Глава 21. Что в лоб, что по лбу

Все семейство Гордеевых на оставшиеся от больничного дни явно решило переехать в её комнату. Лида бы не удивилась, сообщи ей кто-нибудь, что у братьев и сестры есть особое расписание дежурств. Утром перед работой заходил Кеша с чаем, стоило ему уйти, как до обеда с ней сидела Лиза и развлекала подготовкой к свадьбе, а под вечер из секций возвращался Томирис и вместе с Эркюлем они держали вахту до самого вечера.

Бабушка и дедушка звонили регулярно, были странно взбудораженными и частенько интересовались, как дела у Кеши. Особенную активность проявлял дед. Бабушка только хмыкала, но что-либо объяснять отказывалась, аргументируя тем, что сама ничего не знает. Это «мужские дела».

О том, какие мужские дела связывали Кешу и деда, Лида узнала только спустя неделю. В тот злополучный день, когда вышла на работу. Он вообще выдался во всех смыслах примечательным.

Странности начались с самого утра, когда горничная Оленька, та самая новенькая со светлым хвостиком, к которой приставал Кент, вошла в дом с чемоданом и затравленно посмотрела на Лиду и остальных. Покрасневшие глаза и искусанные губы, тонкими пальчиками девушка постукивала по пластиковой ручке чемодана.

— Оля, что случилось? — Лида подошла к ней первой.

— Простите. А могу я, — шмыгнула, — пожить какое-то время в гостевой комнате? Меня из дома выгнали.

— Выгнали? За что? — вторая горничная чуть не подпрыгнула на месте.

— Отец. Он пьет, вчера ему пришло в голову, что я работаю на панели. Тут ведь зарплата хорошая. Отобрал все деньги, избил и выставил из дома вместе с вещами. Я всю ночь по Москве ходила, а потом, — голубые глаза наполнились слезами. — Мне совершенно некуда пойти и квартиру не на что снять. Все забрал…

— Оставайся, конечно. Я поговорю с Фаиной. Уверена, это не запрещено. Поживешь до зарплаты, а там и комнату снимешь. Я спрошу у подруги, может, она что-нибудь посоветует, — засуетилась Лида, переваливаясь со здоровой ноги на больную в сторону ключницы.

Оленька все еще стояла в дверях, не зная, как быть дальше.

— Держи. Твоя комната направо по коридору, первая дверь. Моя вторая. Будем соседками. Оставляй вещи, переодевайся и начинаем работать. Режим никто не отменял.

Лида, хоть и выросла без родителей, но в любящей семье. Она воспринимала такие истории как дикость. Особенно, когда Оля скромно оголила плечико, продемонстрировав ужасающий кровоподтек. Неужели родной человек может так безжалостно причинять боль? Чего же тогда ждать от посторонних? У них в деревне такого забулдыгу бы мужики точно проучили. Бывали как-то скандалы и семейные ссоры, но быстро прекращались под силой общественного давления. Да и спрятаться там всегда было у кого, хоть бы и у них с дедом Матвеем. Тот сразу доставал ружье и гнал незадачливого любителя выпивки и насилия до самого леса. Разумеется, в те времена деревня была более живая, а дед моложе лет на десять. Но и сейчас никто не простил бы такого зверского отношения.

Остальной день прошел на удивление спокойно. Пока Лида не валялась на больничном, Фаина держала всех в ежовых рукавицах и оставила после себя идеальный порядок. Правда, дополнила его парой выговоров горничным и опоздавшему водителю. Что ж, значит, было за что.

Вечер же принес на Рублевку дождь, шквальный ветер и пугающую тишину внутри детского коттеджа. Сиди и радуйся, скажете вы. Нет, это первый признак надвигающегося Апокалипсиса. Если бы Лида не знала, что через неделю у Бориса Евгеньевича Гордеева день рождения, к которому усиленно готовятся заговорщики в комнате Томириса, то непременно словила бы инфаркт. А так ничего, просто сидела на кухне, пила горячий чай и крутила в руках мобильник.

Тот будто почувствовал и зажужжал.

— Лида, я только что узнала! — голос бабушки дребезжал в трубке и звучал странно взволнованно.

— О чем?

— Нашу землю снова выкупили. Стройка не заденет наш дом! И знаешь, кто? — драматичная пауза с каждой секундой приближала к инфаркту.

Нехорошие предчувствия скреблись в душе. Лида боялась предполагать, но бабушка не выдержала первой:

— Иннокентий Борисович Гордеев. Это же тот самый Кеша, да?

