Глава №21. Человек живет на земле не для того, чтобы стать богатым, но для того, чтобы стать счастливым. Ф. Стендаль.
Дедушка Марон бросился к внучке, засыпая ее вопросами, что с ней, где болит, что вообще произошло, и попутно прощупывая, целы ли кости.
- Лорд Таис, вы мешаете, - взывал к родственнику Авроры лекарь-маг, пытающийся пробиться к пациентке и оказать ей помощь.
Два других лекаря уже осматривали короля (который лишь пару секунд выделил на свою диагностику, решительно заявив, что с ним все в порядке) и Марту, которая шарахалась от приблизившегося к ней мага, обеими руками цеплялась за магиню и причитала: «Не бросайте, меня, леди, не бросайте! Я все для вас сделаю, только не бросайте меня с ними!» Нервничающий и перепуганный Марон в конце концов отпустил внучку, и целитель, приписанный к службе охраны, смог диагностировать значительную кровопотерю из раны на груди и средней степени магическое истощение Авроры.
- Других повреждений нет, - заключил лекарь, споро снимая повязку и быстро сращивая края раны. - Вам нужно денек-другой провести в лекарском доме под наблюдением целителей, так же, как и этой девушке, тем более, что без вас она вряд ли куда-то полетит.
- Она сейчас побаивается мужчин, особенно магов, - мрачно пояснила Аврора.
- Это ясно, - вздохнул лекарь.
Пять магов вызвались сопроводить женщин до ближайшего лекарского дома, а остальные остались осматривать пещеры и выяснять имена тех заговорщиков, что еще оставались на свободе. Предстояло еще эвакуировать оставшихся в пещере женщин. Аврора обернулась, чтобы попрощаться с Рейсом и пожелать ему удачи, но увидела только его идеально прямую спину, скрывающуюся в скальном проходе.
«Успеха!» - мысленно напутствовала Рора, подхватила Марту и в сопровождении охраны полетела к ближайшему селу - уже знакомой Растовке.
Усевшись у постели восстанавливающей силы внучки, Марон позвонил сыну и обрадовал его хорошими вестями о том, что дочь его жива, невредима и уже почти здорова. Аврора тоже пообщалась с родителями, в смятении послушала рыдания матери (впервые в жизни Рора слышала горький плач своей родительницы), поспешно заверила, что все хорошо и скоро она будет дома.
А все хорошо не было. Совсем не было. Как только дедушка покинул палату внучки, пожелав спокойной ночи, Аврору накрыла тихая истерика. Да, она планировала после института пойти работать в ведомство Игита Ирьяша, но только теперь окончательно осознала, какую работу периодически вынуждены выполнять сотрудники магической охраны: «жрецы» были не первыми и не последними маньяками-убийцами в королевстве, хотя все остальные известные Авроре случаи были связаны с людьми. Да, Аврору учили применять оружие и защищаться, учили и в магической школе, и в школе невест, но действительно применять его на живых людях и магах ей не доводилось. «Летучий отряд спасателей» под ее руководством часто сталкивался со смертью, но то была смерть от несчастных случаев, а не от ее руки. Выплеск адреналина, замешанный на ярости и ненависти к мучителям и убийцам девушек, закончился, и Аврора осталась наедине с ужасным ощущением, что, убив их, она приняла в себя частичку этих лиходеев. «Убивший дракона сам становится драконом», - говорили когда-то в родном мире ее матери. Аврора не слышала этой фразы, но ощущала в душе ужасную пустоту.
После бессонной ночи Аврора наконец смогла взять себя в руки и задать себе четкий вопрос: могла ли она поступить иначе? И дать на этот вопрос четкий ответ: нет, не могла, который принес успокоение ее совести. Эти маги десятки лет хладнокровно сжигали людей и утратили свое право на жизнь. Ее рука была рукой настигшей их высшей кары. Точка.
