Глава 18

Дом аэра Гилфорда находился совсем недалеко от канцелярии. Это не удивило Амарин, она так и предполагала, что этот хладнокровный даг поселится где — нибудь рядом с работой, поэтому не стала вызывать лер, а предпочла прогуляться, благо дорога шла через чудесную аллею даэргской акации. Она цвела, наполняя воздух незабываемыми ароматами и покрывая землю нежными, розовато-белыми лепестками.

Амарин шла не спеша. Никто не обращал на нее внимания, а она скользила между людьми словно тень, видимая всеми и невидимая. Все рассказанное ДеБрогом удивительно ложилось в схему. Головоломка потихоньку начинала складываться, но было много существенных пробелов, которые она надеялась заполнить разговором с мудрым дагом. Она понимала, что время на исходе. Что этот срок — в три стандартных месяца — на самом деле такая же ловушка. ДейСоло чувствовала нутром, что всё должно разрешиться в какую — нибудь неделю — две.

— Да, — сказала она вслух, — нужно действовать быстро.

Перед домом дага ДейСоло почувствовала то же, что и тогда, когда входила к ДеБрогу, — чье — то пристальное внимание.

Она усмехнулась и сказала самой себе:

— Вот идиоты! — и мысленно с огромной благодарностью и трепетом поцеловала аргонский камень. Тот отозвался на ее любовь ответной любовью.

Дверь пиликнула вызовом. В проеме показалась необыкновенной красоты женщина средних лет. Она улыбнулась и сказала как старому знакомому:

— О, аэр Корм, проходите, Дат будет рад вас видеть, — и глубоко вздохнула, пропуская Амарин вперед.

Закрывшаяся дверь и подозрительная тишина, вдруг повисшая в воздухе, заставили Амарин занервничать. Женщина, открывшая дверь, неспешно обошла ДейСоло, стала напротив, внимательно разглядывая гостя, снова глубоко вздохнула и крикнула:

— Дат, к тебе, по всей видимости, твоя девочка из отдела, вот только она почему — то выглядит совсем как досточтимый аэр Корм.

— Веди ее ко мне, Салтея! Разберемся! — раздался из дальней комнаты скрипучий голос дага.

— Вы уроженка с закрытой планеты Тарис, сокровищницы запахов империи? — догадалась ДейСоло, незаметно снимая с руки кольцо и пряча его, — всегда хотела там побывать.

Женщина ничего не ответила, невозмутимо принимая произошедшие на ее глазах перемены, только указала рукой направление, в котором ДейСоло предстояло идти, чтобы попасть в кабинет досточтимого аэра. Амарин шагнула в светлую комнату, сплошь заставленную высокими стеллажами, где оторвавшийся от своих дел начальник поднял на ДейСоло свои внимательные цепкие глаза.

— Неожиданно. Но присаживаетесь, ДейСоло, рад вас видеть живой и невредимой, — скрипнул он, — я, так полагаю, вы за материалами по Шаэргу.

Она кивнула.

— Но у вас и так есть открытый доступ самого императора ко всему …

— Мне нужно то, что не вошло в секретное императорское хранилище.

Дат Гилфорд удивленно наморщил лоб:

— Вы пришли ко мне за выброшенкой, за гипотезами?

— Да!

— Что — то конкретное?

— Конечно.

— Рассказывайте!

— Мне нужны сведения по нескольким направлениям, — четко и спокойно командовала ДейСоло. — Во-первых, фамилии всех детей правителей, на которых было совершено любовное покушение по типу Самкинды Эртей от семи до пятнадцати лет назад. И я повторяю, мне нужны все, даже те, нападение на которых не подтвердилось. На фамилии, указанные в отчетах, не отвлекайтесь. Их я уже внесла в логическую схему. Во — вторых, мне нужны закрытые сведения имперской энергетической компании о выданных разрешениях на автономные мосты по всей империи. В — третьих, мне нужны все самые невероятные предположения о том, как именно Шаэрг оказался на пересечении энергетических гиперлиний, а также когда и почему у него появился эпитет «сияющий». Вот, собственно, и все!

— Мда… — видно было, что аэр Гилфорд озадачен. — Салтея, — крикнул он несколько минут спустя, — офицер ДейСоло остается на ужин, и, — он немного запнулся, — не ставь сегодня вино: наша гостья ревностно бережет свою репутацию.

Амарин внимательно посмотрела на невозмутимого начальника и рассмеялась:

— А все говорят, что вы просто скряга. Нагло врут!

Салтея, супруга невозмутимого аэра Гилфорда, привыкшая за двадцать семь лет брака к его невероятной сдержанностью, аккуратности и педантичности, не знала теперь, что и подумать. Там, из — за двери домашнего кабинета, вот уже два часа доносились какие-то нечленораздельные ругательства, вскрики, топот ног и грохот падающих тел. Потом распахнулась дверь, и взъерошенный супруг, выкрикивая только одному ему известные идиомы, стремительно подбежал ко входной двери, над которой висела огромная линейная карта империи времен до Шаэргской войны, и стал яростно, не жалея, снимать этот раритет со стены.

Салтея, пользуясь предоставленной возможностью, тихонько заглянула в кабинет мужа и с ужасом увидела на месте довольно приличной комнаты ромейские руины: на полу в невероятной хаотичности валялись открытые книги, коробки с документами, карты, старинные приборы космической навигации и даже детская магнитная доска ее сына, сейчас превращенная в походный примитивный планш. Аэр Гилфорд пробежал мимо супруги и закричал гостье, ползающей по полу и раскладывающей какие — то бумажные квадраты:

— ДейСоло, хватит страдать ерундой! Давайте чертить прямо на карте! Так будет понятнее.

Ползающая гостья подняла на него горящие азартом глаза и восхищенно вымолвила:

— Ах, как же я вас все — таки недооценивала, мастер Гилфорд.

Аэр довольно поморщился и засмущался, а потом, к вящему ужасу своей супруги, аккуратненько прикрыл дверь, чтобы гостье спинку не продуло.

— Если он в нее влюбится, я его убью, — мрачно решила ревнивая Салтея и пошла точить нож, до конца еще не определившись, правда, зачем — для жестокого убийства или для приготовления великолепного ужина.

Только к ночи два сумасшедших офицера ПИКФ выползли из кабинета.

— Дорогая, — крикнул красный от усталости аэр, — накрывай ужин и неси вино! У нас с ДейСоло есть серьезный повод, чтобы напиться.