Глава 21. Проще никогда не знать любви, чем найти ее и потерять

«Вот уже и весна скоро», — уныло думала Исла, расчищая заваленный сошедшей с гор лавиной проход к реке. Снег уже был не сухим и скрипучим, как в середине зимы, а влажным и рыхлым. В солнечные дни на деревьях вырастали длинные сосульки, еще несколько недель — и побегут ручьи.

«Столько времени прошло, а лекарь-маг Данир Сартор так и стоит перед глазами, только на миг отвлекись от работы или ляг в постель! — сердилась Исла, но даже сердилась она печально и уныло. — Помнит ли он меня еще? Вряд ли. Мужчины устроены иначе, чем женщины, они быстро забывают своих возлюбленных и мигом переключаются на других женщин: тех, что живут с ними рядом. Ася так любила Алина, и он ее так уверял, что любит, а в итоге? В итоге: прошло всего полгода и он ко мне в спальню с блестящими глазками заявился, принялся уверять, что покорен, восхищен и по уши влюблен! Как прослышал, что Верес и Кирин моей особой благосклонностью не пользуются, так и решил «попытать счастья», забыв напрочь прежнюю любовь. Да и была ли у него любовь, раз так быстро Ася позабылась? Вот и рыжик наверняка меня уже забыл, купил себе безропотную человечку и на ней теперь свои феромоны испытывает. А я думаю об этом и до боли ревную, как самая распоследняя дурочка, хотя тут не ревновать, тут возмущаться надо, что Данир бедную девушку с ума сведет и в лаприкорий сдаст. Или не сведет? Вдруг, его невеста справится с зависимостью? У них же есть специально обученные этому «невесты магов», так что он вполне может быть уже счастливо женат. Эх, об этом лучше вообще не думать! Странно, почему женщины испытывают ревность, когда их мужчина влюбляется в другую, а мужчины совершенно спокойно реагируют на то, что у их хранительницы несколько любимых?»

Исла припомнила недавний разговор с Сартом, ее сводным братом по матери. К брату посваталась молодая и вполне симпатичная девушка, только недавно достигшая совершеннолетия и собирающаяся получить статус хранительницы, и Исла искренне порадовалась за брата, однако, когда она сообщила ему эту новость, тот недовольно скривился:

— Не вздумай согласиться и отдать меня Кайране! — сказал Сарт. — Если хочешь от меня избавиться, то найди вариант получше!

— Получше? — удивилась Исла. — Тебе совсем не нравится Кайрана? А мне казалось, что она тебе вполне симпатична. Разве ты не к ней на свидания бегал?

— Свидания — это одно, а стать хранимым — совсем другое! — проворчал Сарт. — Ну, бегал к ней, и что? Кайрана красивая, не спорю, но хранимым ее быть не хочу.

— Почему?!

— Боги, Исла, что за странный вопрос? — эмоционально всплеснул руками Сарт. — Кайране кого в хранимых дадут? Старого-престарого отца, который уже еле ходит, да одного из дядьев, которому тоже сто лет в обед. Ты хочешь, чтоб я единственным молодым хранимым был, чтоб мне на плечи вся работа по дому и хозяйству взвалилась?! Кто мне помогать будет-то? А когда дети пойдут?! Ей ведь вовек никого еще к себе заманить не удастся, так и буду я всю жизнь за восьмерых спину гнуть! Не хочу к Кайране! Выбери мне хранительницу, у которой хотя бы пять здоровых хранимых есть!

В памяти Ислы вспыхнулись воспоминания о возмущении Данира по совершенно противоположному поводу, и она задала брату вопрос, который давно хотела прояснить:

— А разве тебе не хочется быть единственным любимым хранимым Кайраны, Сарт? Единственным, кого она будет любить, единственным, кого будет брать в свою постель, от кого детей рожать будет? Она ведь и Старшим хранимым тебя назначит.

Сарт фыркнул:

— Скажешь тоже: Старшим! Над кем Старшим-то? Над двумя бессильными стариками? А в постель пусть таскает, кого хочет, мне важно, чтоб помощь в делах мне была, неужели ты меня не понимаешь? Я же очевидное говорю!

— Понимаю, — вздохнула Исла, — тебя-то я отлично понимаю!

— А почему ты так грустно об этом говоришь? — удивился Сарт. — А-а-а, кажется, и я тебя понимаю… У магов все не так, да?