Недовольно просиживая все следующие два дня на больничной койке (лекаря наотрез отказались отпустить ее на расследование преступления), Аврора была вынуждена всю информацию о ходе следствия получать из вторых рук. Марон рассказал, что все найденные порции крови в «инкубаторе» были предусмотрительно подписаны во избежание ошибок (впрочем, и без этого лекари легко могли определить, кому принадлежит кровь, так как магические феромоны каждого мага несли уникальный магический фон своего хозяина). В итоге быстро задержали еще троих преступников, которые сразу сдали остальных «жрецов Донатоса» - еще с десяток магов. Руководство приюта, где пряталось подрастающее магическое поколение, также было арестовано, а пятьдесят два отпрыска «жрецов» временно помещены в изолятор - их дальнейшая судьба еще решалась, тогда как старшее поколение магов-маньяков уже было казнено. Среди тайно рожденных мальчиков-магов обнаружилось и трое сыновей Мирта Калиса, и Аврора поняла, почему тот даже не пытался вступить в официальный брак, и почему отдал жизнь за попытку переворота: всем «жрецам» необходимо было легализовать положение своих сыновей и наследников. Всех адептов секты среди людей также выявили и отправили в каменоломни - вырабатывать и камень для строительства стране, и сострадательность к людям в себе. Беременных женщин распределили по лекарским домам (к счастью, запасов крови было достаточно, чтобы они благополучно доносили свою беременность), хотя их дальнейшая участь была незавидной: жизнь в лаприкории, без возможности что-то исправить. Тех мальчиков-магов, что должны были вскоре появиться на свет, готовились забрать к себе на воспитание одинокие маги, давно мечтавшие о сыновьях. Король Аврору не навещал, но девушка не обижалась, отлично понимая, сколько задач и проблем ему сейчас приходится решать. И только в самой глубине ее души жила страшная мысль, что продемонстрированная ею способность собственной рукой убить живое существо, потрясла Рейса настолько, что он предпочел забыть о самом ее существовании. Село Растовка было временно закрыто для любых посещений, и родители Роры тоже приехать не могли - они ждали ее в столице.
К вечеру второго дня Марон Таис принес внучке магический кристалл с записью допроса одного из «жрецов Донатоса» - артефактора Мирина Холлека, который уже больше столетия жил в Осконе, выполняя нехитрые функции слабенького по способностям мага - городского специалиста по бытовой магии. Это о его персоне неуважительно отзывалась хозяйка кафе, говоря, что маги «помельчали», кроме краски для волос, да морозильных заклинаний ничего сотворить не могут. Оказалось - еще как могут! Холлек оказался одним из сильнейших артефакторов страны, который все эти годы успешно скрывал уровень своей магической силы. Записывающий кристалл разрешил отнести и показать Авроре сам Рейс Сартор, очевидно, надеясь таким образом удержать ее от попыток сбежать из стен лекарского дома.
Аврора внимательно просмотрела и прослушала запись:
- Давно ли вы примкнули к преступной группе?
- Лет шестьдесят тому назад.
- Какие функции выполняли в ней?
- Создавал различные амулеты и артефакты, которые невозможно было свободно достать. Например, магия-гасящие амулеты строгой подотчетности. И другое, по мелочи.
«Представляю себе эту мелочь! Амулеты, перекрывающие ток магии, способны создать лишь несколько десятков магов в Тавирии, и все их изделия строго учитываются! Теперь понятно, кто создал основу для этого магического полога, сквозь который сама Доната проникнуть не смогла!» - подумала Аврора. Дальнейшие вопросы дознавателя подтвердили эту ее догадку.
Мисс Таис продолжала слушать:
- Зачем вы скрывали свои возможности? Вам бы предложили хорошую, ответственную работу в столице.
- И что бы мне дала эта ответственная работа? - неприятно усмехнулся лорд Мирин. - Кучу дел с утра до поздней ночи? Необходимость отчитываться о каждом своем вздохе?! Мой предок - Олан Холлек - творил свободно и ни перед кем ответа не держал! Все считали, что слухи о его необычных амулетах - это лишь слухи, дань ареолу славы великого мага, но я с детства верил, что необычный раритет есть, верил в семейные предания об артефакте, наполненном божественной силой, и мечтал его найти. В личных дневниках Олана я давно прочитал замечание «о спрятанном в яйце сокровище» и принял его за отправную точку своих поисков. Лишь один артефакт мой предок сделал в виде яйца - тот, что хранится в королевском собрании артефактов. Когда Мирта Калиса назначили советником, я потребовал, чтобы он отвел меня в хранилище - просто посмотреть, не трогая охранки. На подставку я сразу обратил внимание и осторожно прощупал ее магический фон, убедившись в своих предположениях. В первый раз мы просто тихо ушли, ни к чему не прикоснувшись, но я начал убеждать Кахира Сартора в необходимости вытащить этот артефакт из хранилища и параллельно думал над вопросом нейтрализации королевских охранных заклинаний. Лорд Кахир Сартор не хотел рисковать своим пробившимся в королевский Совет соратником, но в итоге дал разрешение на попытку диверсии.