— Я его убью, — прошипела Лида. — Ба, до связи!

* * *

Кеша еще не знал, что ждет его дома, да и домой не собирался. Сегодня они с Елисеем до позднего вечера просидели в офисе, занимаясь организацией тендера на проектирование загородного комплекса. Его объявят завтра в обед и разошлют во все авторитетные компании города. Благодаря спонсорской помощи Гордеева-старшего заказ будет очень прибыльным, а значит им предстоит перелопатить кучу бумаги.

Как назло, завтра же встреча с Плато и его отцом, на которой они узнают, что новых заказов не будет. Пробные партии других поставщиков уже получены и мало того, что соответствуют по цене, так еще и показали себя в разы лучше по качеству.

Словом, с этой гнилой семейкой будет покончено. Это стоит того, чтобы в очередной раз переночевать в офисе.

— Лис, где заключения специалистов по обкатке оборудования? — крикнул Кент и сделал львиный глоток черного кофе.

— У меня, почти проверииииил, — зевнул Елисей и черкнул по лицу ручкой.

— Отлично. Еще немного и пакет подготовим. Неужели эта задница завтра закончится?

— Не сглазь. Я, конечно, известный трудоголик, но параллельный деревенский стартап — это перебор, — раздраженно почесал испачканную щеку, еще больше размазав гелевые чернила.

— Прости, что втянул. Один бы я не вывез.

— Да ладно тебе! Всегда хотел что-то начать с нуля. Посмотреть, чего стою на самом деле. Ты просто предоставил мне такую возможность. И, — хитро улыбнулся парень, — я через месяц уеду заканчивать учебу. Будешь справляться сам.

— Как-нибудь разберемся, — взъерошил волосы Кеша.

— Кстати, а Лида в курсе, что ты задумал? — хитро прищурил покрасневшие от усталости глаза Лис.

— Нет, и не вздумай проболтаться. Это свадебный подарок!

— У вас все так серьезно? — не сдержал смешок новоявленный компаньон.

— Да, только она пока об этом не знает, — подмигнул Гордеев и откинулся на спинку кожаного кресла, разминая плечи. — Черт, я щас вырублюсь.

— Так иди дрыхни. Я закончу.

— Еще чего. Своих в беде не бросаем, — процитировал Кент одного знакомого деда и усмехнулся. Если представить, что на тебя направлено дуло ружья, то спать почти не хочется.

Классическая мелодия айфона изгнала злой дух деда Матвея из комнаты. Зато принесла совсем другой. Кеша взял трубку и несколько минут, хмурясь, слушал басовитый мужской голос.

— Через пятнадцать минут в кафе у офиса. Если это правда, мне срочно нужны подробности! — положил трубку и, проигнорировав грустный сигнал почти разряженного телефона, отшвырнул его в сторону.

— Что случилось?

— Карма, плять, моя мажорская. Скоро вернусь.

Схватил пиджак и, не отвечая на вопросы, рванул к выходу.

Через условленные пятнадцать минут в круглосуточное кафе рядом с офисом вошел широкоплечий мужчина с татухами на руках. Толик, бывший повар Гордеевых, приветливо махнул Кеше и улыбнулся, как будто не было драки и разборок. Он всегда был таким, сначала повздорит, а потом забудет об этом и придет, как ни в чем не бывало. С этим человеком навсегда не поссоришься.

— Прости, что дернул ночью. Решил, чем раньше узнаешь, тем лучше, — мужчина опустился на железный стул с жесткой спинкой.

К нему тут же подскочила хрупкая молоденькая официантка и улыбнулась во все тридцать два ровных белых зуба, нарочно чуть сильнее выпятив не великих достоинств грудь. Толик окинул её хитрым взглядом и подмигнул, заставив девушку зардеться, как маков цвет. Заказал всего лишь крепкий кофе, но тут же отвесил такой комплимент, что не осталось сомнений — официантку получит на десерт.

— Ты уверен? Это была именно Маша?

— Да, она не скрывалась. Пришла ко мне эта организаторша праздников, я подумал, что денежный заказ принесла. А она сообщила, что ты повел себя с ней, как козел, и променял на деревенщину. Предложила очень круглую сумму за то, чтобы Лида вернулась ко мне, а ты очень-очень сильно разозлился. В стиле, тебе же не влом её оприходовать, я еще и доплачу.

— Вот стерва, — рыкнул Кент. — Но откуда у нее такие бабки?