«Совсем не так у магов, — загрустила вновь Исла. — Вот правильно же мой братец рассуждает, логично рассуждает! Больше мужчин — меньше хлопот, жить проще. Легко ли одному и на работы общественные бегать, и хранительнице в ее деле помогать, и дом в порядке содержать, и белье стирать, и скотину обихаживать, и на кухне кашеварить, и печь топить, и огородом заниматься, и детей растить-воспитывать? Я ведь тоже думала, что Данир только порадуется, что у меня мужчин в доме много, а он как-то глупо отреагировал. Стоп! А с чего это Сарт про магов заговорил?!»

— У каких еще магов? — подозрительно спросила Исла, а Сарт притих и втянул буйну голову в широкие плечи. — Ну, что за сплетни новые по Городу ходят?

Брат опасливо глянул на нее, помялся немного, но потом-таки признался:

— Говорят, что ты во внешнем мире в какого-то мага влюбилась. Рыжего. И теперь грустишь по нему. Ну, что грустишь, это и так видно. Слушай, если правда влюбилась, то чего с собой не привела? Мы бы хоть одним глазком на настоящего мага глянули!

«Не удалось мне сохранить свои чувства в тайне, — осознала Исла. — Ну, после той демонстрации у Норны это неудивительно. Странно, что Сарина и старшие наследницы ничего не говорят по этому поводу. Или не странно? Так, сейчас надо с братом вопрос решить: хватит ему молодым кобелем бегать, пора ему новой семьей обзаводиться».

— Я могу поговорить с Солониром, пусть он вместе с тобой к Кайране перейдет, — предложила Исла, но по кислой физиономии братца поняла, что перспектива и дальше жить с отцом его не привлекает. — Ну, Кирина возьми, Вереса, Мирка. Уговори еще кого-нибудь с тобой уйти, им все равно со мною ловить нечего.

В итоге вместе с Сартом к Кайране ушел Жигер — отец Аси. Интерес Жигера в таком переходе был очевиден: и комнату ни с кем на двоих делить не надо, и в будущем нет угрозы стать одним из множества безликих и вечно занятых хранимых аро-леры, которой в итоге будет Исла. Почему Сарт уговорил именно этого мужчину, тоже ясно: Жигер был еще весьма крепким и нестарым мужчиной, но на место любимого хранимого уже особо не претендовал, тем более что Кайрана во все глаза смотрела только на Сарта.

«Значит, единственным любимым братцу все-таки хочется быть, чтобы он там ни трещал по этому поводу, — усмехнулась Исла. — Теперь у меня опять только шесть хранимых. Если их всех «раздать» удастся, Данир согласится стать моим мужем, как у них говорят? Эх, вот о чем я думаю?! Вот совсем не о том думаю… Забыть про него надо!»

Прошла еще неделя.

— Рыжий маг в Тоске только один — это лекарь-маг Данир Сартор, наместник западных провинций и средний сын короля Мираила Сартора, правителя загорной страны — Тавирии. — Это известие принесла в дом Сарины Мойра Дохран.

Старшая Хранительница изумленно застыла на месте.

— Ты уверена? — усомнилась она.

— Абсолютно. У Ислы был великолепный шанс взять такого заложника, подчинить своему влиянию такую крупную фигуру внешнего мира, а она этим шансом не воспользовалась! И это притом, что маги-лекари самые беззащитные из магов: только и умеют, что все живое лечить, да еще и клятву о непричинении вреда дают! Похоже, благополучие этого мага имеет для нашей наследницы куда больше значение, чем благополучие родного Города!

— Не делай поспешных выводов, Мойра, — остановила Сарина возмущения двоюродной сестры. — Норна, что ты расскажешь?

— Лишь то, что уже рассказывала Исла. У них семью образуют один мужчина с одной женщиной, главой семьи является мужчина. В браке с магом человеческая девушка подпадает под наркотическое влияние магических феромонов, но сильные волевые девушки способны без негативных последствий это влияние перебороть. Исла точно сможет.

— Или уже смогла. — Сарина подошла к окну, нервно подергала занавеси, потом ровно расправила их. — Про способности всех магов я читала… Почему мне кажется, что Исла о многом умолчала относительно их способностей? В книгах ничего не написано о слабостях магов, и это понятно — в книгах о таком никто писать не позволит, но ведь какие-то слабости у всех есть… Ясно. Теперь ясно, как надо поступить… Отправьте Исле сообщение, что мы хотим видеть ее завтра в моем рабочем кабинете, в полдень.

Под строгими пытливыми взглядами теток, собравшихся в кабинете Сарины, Исла на миг почувствовала себя маленькой растерянной девочкой.

— Добрый день, аро-лера, леры. — Исла почтительно склонила голову.