- То есть, это вы вместе с лордом Калисом проникли в хранилище?
- Да. К сожалению, уничтожить все охранки мне не удалось, но назначение артефакта я понял сразу: портал, который можно было настроить на любую точку мира! Мы прямо из хранилища связались с лордом Кахиром Сартором, и он велел перенести в нашу пещеру кронпринца вместе с одной из мисс Таис (Мирт слышал, что наследник собирался пригласить на последний вальс одну из именинниц). Пояс с подавляющим магию амулетом для Рейса Сартора был готов давно, Кахир решил, что растерянность принца от внезапного нападения поможет им связать его и перекрыть его магию. А уж с девчонкой десять магов легко бы справились! Но на бал мы опоздали, так как слишком много времени ушло на «заметание следов»: мне пришлось подправлять крепление охранного плетения на оставшемся без подставки амулете - и Калис решил ждать коронации, подготовив уже надежную ловушку для кронпринца.
- И каковы были дальнейшие ваши планы после удачной диверсии?
- Захватить власть в стране и изменить к лучшему жизнь магов! Кахир Сартор надеялся, что его племянничек сам одумается и захочет в итоге воплотить в жизнь задумки своей молодости, но остальные на это не рассчитывали. Так что, планировалось убить новокоронованного монарха, дождаться, пока его официально признают без вести пропавшим, и посадить на трон лорда Кахира Сартора, который имел бы неоспоримые права на наследование престола. Донатос нас поддержал бы, поскольку именно мы всегда были самыми верными и рьяными приверженцами его идей!
- Допустим, что брату Мираила Сартора действительно удалось бы короноваться, но неужели вы думали, что магическое сообщество страны позволит вам поменять все законодательство и допустит попрание всех прав и свобод людей?
- О, мы не планировали устраивать войну между согласными и несогласными магами! Кому охота жить прислугою людишек - пусть едет в другое королевство, а к нам прибыли бы оттуда многочисленные сторонники. И сторонники среди людей, о которых вы так заботитесь, тоже! Не задумывались над тем фактом, что список людишек, желающих продать своих дочерей, всегда в десятки раз больше списка магов, готовых их купить? А при нашем правлении получить полновесный кошель золота за свою никчемную девку мог бы каждый папаша! - с гадливой ухмылочкой напомнил полноватый невысокий артефактор.
«Мал клоп, да вонюч!» - разъяренно подумала Аврора.
- А мисс Таис какая роль отводилась в ваших планах?
Дальше пошли уже известные магине планы по превращению их с сестрой в королевских свиноматок (точнее, маго-маток), а их дочерей - в награды сторонникам Кахира. О том, что Аврора расскажет сообществу магов, кто убил их прежнего короля, преступники не переживали. Как выразился Мирин Холлек: «Мисс Таис ведь так любит своих папеньку и маменьку, да и сестричку, что обеспечить ее молчание было бы не сложно! А то, что они с королем одновременно с коронации исчезли - так что с того? Их вполне могло закинуть в разные места, так что о судьбе Рейса Сартора Аврора ничего не могла бы ведать».
Отдав просмотренную запись деду и оставшись одна в больничной палате, Аврора задумалась о том выборе, что в ранней молодости смог сделать кронпринц.