— Хороший вопрос. Вряд ли кредит в банке взяла. Я-то её послал, но ты задумайся. Если она пришла ко мне, могла и еще кого-то подкупить. Не все знают, что Лида — замечательная девушка и достойна самого лучшего.

— Рад, что ты хорошего мнения о моей невесте, — протянул Кеша, стараясь не скрипеть зубами. Слишком много нежности было в голосе Толика, когда тот говорил о девушке. От этого все внутри скрипело, пылало и снова хотелось драться.

— А что, она уже согласилась? — хмыкнул экс-повар Гордеевых.

— Еще нет, но уже скоро!

— Вот когда согласится, тогда и будешь на меня так зыркать, — рассмеялся тот. — А пока думай, кого еще к вам могут подослать, чтобы лишить тебя «невесты». И будь осмотрительнее! Кто-то финансирует эту стерву!

— Я и сам догадался. Спасибо, Толян.

— Не ради тебя стараюсь, а ради неё. Лида — замечательный человек, перед которым я очень виноват.

— Вот как она это делает? — буркнул себе под нос Кеша и поднялся. — Ладно, чую, мне пора, пока не случилась еще какая-нибудь гадость. Не скучай!

— Поверь, скучать — это не про меня, — довольно улыбнулся Толик на прощанье.

Гордеев, действительно, не мог понять. Лида в его мире чуть больше месяца, но за такой короткий срок смела все границы и достучалась до самых неожиданных сердец. Успела спасти жизнь, сделать счастливым Томми, подружиться с Кларой и даже ворчливая Фаина души в ней не чает. Не говоря уже о Толике, который никогда не упустит возможности заработать, но сегодня отказался от денег и пришел, чтобы предупредить.

Только одно не отпускало Кешу. Откуда-то стерва Маша знает обо всем, что происходит в доме Гордеевых. Кто-то из персонала сливает информацию?

* * *

Стуки Лида была, как на иголках. Десять звонков поздним вечером и «абонент временно недоступен». Утром смертник тоже не объявился, только благодаря болтливой Лизе удалось узнать — у них сегодня важное совещание. Пришлось подождать с расправой до вечера, когда Лис приедет к невесте, а Кеша соизволит явиться домой.

Сначала нетерпелось, но вечер неумолимо приближался, а вместе с ним росло желание приготовить что-нибудь вкусненькое. Заслужил же. Работает в поте лица, даже дома не появляется, и щенка для Томириса принес. А то, что в ее жизнь влез? Это можно решить. Наверное.

Вопреки ожиданиям, Гордеев не вернулся домой до позднего вечера. Лис приехал, отчитался, что все прошло отлично и утащил сияющую Лизу гулять. Ближе к ночи Лида осталась на кухне одна. Съела кусок пирога с вишней и почему-то слишком долго намывала три чашки. Не хотела признаваться сама себе, но ждала, когда щелкнет замок в двери.

Ждала раз за разом натирая мыльной пеной стенки идеально-чистой белой чашки. Последней в раковине. Замок все-таки щелкнул.

Кеша нашел её сразу, буквально за пару минут. Вошел на кухню. Плечи напряглись сами собой, Лида замерла с чашкой в руках, боясь обернуться. Она сама не знала. что сделает в следующую секунду. Запустит в него чашкой или обнимет?

Он решил сам. Подошел, обвил рукой талию и прижал к себе. В макушку выдохнул тихое:

— Ничего не говори. Постой так минуту. Я очень устал.

Девушка вцепилась в чашку изо всех сил, боясь, что та просто выскользнет из ослабевших пальцев и разобьется. Гордеев медленно дышал, зарывшись лицом в чуть растрепавшиеся за день волосы.

Она досчитала до шестидесяти и задала вопрос:

— Зачем ты это сделал?

— Что? — удивился парень и, наконец, выпустил на свободу.

— Зачем выкупил землю? Это моя проблема, Кеш. Моя и ничья больше, — аккуратно сполоснула чашку и поставила на сушилку.

Наконец, нашла в себе силы обернуться. Глаза невольно зацепились за лежащую рядом сковороду. Не сегодня.

— И кто тебе рассказал? Это был секрет, — смущенно улыбнулся Кент. — Честно говоря, земля еще находится в стадии оформления и технически будет мне принадлежать только через два дня.

— Бабушка где-то подсмотрела. Зачем, а? Вот зачем ты лезешь в мою жизнь? — устало выдохнула и нахмурилась, уперев руки в бока.