— Обойдемся без официальных речей, племянница. Проходи, садись. — Сарина указала на свободное кресло. — Полагаю, ты уже поняла, что речь пойдет о Данире Сарторе.

Исла стиснула зубы.

«Догадались! Ну, сама виновата: хранимые Норны до сих пор рыжими ходят, а в Тоске лишь один рыжий маг».

Вскинув голову, девушка настороженно поинтересовалась у старших родственниц:

— И что именно вы хотите узнать об этом маге?

— О маге — ничего, — добродушно отозвалась Сарина, — меня больше интересуешь ты, племянница. Намерена ли ты выбросить из мыслей и сердца этого мага и завести себе любимого хранимого, который обеспечит тебя наследницей нашего Дома? Тебе уже двадцать четыре года исполнилось, а двадцать пять лет — самый удачный возраст для рождения первого ребенка. Ты уже достаточно развила свой дар, состоялась, как женщина и лера, мы все готовы официально объявить тебя моей преемницей и будущей аро-лерой, так что не вижу смысла тянуть с рождением нового поколения одаренных девочек в нашей семье. Увы, у Мойры родились только мальчики, и среди ее внучек носительниц Дара нет, а Норна так и осталась бездетной. Моя же единственная дочь погибла в раннем возрасте, о чем тебе тоже известно.

Исла сглотнула. Рождение одаренных девочек? С кем их зачинать-то? Представила себе Кирина, Вереса (Алина и вовсе тошно представлять было). Можно, конечно, выбрать себе еще хранимого, но кого? Глупое девичье сердечко радостно предложило голубоглазый солнечный вариант. Исла тоскливо уставилась в окно: она понимала и разделяла озабоченность теток, но решения предложить не могла. Не нужен ей никто, кроме рыжика! Не сможет она ради долга перед долиной терпеть рядом с собой в постели другого мужчину, она чисто на рефлексах прибьет его в самый ответственный момент и все. Исла припомнила, как испуганно шарахались от нее в последнее время Верес с Кирином и Алином, и поняла, что мужчины тоже прекрасно осознают перспективы быстрой своей гибели на брачном ложе, так что их на это ложе и не затянешь особо. Исла усмехнулась, представив себе картину: она брезгливо морщится, сидя на постели, а Сарина тащит упирающегося Кирина, который заливается слезами и кричит: «Не хочу! Не буду!!!» А рядом шагает Норна и ласково шепчет парню: «Я помогу. Посмотри на меня, будущий отец младшей из наследниц!»

— Я пока не готова к детям, — выдавила Исла. — У меня уже есть дочь — Кира. Мне вполне ее хватает.

— Дочь Асият Лиран не несет в себе Дара Старших Хранительниц, так что это твое заявление неуместно, — холодно ответила Сарина. — Я так понимаю, пока на горизонте будет маячить хоть призрачная надежда вернуться к тому магу, ты не сможешь жить в Городе нормальной полноценной жизнью. Хорошо, тогда я поступлю так: Норна возьмет одну из самых молодых и смазливых девушек, у которой еще нет хранимых, уедет с ней в Тоск и постарается внушить лорду-магу Даниру Сартору самую горячую страсть к этой девушке. Уверена, у Норны все получится: ей, в отличие от тебя, уже много лет, и она максимально развила свой дар влияния на чувства. Девица выйдет замуж за этого мага, преодолеет зависимость от его феромонов и останется жить во внешнем мире, следя за тем, чтобы тайна нашего существования оставалась тайной. Данир Сартор — родной брат нового короля Тавирии (если планировавшаяся коронация прошла успешно), так что он сможет запретить все розыски нашей долины, если кому-то вздумается ее разыскать. Так все будут довольны: и мне спокойно, что в Тавирии свой человек будет, и Даниру Сартору нормальная, не сумасшедшая жена достанется, и ты прекратишь грезить об этом маге.

«Да, этот план вполне может сработать», — горько согласилась про себя Исла, помнившая, как она сама случайно и легко смогла вызвать страстный отклик в маге.

Лучше бы она родилась без этого проклятущего Дара, тогда Сарина могла бы отправить ее к Даниру, она могла бы стать его женой (как говорят во внешнем мире) и жить с ним в Тоске. Но увы, Исла вынуждена жить в Городе, она вынуждена занять в будущем место аро-леры. Несчастная третья наследница представила себе, как Норна вырывает из сердца Данира привязанность к ней, к Исле, и заменяет ее на лживо-желтое, грязно-алое искусственное чувство к неведомой девице. К горлу подступила тошнота, а сердце негодующе забилось, отторгая, не желая принять такой извращенный вариант.