Итог ее размышлений о возможной судьбе магов (до появления ее матери) выглядел примерно так:
«Во времена молодости Рейса можно было смело говорить о вымирании нашей благородной расы. Но какую альтернативу предполагал его план? Выживание магов-монстров! В договорных браках рождались и воспитывались добрые дети магов, а в варианте «жрецов» получилась их противоположность: злобные, не сильно-то и нужным своим отцам, зверьки. Любовь к выстраданным сыновьям сменилась бы на безразличие к воспитываемым себе подобным негодяям. Магическая помощь людям и их благодарность в ответ обернулись бы ненавистью и презрением к магам, а честный (хоть и жестокий) договорной брак, заменился бы на бесчестье и унижение в гареме. Нет! Лучше тянуть нелегкую лямку Мага, чем привольно жить бесчестным злобным червяком! Судьбу народа определяют его нравы, и для магов это тоже верно! Правильным было решение о казни: некоторые существа не имеют право на существование!» - таким был окончательный вердикт мисс Таис-старшей об участи «жрецов».
И мысли о собственном участии в их ликвидации окончательно перестали мучить магиню.
Постепенно к Авроре вернулись свойственные ей оптимизм, жизнерадостность и готовность в любой момент вскочить на защиту добра, справедливости и всех незаслуженно обиженных и угнетенных.
------------------------------------------
Спустя двое суток после выхода из лабиринта Аврора переступила порог родного дома. К ней на шею, всхлипывая, бросилась Эос. Отец же погладил дрожащей рукой по голове и сказал:
- Как ты нас всех напугала, деточка! Зря я позволил твоей матери в такой вольности тебя воспитывать, пороть тебя надо было! Как кронпринц советовал: широким таким ремнем, крепким!
Аврора невнятно оправдывалась, что она ни в чем не виновата, что это обстоятельства так сложились, что короля спасать - это долг каждого верноподданного и так далее, и тому подобное. Оторвавшись от сестры и отца, Рора посмотрела на мать: леди Таис смотрела на дочь горящими от недовыплаканных слез глазами и прижимала руки к животу. Прошептав сухими губами: «Девочка моя, живая!» - Анастасия повалилась на пол.
С криком удержав жену магическим силком, Северин подхватил ее на руки и полетел в гостиную: там ждал окончания семейной встречи Лютен.
- Авар, что с ней?! - в панике вопрошали все Таисы, толпясь вокруг лекаря. Эос поспешно подпитывала мать жизненными силами.
Авар закончил водить над телом леди Таис руками и влил ей в рот какое-то зелье. Ресницы леди Анастасии дрогнули, и она пришла в себя.
- Все хорошо, но волноваться, переживать и работать на пределе сил Анастасии больше нельзя, - строго сказал лекарь и радостно посмотрел на будущую тещу. - И примите мои поздравления: у вас мальчик будет!
- Вот это номер! - потрясенно проговорила Рора. - Мамочка, поздравляю! Ура! Эос, у нас братик будет!
И магини снова бросились обнимать друг друга, мать, отца и Авара.
- Наш брат будет самым лучшим магом в мире! Самым добрым, умным, замечательным, веселым! И ему никогда не будет скучно и одиноко! - счастливо смеялись близняшки.
- Да уж, с такими сестричками ему точно скучно не будет, - проворчал улыбающийся Северин Таис, обнимая жену. - Наоборот, он очень скоро начнет мечтать об одиночестве и тишине материнской утробы, из которой столь неосмотрительно вышел на свет.
Дочери с негодованием отвергли такие предположения отца, заявив, что лучших нянек, чем они, малышу не найти.
- Какие из вас няньки, - усмехнулась Анастасия. - Эос через пару месяцев замуж выйдет, скоро и своих детишек родит, да и ты, ведь, дома не задержишься, а, Ророчка?
Аврора сконфуженно притихла: в своих чувствах к Рейсу она еще до конца не разобралась, а про его чувства и думать боялась - мало ли что ей в пещере померещилось!
В дверях возник утирающий слезы облегчения и счастья от возвращения юной хозяйки Хартим и гнусавым от слез голосом объявил, что праздничный обед подан. В ответ на его слова лорд Таис повелел собрать всех домочадцев и объявил им великую новость о прибавлении в семействе, строго наказав следить за тем, чтобы хозяйка не переутомлялась, втихаря на работу не сбегала и за бумагами в кабинете в его отсутствие не засиживалась. Альясе было велено достать из погреба вина и закусок на всех и дружно отпраздновать и возвращение старшей дочери, и скорое рождение младшего сына. Ильяна, утерев глаза платочком, заявила, что завтра же утром пойдет в храм помолиться Донатосу, чтоб младшенький лорд Таисик уродился характером в батюшку, а то еще одного дитятки - вихря огненного, особняк не переживет.