Кеша замер, глядя на неё усталым взглядом. Только сейчас она заметила, что выбрит парень не совсем ровно и несколько колючек так и торчит на шее. Бледный, щеки впали, как будто в рабочем запале он нормально не ел несколько дней. Широкие брови Кеши медленно сошлись над переносицей.

— Ты что, хочешь меня купить? — слово воробьем вылетело и попало точно в цель.

— Что я делаю? Хочу тебя купить? — рявкнул Кент. Кажется. его терпение только что лопнуло. — Я просто делаю то, чего ты хочешь! Слушаюсь тебя, как дрессированная собачка на цирковой арене. Сказала, что я неудачник, потому что нет работы? Теперь она у меня есть. Я вливаюсь в семейный бизнес и зачем-то влез в этот деревенский старт-ап. Уже забыл. что такое спать и жрать нормально, а не бегом! Сказала, что я игнорирую свою семью? Я исправился и продолжаю делать все, чтобы стать нормальным старшим братом и хорошим сыном. Тебе нужна помощь? Я решил твои проблемы. Что я еще должен сделать, чтобы ты поняла? Я не хочу тебя покупать! Я не знаю, как еще сказать, что люблю тебя!

Вылил на неё всё, развернулся и, громко топая по деревянному полу, вышел с кухни. Напоследок так хлопнул дверью, что Лида подпрыгнула и чуть не села пятой точкой на мокрую раковину. Несколько минут смотрела на дверь и ошарашенно хлопала глазами.

Она же хотела просто поговорить, но на неё вылилась вся его усталость, злость и… наверное, стоило сначала покормить его пирогом.

Лида смутно помнила, как вернулась в свою комнату. В голове все еще Кеша и его слова-плеть: «Люблю тебя!». Впервые она поверила, что он говорит искренне и неустанно грызла себя до самого утра, периодически проваливаясь в болезненный сон.

Он прав. Лида постоянно его упрекала, а когда парень делал что-то хорошее, просто воспринимала как данность. Это как дрессировать тигра, но за правильный поступок не давать кусок мяса и даже не хвалить.

В этот раз так же. Он пришел уставший, хотел отдохнуть и отпраздновать победу, но вместо чая и пирога, она выдала ему новую порцию претензий. Дура!

Половина шестого утра. Лида в очередной раз перевернулась на бок и накрыла голову подушкой. Нет, так просто невозможно! Надо извиниться, приготовить завтрак и еще раз все обсудить на холодную голову. Если она вообще может быть холодной, когда в сердце пылает чертово «я люблю тебя».

Наскоро привела себя в порядок, приготовила чай и подогрела пирог. Пять минут вертелась около зеркала, поправляя то самое платье. которое они с Кешей купили в райцентре перед поездкой в деревню. Легкое и романтичное, в мелкий цветочек. Оно же ему понравилось тогда, правда?

Впервые в рабочее время подкрасила ресницы и чуть-чуть губы. Хотелось прийти мириться красивой, а не как всегда.

Вчера, кажется, он не ушел во взрослый коттедж, а громко топал по лестнице. Значит, ночевал здесь. Улыбнулась и рванула за запасными ключами от комнаты.

— Эй, а где ключи? — удивленно посмотрела в коробку. Пусто. — Ладно, будем надеяться, что он не запер дверь на ночь!

То, что она делала сейчас казалось таким правильным и уместным, что хотелось лететь наверх. Ей непременно повезет и дверь будет открыта. Улыбаясь, медленно поднималась по лестнице с подносом в руках. Завтрак в постель. Он точно обрадуется. Повезло, дверь оказалась не заперта. Лида аккуратно толкнула её плечом и вошла в комнату, осторожно придерживая поднос.

— Что за, — она неверящим взглядом уставилась на кровать.

Поднос рухнул на пол вместе с настроением, чайник с кипятком разлетелся на мелкие осколки вместе с желанием мириться. Слезы обиды подступили к горлу и душили, не давая больше сказать ни слова.

— Лида? Это не то, что ты подумала! — только и успел выкрикнуть вслед Гордеев.

Она не то подумала? Слезы настигли только на лестнице. Она, черт возьми, поверила ему. Мучилась всю ночь, а когда пришла мириться, то обнаружила сидящую на нем Олечку. Кружевное белье и чулки на тоненьких ножках, лифчик, который не скрывает вообще ничего.

Что она должна думать? Здесь не нужно лишних слов!

«Что ж, зато есть кому прибрать в хозяйской спальне. Это же работа горничной, не так ли?!» — зло подумала Лида, падая на кровать в своей комнате.