Исла не задумалась над тем, что все переживания явно отражаются на ее выразительном грустном личике, и не заметила, как довольно переглянулись тетки.

В кабинете повисло молчание. Исла очнулась от тяжелых раздумий, закачала головой:

— Нет, так не надо, — прошелестела она едва слышно.

— Есть другой вариант, — проникновенно, тихо заговорила Сарина. — Если любишь — укради этого мага, привези его в Город! Он всего лишь лекарь, он не сможет воспротивиться силою стихий или созданных артефактов! Усыпи его и вези сюда. Тогда твоя дочь унаследует не только Дар Хранительниц, но и магическую силу! Новая аро-лера будет магиней! Эта небывалая мощь правительницы навсегда принесет мир и покой в нашу долину! Даже если родится мальчик — это будет наш маг, воспитанный в преданности Дому Дохран!

— А Данир? Он не сможет жить по нашим правилам, он не сможет быть девятым хранимым в моем доме! Я это точно знаю, я видела его заслон!

Тут Исла поняла, что невольно проговорилась, и испуганно взглянула на Сарину. Та усмехнулась:

— Да я уже давно поняла, что ты могла бы повлиять на своего мага, но не стала этого делать! Ну, если не хочешь ломать его заслоны… — Сарина сделала многозначительную паузу и посмотрела, как отрицательно закачала головой Исла, — … тогда передай своих мужчин другим хранительницам, я разрешаю. Я официально объявлю, что ты приведешь в свой дом мага для экспериментов над ним и рождения магически одаренных детей. Все поймут разумность таких действий, ведь так в нашем Городе появятся собственные маги, чьи способности сильно облегчат жизнь жителей долины.

Исла поморщилась на слова «для экспериментов над ним», но не могла не согласиться, что для жителей Города этот довод будет более понятным и весомым, нежели: «Ах, она безумно в него влюбилась, даже собственных родственников ради него по чужим домам раскидала!»

— А Киру отправишь… — начала Сарина, но Исла решительно перебила Старшую:

— Кира будет жить со мной! Она МОЯ дочь! Ни одна мать никогда не отдаст свою дочь в другой дом! Даниру придется смириться с тем, что у меня есть дочь, тут я уступать не намерена!

— Возможно, девочке будет лучше жить с родным отцом, — намекнула Норна.

Исла с огорчением признала, что такое возможно, хотя мужчины в их Городе редко проявляли искреннюю привязанность к своим детям, особенно — к девочкам. Между Кирой и Алином особой любви Исла не замечала. Сама Исла была одной из немногих, кому повезло иметь любящего и заботливого отца.

— Я узнаю мнение Киры, — ответила Исла.

— Хорошо, — кивнула Сарина, — тебе виднее, какие там заслоны у твоего мага и готов ли он смириться с наличием чужой девчонки в доме. Значит, договорились — ты привезешь мага в долину?

Исле не понравилось еле уловимое напряжение, с которым все старшие хранительницы ждали ее ответа. Девушка задумалась, помедлила.

— Все вопросы, касающиеся моего мага, я буду решать сама, — начала выдвигать свои условия Исла. — Все вы дадите мне слово, что не будете влиять на сознание моего мага, не будете предпринимать попыток «ломать» и как-то менять его, не будете влиять на его чувства. И вы не будете мешать реализации моих решений относительно Данира! Например, если я решу отвезти его обратно в Тоск, то никто не станет мне в этом препятствовать!

— Даю слово, что ты и только ты будешь «менять» личность своего мага, только ты будешь принимать решения относительно его жизни и судьбы, клянусь, клянусь благополучием всех жителей нашей долины! — твердо пообещала Сарина и Исла не услышала лжи в ее словах. Да и не могло быть лжи в клятве аро-леры с упоминанием благополучия долины.

Мойра с Норной твердо эту клятву повторили.

Исла согласилась привезти Данира в Город.

Когда третья наследница покинула дом аро-леры, Мойра и Норна с грустными усмешками переглянулись между собой:

— Бедная наша девочка! Ей бы стоило с самой себя взять клятву о том, что она не причинит ему вреда. Впрочем, тут никакая клятва не помогла бы: наш Дар не оставляет места для любимых.

— Даже если смилостивится Дар, я найду способ решить проблему, — отмахнулась Старшая. — Исле необходим второй и заключительный этап развития Дара: она уже сильна, а станет сильнее меня! Конечно, Исла сама будет «менять» личность своего мага. И «ломать» его будет сама, ведь только в этом случае она изживет свои неподобающие аро-лере недостатки.