Слуги отправились выпить за здоровье хозяев, сами хозяева сделали то же (заменив Насте вино на молоко и сок), и вечер шел в праздничной и непринужденной обстановке, пока не споткнулся о решение лорда Таиса запретить жене работать в школах вплоть до окончания декрета. Леди Анастасия возмутилась таким произволом мужа, заявила, что прекрасно себя чувствует, и что сидеть дома целых полгода точно не сможет. Северин убеждал жену, что нагрузку ей необходимо снизить, и его на удивление дружно поддержали обе дочери и Авар. В итоге сошлись на том, что четыре урока математики в неделю у начального класса магической школы леди Таис будет продолжать вести, а вот различные психологические беседы и тренинги в школе для невест магов будут вести ее бывшие выпускницы, которых ей удастся уговорить на такую работу. Ближайший же урок, который должен был состояться уже через день, пообещала провести Аврора. Леди Таис согласилась с таким решением, и вечер снова потек мирно и весело.
Лежа ночью в собственной мягкой постели, Аврора вспоминала ночевку в каменном лабиринте и горячее тело короля под ее щекой. Воспоминания о Рейсе будили в ней тоску и смутное безотчетное желание быть с ним рядом, смотреть, как загораются теплым нежным светом его глаза при взгляде на нее, снова слышать его жаркий шепот: «Рора, Ророчка», как при их случайном поцелуе в пещере. Девушка беспокойно перевернулась на другой бок, но прежнее мужское лицо упорно стояло перед ее внутренним взором. Рора вспоминала, как побледнело его лицо от ее слов «Я ненавижу тебя!» и ей хотелось немедленно утешить его и объяснится.
«Впрочем, он и так уже все понял, я же освободила его и вместе с ним против этих гадов дралась», - убеждала себя магиня.
Перевернувшись на живот и посмотрев в окно на рассыпанные по небу звезды, Аврора решила, что завтра же отправится во дворец. Во-первых, надо было узнать, что монарх решил по поводу детей «жрецов», во-вторых, очень хотелось хоть одним глазком посмотреть на Рейса и убедиться в том, что саму себя она понимает теперь правильно и горячая симпатия к мужчине ей не мерещится, а существует на самом деле.
Утром зимнего дня, попросив отца предупредить преподавателей института, что сегодня она чуть задержится, Аврора сначала полетела в главный столичный лекарский дом, куда вчера доставила Марту. Спасенной девушке здоровье уже поправили, беременности, к счастью, не обнаружили, и сегодня Марту уже должны были выписать. Марта чувствовала себя хорошо, решительно замуровав в дальнем уголке памяти прошедшие недели: у этой крестьянской девушки действительно была потрясающая сила воли. Аврора размышляла о том, чем можно сейчас помочь Марте: возвращаться в родное село, где все уже знали о ее «позоре», девушка не хотела, жить в доме магов не хотела тем более, как Рора ее ни уговаривала остаться у них.
- Что я у вас делать-то буду, леди? Я всю жизнь в пекарне у хозяюшки работала, только и умею, что пирожки да булки печь, на кой я вам? У вас умелая кухарка имеется, что все-все приготовить может, а сотня пирогов ежедневно одной семье не нужна, - отговаривалась Марта.
Мисс Таис уже все передумала, но ничего толкового ей в голову так и не пришло. Зайдя в палату к девушке, Аврора увидела, как та, сидя на кровати и водя пальцем по листку бумаги, старательно разбирает по слогам какое-то послание. Роре девушка обрадовалась, как родной, и поспешно протянула ей записку:
- Доброго утречка, леди! Я ужо два раза прочитала - прочтите теперь вы мне. Правда, что ль, сам новый король-батюшка мне написал?
Аврора посмотрела на до боли знакомый почерк своего короля и бывшего преподавателя и прочитала, что Марту приглашают прийти сегодня в королевский дворец в любое удобное ей время. Под запиской стояла витиеватая размашистая подпись Рейса.
- Да, монарх действительно приглашает вас на беседу.
- Ой, леди, вы согласны со мной пойти, а?! Отродясь я во дворцах не бывала - заробею, слова молвить там не смогу!
