским свистком на шее, второй – с длинными жёлтыми кудрями. Они держались за руки под огромным красным сердцем. В углу пестрела надпись: «АА + девушка = ЛЮБОВЬ». – Что это, Даша? – я не знал, что сказать, как реагировать, поэтому вернул рисунок ей. – Мама говорит, что в День святого Валентина все влюблённые дарят друг другу открытки! – Даша говорила так уверенно, будто обсуждала непреложную истину. – Я знаю, что у вас нет жены, но любимая девушка хотя бы должна быть? Вам же женщины нравятся? Не мужчины? Я аж водой поперхнулся. Вот он – век интернета и толерантности. Даже семилетние девочки знают о существовании педиков. Я чё на гомика похож? Что за вопросы вообще? От малявок? – Конечно, мне нравятся женщины, и по-другому быть не может! – Отрезал я. – Да, у меня есть девушка, – добавил для железобетонной убедительности. – Вы влюблены в неё? – Пока не уверен, но она мне очень сильно нравится. Я не понимал, зачем отчитываюсь перед Дашей за свою личную жизнь, потому что не врубался, к чему она клонит и на хрена вообще завела этот разговор. – Вы с ней целуетесь? – она прищурилась, как ревнивая жена. – Что? Нет! То есть… Я вообще охренел от того, куда завёл меня этот допрос. Что дальше? В какой позе мы целуемся? Вряд ли Даша доросла до ТАКИХ вопросов, но с этими маленькими девочками надо быть осторожнее в ответах. – Папа говорит, если мужчина женщину не целует, значит, нет чувств, – девочка философски вздохнула. Я беспомощно огляделся, будто ища поддержки у пустых трибун. Но спортзал молчал. – Да. Бывает, что целуемся, – сдался я. – Тогда вам нужно подарить ей валентинку, а потом позвать её в ресторан. – Даш, День святого Валентина – это… – я замялся, подбирая синоним к слову "хуйня собачья". – Молодёжный праздник. Взрослые так не делают. Она склонила голову набок, как воробушек. – Это же неправда? Мой папа в прошлом году маме букет из ста одной розы подарил. И в ресторане они ужинали. При свечах. – Ну, твой папа… – я закатил глаза. – А ещё он сказал, что если мужчина женщину в ресторан не зовёт, значит, он… – Она задумалась. – Жалкий зануда. Это плохо? Я застонал. – Даша, пожалуйста… – Может, у вас денег нет? – Что? – Ну, чтобы в ресторан сходить. Денег на девушку жалко? – Даша… – А то Витя из старшей группы говорит, что вы скуф. – Что?! Это что ещё за словечко? Надеюсь, к педикам отношения не имеет? А то этот Витя допиздится у меня! Слухи пойдут нехорошие обо мне, и выгонят меня к чертям собачьим с этой работы. Нужно уделить Виктору двойное внимание на следующей тренировке. Будем усиленно из него чемпиона делать по ускоренной программе, чтобы у него сил не осталось языком чесать. – Ну, вам ведь уже много лет? Я схватился за сердце. – Тридцать пять, Дашенька. Тридцать пять… Она пожала плечами. – Вот видите. Вы так никогда не поженитесь. Я закрыл лицо руками. – Боже, кто вас, детей, вообще воспитывает… – Так вы пойдёте в ресторан? – она потянула меня за штанину. – Ладно, пойду. – Ура! – она подпрыгнула. – Это вам. – Протянула снова листок. – Красивее меня вы всё равно не нарисуете. Я в художку хожу уже два года. – Ты права, Даша. Так красиво вряд ли у меня выйдет. Спасибо огромное! С удовольствием подарю это своей любимой. А теперь беги переодевайся! – Жалко, что вы лысый, я бы вам ещё причёску красивую сделала. А мне вот не жалко! Впервые я обрадовался, что у меня нет на голове пышной шевелюры. Представляю, что там была бы за причёска. Вы только посмотрите на неё: и кикбоксингом занимается, и в художку ходит, и курсы парикмахеров успела закончить. Когда эти детишки всё успевают? – Это лишнее, – заверил я девочку. – Ты и так неплохо постаралась ради моего счастья. – Расскажете потом, как всё прошло, – сказала Даша и, наконец, оставила меня в покое. Ага, обязательно расскажу. Во всех подробностях! Я проводил девочку взглядом и теперь неспешно рассматривал рисунок. А ничего так… Приятно даже, что ребёнок так заморочился ради меня. Ну что? Придётся звать Олю в ресторан. Но сначала надо прогуглить, кто такие, мать их, скуфы?