— А если не «сломает»? — в очередной раз усомнились Мойра и Норна.

Сарина лишь холодно улыбнулась.

Известие о том, что на совете Старших Хранительниц было принято решение доставить в Город одного из магов, мигом облетело долину. То, что эта миссия возложена на Ислу Дохран, что именно ее хранимым станет подопытный маг, никого не удивило. В самом деле, все уже знали, что дар Ислы немногим уступает дару аро-леры (по углам шептались, что и вовсе не уступает), так что если кто и мог управиться с магом, так это она.

Женщины первого отряда первыми предложили забрать к себе хранимых Ислы. Вслед за ними на просьбу аро-леры освободить третью наследницу от лишнего бремени в ее нелегком деле, откликнулись и другие. Домочадцы Ислы получили уникальную возможность выбрать себе хранительницу из множества вариантов и этим шансом воспользовались. Кирин, Верес и Алин выбрали себе хранительниц постарше, чтобы увеличить свои шансы занять место любимого хранимого. Мирк ушел к молодой женщине, а Солонира забрала к себе племянница — дочь его родного брата. Интереснее всего вышло с Исиялом: отец Ислы, краснея и смущаясь, попросил сосватать его к их соседке: средних лет женщине, его ровеснице, у которой в хранимых числились лишь два престарелых брата.

— А тебе не сложно будет на себе все хозяйство тянуть? — удивилась Исла, еще помнящая разговор с Сартом.

— Да чего там, на четверых много готовить и стирать не надо, — отговорился Исиял, отводя взгляд.

— Папа, давай честно: с чем связан твой выбор? Есть семьи, в которых много молодых сильных мужчин, где нагрузка на тебя будет минимальной.

— Ну, мы уже давно… э-э-э… ну… встречаемся мы с Лорой. А другой хранительнице может не понравиться, что я на свидания к Лоре бегаю, да и возраст у нас уже не тот, чтоб по углам прятаться. Я решил — пусть все по закону будет, как положено.

Исла во все глаза уставилась на своего моложавого сорока шестилетнего краснеющего отца. А она и не замечала, что он на свидания к соседке бегает! Думала, так, по делам по-соседски к ней заходит.

— Чего ж ты раньше молчал? — удивилась Исла.

— Тебе помощь моя нужна была, особенно в последний год: то Ася ушла из жизни, потом вон — дочка малолетняя объявилась, потом ты уехала, меня Старшим назначила, куда уж тут, — пояснил Исиял.

К началу весны все хранимые Ислы разъехались по новым семьям. Последним в дом напротив ушел отец Ислы.

— Мама, а кто нам теперь еду готовить будет? — задала резонный вопрос Кира, смотря вслед ушедшему Исиялу и поглаживая себя по животику.

Исла глянула на дочь, на сидящего у ее ног большого лохматого пса, который смачно облизывался, принюхиваясь к ароматам, доносившимся из пекарной лавки.

— Пару недель поживешь в доме аро-леры, там кормят так, что пальчики оближешь. А потом я привезу нам нового хранимого.

— Того мага, из-за которого все ушли от нас? — недовольно насупилась девочка.

Исла присела на корточки и заглянула в ясные глаза дочери:

— Он самый замечательный мужчина на свете. Кира, поверь, мы будем очень счастливы вместе.

— Он же подопытный маг, мама. Причем тут счастье? — не поняла девочка.

— Вот познакомишься с Даниром, и сама все поймешь, — весело ответила Исла, в которой разгоралось лихорадочное радостное предвкушение: завтра она отправляется за своим рыжиком! В этот раз путешествие она планировала совершить в одиночестве. Правда, искренне надеясь, что обратно вернется уже в компании. Вдруг ей повезет и рыжик еще не женился?!

Кира скептически хмыкнула.

— Твой папа теперь живет рядом с домом аро-леры, ты сможешь каждый день видеться с ним, — напомнила Исла. Девочка выразила желание жить с ней, а не с отцом, когда она спросила ее об этом, но Исла все равно переживала, что Кира будет скучать по отцу.

— Чего мне с ним видеться? — равнодушно пожала плечиками Кира. — Ты поскорее возвращайся, мама-Исла! Мы с Ветром будем очень тебя ждать!

Кира присела на корточки и крепко обняла пса за лохматую шею. Ветер лизнул молодую хозяюшку в ухо, вызвав веселый смех у девочки. Эту картину оставленного дома и запомнила Исла: белокурая маленькая девочка, прижавшаяся к боку огромного добродушного черно-серого пса.