- Конечно, вместе пойдем, мне и самой по делу во дворец надо.
У стен дворца Марта и в самом деле затряслась от страха и повисла на руке у Роры. Уверенно таща девушку на буксире, Аврора поздоровалась со стражниками и уточнила у дворецкого, свободен ли король, мол, аудиенция им официально назначена.
- Неужто вам официально назначено? Вы же по жизни сами приходите, когда хотите и куда хотите, - добродушно усмехнулся пожилой человек.
Аврора лукаво улыбнулась и признала, что приглашение и в этот раз есть только у ее приятельницы, а она только курьером по доставке приглашенных подрабатывает, поелику у тех от королевского величия ноги подгибаются.
Дам проводили в малую гостиную, в которой их ожидал Рейс Сартор. Других придворных в комнате не было. Монарх поднялся из кресла при виде девушек и церемонно их приветствовал.
«Эх, опять его лицо будто мраморная искусная маска - ничего не прочтешь. Ни мыслей ни чувств не проглядывает», - расстроилась Аврора.
- Госпожа Марта, - меж тем начал говорить король, - я приношу свои искренние глубочайшие извинения за то несчастье, что произошло с вами по причине моего недосмотра и недогадливости! Я плохо выполнял свои обязанности правителя и из-за этого вы пострадали. К сожалению, вы единственная, кто способен услышать мои соболезнования и кому еще можно в чем-то помочь. Я позволил себе приобрести на ваше имя небольшую пекарню в центре столицы: на первом этаже есть все необходимое оборудование и небольшое кафе, а на втором - жилые помещения. Плюс, вам выделены денежные средства на первое время и обустройство. Примите, пожалуйста, от королевского дома эту компенсацию. Еще раз простите, если можете!
Рейс протянул девушке документы на пекарню и мешочек с деньгами.
- Ой, спасибо, король-батюшка, - потрясенно выдохнула девушка и покачнулась. Аврора быстро придержала Марту под локоток. - Нешто взаправду столицу своими ватрушками да пончиками кормить буду?! Всю жизнь мечтала свою печь заиметь! Век благодарна буду!
Пока начинающая самостоятельное торговое дело кулинарка низко кланялась королю и поскорей разворачивала свиток, высматривая адрес своей новой пекарни, Аврора смотрела на грустное и виноватое лицо Рейса и чувствовала, как в груди становится жарко и тесно от самых искренних горячих чувств.
«Как я могла сомневаться в своей любви к нему?! - недоумевала девушка. - Это же самый лучший и прекрасный мужчина на свете, даром мне никто другой не нужен!»
Марта сосредоточенно запыхтела, продираясь сквозь множество слов официальной бумаги, и Аврора поскорее прочитала название улицы и номер дома, объяснив, что от дворца это недалеко:
- Я провожу тебя, Марта, - предложила магиня.
- Что вы, леди, я и сама дойду, чай не совсем темная! Коль заплутаю - у людей дорогу спрошу, язык не отсохнет! А у вас еще дела туточки имеются, - еще раз откланялась Марта и поспешила на выход, прижимая к груди бесценные для нее бумаги.
Перепоручив девушку лакею и прикрыв дверь, Рейс отошел к окну. Аврора неловко переступила с ноги на ногу:
«С каких это пор я стала такой стеснительной, робкой и нерешительной девицей? Вот действительно, любовь - жуткая штука! Напрочь лишает ума и сообразительности, зато с лихвой отвешивает смущения и неуверенности!» - сумрачно повозмущалась девушка и сказала:
- Это вы хорошо придумали, с пекарней-то. А я так и не сообразила ничего разумного.
Рейс повернулся и внимательно посмотрел на собеседницу:
- Мы опять перешли на «Вы»? - тихо спросил он. - А догадаться, как поддержать эту девушку, было не трудно: человек с такими натруженными мозолистыми руками никогда не сможет лениво жить на выданные деньги, а чем она всю жизнь занималась - охрана сообщила, ее с малых лет родственники помощницей на пекарню отдали, точнее - продали. Да и любимая работа - для нее сейчас лучшее средство оставить в прошлом все произошедшее. Скажи, ты в самом деле ненавидишь меня теперь?
- Нет! - воскликнула Аврора. - Совсем-совсем нет! Тогда я пыталась убедить преступников в том, что не стану тебе помогать, если меня развяжут! И все! Я не ненавижу тебя, наоборот...
Аврора запнулась и с ужасом почувствовала, что краснеет.
«Опять я как спелый помидор! Это кошмар, спасите!!! За что, боги?!»
- Насколько наоборот? - горячо прошептал ей на ушко Рейс, который как-то внезапно оказался рядом и теперь нависал над девушкой, подавляя ее немалым размахом плеч и высоким ростом, и прожигая синим-пресиним пламенем взгляда.
«Ох, боженьки, что сказать?! И как сказать, если язык онемел и не поворачивается?! И я, кажется, сейчас утону в этих синих озерах его глаз, хотя отлично плаваю... О, боги, о чем это я?!»
Душевные метания магини прервал звук раскрывшейся двери и голос экс-короля:
- Рейс, тебя ждут... - тут Мираил запнулся, расширившимися глазами осмотрел отпрянувших друг от друга сконфуженных магов, и пожалел, что его ноги не отсохли по пути к этой гостиной:
«Эх, как я маху дал! Ведь точно - серьезный и нужный разговор шел! Вот почему меня боги не остановили?! Сейчас бы уже помолвку праздновали, задержись я хоть на пять минут! Вот беда, теперь опять эти молодые и гордые вокруг да около ходить будут! И ладно мисс Таис - она девчонка еще, а сынок-то мой чего кота за хвост тянет?!»
Лорд Сартор - старший вздохнул и закончил начатую речь:
- Ждут решения твоего по сыновьям сектантов. В малый совещательный зал приходи, - с этими словами Мираил поспешил уйти, закрыв за собой дверь.
Аврора поспешно заговорила о более понятных, чем сумятица чувств, вещах:
- Мальчиков, конечно, воспитывали не должным образом, у них и школа только обязательная человеческая окончена, но в этом прежде всего виноваты их «отцы», - последнее слово Рора произнесла презрительно и с сарказмом. Какие там отцы, если ни заботы, ни сердечного внимания, ни даже совместного проживания эти маги-отступники своим детям не дали!
- Все мы такие отцы: матерей своим сыновьям дать не могли, да и с женами, по сути, так же обращались, - устало ответил Рейс.
- Чушь! Честный договор, пусть и с ужасным финалом, - это одно, а беззаконное насилие, да уничтожение и унижение людей, как бездушных тварей, - это другое! Все нормальные маги по-человечески к женам относятся, до конца жизни о них заботятся и в лаприкориях навещают, а теперь и всем дают шанс на полноценную жизнь, да только человечки сами бороться не спешат (кроме маминых воспитанниц, конечно). Да, выживание расы магов долгие столетия требовало жертв среди человеческих женщин, но маги не радовались этим жертвам, не низводили своих жен до положения рабынь и «инкубаторов», а главное - они чувствовали свою вину перед людьми и держали себя в строгости, не развращаясь своей силой и вседозволенностью! Именно сострадание и муки совести позволяли все эти годы магам оставаться Магами, а не превращаться в таких вот «жрецов».
- Раскаяние и аскетизм магов как искупление вины. Идея не нова, но утешительна, - заметил Рейс.
- Я не назвала бы это «искуплением». Жертвам брачных договоров уже ничем не поможешь и ничего не искупишь! Раскаяние магов ИМ не нужно, оно важно лишь для самих магов: оно позволяет им не терять... душу (так, наверное, вернее всего сказать).
- И как, по-твоему, следует поступить с молодым поколением «жрецов»-преступников?
Аврора пожала плечами и напомнила, что не она управляет страной и не ей принимать такие важные решения. Рейс возразил, что ее мнение всегда ему важно и красноречиво и ласково заглянул девушке в глаза. Аврора задохнулась от поднявшейся в ней хмельной волны ощущения близкого счастья и проговорила:
- Думаю, их можно в степи к троллям-митродонитам сослать: там их трудолюбивой и честной жизни научат, да смысл слова «милосердие» объяснят и родину верно и правильно любить заставят. Только магию им на время заблокировать, чтоб со стихиями пустыни не шутковали: браслеты с амулетами на запястьях запаять, чтоб снять невозможно было. А как школу жизни у тролльих философов пройдут, так и в магическую школу их забрать можно будет.
Тролли-митродониты были монахами-отшельниками, жившими в немногочисленных оазисах посреди бескрайней южной пустыни. Эти монахи проповедовали аскетизм и превосходство духа над телом, развивая до совершенства и то, и другое через сложные боевые искусства. Выживали монахи, охотясь на зверей и выращивая зерновые культуры и овощи на своих небольших, но плодородных клочках земли. «Кто не работает, тот не ест» - было абсолютным законом митродонитов.
Мастерство бойцов троллей-митродонитов и пугало, и удивляло. Главным отличием в их технике ведения боя являлось развитие духа и контроль над энергией жизни, в полной гармонии с природой. Когда леди Анастасия Таис впервые ознакомилась с жизнеописанием и философией митродонитов, то нашла много общего между ними и монахами Шаолиня из своего родного мира. Главы кланов степных троллей присылали всех своих сыновей на обязательную пятилетнюю выучку к монахам-отшельникам; считалось, что без этого ни один тролль не сможет стать достойным вождем своего племени.
Рейс сжал в своих больших ладонях тонкие кисти девичьих рук:
- Согласен, этот вариант попробуем первым. Ты пойдешь со мной на совещание? - Сартору очень не хотелось отпускать от себя любимую девушку, особенно сейчас, когда она смотрела на него так, что все безумные надежды ураганом взметнулись в груди Рейса.
«Мне следует умерить свой пыл, иначе я с ума сойду, если она откажет мне. Только я, кажется, в любом случае сойду с ума... Надеюсь, что она хотя бы не играет со мной сейчас в какую-то непонятную игру...» - и Рейс с отчаянной надеждой заглянул в зеленые омуты обожаемых глаз.
Омуты всколыхнулись, побежали по ним золотистые искорки, и как легкий ветерок долетел до слуха Рейса шепот:
- Нечего мне делать на совещании, присутствием своим советников удивлять. Домой пойду - к занятию в школе для невест готовиться надо, чтоб маму не подвести.
Рейс встряхнул головой и сосредоточился на словах девушки:
- А что с леди Таис, почему она сама не может в школу пойти?
Аврора сияюще улыбнулась и поделилась радостной вестью:
- Мама сыночка ждет! У меня через полгода младший брат родится! Вот папа и ограничил временно мамину деятельность только математикой у магов. Сегодня мамочка будет замену себе искать среди тех женщин, что в сельских школах директрисами стать планируют.
- Поздравляю с ожидаемым пополнением в семье! - улыбаясь, сказал Рейс. - И родителям мои поздравления передай. Можно, я сообщу эту новость Совету? - Аврора кивнула, и Рейс вкрадчиво продолжил: - А когда я смогу встретиться с тобой? Желательно наедине?
Монарх настойчиво и со значением взглянул на магиню и крепко сжал ее ручки. Аврора, уже смирившись с собственной окраской цвета августовской малины, пробормотала, что сегодня она готовится к уроку, завтра утром у нее занятия в институте, а потом в школе невест, так что спокойно сидеть дома она будет только послезавтра, в субботу утром.
- Ты обещаешь, что будешь спокойно сидеть дома и никуда не убежишь до моего прихода? - требовательно спросил Рейс. (3303c)
Аврора кивнула и с тоской посмотрела на дверь: ей казалось, что если она немедленно не сбежит от короля, то ее щеки самовозгорятся, и никакая конденсированная влага не потушит этот пожар.
Лорд Рейс Сартор смилостивился над магиней и с неохотой отпустил ее. Мисс Таис вихрем умчалась из дворца, опрокинув по дороге парочку лакеев и даже не заметив этого. «Вот ведь, ураган в юбке! Как поругается с лордом Рейсом, так хоть в подвалах прячься», - ругалась ей вслед дворцовая прислуга, а придворные маги только плечами пожимали: вечная вражда этих двух личностей давно никого не удивляла.
Советники, дождавшись прихода монарха, были удивлены его странным взвинченным настроением, блестящими глазами и порывистыми движениями, и только Мираил облегченно вздыхал в душе и лелеял надежду выпить вина на свадьбе старшего сына и поняньчить внуков в оставшиеся ему годы.